Часть 1

Луч стробоскопа проехался по усталым глазам, практически выжигая сетчатку, и Тони зажмурился. Громкая музыка поглотила его усталый стон и глухой стук, с которым его лоб соприкоснулся с липкой столешницей. Тони сжал пальцами виски. Смачно выругавшись, он повернул голову так, чтобы было видно сцену, и открыл глаза. Обезболивающее вот-вот должно было подействовать, и ничто не мешало ему пока насладиться шоу. Кроме того факта, что шоу было просто ужасным. У пилона, не проявляя абсолютно никакого энтузиазма, даже не танцевал, а, скорее, сонно топтался длинноволосый парень с совершенно мертвым взглядом. Танцор не потрудился изобразить улыбку на своих, кстати, вполне симпатичных – пухлых, с капризным изгибом – губах. Он был все еще полностью одет, будто забыл, что в стриптизе принято раздеваться. Весь его вид кричал о том, что он предпочел бы сейчас находиться где угодно, только не здесь. А один раз он даже зевнул. Ну еще бы, злорадно подумал Тони, уже пять утра. Он бы и сам предпочел крепко спать в своей постели, а не торчать в самом отвратительном стрип-клубе на свете, если бы не дьявольская мигрень, которая никак не давала уснуть. Полураздетая официантка положила у него перед носом меню, но Тони никак не отреагировал на нее, и она удалилась восвояси. Худший стриптизер в мире наконец вспомнил о своей работе и начал неуклюже стягивать с себя куртку. Когда он наконец справился с этой задачей и отбросил мятую кожанку куда-то в сторону, оставшись в черном сетчатом топе, едва прикрывающем пупок, глаза Тони округлились. Он тут же сел и уставился на сцену, не моргая, совершенно позабыв о мигрени. Его внимание привлек не столько мощный – будем честны, мог быть и помощнее, – торс танцора, а блестящий высокотехнологичный металлический протез, заменяющий ему левую руку. Тони сразу же возбудился. Ментально, и даже немного физически. Он никогда не видел ничего подобного. То есть, конечно, видел – он же гребаный Тони Старк, – но только на презентациях, и никогда – на живых людях. Потому что использование подобных технологий на живых людях было как минимум не очень законно. Пока еще. Чтобы рассмотреть протез получше, Тони подсел к самому подиуму. Он помахал рукой, пытаясь привлечь внимание стриптизера, но тот даже не посмотрел на него, с завидным упорством продолжая демонстрировать, как не надо танцевать стриптиз. Тони достал из заднего кармана пачку купюр и помахал ею. Танцор закатил на это глаза и лениво двинулся по подиуму в сторону Тони. Он присел напротив него на корточки и устало посмотрел на пачку денег, потом перевел взгляд на Тони. – Что тебе надо? – спросил он, глядя ему в глаза. Тони облизнул потрескавшиеся губы. – Как насчет приватного танца? Танцор усмехнулся – и это была его первая улыбка за ночь, но в ней не было и намека на веселье. – Оглянись, придурок. Мы здесь и так одни. Только ради тебя стараюсь, а так давно бы уже пошел спать. – Ты не очень-то стараешься, – возразил Тони. – Сделай мне одолжение, вали домой, чтобы мы могли закрыться, – танцор оскалил идеально белые, ровные зубы, и Тони решил прекратить плясать вокруг да около. – С удовольствием, если ответишь мне на один вопрос. Откуда у тебя такая рука, а, красавчик? Танцор открыл было рот, чтобы ответить, но в ту же секунду за плечом Тони материализовалась официантка и всучила меню в руки, недвусмысленно намекая, что он должен либо что-нибудь заказать, либо валить уже ко всем чертям. По всей видимости, никто не был рад Тони Старку в этой жуткой дыре. Он наугад ткнул пальцем в раздел с коньяком и вернул меню официантке. Уходя, та шикнула в сторону стриптизера: – Твое дело танцевать, а не языком болтать, давай за работу! Тот тут же поднялся и уныло поплелся назад к пилону. Тони матернулся себе под нос. *** – Господи, уймись уже. Я не сплю с клиентами, если что, так что ты зря время тратишь, – проворчал стриптизер, завидев Старка, поджидающего его у задней двери клуба. На парне была все та же кожаная куртка, в которой он танцевал, но сетчатый топ сменила черная футболка с логотипом какой-то группы, а его волосы были собраны в короткий хвостик на затылке. Левую руку он держал в кармане. В утреннем свете он выглядел еще моложе, чем показался в полумраке клуба. Его лицо было ровным и