Часть 1

Остаются вспышки От твоей малышки По ночам (по ночам) Где и с кем сейчас ты И зачем ты счастлив Отвечай Знаешь как больно Не цвести больше Люби меня Люби меня Лалиса Манобан — новая ученица, переведенная в их класс по программе обмена, привлекла внимание Чеён сразу же как переступила порог аудитории. Стройная, красивая девушка, с длинными, чуть волнистыми волосами, большими глазами и яркой улыбкой буквально пленила ее. Все начиналось невинно, сначала она показала ей школу, затем пару раз присоединилась за обедом в столовой, позже они начали ходить вместе домой, через неделю Пак уже не могла представить жизни без переписок со своей новой подругой, еще через месяц Лиса была той, кто знала о Розэ все и в один прекрасный день они вдруг поцеловались… Настолько просто и естественно, что это даже не вызвало вопросов, лишь только бунт бабочек в ее животе. И казалось бы живи и радуйся, но все оказалось не так просто. — Хей, Чеён-и, нам нужно поговорить, — как и всегда сладкий голос и все такая же солнечная улыбка, заставили девушку улыбнуться в ответ. — В чем дело? — она плюхнулась на кровать в комнате Лисы, подползая ближе к младшей и укладывая голову ей на грудь, под ухом тут же послышался равномерный стук сердца. — Просто хотела кое-что прояснить, — Манобан отделила тоненькую розовую прядку от остальных и начала перебирать ее пальцами, — между нами же ничего серьезного, так? Чеён на мгновение перестала дышать. Эти слова ударили ее словно молот, выбивая из головы все мысли. Ей потребовалось несколько долгих мгновений что бы прийти в себя. Она с ужасом отметила, что сердцебиение под ее ухом осталось неизменным, а длинные пальцы, играющие с ее волосами, все так же двигаются, словно ничего не произошло. — О чем ты?.. Девушка медленно села, заглядывая в красивое лицо. — Ну я об этом, — тайка небрежно махнула рукой в сторону своей комнаты, — ты, я… — Я не понимаю… — Пак широко раскрытыми глазами продолжала изучать знакомое лицо, в попытке найти там ответы. Намек на то, что все сказанное ранее лишь глупая шутка, коих в арсенале брюнетки было не мало. — Ох, Чеён-и, — знакомое обращение больно кольнуло в области грудины, из-за чего карие глаза моментально наполнились слезами, — ты что? — Манобан протянула было ладонь к девушки, но та отшатнулась в сторону. — Не трожь. Она подлетела на ноги, параллельно пытаясь сморгнуть непрошенные слезы. — Рози, не нужно, — Лиса медленно поднялась с матраса, — ведь нам обеим было хорошо, разве ты не повеселилась? Повеселилась. Так вот чем это было для Лисы, просто веселье. Одинокая слезинка все же скатилась по ее щеке и молча похватав вещи, Чеён вылетела из дома Манобан. *** Она искренне старалась забыть о тайке, игнорировала ее звонки и смс, в школе даже не здоровалась, пыталась заставить себя возненавидеть младшую, но чем больше времени оставалась в дали от нее, тем больнее ей становилось. Жизнь казалось тусклой и неправильной без теплых объятий Лалисы, ее жизнерадостного смеха, глупых шуток и вечной мечтательной улыбки на пухлых губах, именно поэтому через неделю Чеён обнаружила себя на пороге дома младшей. Открыв дверь Манобан не высказала удивления, хотя оно отчетливо читалось в ее глубоких глазах, она лишь молча втянула Пак в квартиру, тут же заключая в объятья, позволяя старшей раствориться в ощущении сильных рук на собственной спине и ненавязчивом запахе мяты. Отстранившись через минуту, Лиса накрыла ее щёку своей теплой ладонью, вопросительно глядя в карие глаза и как бы Розэ не старалась, собрать мысли в кучу не получалось, она лишь смотрела на пухлые губы, мечтая снова попробовать их на вкус и ее желание исполнилось… С тех пор их отношения приобрели новый статус — «дружба с привилегиями». Это не заходило дальше прогулок за руку, совместных просмотров фильмов по вечерам в обнимку и поцелуев. И со временем эта иллюзия стала казаться настолько реальной, что Пак почти смогла убедить себя в том, что их ссора лишь кошмар, бред ее воспаленного мозга. Пока очередным субботним вечером Лиса как и всегда не пришла к ней в квартиру. — Мне нужно тебе кое-что рассказать! — глаза младшей светились неподдельным восторгом, а улыбка на лице была настолько широкой, что вызывала у Пак фантомную боль в щеках. — Что такое? — розоволосая осторожно опустилась на высокий барный стул, теперь их разделял кухонный островок. — Я познакомилась кое с кем сегодня! — Пак отметила, что щечки младшей слегка покраснели. — Хм? — она натянула на лицо самую доброжелательную свою улыбку. — Её зовут Дженни, она потрясающая! — тайка начала активно жестикулировать руками, не замечая как улыбка на розовых губах дрогнула. — Мы случайно столкнулись в кофейне и разговорились, она старше меня на год и сейчас учится на первом курсе в университете, мы обменялись телефонами и завтра планируем встретится в торговом центре! Последующие слова Манобан утонули в частых ударах ее собственного сердца. Чеён прекрасно знала, что для Лисы их отношения ничего не значили в романтическом плане и рано или поздно такая ситуация должна была случиться, но от этого осознания тяжелое чувство в груди никуда не делось. *** Ты в торговом центре Со своей принцессой Посмотри (посмотри) Как я стою под ливнем До чего красиво И пузыри