Глава 3.

— Ты такая нетерпеливая, — с улыбкой произнес Хосок, распрямляясь и смотря на Инджи сверху вниз. — Так хочется побыстрей раздеться? — Так хочется побыстрей свалить из этой комнаты и из твоего общества, — немного грубовато ответила Ким, поднимаясь с постели. Она решила, что надо задеть его, дать понять Хосоку, что он ей абсолютно не интересен, так ей будет намного проще держать себя в руках. Обычно такое срабатывало, парень отступал, но сейчас на ее слова он лишь хмыкнул и неожиданно широко улыбнулся. Сегодня он не станет пасовать. Если раньше Хосок думал, что даже влечения в ней не вызывал, то сейчас наверняка знал, что это не так. Успел увидеть в ее глазах ответное желание. Он получил невероятный шанс сблизиться с ней и не мог его упустить. — Во что играем? — спросила Инджи, после того как поочередно нажала на кнопки питания на обоих компьютерах. — Предоставлю этот выбор тебе. За какой мне сесть? — За тот, — девушка ткнула в сторону компьютера брата, села за свой и стала изучать список закаченных игр. Она задумчиво переводила глаза от одной к другой, пока не наткнулась на одно название и хитро улыбнулась, скосив взгляд на Хосока, примеривающегося к новой клавиатуре. — Любишь гонки? — Чон в ответ кивнул и интересом уставился на заставку, высветившуюся сразу на трех мониторах. — Тогда будем играть в «City Oversteer». Иногда брату, как кибер-спортсмену, спонсоры дарили игры, которые еще не поступили в продажу. «City Oversteer» была как раз из таких, и они с Тэхёном успели не раз ее протестировать, благодаря чему Инджи запомнила несколько карт, что несомненно давало ей фору перед Хосоком. К тому же брат показал ей пару занятных комбинаций, которые могли стать ее козырем в этой игре. В общем, в своей победе она ни капли не сомневалась, что ничуть не уменьшило азарт, разгорающийся в крови. Ким еле сдержалась, чтобы не потереть руки в предвкушении и глупо не захихикать. Хосок еще не знал, на что подписался. — Позволю карту выбрать тебе, — великодушно сказала Инджи после того, как определилась с выбором автомобиля. Она решила дать парню немного форы и широко улыбнулась, когда он нажал на одну из ее любимых. Судьба, не иначе. — Приступим, — громко сказал Хосок, когда закончился обратный отсчет и машины одновременно стартовали. Стоило игре начаться, как Инджи полностью погрузилась в нее. Весь остальной мир и Хосок в том числе просто перестали для нее существовать. Все, что она видела — это их автомобили и трасса, по которой они мчались. Поначалу их машины шли вровень, но когда они достигли горного серпантина, на котором поворачивать следовало очень осторожно, иначе можно было вылететь за ограждение, что означало бы автоматический проигрыш, Хосок приотстал. Их противостояние было недолгим, но довольно напряжённым, парень то вырывался вперед, то снова отступал, и иногда Инджи начинала переживать. Совсем немножко. — О да! — воскликнула Ким, вскинув руки вверх, когда Чон вполне ожидаемо проиграл. Она с довольной улыбочкой повернула голову в сторону парня и сказала: — Куртку снимай. Чон отстранился от спинки стула, с легкостью снял названый предмет, и Инджи с разочарованием отметила, что на открытых теперь ее обзору руках не было никакого рисунка, но зато разглядела бицепсы и довольно мощные. Похоже, что за каникулы он нехило подкачался. Ей стало интересно, а пресс у него имелся? Пресс был. В этом Инджи убедилась после следующего выигрышного раунда, когда Хосок как-то слишком поспешно и радостно подскочил со своего кресла и стянул с себя футболку. Его будто не волновал проигрыш, словно наоборот, только этого и ждал. Он стоял напротив нее, явно наслаждаясь ступором Ким, которая внимательно рассматривала его живот и