Часть 2

      Наен спешила вернуться к агентству, боясь, что заставила Феликса ждать. Вопреки стереотипу, что девушка должна опаздывать на свидания, Наен никогда этого не делала. Как и ничего того, что могло доставить неудобства Феликсу. Наен пунктуальна и послушна. Как его дрессированная собачка.       Остановившись у светофора, девушка огляделась, ища взглядом Феликса.       Сердце пропускает удар, когда она видит его. Как он прощался с другой, целуя ее напоследок.       Зеленый свет.       Наен стоит как вкопанная, пока люди проходят мимо. Будто мир на секунду замер, но только для нее. Разве это возможно?       Ощущение такое, будто уши заложило, будто пропали все звуки, кроме одного – звука ее бешено колотящегося сердца.       Он заметил ее. Это было видно по его изменившемуся лицу.       Наен возвращается обратно. Не иди за мной. Не смотри на меня сейчас. Только не иди за мной. То задерживая дыхание, то глубоко дыша, она старалась не дать волю слезам, по крайней мере только не сейчас.       Она проходит мимо Хенджина, который следовал за ней, держась на расстоянии. Он все видел. Видел пустой взгляд Наен, видел Феликса с другой девушкой. Знал ли он о ней? Да. Почему не рассказал Наен сразу? Нельзя. Он обещал не делать этого. Обещал, что не будет вмешиваться, заполучит сердце Наен в честной борьбе, но не так. Но сейчас он тот, кто все знал, и смотрел в глаза Наен после этого.

***

      Раз за разом вспоминая все разговоры и встречи за последнее время, пытаясь понять, когда же это все началось и почему, Наен то смеялась, то плакала, вымещая свою боль на страницах ее блокнота.       Феликс писал ей и звонил бесконечное количество раз. В конце концов, Наен просто отключила телефон.       В дверь постучали. Сердце оглушительно забилось, а к горлу подкатила тошнота. Первая мысль – это Феликс. Сейчас он скажет, что произошло недопонимание, и та девушка была его сестрой, или любую другую чушь.       Хенджин. Он стоял, привалившись плечом к стене рядом с дверью. Ну и что за мина на его лице? Жалость? «Я знал, что так и будет»? Иногда ему удавалось делать такое отстраненное выражение лица, что и не разберешь, что за херня в его голове сейчас.       – Зачем пришел? – Девушка опустила взгляд, чтобы не было видно ее заплаканных глаз.       – Потому что ты одна.       – Ты рад?       – Да. – Он не дал возмущенно захлопнуть дверь, задержав ее рукой. – Я рад, что Ли облажался. Но мне неприятно, что ты расстроена из-за этого придурка. Мне не нравится, что твои глаза красные из-за него.       – Спасибо за честность, – она больше не пыталась закрыть дверь перед его лицом.       – Можно войти?       Наен отступила назад, пропуская его в квартиру, пытаясь незаметно вытереть рукавом застывшие слезы.       Он направился на кухню, а Наен обратно на диван, под одеяло, где собиралась провести как минимум несколько дней, упиваясь жалостью к себе.       Парень по-хозяйски распахнул холодильник и захватил две банки пива.       – Вот, приложи это к лицу, – Хенджин протянул ей банку. Холодно и приятно. Видимо, ее лицо успело сильно опухнуть от слез.       Он сел на пол у изножья дивана и открыл свое пиво. Его взгляд упал на лежащий рядом с ним блокнот.       – Так что ты пишешь?       – Да так, просто свои мысли, – Наен перекатывала банку по лицу.       – Тебя это не расстраивает?       – Что именно?       – Ну, думать. Копаться в себе, ну там, в своей голове, ты ведь этим занимаешься?       – И что, не думать теперь?       – Ну, я стараюсь не задумываться о жизни много.       – Заметно... – пробубнила она себе под нос.       – Вряд ли это делает тебя счастливее. Так что, чем думать, лучше прислушиваться к своему сердцу или что-то вроде того. Я так делаю. – Хенджин сделал несколько глотков и поморщился от вкуса.       – И что тебе сказало твое сердце?       – Честно? Что ты будешь зла на Ли, и может быть взглянешь на меня.       – Перебор с честностью. – Фыркнула она, открывая свое пиво.       Хенджин засмеялся.       – Уж прости!       Они пили в тишине. Странное чувство того, что именно так все и должно быть, посетило Наен. Что сейчас она с тем, с кем должна быть.       – Если я поступаю неправильно, не вини меня. Я не знаю, как правильно. Я живу не так много лет, чтобы знать. Так что я хочу быть, по крайней мере, честным с тобой. – Хенджин вдруг тихо произнес, будто ни к кому не обращаясь.       Она придвинулась к нему ближе и стянула резинку с его волос. Такие мягкие. Наен зарылась в них рукой, а потом и вовсе прислонилась щекой к его голове, чувствуя тонкий запах шампуня.       – Что ты…       Она шикнула на него, пытаясь не глядя приложить палец к его губам. Парень усмехнулся и замолчал.       Наен гладила его по волосам, перебирая их. Он, казалось, почти перестал дышать, боясь спугнуть ее. Хотя внутри бушевал ураган, а сердце было готово вырваться наружу. От ее прикосновений, таких невинных, ему срывало крышу, и он был готов и сам сорваться. Но так нельзя, нет. Он перегнет палку и разрушит то, что так долго создавал – их дружбу – нет, иллюзию дружбы. Он слишком ценит это, чтобы просрать все в один момент, как это сделал Феликс.       Возня на его макушке давно прекратилась. Слышно было только ее размеренное дыхание.       – Спишь?       Ответа не последовало.       – Хорошо… Не думай о нем, ладно? Смотри только на меня. Мне этого очень хочется.