Перемены

Мама вместе с сообщницей давно покинули ущелье, оставив двух бессмертных, переживших весьма неприятное совместное прошлое, наедине друг с другом. Люцифер казался более уравновешенным или даже дружелюбным, чем прилюдно. Вики бесконечно осуждала себя за сочувствие, которое к нему испытывала, но ничего не могла с собой поделать. В ней всегда было легко вызвать эмоции, будь то злость, радость или сострадание. Беседа стала немного натянутой, когда бессмертные услышали вдалеке грохот и чей-то приглушенный голос. Они синхронно поднялись и ринулись к источнику звуков. Это был выход из пещеры, за которым стоял Геральд. Он пытался пробить щит, конечно же, безуспешно. Люцифер и Вики с разбега пытались прорваться сквозь невидимую стену, наваливались на нее, кидали камнями. Ничего не вышло. Она стояла беспомощная, а в паре метров от нее стоял беспомощный Геральд, и они не могли шагнуть друг к другу. Горькая обида пронзила ее сердце, но сразу же сменилась неконтролируемым гневом. Эмоции метались от жалости до ненависти к себе. Все вокруг виднелось через призму злости, а потому стало ненавистным. Кровь в жилах словно закипела, челюсть свело, ногти в трясущихся кулаках больно вонзались в ладони. Вся ее сущность как будто сформировалась в один комок и подступила к горлу. Непризнанная издала истошный крик, и вместе с ним из нее будто вышла вся энергия. Она обессилено упала на камни, но успела зацепить взглядом что-то странное. Невидимая пелена треснула. На ней стали проступать маленькие хаотичные узоры, молниеносно распространяясь по всему выходу и увеличиваясь. Затем оно разбилось, словно стекло, но вместо осколков из бывшего щита повалила серебрянная дымка. Она тут же растворилась, и за ней проступил силуэт учителя. Он выглядел впечатленным, как и Люцифер. Вики испуганно поднялась,  виновато оглядываясь на демонов, будто это не она сейчас их всех спасла. Не успела она сказать хоть слово, как оказалась в цепких объятиях Геральда. Все, о чем она успела подумать-это тепло, которое от него исходит и запах чего-то морозного, похожий на земные мужские шампуни. Когда они неловко отстранились друг от друга, Люцифер кашлянул. -Вовремя в тебе способности просыпаются, Непризнанная. Учитель будто только сейчас заметил сына Сатаны и смерил его презрительным взглядом. Вики тряхнула головой, словно выбивая из нее кучу ненужных навязчивых вопросов. -Способности? Демон усмехнулся. -А ты думала, ты щит пробила силой мысли? -Моя способность-ломать невидимые стены? Голос звучал разочарованно. Геральд похлопал ее по плечу. -Разрушать замки и печати, поставленные бессмертными. Это стратегическая способность, но она не становится от этого хуже. Ты в этом уже убедилась. Это ее не сильно утешило, но все же у них были проблемы поважнее. По дороге до Школы учитель рассказал им про ее слабую боевую готовность и все еще пустующий трон Ада. Люцифер старался скрывать эмоции, но на его лице все же проступило какое-то облегчение. Снующие в коридорах, подавленные ученики не придавали бодрости духа. Вики осознала, что ни за что не ввязалась бы в эту войну, если бы не чувствовала ответственности(или неоправданной вины) за маму. Теперь, когда из-за Ребекки происходят кровопролитные битвы и многочисленные смерти, отсидеться в стороне не позволяла совесть. В Аду тем временем происходила генеральная подготовка к финальной битве. Общий дух, несмотря ни на что, был приподнят. Каждый(или почти каждый) был уверен, что сражается за свою свободу и независимость, и это несомненно придавало армии сил. Огромная чернокрылая толпа собиралась надвигаться на Школу, а после предполагаемой легкой победы брать Цитадель. В этой толпе иногда проскакивали и белые крылья, но их было значительно меньше. Где-то на задворках этой ревущей армии стоял демон, всем своим видом выдававший отвращение к происходящему, однако для незамысловатой конспирации кричащий вместе со всеми. Убедившись, что толпа слишком занята поднятием общего духа, и никто за ним не