Часть 1

Тихий вечер в Хогвартсе… Казалось бы… Чего такого? Ничего необычного. Хотя… Для Хогвартса так-то, необычным было то, что не было ничего необычного. Впервые за сколько там? Неважно! Для Гарри, Рона и Гермионы проходил относительно спокойно. Особенно, если сравнивать с предыдущим… Однако все были рады, что постепенно всё вернулось на свои места, а тем, кто пропустил предыдущий год предложили доучиться. За эту возможность зацепились все, не исключая даже Рона. Удивительно! Конечно если считать, что решил вернуться по собственному желанию, а не из-за Гермионы, с которой, они похоже наверстывали упущенное за год. Причем делали это настолько часто и в таких местах, что раздражать начинало оно всех. А Гарри с Джинни что? На фоне Рона и Гермионы, посторонний человек запросто мог бы сказать «ничего», но было бы это правдой? Абсолютно точно нет. Таких весёлых (в самом прямом смысле этого слова) отношений мало, кто видел, а кто и видел, то «адекватными» бы абсолютно точно не назвал. И сделал бы все правильно — типичными сопливыми подростковыми отношениями тут и не пахло, а скорее наоборот, ни Гарри, ни Джинни не очень-то и спешили с головой окунаться в романтику. Ну, как не спешили? Пробовали конечно, но когда от очередного вызубренного комплимента у обоих от смеха начинало сводить челюсть, осознание пришло неожиданно: романтика — не их конёк, а этой самой «романтики» в Хогвартсе хватает и без них. Тогда… Почему бы и нет? Почему бы и не отклониться от стандартов типичных отношений? Попробовали и понесло. Кажется, далеко и надолго. В общем, ночные прогулки, вылазки в Запретный Лес, свидания на крыше, всевозможные нарушения правил, вечные шутки на понятные и не очень темы, стали для них делом обычным. Ведь почему бы и нет, если да?! — Джинни, куда ты? — обеспокоенно прошептал Гарри, хватая Джинни за запястье. Очередное ночное свидание только что накрылось медным тазом, а мантия-невидимка и карта Мародёров, как назло остались в спальне. И вот они, тесно прижимаясь друг к другу и стараясь как можно тише дышать, прятались в тёмном коридоре, за углом которого, кажется, показался облезлый хвост кошки Филча, Миссис Норрис. — Да не боись ты так, — усмехнулась девушка, освобождая руку, — пять сек, — улыбнулась она, резко выскакивая в коридор, в котором не далее, чем секунд двадцать назад они видели кошку школьного смотрителя. Тут оттуда донёсся глухой удар, затем сдавленный истерический мявк, а через секунду из коридора пулей вылетела Джинни, немного растрёпанная, но счастливая. — Бежим, мать твою! — воскликнула она панически обеспокоенно, но всё же задорно и весело, хватая Гарри за руку и со смехом потянула его за собой. Дёрнувшись в её сторону, Гарри на бегу встретился взглядом с Джинни. И чёрт, за подобные секунды он мог и правда отдать много, Джинни выглядела такой… живой… Других слов не подобрать даже. А в крови бурлил адреналин, закипая с каждым шагом, с каждым поворотом… А позади послышались чьи-то шаги. Гарри и Джинни снова резко свернули, на этот раз оказавшись в главном коридоре. Всё-таки творить бред вместе — куда интереснее и веселее, чем по отдельности. Черт возьми, лучшее чувство! Передвигающиеся лестницы? Недалеко от Большого зала. Нет-нет-нет! Оно им совершенно не надо — тут вероятность нарваться на кого-либо в несколько раз больше. А шаги за спиной, разносящиеся эхом по коридору, казались донельзя громкими, как и их сбитое от достаточно долгого бега дыхание. — Давай сюда! — махнула рукой Джинни, на ходу запрыгивая на уже начинающую движение лестницу. Гарри едва успел запрыгнуть следом и (не без помощи Джинни) умудрился не навернуться с высоты, примерно так, двух метров, которая постепенно росла. — Не, ну я считаю это успехом, — усмехнулась она, облакотившись на перила и взглянув Гарри в глаза. — Чуть не попались, — улыбнулся он и в ответ, притягивая Джинни за талию к себе. — Почти, да не совсем — задорно ответила она и, немного приподнявшись на носочках, чмокнула Гарри в щёку. Почему-то ему сразу вспомнились Рон и Гермиона, вытворявшие подобное чуть ли не на каждой перемене. Чёрт, какие тут вообще Рон и Гермиона? Какая разница, что они делают? Особенно, когда у него самого в жизни такое происходит! Такое непонятное, но от этог, не менее изумительное и захватывающее. Гарри взглянул Джинни в глаза, и… Чёрт, ему казалось, что он и правда видит в них тех самых «чертиков». Таких странных очаровательных «чертиков». Она улыбнулась и прижалась к нему ещё сильнее, заставляя его сердце биться чаще. Совершенно ей не свойственно… Да кому вообще какая разница? Раз ему всё равно, то какое дело остальным? Он считал Джинни уникальной, а все остальные — сумасшедшей. И пусть! Одно другому не мешает, верно? По крайней мере, Гарри это не помешало по уши влюбиться в неё. — А чего мы вообще убегали? — поинтересовался Гарри, немного отстраняясь от Джинни, чтобы видеть не только верхнюю часть её лица, но и всю её целиком. — Так это, — немного замялась Джинни, — я мечту