Часть 7. Долина. Глава 1. Плохие новости.

Прошёл месяц после событий произошедших на Каспии. Поезд вновь ехал по лесистой местности. Пустыня давно осталась позади. За это время произошло несколько событий. Гюль и Дамир успели поправиться и снова встать в строй. Конечно, девушка была не особо довольна, что её увезли из родного дома, но вместе с тем она была благодарна, что не бросили умирать там раненную. Она согласилась войти в состав «Призраков Москвы». Структура боевого состава претерпела изменения. Теперь весь боевой состав делился на 3 группы по 4 человека. В первую вошли: Коршун, Артём, Анна и Князь. Во вторую: Резак, Дамир, Гюль и Степан. В третью: Алёша, Идиот, Крест и Сэм. Все остальные девушки и Айболит остались работать в госпитале. Токарев же прочно обосновался в экипаже как оружейник. Степан сделал Кате предложение и сейчас у них свадьба. К тому моменту, когда Аня и Артём пришли к столу большинство членов экипажа были уже знатно навеселе. Трезвыми были только Коршун, Резак, Алёша, все девушки ну и собственно Артём с Аней. Парень и девушка пришли к столу к моменту, когда Коршунов, сидевший до этого молча в своих мыслях, начал говорить. – Полгода пути и четыре тысячи километров позади. Нам через многое пришлось пройти… потерять боевого товарища. Ладно, ребята, после длительного и детального изучения спутниковых данных мы нашли место, которое может стать для нас новым домом. Это горная долина, там есть лес, есть река и оно удалено от населённых пунктов, что очень важно как показывает опыт нашего путешествия. И мы в двух неделях езды оттуда. Все присутствующие закричали «Ура!» и захлопали в ладоши. – Но на сегодня осталось ещё одно важное дело… Степан, Катя, – обратился Коршун к ним. – Повторяйте за мной! Я беру тебя в законные супруги. – Я беру тебя в законные супруги, – повторили Степан и Катя. – И с этого дня клянусь любить тебе в горе и в радости, – продолжил Коршунов. – И с этого дня клянусь любить тебе в горе и в радости. – В богатстве и в бедности. – В богатстве и в бедности. – В болезни и в здравии. – В болезни и в здравии. – И до тех пор, пока смерть не разлучит нас. – И до тех пор, пока смерть не разлучит нас. – Как капитан этого корабля объявляю вас мужем и женой! Будьте счастливы! И… горько! Все сидевшие за столом подняли стаканы и начали чокаться. В этот момент Аня согнулась пополам и зашлась в приступе кашля. На скатерти начали появляться пятна крови. Когда девушка подняла голову, бойцы увидели, что всё её лицо было в крови. Почти сразу после этого на несколько секунд она потеряла сознание. Аню перенесли на диван к ней сразу подбежали Айболит и Катя как самые опытные врачи в экипаже. Девушку быстро привели в чувство, и она сразу же подала голос. – Ребята, простите, что сразу не сказала. Там в Ямантау когда меня на верх утащили, тот урод, врач который сказал, что лёгкие разваливаются, отравилась химикатами на Волге в бункере том проклятом. – Так, Артём, Катя, Семён Михайлович за мной,– сказал Коршун и пошёл по направлению к кабине. Когда все зашли в кабину поезда, Коршунов обвёл их взглядом, собираясь с мыслями. Первым голос подал Артём. – Это я виноват, – сказал парень обречённым голосом. – Зачем я её вообще потянул за собой из Москвы? – Никто ни в чём не виноват, – оборвала Артёма Катя. – И вообще, я считаю, что делать выводы на основе диагноза какого-то дегенерата, это глупо. А даже если что там и есть, то у моей мамы в записях, есть название лекарства, которое помогает при отравлениях химией, регенерирует лёгкие. В Новосибирске кажется производилось. – А ведь Соня тогда тоже провалилась, – наконец подал голос Коршунов. – И тоже в последнее время часто кашляет. Михалыч, Катя, обследуйте Аню и Соню заодно. Что-то мне это всё не нравиться. Ладно, план такой приезжаем в долину, если всё нормально, то обустраиваемся, а мы с группой добровольцев едем в Новосибирск. Давайте вернёмся обратно к нашим. Когда они вернулись в вагон. У Ани уже не было крови на лице. Все сразу же обернулись к ним, ожидая их решения. – Аня, Соня идите с Айболитом и Катей в вагон госпиталь, – отдал приказ Коршун. Обе девушки кивнули и пошли за Семёном Михайловичем и Катей. Когда они отошли достаточно далеко Коршун заговорил. – Значит план такой: приезжаем в долину, если всё нормально, то обустраиваемся, а мы с группой добровольцев едем в Новосибирск. Есть возражения? – Нет, – послышались ответы. – Ну, вот и отлично. Вечер того же дня. Коршунов и Резнов сидели в кабине паровоза, склонившись над картой. Они считали, сколько времени займёт путь до Новосибирска и обратно. Когда дверь открылась, и на пороге появился Айболит. – Ну что господа, новости прямо скажу не самые лучшие, – произнёс врач мрачным голосом. – Подтвердилось? – хрипло спросил Коршун. – Да, у обеих! – В смысле у обеих, – задал вопрос Резнов. – То есть вы хотите сказать, что у Сони тоже разваливаются лёгкие. Саня, но ведь ты же её почти сразу вытащил. – Видно её хватило и той минуты, что она там пробыла, – ответил Айболит. – Сейчас она по всем симптомам не шибко далеко от Ани. – Ну, это и понятно, – произнёс Резнов. – Аня полжизни в стакерах ходит, иммунитет к всякого рода фигне в Москве на поверхности быстро вырабатывается. – Сколько у нас есть времени? – задал бесцветным голосом вопрос Коршунов. – Полгода, в лучшем случае год, – ответил врач. – Это у Ани, а у Сони полгода это максимум не хватает приобретённого иммунитета. Болезнь будет прогрессировать, так что через пару месяцев они будут в основном лежать. – А что насчёт лекарства? – спросил Коршун. – Катя обещала поискать. – Ах, да называется Ренерган-Ф, производился в Новосибирске, – ответил Семён Михайлович. Несколько минут в кабине стояла тишина, прерываемая лишь стуком колёс. Наконец, Коршунов заговорил. – Ладно, план не меняется, едем в Долину, затем Я с Артёмом, отправляюсь в Новосибирск. – А я? – задал вопрос Резнов. – А ты, Миша, остаёшься, нахватало ещё, чтобы Оля потеряла и брата, и мужа одновременно. Эта поездка будет для двоих максимум четверых, и ты в их список не попадаешь. – Но…– хотел что-то сказать Резнов. – Всё, тема закрыта! – жёстко проговорил Коршун. – Ермак, поднажми, времени теперь у нас нет. Поезд ускорился и понёсся дальше.