кубики, выделяющиеся на нем. Хосок всегда ей казался слишком худым, скорее пластичным, чем мускулистым, она ожидала увидеть просто плоский живот, а не такое подкачанное и несомненно сексуальное тело. О том, что она еще увидит, ей даже думать не хотелось. О нем вообще думать не хотелось. Ибо дышать было все трудней, а мозг подкидывал глупые фантазии, которые игнорировать становилось все сложнее. — Думаю, теперь твоя очередь что-нибудь снять, — облизнув губы, произнес Хосок, присаживаясь обратно в кресло, развернутое в ее сторону. — Даже и не мечтай, — фыркнула Ким. Она прикладывала все силы, чтобы не смотреть на него. — Я не отдам тебе ни одной победы. — Это мы еще посмотрим. — Он повернулся в сторону компьютера и запустил следующую карту. — Я еще не показал все, на что способен, — его тон как-то изменился, и это заставило ее внимательно посмотреть на парня. Его лицо было слишком сосредоточенным, так что Ким стало не по себе. Кажется, он действительно твердо решил одержать победу. Она приложила все усилия, чтобы этого не допустить, но внезапно Хосок стал играть совершенно по-другому, словно до этого просто поддавался, и, смотря, как их машины двигались нос к носу, Ким заволновалась. Одежды лишаться не хотелось. Но пришлось. — Давно хотел увидеть твою грудь, — нагло поглядывая на Инджи, произнес Хосок, радуясь своей победе. — Придурок, — буркнула Ким, вытягивая край футболки из-под пояса. Своей фигуры она не стеснялась, поэтому и остаться в одном лифчике не боялась. Единственное, что не хотелось предстать в таком виде перед Чоном, но уговор есть уговор, и нарушать его она не смела. — Эй, зачем грубить? Все по-честному, ты сама проиграла. — Да пошел ты, — беззлобно произнесла она. Не вставая с кресла, она стянула футболку и закинула ее куда-то назад, надеясь попасть на кровать. Хосок едва не подавился слюной, увидев пышную грудь, обтянутую тонкой кружевной тканью. Даже вид сбоку невероятно возбуждал. В штанах стало тесно, и Чон поерзал, пытаясь принять удобное положение. — Давай дальше. — Ага, — как-то хрипло произнес Хосок, и Ким бросила на него внимательный взгляд. Отросшие волосы падали ему на лоб, делая его дерзким и сексуальным, но Инджи больше нравилось, когда он зачесывал их назад, обнажая лоб, так его лицо казалось более выразительным. Словно услышав ее мысли, Хосок запустил руку в слегка влажные волосы и убрал их с лица. — Жарко, не правда ли? — он снова уставился на ее грудь. Его слова девушка проигнорировала. Все, что ее сейчас интересовало, это игра. Азарт снова брал над ней верх, и казалось, ее уже перестало волновать то, что она лишилась футболки. Хрен с ним, пусть наслаждается, большего он все равно не увидит. — Твою мать, ты где научился так играть? — психанула Инджи, стукнув рукой по клавиатуре, когда уже буквально через пять минут снова проиграла. — Тренировался с Чимином, — выразительно уставившись на нее, произнес парень, — а он… — …играет в одной команде с Тэхёном, — закончила за него Инджи, и внезапная догадка озарила ее. — А это значит, что он тоже получил в подарок эту игру, — она едва не застонала от собственной глупости. Как она могла забыть про то, что Пак лучший друг Хосока? Идиотка. Теперь понятно, почему он так хорошо обходил все препятствия. — Бинго, — ухмыльнулся Хосок, — а теперь детка, порадуй папочку, сними шортики. — Тоже мне, папочка нашелся, — закатила глаза Ким, хотя у самой сердце екнуло, стоило представить, что она могла так к нему обратиться. Она поднялась со своего места и, освободившись от пояса, расстегнула сначала пуговичку, потом ширинку и слегка повела бедрами, позволяя шортам легко скользнуть по ее стройным ногам, после чего перешагнула через них и наклонилась, чтобы поднять. Инджи