наблюдает, он взметнул вверх и полетел по направлению к Школе. Во дворе учебного заведения он заметил Вики, нервно нарезающую круги по полю. Она услышала взмахи крыльев и подняла голову. Ее осунувшееся лицо озарила улыбка. -Ади! Они набросились друг на друга с объятиями и нескончаемыми вопросами. Когда возбуждение от долгожданной встречи поутихло, Ади коротко пояснил ее в курс дела, и они вместе побежали предупреждать учителей о скоропостижном наступлении на Школу. Вики настояла, что первым должен узнать Геральд. На ее удивление, учитель отреагировал максимально спокойно и холодно. -Если драка неизбежна, нужно бить первыми,- его лицо искривила злая, по мнению Уокер, ухмылка, и это ее оттолкнуло,-собирайте всех добровольцев и выходите во двор школы. Мы спускаемся в Ад. Его решение прозвучало, как судебный приговор. Тело пробила холодная дрожь, и Геральд заметил это. Он попросил Ади покинуть кабинет, и тот послушно ретировался. Учитель еще некоторое время сидел, увлеченный своими мыслями, казалось бы, не обращая внимания на Уокер. -Послушай,-начал он мягко,-ты не обязана идти с нами. Более того,я буду даже рад, если ты останешься. Вики усердно замотала головой. Учитель усмехнулся. -Я знал, что ты в любом случае пойдешь. Чтож, я хотя бы попытался. Легкость, с которой он отступил, почему-то обидела Вики. Он опять это заметил, и опять усмехнулся. Ей в голову пришла мысль, что усмешка-это самое частое состояние его губ. И тут она невольно подумала о его губах и тщетно попыталась отбросить эти мысли. Геральд смотрел на перемены в ее лице с несвойственным для него умилением. Затем, будто сам того не ожидая, выпалил: -Вики, мне будет больно, если мы не сможем защитить тебя на поле боя. Ей захотелось оттолкнуть его. Ее собственные мысли о нем и его хладнокровие пугали ее. -Мне нет до этого дела. И не нужно меня защищать. Его брови удивленно метнулись вверх. Он встал из-за стола и подошел к ученице, не слишком близко, но и не совсем далеко. -Но это правда. Мне действительно будет больно, как бы унизительно не было это осознавать. -Чувствовать - не унизительно! Геральд хмыкнул. -Не для меня. И снова его хладнокровие заставило ее отстраниться. -В любом случае, мне нет до этого дела. Он отчаянно заглядывал в ее глаза, пытаясь найти опровержение сказанных ею слов. Демон подошел к Вики вплотную и разочарованно сказал: -Я понял. И разговор вроде был окончен, но они все еще стояли и смотрели друг на друга. Они сами не понимали, сколько времени прошло, но время это было столь же мучительным, сколько и сладостным. Вики не хотела, чтобы этот момент остался у демона в памяти, как что-то интимное, поэтому разрушила хрупкость момента задорной улыбкой и комичной "попыткой" укусить Геральда за кончик носа. Он смотрел теперь на нее еще серьезней,и во взгляде этом была какая-то тяжесть. Через пару секунд на его лице появилась такая же задорная улыбка, и он с невероятной быстротой, словно боялся, что ученица убежит, нагнулся и чмокнул ее в губы. По-детски. Совсем невинно. И тут ее словно окатило холодной водой. Былые опасения и ее гордая неприкосновенность ушли на второй план. Ее покорил именно этот детский быстрый "поцелуй". Вики привстала на носочки и слегка коснулась губами его губ, давая ему право распоряжаться ситуацией. И он поцеловал ее жадно, напористо,не прощупывая границы. Словно ему все было дозволено. По-взрослому. Она отдавалась ему вся, наслаждалась его губами и языком, понимая, что это, наверное, первый и последний их поцелуй. Вики была вырвана из этой эйфории назойливыми мыслями, когда руки учителя заблуждали, пока еще несмело, по ее телу. Она тут же отстранилась от него, красная от возбуждения и от стыда. -Извините,- и вырвалась в коридор, где ее ждал скучающий друг, деликатно сделавший вид, что ничего не заметил. Через полчаса не слишком многочисленная добровольная армия, состоящая из учеников Школы, стояла во дворе. К ним присоединился отряд "взрослых" бессмертных, многие из которых были незнакомы Вики. Они