Знаешь как больно Не цвести больше Люби меня Люби меня Все следующее утро Чеён с болью наблюдает, как Манобан суетится, готовясь к предстоящей встрече. Она красится с особенной тщательностью, хотя обычно предпочитает не использовать косметику вовсе, десятки раз проверяет свои волосы в отражении зеркала, каждый из которых слегка хмуриться, придирчиво оглядывая волнистые пряди. Пак готова рвать волосы на голове, кричать во все горло, что Лисе незачем так готовиться, ведь она итак само совершенство, но слова комом застревают в горле, мешая даже вздохнуть. — Рози, могу я взять ту зеленую рубашку, что ты купила месяц назад? — тайка шарит глазами по ее гардеробу и дождавшись еле слышного одобрительного мычания достает из шкафа ту самую рубашку. Чеён готова захлебнуться слюной, когда видит готовую к выходу младшую. На ней черные брюки, с высокой талией, прекрасно подчеркивающие ее бедра и злополучная мятная шелковая рубашка, подвязанная под грудью, что открывает вид, на ее плоский живот и тонкую талию. На задворках затуманенного сознания Пак мелькает мысль, что на ней эта рубашка никогда бы не сидела так хорошо. Иссиня-черные волосы волнами спускаются по спине до самой поясницы, выгодно контрастируя с цветовой гаммой выбранных вещей. — Ну я пошла, — Лалиса беззаботно машет ей рукой и выпархивает за дверь. Квартира погружается в тяжелое молчание. Чеён с болью осознает, что ставшего привычным поцелуя на прощания сегодня не было. — Что бы тебя, — сквозь зубы шипит розоволосая и хватая с тумбочки ключи, выбегает на улицу. Она вовсе не следит за брюнеткой, просто ей интересно, кто же эта таинственная Дженни, не более того. Как и ожидается Лиса доходит до ближайшего торгового центра и располагается в небольшой кофейне, у самого окна, что только на руку Пак, так как она может наблюдать за происходящем на отдалении. Десять долгих минут проходят в ожидании, Чеён видит, как тайка волнуется и постоянно проверяет телефон. На мгновение в голове проскальзывает сладкая мысль о том, что незнакомка просто не появится и вот сейчас Лалиса поднимется с места и позвонит ей, в попытки найти утешение, но эти фантазии разлетаются вдребезги, когда в помещение заходит миниатюрная девушка и движется точно к столику Манобан. Младшая тут же подрывается с места, явно приветствуя спутницу, мягко обнимает ее и галантно отодвигает ей стул. Сердце Чеён ухает вниз и на этот раз определенно разбивается. Она не может отвести глаз от парочки, чувствуя подступающий к горлу ком. Ее глаза наполняются слезами, когда девушка наблюдает, как тайка трепетно сжимает ладошку девушки напротив как делала это десятки раз и с ней, как наклоняет голову в бок и мягко улыбается. Розоволосая не знает почему остаётся на месте, почему продолжает наблюдать, за происходящим. Это похоже на пытку, извращённую пытку, которую она сама себе и устроила. Ей больно почти физически, она может чувствовать, как знакомые изящные пальцы, слегка поглаживающие тыльную сторону ладони Дженни, впиваются в ее сердце, сжимают его в безжалостной попытке раздавить, уничтожить. Чеён не знает сколько времени проходит, но погода, словно видя ее состояние меняется. Яркое солнце постепенно затягивается громоздкими тучами и постепенно землю орошают первые капли воды, которые в последствии превращаются в плотный поток. Яркие волосы моментально промокают, превратившись в бесформенную паклю, свисающую по обе стороны от ее лица; одежда неприятно липнет к телу, посылая по коже холодные мурашки; лёгкие балетки черпают воду, пока она словно на автопилоте движется куда-то в противоположную от торгового центра сторону. *** Скажи мне Может, я проклята Разучилась летать Набралась опыта Транжира Слез не накоплено Валяюсь по полу Разбита пополам Знаешь как больно Пак вваливается в квартиру и все на что ей хватает сил, перед тем как сползти по стене на пол, это захлопнуть входную дверь. Перестав сдерживать жалкий скулёж, девушка позволяет вырваться из своего горла настоящему крику, смешанным с рыданиями. Она впивается пальцами в виски, крепко зажмуривает глаза, лишь бы выкинуть из головы воспоминания, но силуэт двух счастливых девушек, издеваясь, вспыхивает на внутренней стороне ее век, выжженный там будто навсегда. Чеён снова кричит, кричит во всю мощь своих лёгких, не заботясь о том, что могу подумать соседи или о том, что позже ее горло будет неприятно саднить. Она судорожно достаёт телефон из небольшой сумки и, промахиваясь по нужным цифрам, набирает пароль. На экране «дома» красуется ее совместная с Лисой фотография. На ней тайка широко улыбается, притягивая Пак за шею к себе. Девушка так сильно сжимает аппарат, что видит как по дисплею расходятся разноцветные круги от кончиков ее пальцев. Стиснув зубы Чеён заходит в галерею проматывая ленту все выше и выше и почти с каждой фотографии на неё смотрит Манобан. Пак порывисто выделяет каждую из них, и ее палец застывает над кнопкой «удалить», но ничего так и не происходит. Девушка судорожно выдыхает, наблюдая как слёзы капают на экран. Она так зла. В первую очередь на себя и свою глупость, свою бесхребетность и наивность. Она ненавидит себя. И до боли любит Лису, как бы не старалась убедить себя в обратном. Ведь от чувств не скрыться, как бы быстро ты не бежал.