осталась в одном белье, и Хосок чуть не задохнулся от восторга. А когда она наклонилась, встав в совершенно провокационную позу, он едва сдержался, чтобы не наброситься на нее словно зверь. Как же Инджи была красива, и как же сильно он хотел, чтобы она принадлежала только ему. С его стороны это была не просто похоть, нет, за этим скрывалось нечто большее. — Эй, слюни подотри, пол закапаешь, — усмехнулась Инджи, глядя на пожирающего ее глазами Хосока. Он смотрел с таким восхищением, что она бы соврала, если бы сказала, что это ее не взволновало. Во время следующего раунда Хосок постоянно бросал на девушку косые взгляды, неизменно прилипающие к ее груди, и это стало причиной его проигрыша. И кажется, в этот раз он действительно расстроился. Но кому какое до этого дело? Уж точно не ей. Инджи посмотрела на Чона, старательно игнорируя выступающие ключицы и обнаженный торс, хотя рассмотреть очень хотелось. И потрогать тоже. Из одежды на нем оставались брюки и носки. Ким опустила взгляд на его ступни и задумалась. «Татуировка у него либо на щиколотке, либо… где? Бедро? Ягодицы? Надеюсь, он имел ввиду щиколотки, когда говорил про не самое видное место. Не хотелось бы видеть его без штанов. Не уверена, что смогу и дальше сдерживаться», — девушка пальцем ткнула на носки и напряженно следила за тем, как он их стягивал. — Черт! — воскликнула она, увидев, что кожа чиста. А Хосок, словно издеваясь, демонстративно повертел ступнями, показывая, что на них ничего нет. «Итак, что мы имеем? Я в белье, он в одних штанах. Расклад, прямо скажем, определенно не в мою пользу». О том, насколько она права, поняла лишь после следующей игры. Хосок опять вырвался вперед, используя одну из комбинаций, которые были ей знакомы, и сейчас с широченной улыбкой смотрел на пылающую от злости девушку. Она уже забыла обо всем: и о загаданном желании, и о тату. Всё, чего она сейчас желала, это стереть эту улыбку с лица Чона. — Лифчик, — всего одно слово, а у Инджи сердце готово было сделать кульбит. Одна мысль о том, что она сейчас окажется перед ним с голой грудью, почему-то заставила запаниковать. И не то, чтобы она стеснялась, просто это же был… Хосок. «Надо выпить!» Инджи знала, что у Тэхёна на одной из полок в шкафу был своеобразный мини-бар, в котором он хранил алкогольные напитки, купленные в тех странах, в которых ему удалось побывать. Кажется, пора воспользоваться заначкой брата. Под недоуменным взглядом Хосока она поднялась со стула и, плавно покачивая бедрами перед напрягшимся от такой картины парнем, подошла к шкафчику, достала из него давно заинтересовавшую ее бутылку текилы с черным скорпионом внутри. — Будешь? — спросила Инджи у Чона, откручивая крышку с горлышка. — Стаканчик, правда, только один, второй мы разбили, когда в прошлый раз пили с Тэхёном. — Спасибо, не хочется, — с сомнением глядя на бутылку, ответил Чон и ухмыльнулся. — Хочу запомнить этот вечер во всех красках. — Как знаешь, — словно пропустив мимо ушей его последние слова, сказала Ким, пожав плечами, залпом выпила напиток и поморщилась от его вкуса. Все же соджу ей намного больше нравилось. Жаль, до него сейчас не добраться. Следом за первой тут же в ход пошла и вторая стопка. От алкоголя по телу разлилось приятное тепло, скованность стала пропадать, и Инджи снова почувствовала себя уверенно, а в голове зародились пошлые мыслишки. Нестерпимо захотелось подразнить парня. Ким закусила губу и повернулась лицом к Хосоку. Она медленно завела одну руку за спину и с легкостью расстегнула бюстгальтер, но не спешила стягивать его с плеч, придерживая сам бюстик на месте. Чон, затаив дыхание, следил за тем, как сначала одна лямка соскользнула с острого плечика, потом другая, и наконец