24. Тогда, я безнадёжно больна

Они сидят в полумраке гостиной, освещенной лишь огнем из камина. На часах уже далеко за 3 часа ночи, но спать обоим не хочется. Кароль обнимает Балана, удобно уместив свою голову на его груди. Он крепко сжимает ее ладошку в своей руке, глаз не отрывая от языков пламени напротив. — Тин, нам надо поговорить Серьезно начинает Дан, нарушая тишину. — О чем? Она переплетает их пальцы в замок. — Хочу тебе кое-что рассказать. Возможно, тебе такое не понравится и ты снова меня пошлёшь… Балан хотел продолжить, но Тина его перебила. — Лучше тогда не рассказывай, знать не хочу! Кароль отрицательно замотала головой и сильнее прижалась к Дану, крепко держа его за руку. — Это важно. Есть один факт, ты должна его знать. Не хочу, чтобы где-то вдруг услышала со стороны. Поэтому здесь и сейчас, раз и навсегда. — Дан, не пугай меня, пожалуйста… Тина отстранилась от Балана, садясь рядом и недоверчиво поглядывая на него. — Нет, там ничего страшного. По сути, дурацкая выходка. Но все-же, ты должна знать. Молдаванин представить не мог, как отреагирует Кароль на его откровенность, поэтому он хоть и старался держаться уверенно, сердце все равно стало биться чаще от волнения. — Помнишь, я говорил, что проспорил Завадюку? Тина в ответ только кивнула, продолжая внимательно разглядывать Дана. — Так вот, официально наш спор еще не закончился и формально я его выиграл… — Я тебя не понимаю Растерянно произнесла Кароль, хлопая ресницами. — Дело в том, что еще на подписании договора. За 2 недели до встречи наставников. Мы с ним поспорили. И так получилось, что поспорили мы на тебя… Балан нервно улыбнулся, наблюдая за реакцией Тины. — В смысле? Она нахмурилась, стараясь понять о чем именно пытается сообщить Дан. — Это была моя идея, Вова поддержал. Но я честно, тогда знать не знал, что ты будешь той самой наставницей. Молдаванин начал оправдываться раньше времени. — В каком смысле, вы поспорили на меня? На удивление Балана в него ничего не полетело, Тина даже злости в голосе не показала, только заинтересованность. — Зава когда рассказывал про моих возможных коллег, я узнал, что будет Дима и Леша. А то что ты, это ты, он не сказал. Поведал, что есть одна особа «Снежная королева» и мне не справиться. Конечно, мое самолюбие было задето, я воспринял это как вызов. Мы поспорили, что к концу сезона я эту «Особу» уломаю, то есть тебя… Дан активно жестикулировал, пытаясь хоть как-то смягчить углы. — Только, когда я тебя увидел в кабинете, сразу решил, что спор заведомо мной проигран и я даже подходить к тебе не буду, от греха подальше. Молдаванин сначала произнес на одном дыхании и только потом задумался, что наверное не совсем правильно сформулировал свои мысли. — Подходить ко мне не будешь… От греха подальше, да? Кароль в ответ странно хмыкнула. — Ну не в этом смысле. Ой, Господи, что я ляпнул… Дан закрыл лицо ладошками, безысходно вздыхая, уже представляя, как Тина гонит его из дома тапкам. — А знаешь, что я тогда о тебе думала? Что ты придурок конченный! Поспорил он на меня… Она бросила на Балана короткий взгляд, а затем уставилась на тлеющий камин. — Тоже мне герой-любовник. Кто кого еще уломал? Дождешься от него. Молдавский танк с бронёй. Пока сама за ворот не притянешь, он и не одуплится. Ходишь вокруг него, ходишь, а он видите ли работает. Есть ему некогда, пить ему некогда, жить ему некогда. У него детки в нотки не попадают. Кароль будто разговаривала сама с собой, напрочь позабыв о существовании Дана, сидящего рядом. — Нет, я просто не могу. Это ж надо было встретить такого индивида. Он еще и поспорил. На меня. С кем? С Завадюком… Тина развела руками, тяжело вздохнула и встав с дивана, направилась к лестнице ведущей на верхние этажи. — Ти, ты куда? Дан наконец подал голос, растерянно глядя в след народной. — Куда? Ты серьёзно? Кароль обернулась к Балану, уже стоя на первой ступеньке. — А я? Мне домой ехать? Неуверенно спросил молдаванин, надеясь хотя бы на коврик в прихожей. — Балан, ты с головой вообще контачишь иногда? Домой он собрался… Тина цокнула, закатывая глаза. — Так я тебя и отпустила. Она одарила молдаванина легкой улыбкой. — Спать пошли, дурня! Четвертый час уже. А у нас генеральная репетиция в 9, если ты конечно помнишь. Дан моментально вскакивает с дивана и за пару шагов оказывается рядом с Тиной, хватая ее за руку.

***

Репетиции, прогоны, полуфинал, всё проходит спокойно и это даже немного настораживает. Орлов выдыхает, оставляя руку на пульсе, но в целом — мир, дружба, жвачка. Дан с Тиной продолжают беситься-мириться и так по кругу, чтобы жизнь скучной не казалась. И мелкие ссоры не мешают им любить до самых молдавских чертиков и обратно к украинским тараканам.