гладким, совсем свежим – не считая следов усталости. Встретив этого парня при других обстоятельствах, Тони бы ни за что не догадался, чем тот зарабатывает на жизнь, а ведь глаз у него был на такое наметан. Не зря же он всю свою юность проторчал в стрип-клубах – от самых элитных заведений в Майами до вот таких вот дешевых и стремных бруклинских гадюшников. – Время для того и предназначено, чтобы его тратить, – мрачно улыбнулся Тони. – Особенно, если у тебя нет денег. Но если есть бабки – лучше, конечно, тратить их. Парень поднял вверх указательный палец и открыл рот, явно собираясь что-то ответить, но, похоже, все никак не мог решить, сострить или нахамить. В итоге он сдался и со вздохом опустил руку. – Нет, нет… сейчас слишком шесть утра для всего этого, – произнес он, растягивая слова. – Я хочу спать. Счастливо. И не смей меня преследовать. Парень вскинул руку, будто собираясь отдать честь по-военному, но вместо этого неопределенно взмахнул рукой и решительно прошагал мимо Тони. Разумеется, Тони последовал за ним. – Послушай, я не собираюсь к тебе приставать, – затараторил он. – У меня, если можно так выразиться, исключительно научный интерес. – Угу, – буркнул парень и ускорил шаг. – Просто дай мне еще разок взглянуть на твою руку и клянусь, я отстану. Сколько ты берешь за приватный танец? – Да ну какого ж хрена… Ты что, извращенец? – парень остановился и исподлобья посмотрел на Тони. – Допустим, полтинник. – Я заплачу тебе сотню, идет? Парень со вздохом кивнул. – Только не на улице, ладно? Не хочу здесь раздеваться. – С чего вдруг такое стеснение? – усмехнулся Тони. – У пилона ты был смелее. – Ты хочешь на нее взглянуть или нет? – Ладно, ладно, хочу. Тогда давай ко мне. Я бы тогда не только взглянул, но и пощупал, – тут же начал торговаться Тони. – Кто бы подумал, что Тони гребаный Старк – старый фетишист, – ухмыльнулся парень. – Двести баксов. – Ты знаешь, кто я? – спросил Тони, делая вид, что его не задело то, что его называли старым. Сам он себя считал зрелым. Легкая седина на висках лишь придавала очаровательности его образу. – Каждая собака знает, кто ты. Тони Старк, миллиардер, плейбой и долбоеб. Ты делаешь оружие. – Я раньше делал оружие, – поправил Тони, ничуть не смутившись. – Теперь я делаю… не оружие. Давай-ка я позвоню своему водителю, и мы прокатимся до меня. Тони принялся шариться по карманам в поисках телефона, но парень отрицательно покачал головой. – Нет уж. Давай ко мне. Я тут недалеко живу, – предложил он и, когда Тони удивленно посмотрел на него, добавил: – Представляешь, как разойдется пресса, если ты притащишь в свою идиотскую башню кого-то вроде меня? Совершенно огорошенный такой предусмотрительностью и трогательным проявлением заботы, Тони кивнул. А потом подозрительно прищурился: – Погоди-ка, это ведь я только что пытался затащить тебя в свое логово. Когда мы успели поменяться ролями? Парень хищно улыбнулся, и его холодные серые глаза оживились. – Двести пятьдесят. И ты не задаешь лишних вопросов. *** – Вообще-то я не стриптизер, – заявил парень, бросая ключи на комод у двери. Тони проследовал за ним в квартиру и прикрыл за собой дверь. – Это я заметил. Танцуешь ты отвратительно. Но что ты тогда делал на сцене в стрип-клубе? – Друга подменяю. У него мама сильно заболела, а хозяин не разрешает пропускать смены, вот он и попросил меня… Но это был уже третий раз, так что я не новичок. – Какая трогательная история, сейчас расплачусь, – прокомментировал Тони. – Снимай футболку. – Что, и никакой прелюдии? – лениво спросил парень, стягивая с себя куртку. Протез заманчиво блеснул, и Тони подался вперед всем телом. – Как тебя зовут? – уточнил он. – Джеймс. Друзья зовут меня Баки, – ответил парень, пожав плечами. – Но для тебя Джеймс. – Снимай футболку, Джеймс. Джеймс хмыкнул и стащил с себя футболку, а потом, немного помявшись, расчистил себе место на заваленном шмотками диване и плюхнулся на него. Тони приземлился слева от него, и Джеймс протянул ему металлическую ладонь, повернув кисть вверх. Протез при этом мягко заурчал, и Тони шумно сглотнул слюну. Он уже видел такие штуки. Черт побери, да он сам лично разработал такую штуку. Проблема была только в том, что он так и не смог испытать такую штуку в действии. Для этого потребовалась бы