кружевная ткань упала на пол. От вида ее налитой груди и твердых торчащих сосков внизу живота сразу потянуло, член, казалось, еще больше затвердел, и Хосок сжал зубы, чтобы не застонать. Чон смотрел на нее так, будто она самая желанная девушка на свете, и Инджи от его взгляда словно плавилась. Она прикрыла на секунду глаза, избавляясь от наваждения, и быстро развернулась обратно, борясь с желанием прикрыть обнаженную грудь. Откуда взялось это стеснение, ей совершенно непонятно. Просто никто и никогда так на нее не смотрел. Ким вернулась на свое место, уткнулась взглядом в монитор и радовалась, что распущенные волосы прикрывали часть лица, не позволяя увидеть Хосоку, как сильно горели ее щеки. — Инжди, — хрипло произнес Чон, не сводя с нее своего взгляда, и у нее мурашки по коже пробежались от его голоса. — Может… — Молчи, — оборвала его девушка. — Играем дальше. Мне просто нужно твое тату. Не строй никаких планов. — Ты очень жестокая, знаешь об этом? Как можно не строить планы, когда у меня перед глазами до сих пор вид твоих сосков, и мысли о том, как же хочется попробовать их на вкус. — Замолчи, а? — простонала девушка, откинувшись на спинку кресла и запрокинув голову наверх, закрыла лицо ладонью. От его слов трусики стали влажными, и она с силой сжала мышку другой рукой, умоляя саму себя не поддаваться на провокации. — Что такое? Тебя это заводит? — с тихим смешком спросил Хосок, наблюдая за ней, и слегка наклонился к девушке. Неужели она не понимала, как сексуально выглядела ее поза и скольких усилий ему стоило не наброситься на нее? Но Чон знал, что так нельзя. Действовать надо осторожно, брать измором, провоцировать, пока она сама не сдастся и не сделает первый шаг ему навстречу. Вот тогда-то он и оторвется за все то время, что он ждал ее внимания. Надо лишь чуть-чуть потерпеть. Уж выдержки у Хосока не занимать. — Вот любишь ты потрепаться, — фыркнула Инджи, взяв себя в руки. Немного дискомфортно было сидеть вот так, с голой грудью, но выбора у нее не было. Надо сосредоточиться на игре. У нее больше не было права на проигрыш. — Еще раунд. Они снова шли нос к носу, никто не собирался уступать. Никто не хотел проигрывать. Но в какой-то момент Хосок вырвался вперед, и Инджи запаниковала. Сердце ускорило свой бег, разгоняя кровь по венам. Когда до финиша оставалось всего ничего, она вспомнила про комбинацию, которую до сих пор еще не использовала, и, дождавшись момента, когда они приблизились к черте, зажала пару кнопок, под конец вырываясь вперед. — Да! — воскликнула она, когда ее автомобиль пересек финиш. Наконец-то она увидит эту чёртову татуировку, ради которой пришлось пройти через все это, сделает фото и постарается вычеркнуть этот вечер из своей головы. Она широко улыбнулась, не замечая, как ухмыльнулся Хосок. — Довольна тем, что все-таки оставила меня без штанов? — спросил Чон, поднимаясь с кресла. — Еще как, — нагло ответила Инджи, повернувшись к нему. — Давай посмотрим, что ты там прятал. Надеюсь, татуировка того стоила. — Хосок игриво закусил губу и потянулся руками к ширинке. И как только парень снял штаны и развернулся, довольно разводя руки в стороны, словно говоря: «вот, любуйся», все мысли Инджи о тату мгновенно улетучились. Потому что у Хосока, блять, стоял. Ткань светло-серых боксеров была натянута и приковывала взгляд к небольшому влажному пятнышку в той области, где четко прорисовывалась головка члена. Инджи рвано вздохнула, не в силах отвести взгляд. Ее не удивило то, что он возбужден, скорее ждала этого, учитывая то, что она сверкала перед ним голой грудью, а Чон не был геем и не мог такое проигнорировать. Но шокировало то, как сильно ее собственное тело отозвалось на его столь явное желание. В