детства, так сказать, исполняла, — невинно улыбнулась она, нагнувшись и сняла с одного из кроссовок тонкий кошачий волос, настолько ущербно выглядящий. Гарри согнулся пополам от беззвучного смеха, прилагая максимум усилий, чтобы откровенно не заржать в голос. Он даже не понимал, что его так развеселило, то ли сам факт того, что сделала Джинни, либо сам кошачий волос на фоне какого-то комично-жалостливого лица Джинни… В общем, это было определённо что-то с чем-то. Гарри всё ещё безудержно смеялся, но теперь масла в огонь ещё и попытки Джинни его успокоить. — Да хватит ты уже, серьёзно! Хочешь, тебе тоже её пнём? — предложила она, уже тоже с трудом сдерживая смех. Как можно было догадаться, её попытки сделали только хуже — Гарри всё ещё истерически смеялся, но на этот раз, уткнувшись ей в плечо. Конструкция и так до ужаса неустойчивая, а если учитывать то, что стояли они на передвигающейся лестнице, которая вот-вот должна была покинуть устойчивое положение, факт того, что нужно подвинуться становился очевиден. Они попытались подвинуться, не размыкая объятий — не получилось. Ну, то есть с лестницы они ушли в коридор, но там-то равновесие и потеряли, каким-то образом умудрившись не шлёпнуться на пол, а тяжело привалиться к стене, не отстранившись друг от друга. Невероятные чудеса акробатики! Гарри подвинулся, принимая немного более удобное устойчивое положение, что, как выяснилось, сделать было мягко говоря, сложновато. — Оу, какая щекотливая ситуация, — усмехнулась Джинни, невольно прижав Гарри к стене, опёршись на руки, словно в дешёвых романах для одиноких женщин за сорок, вот серьёзно, других ассоциаций в голову даже не приходило! Однако ни отходить в сторону, ни извиняться девушка определённо не собиралась. Вот уж действительно, щекотливая ситуация. — С огнём играешь, женщина, — улыбнулся в ответ Гарри, в попытке скрыть странноватое смущение. Вроде вместе уже не один месяц, а подобные её выходки до сих пор заставляли его краснеть. — Вовсе нет, — прищурилась та, — просто наслаждаюсь тем, что в кои то веки могу смотреть тебе в глаза, а не втыкать в шею. Гарри улыбнулся, мягко коснувшись пальцами её щеки. На самом деле ему ничего не стоило подвинуть её в сторону, но делать этого он не стал по одной причине — просто не хотел. Такая лёгкая, почти ничего не весит, выглядит такой хрупкой… Хотя последнее, тут именно «выглядит», кто-что, а Гарри знал, что знай кто-то её хоть чуть-чуть, то назвать её такой просто не повернётся язык. Ну, или повернётся, правда с весьма плачевными последствиями. Джинни Уизли наклонилась к нему чуть сильнее, теперь он мог чувствовать её немного обжигающее дыхание на своей щеке. — Ты должно быть издеваешься, — выдохнул Гарри, притянув её к себе чуть сильнее. — Это я ещё не издеваюсь, — едва слышно прошептала Джинни. Между их лицами оставались буквально считанные сантиметры. Гарри потянулся было за поцелуем, однако наткнулся на раскрытую ладонь Уизли. — Вот теперь издеваюсь, — хихикнула она, но руку не убрала. — Джи-и-и-нни, — протянул он, усмехнувшись. — Я уже семнадцать лет, как Джинни, что дальше? — Сверкнула глазами девушка, всё-таки убрав руку и наклонившись к Гарри ещё сильнее. Его сердце стучало как бешенное, а ситуация грозилась выйти из-под контроля. Он конечно был не против чего-то такого, но факт того, что они находились в школьном коридоре, где их мог застукать любой? Если Джинни на это могло быть всё равно (лишь бы этим любым оказался не Рон), то у Гарри оставались какие-никакие границы. Ну, или немного осознанности. — Смотри-ка, — кивнул Гарри в сторону окна, находящегося буквально за спиной Джинни. В попытке сменить тему и немного понизить градус напряжения. — А? — обернувшись, протянула в ответ девушка, немного отстранившись от него, — Да ладно! Это же… ОКНО! Желаете выйти? — Усмехнулась она. — Да нет, пока, — ответил ей в тон Гарри, сделав пару шагов в сторону, — говорю, что профессор Стебль ушла, в оранжерее вроде бы нет никого… — И что? — пожала плечами она, усевшись на подоконник, жестом предлагая парню сесть к ней. Он, вопреки своему желанию покачал головой — узкий подоконник двоих бы попросту не выдержал, а шума за эту ночь они и так наделали неимоверного. — Да там же твои цветочки цветут вроде! Про которые вы с Гермионой спорили недели две назад. — Точно! Как же я могла забыть! Цветки удачи! Распускаются в полночь, раз в году, а их настойка по эффекту может превзойти даже Феликс Фелицис! Ну, по крайней мере так говорит Полумна. Не факт, что это правда конечно, но в моём случае, удача — единственное, что мне поможет! Спасибо, что напомнил! — Сказала она, продолжая не готовиться к экзаменам, — усмехнулся Гарри, уже обдумывая самый короткий маршрут до теплиц. Пусть сам он в эти цветочки не верил, но прекрасно знал, что разубеждать её — затея пустая и заведомо провальная. Джинни спрыгнула с подоконника, чуть ли не подпрыгивая от нетерпения, словно ребенок. Очередное короткое путешествие определённо обещало быть интересным.