сложнейшая операция при полном отсутствии гарантий успешного исхода. Протез в идеале должен был полностью заменить руку своему носителю: управление им осуществлялось бы за счет нервных импульсов, которые шли напрямую к сложной схеме электронных приводов. Но интеграция этой схемы в нервную систему человека была бы – не могла не быть – длительным и жутко болезненным процессом. Главный медицинский эксперт проекта сравнила это с пытками. И даже если бы Тони удалось найти добровольцев, готовых на такое пойти, юридически это приравнивалось чуть ли не к экспериментам на людях. Все еще лучше, чем эксперименты на животных, но тем не менее. Даже с его деньгами и влиянием он не мог на такое пойти. Проект остался проектом, и Тони пришлось о нем забыть. Но сидевший рядом ним Джеймс был доказательством не только того, что смелая разработка Старка была успехом, но и того, что кто-то эту самую разработку спиздил и внедрил. В живого человека. И тот остался жив. Тони разглядывал глянцевую поверхность ладони с глубокими бороздками на стыках элементов корпуса и не мог поверить своим глазам. – Пошевели-ка пальцами, – скрипучим шепотом попросил он. В горле у него пересохло. Металлические пальцы лишь слегка дрогнули, и рука безвольно рухнула Тони на колени. Тот испуганно вскинул голову и посмотрел на Джеймса, и страх тут же сменился облегчением. Парень беззвучно спал, откинув голову на спинку дивана и по-детски приоткрыв рот. – Ясно, – прокомментировал Тони сам для себя и огляделся по сторонам. Он был в крошечной квартирке, где единственная комната с двумя высокими окнами служила и кухней, и гостиной, и спальней. Жалкое зрелище. Тони вновь перевел взгляд на спящего Джеймса. Он пригляделся к месту присоединения протеза и чуть не охнул – отвлеченный самим видом устройства, он каким-то образом умудрился раньше не заметить, что металл буквально врезался в плоть, изъеденную жуткими шрамами, тянущимися от плеча к груди. Не удивительно, что парень не спешил раздеваться даже в темном клубе. Было странно видеть чудо технической мысли таким топорным и жестоким образом присобаченным к человеческому – и, надо сказать, весьма молодому и привлекательному – телу. Тони осторожно провел пальцем по стыку живой плоти и металла. Было похоже, что железо было каким-то образом припаяно к коже. Когда Тони чуть надавил на срез металла, Джеймс явно почувствовал прикосновение – он нахмурился и что-то пробормотал сквозь сон. Тони резко отдернул руку. Он вспомнил жуткие истории, которыми пугала его медэксперт – у нее были очень классные и убедительные графики и наглядные модели того, как должно было пройти отторжение протеза и чем это грозило бы его носителю. Но Джеймс был, очевидно, жив, здоров и лишь слегка агрессивно настроен. Танцевал себе стриптиз, хамил и явно нуждался в деньгах. Пока они шли к нему домой, Тони заметил, что Джеймса при ходьбе все-таки слегка кренило влево. Неудивительно – Тони так и не удалось приблизить вес протеза к желательному значению, эта штука была чертовски тяжелой. У Тони тут же возникло еще с десяток лишних вопросов, которые он обещал не задавать. Но спрашивать было некого, Джеймс был в тотальной отключке. Выудив из кармана свой телефон, Тони отправил сообщение с адресом водителю, а потом поднялся с дивана, со вздохом мягко переложив руку Джеймса к нему на колено, предварительно еще раз погладив раскрытую ладонь. Тони бросил обещанные двести пятьдесят баксов на журнальный столик и в нерешительности застыл, изучая расслабленную фигуру спящего. Во сне тот выглядел совсем иначе – его черты смягчились, лоб разгладился. Грудь мерно поднималась и опускалась, а веки чуть вздрагивали. Таким вот мирно спящим Джеймс выглядел куда более соблазнительно, чем в пошловатой одежде на сцене клуба. Тони захотелось опять подойти поближе, еще раз внимательно рассмотреть и потрогать металлическую руку и плечо. Возможно, провести пальцем по все длине шеи вверх, очертить линию подбородка… Телефон в кармане назойливо завибрировал. Тони несколько раз моргнул и вернулся в реальность. Водитель прислал сообщение, что машина подана. Тони покачал головой, от чего шея противно хрустнула, и подергал плечами. Пора домой. Но Тони точно знал, что еще вернется сюда. Исключительно из научного интереса.