голове остался только Хосок и мысли о его твёрдом члене, которого так и хотелось коснуться. Инджи сильнее сжала бедра, стараясь хоть как-то справиться с огнем, разгорающимся внутри. Кончиком языка она провела по контуру губ и вздохнула, когда увидела, как Хосок накрыл ладонью свой орган и слегка сжал. Он видел все ее метания и едва сдерживал себя. — Хочешь… увидеть? Его возбужденный, надрывистый голос завел Инджи сильнее, и она подняла голову, встречаясь с его темными глазами, прожигающими насквозь. Она медленно распахнула пересохшие губы и шепотом сказала: — Да. — Попроси, — хрипло произнес Хосок, не сводя с нее своего горящего взгляда. — Сними их. Со стоном облегчения Хосок избавился от последней вещи на своем теле и предстал перед ней абсолютно обнаженный. Инджи непроизвольно подалась вперед, уставившись на стоящий член, сочащийся густой смазкой, мимолетно замечая маленькую чёрную надпись на лобке, но не концентрируя на ней внимание. Ее больше интересовало другое. Девушка как завороженная смотрела на подрагивающий орган, а Чон молчал, с силой закусывая губу, терпя невыносимо болезненное напряжение в паху. Ким мучительно медленно скользила взглядом вверх, от члена, по напрягшемуся животу, выпирающим ключицам, пухлым губам и остановилась на глазах, замечая в них странный блеск. Всего секунда потребовалась на принятие решения. Они подались навстречу друг другу одновременно. Инджи приподнялась со своего кресла, а Хосок склонился к ней, касаясь ее губ и обхватывая крепкой рукой тонкую талию, прижимая к себе и чувствуя, как твердые соски коснулись обнаженной кожи. Они распрямились, продолжая целоваться неспешно, словно пробуя на вкус, лаская губами и языками друг друга. Хосок подхватил Инджи под ягодицы, и она тут же обвила его торс, прижимаясь к его члену, и заелозила вся в нетерпении, потираясь о твердый орган. Чон с огромным трудом сделал пару шагов к кровати и аккуратно опустил девушку на постель, наваливаясь сверху. Тут же начиная исследовать ее тело. Инджи казалось, что его руки и губы везде. Он блуждал руками по ее телу, повторял путь губами, оставлял засосы на шее и ключицах, и она отвечала ему тем же. Водила руками по его прессу, подкачанной груди, оставляла дорожку поцелуев от шеи до губ, слегка прикусывала кожу на ключицах, заставляя его стонать. Их тела словно превратились в один оголенный нерв. Ким тяжело задышала, когда он вобрал ее сосок в рот, посасывая и обводя его языком. Она прогнулась в спине, стараясь стать ему еще ближе, а его рука скользнула вниз, минуя единственную преграду из кружевных трусиков. Когда он коснулся пальцами ее клитора, лаская его, Инджи громко застонала, ерзая под ним, еще сильнее распаляя его своими движениями, хотя ему уже казалось, что он вот-вот взорвется. Она перехватила его руку, прежде чем он успел войти в нее пальцами, и покачала головой. — Я хочу быть сверху, — прошептала ему на ухо Инджи, и Хосок, еле слышно простонав от ее возбуждающего тона, резким рывком перевернул их, оказавшись под девушкой. Теперь она изучала его тело, скользила мягкими ладонями по животу, оглаживая кубики пресса, ниже и ниже, пока рука не коснулась члена. Хосок вздрогнул и зажмурил глаза, когда она провела рукой по стволу, размазывая смазку. — Он такой горячий, — восторженно произнесла Инджи. — Хочу его в себе. Она слегка приподнялась, упираясь коленями в постель по обе стороны от его бедер, отодвинула трусики в сторону и, приставив член ко входу, медленно опустилась на него. Кажется, пару секунд они оба не дышали, лишь смотрели в глаза друг другу, упиваясь невероятным наслаждением от их единения, пока Инджи не начала двигаться. Она бесстыдно стонала, скользя на члене Хосока, впивалась ногтями