***

Еще неделя до финала, сплошные репетиции. Конечно, нервов много измотано. Тут еще и Завадюк постоянно над ухом жужит со своими «Важными» проблемами перед последним прямым. Генеральные репетиции и в заключительные пару дней, весь Голос просто денно и нощно живет в павильоне. Финальный рывок и вот уже все празднуют победу Балана и его подопечной. Кароль наигранно-сдержанно поздравляет Дана, а затем скрывается за кулисами съёмочного, пока победитель принимает поздравления от других. Мимоходом, некоторые пытаются выяснить, куда и почему ушла Тина, но молдаванин играет полное непонимание, так что даже сам Владимир Завадюк верит. И лишь Орлов наблюдая за этим перфомансом одного актера, усмехается. Балан ссылаясь на поздний вылет из Киева в родной Кишинев, вежливо отказывается от продолжения банкета. На последок только заглянув к Вове в кабинет. — Зава, насчёт нашего спора… Дан начинает прямо с порога, не успев дверь за собой закрыть. — Ага Владимир задумчиво отвечает, бросив на молдаванина кроткий взгляд. — Если контракт готов, я подпишу сейчас, чтобы потом время не тратить. Он хватает ручку со стола, готовый расписать на любой бумажке, что ему подсунут и даже туалетная бумага Дана не смутит. — Да? Я думал, что… Продюсер не успел договорить, как его перебил Балан. — Вов, контракт. Смотри, я могу улететь и ты меня не найдёшь. Дан дружелюбно улыбается. — Конспираторы хреновы… Завадюк бурчит себе что-то под нос, Дан только морщиться, не разобрав ни слова. — Ладно, я тебя не заставлял, ты сам на это подписался. Владимир жмет плечами, а затем достаёт из ящика стола, заранее подготовленный контракт и протягивает его Балану. Дан пробегается взглядом по тексту, так на всякий случай и в конце уверенно ставит свою закорючку, отдавая документ обратно. — Теперь ты мой, еще на один сезон. Продюсер довольно улыбается, убирая бумаги в сейф. -Ошибаешься, я совершенно не твой. Балан на последок строит хитрую морду и окончательно попрощавшись с другом скрывается в коридорах двенадцатого. Дан последний раз в этом сезоне заходит в свою гримерку, переодевается, собирает оставшиеся вещи. Перед тем, как окончательно покинуть комнату, заглядывает в соседнее помещение. Там темно и давно никого нет, Балан запирает дверь на ключ и довольно хмыкнув, выходит из гримерной. Он знает точно, вернётся, только не уверен, что в следующем сезоне ему достанется эта же гримерка. А за время 9 Голоса тут произошло довольно много интересных моментов, которые вызывают приятные воспоминания. Балан отдает ключи на вахту и выходит к парковке, на свежий весенний воздух. На улице темно, часы давно показывают за полночь. Весь город кажется спит, только яркая луна выглядывает из-за облаков. Дан подходит к своей машине, дергает за ручку, закрыто. Он аккуратно стучит костяшками по лобовому и через секунду раздается характерный звук, сообщающий о разблокировке дверей. Балан закидывает рюкзак на заднее сиденье и садится на водительское. — Долго ждала? Я к Заве ходил, контракт подписывать. Молдаванин смотрит на сонную Тину, которая уже успела задремать, пока его носило по павильону. — Ты его всё-таки подписал? Кароль заразительно зевает, потягиваясь насколько позволяет пространство. Дан в ответ только кивает и нежно улыбается. — Но так не честно Она поудобней устраивается в кресле, перед поездкой домой. — Не честно было спорить на тебя. И это что, ты хотела избавиться от меня в следующем сезоне? Балан хитро щурится. — Я уже пробовала от тебя избавиться, не получилось. Тина руками разводит в стороны. — Я предупреждал, Дан Балан — это заболевание хроническое и лечению оно не поддаётся. — Тогда, я безнадёжно больна. Кароль наигранно вздыхает, строя самое разочарованное лицо. — Госпожа пострадавшая, Вас домой везти или предпочитаете больницу? Дан забавно ведет бровью, глядя на Тину. — У тебя утром самолёт. Едем к тебе. — Как скажешь. И Балан выруливает с парковки на дорогу до дома.

***

В 8 утра у Балана самолёт до Кишинёва. Он хотел съездить к родным на пару дней, только и всего. За час до вылета Тина отказывается отпускать его, потому-что одна не хочет оставаться. Благо, в самолёте находится свободное место. И так спонтанно, они летят в Молдову вдвоём. Кароль даже не смущает скорое знакомство с «потенциальными родственниками», как все время подкалывал ее Орлов. Они неделю живут в Кишинёве. Дан знакомит Тину не только со своей семьёй, но и со своей родиной, хотя неделя это не так много времени. Затем они срываются и в последний момент меняют билеты Кишинёв-Киев, на Кишинёв-Лондон. У Вениамина счастья полные штаны, когда мама приезжает неожиданно, еще и прихватив с собой Дана, у которого на руке красуется браслет подаренный мальчиком. Еще три недели в Лондоне и они возвращаются в Киев. Балан пару раз заглядывает в бар, не задерживаясь в нем больше получаса. В целом, ему там и делать теперь нечего. Он вспоминает про свою студию и начинает работу над свежими проектами. Кароль занимается концертами и новыми альбомами, все в той же студии Дана. У них все хорошо. Продолжают жить на два дома, меняя место проживания с квартиры в центре на дом в Зазимье, в зависимости от обстоятельств. На каникулы Венька прилетает. Общим советом решают слетать куда-нибудь к морю, отдохнуть. И Паша наконец может взять законный отпуск, зная, что его начальница-подруга в надежных руках. Их история слишком сложна, чтобы закончиться так просто, впереди еще длинная жизнь наполненная приключениями и неожиданными поворотами. Только это уже совершенно другая история.