без лишних слов направились к ущелью, выведшему их прямиком в кипящий Ад. И тут ей стало по-настоящему страшно. Их армия и в подметки не годилась бы той ревущей толпе, что кровожадно встретила гостей в Подземелье. Вступив в далеко не равный бой, ей все же удавалось первое время уворачиваться от мощных ударов противников, однако совсем недолго. Когда Вики прибили к полу и занесли над головой острие меча, она резко подумала, как удачно она поцеловала Геральда перед смертью. Но объект ее предсмертных мыслей явно не хотел отдавать ученицу в лапы небытия. Противник не успел лишить ее жизни, он лишь судорожно схватился за живот, роняя оружие и пачкая руки в собственной крови. А сзади него стоял Геральд с алым мечом, протягивающий Вики руку. И несмотря на происходящий вокруг кошмар, она, как школьница, покраснела и смутилась, принимая его помощь. Это была самая кровопролитная битва. Армия Ребекки за короткое время разгромила противников. Последним было приказано отступать, и это было разумно, учитывая количество бойцов, оставшихся в живых. Жалкие остатки армии скоропостижно покидали Ад, когда Ребекка восседала на костяной трон Подземелья, всем своим видом показывая свое превосходство. И тут произошло кое-что, задержавшее отступающих и шокировавшее победивших. Сибил, стоящая по правую руку бывшего Серафима, сделала пространный жест, после которого сзади Ребекки появился небольшой отряд демонов под предводительством Асмодея и Пифона. Они окружили трон, после чего, без каких-либо препятствий, Пифон всадил острие в сердце Ребекки, беспомощно озирающейся и ища поддержки у улыбающейся Сибил. "Предавший однажды, предаст и дважды." Они сделали это в момент ее превосходства, но не дали ей насладиться им сполна. Ребекка была настолько поглощена своей победой,и это тщеславие погубило ее. Толпа, завороженный зритель, стояла в гробовой тишине, прервавшейся истошным криком Вики. Она знала, что это должно случиться, но не думала, что сейчас и таким образом. Уокер младшая готова была потерять мать ради справедливости, но не ради победы властолюбивой предательницы. Тело Ребекки сбросили на землю со всей небрежностью. И на трон села Сибил, сверкая хищной улыбкой. Она обратилась к толпе, предварительно создав вокруг себя щит: -Вы, может, думаете, что я очередная тщеславная самозванка, жаждущая власти. Но я вынашивала эту месть слишком долго. Ни в коем случае, это не месть старому Сатане или моей дорогой подруге Ребекке-это месть Шепфа. Она взяла паузу и оглядела толпу, остановив на Вики снисходительный взгляд, и заставляя ее тем самым ненавидеть себя еще горячее. Сибил продолжила: -А ведь этого не случилось бы, будь наше элитное бессмертное общество внимательней к Непризнанным. Но кого волнует такая мизерная вещь, как земная жизнь? Выпей микстурку и радуйся выпавшей тебе чести пополнить ряды крылатых! А ведь этот план родился у меня, еще когда я была человеком. Наш дорогой Шепфа оказал моему отцу непомерную услугу,-в голосе явно сквозило сарказмом,-мой папа удостоился чести стать первым и последним бессмертным человеком. И как бы ни старался он прекратить свои вечные скитания, увы, безуспешно! Ничто не могло его убить и закончить его страдания. Вики стала вспоминать вечер в библиотеке Ада, когда она искала информацию о Мальбонте. Она вычитала легенду про того самого первого бессмертного, что был сослан на землю, обреченный на вечную жизнь. Догадка пронзила ее мозг и подтвердилась словами Сибил. -И за что же он понес такое суровое наказание? За то, что лишил жизни жалкое тщедушное создание, именуемое его братом! Первый убийца! Стоила ли, дорогой Шепфа, жизнь Авеля жизней всех этих бессмертных, лежащих сейчас на полу?! Стоила она тех мучений, что заставил ты испытать моего отца?! Вики окончательно убедилась. Сибил-дочь Каина. Того самого, что убил брата своего Авеля в порыве зависти и злобы. Лишь за то, что благосклонно Создатель принял лишь Авеля и его дары. Эта история оказалась намного запутанней, чем ей думалось.