в его плечи, причиняя ему боль, но Чон лишь запрокидывал голову, теряясь в пространстве от ощущения ее горячего и влажного нутра, и вторил ей своим низким голосом. В какой-то момент показалось, что ее просто разорвет от чувств, когда он стал подаваться бедрами ей навстречу. Все быстрей и сильней. Как можно глубже проникая в нее. Пространство заполнили пошлые хлюпающие звуки, смешанные с их громкими стонами. Она еще сильнее сжала его плечи, когда почувствовала, как в животе скручивался тугой узел. Чон, чувствуя, что она близка, снова коснулся ее клитора, лаская его круговыми движениями и помогая ей достичь оргазма. Инджи резко опустилась до самого основания и содрогнулась, громко выкрикивая его имя, пока Хосок продолжал подаваться бедрами, продлевая ее удовольствие. Она обессилено упала на его грудь и уткнулась лицом в шею. Парень обхватил ее за талию и одним движением перевернул Инджи на спину, снова меняя их местами, подхватил ногу под коленом, задрав повыше. Он сделал несколько грубых и очень глубоких толчков и застонал, кончая на живот Ким. Его трусило, и он еле держался на руках после невероятно мощного оргазма. Такое с ним было впервые. Чон посмотрел на Инджи и встретился со взглядом, полным восхищения. Он склонился к ней и нежно поцеловал, чувствуя, как ее губы растягивались в улыбке. — Тэхён меня убьет, если узнает, что мы занимались сексом на его кровати, — рассмеялась Инджи, когда он завалился рядом с ней и вытер сперму уголком покрывала. Ким провела рукой по его груди, затем к напрягшемуся от прикосновений животу и ниже, туда, где была татуировка. — А мы ему не скажем, — пробормотал Хосок, оставляя дорожку поцелуев от ее подбородка до шеи. Инджи томно вздохнула, давая себе несколько секунд, чтобы насладиться его прикосновениями, а потом слегка отстранилась под недовольным взглядом Чона. — Кстати… Тату на лобке? Ты серьезно? Как тебе пришла идея набить ее здесь? — спросила Инджи, нежно проводя пальчиком по надписи. — Хочешь второй раунд? –спросил Хосок, чувствуя, как член снова начал слегка напрягаться, хотя еще даже пяти минут не прошло после их секса. — Да хоть третий, — закусив губу, игриво улыбнулась Инджи и обхватила пальчиками основание ствола, слегка сжимая его. Кажется, с Хосоком она сможет в полной мере проявить свою ненасытную натуру. — Но все же? — Это все Чимин, — выпустив воздух из приоткрытых губ, ответил Хосок, стараясь сосредоточиться на разговоре, а не на ее шаловливых пальчиках, которые почти привели его орган в рабочее состояние. Ему тоже кое-что было интересно узнать. — Что, поймал в темном переулке и набил? — Выиграл в карты и загадал желание, — произнес Хосок и перехватил руку Ким, когда она попыталась провести ей вверх по стоящему колом члену. — Мешаешь думать, — ответил он, когда она вопросительно приподняла бровь. — Я тоже хотел спросить. Насчет твоего желания. В чем прикол просто посмотреть на мое тату? Вроде никто не знал, где именно оно. — Я должна была не только посмотреть на него, но и сфотографировать, как доказательство. — Вот оно что, — протянул Хосок, задумался на несколько секунд, а потом улыбнулся. — Тогда фотографируй, я разрешаю. — Ты с ума сошел? — округлила глаза Инджи, приподнялась на локте, заглядывая парню в глаза, и, крепко сжав его плоть, вкрадчиво произнесла: — Теперь никто не должен видеть это тело. Оно только мое. — Из уст Чона вырвался тихий смешок, и девушка приподняла бровь, сжимая член чуть сильнее. — Что? Имеешь что-то против? — Ни в коем случае, — мотнул головой Хосок, широко улыбаясь. — Раз сказала твое, значит, только твое. И ты обязана обо мне хорошо позаботиться. — Позабочусь, можешь об этом не переживать, — прошептала Инджи, склоняя голову чуть ниже.