Часть 1

Дьюи всё ещё не верит. Прошло полгода, а он не может поверить. Даже стоя на перроне, слыша сигнал пассажирского поезда, парень не может поверить. Он, его братья и Вебби выросли, практически, вместе. Да, первые десять лет они провели с подругой врозь, но он называет взрослением последующие восемьдесят четыре месяца. Снег противно хрустит под ногами, когда Дьюи решил попробовать согреть пальцы на ногах. Парень как будто не замечает, что вся его семья стоит неподалёку, столпившись рядом с Вебби и вызывает отвратительный звук ежесекундно. Вот уже совсем чуть-чуть и пробьют часы, оповещающие о следующем дне, о новом годе, но они, вместо того, чтобы сидеть в особняке, распевая праздничные песни, провожают его подругу. Какое гадство, Дьюи снова злобно морщиться. Вандеркряк всегда была умной, находчивой, смелой. Трое Дак могли положиться на неё в любой момент, зная, что она не может подвести. Девушка всегда была рядом: способна была одной фразой спустить с небес на землю, а также одним нежным и мимолётным прикосновением подбодрить любого из них. Вебби была умной, находчивой, смелой, все это понимали, но тройняшки всё равноне могли осознать причину её отправления в этот университет. Наподобие «Оксфорда», «УАН» был очень круты и дорогим учреждением. Настолько крутым, что Даки о нём ни разу не слышали. Хьюи просидел пару часов за компьютером, нарушая свой режим, но не нашёл даже упоминания загадочного «УАН». Братья тут же засуетились. Их пытаются обвести вокруг пальца? Снова? Луи, который, судя по всему, обиделся на подругу, со своим раздраженным лицом пошёл к Вебби, но, вернувшись, его лицо снова было расслабленным. — Ну, что? — Дьюи кривит губы. Бесит эта черта его младшего брата, когда он оттягивает момент, вместо того, чтобы просто сказать в чём дело. — Всё нормально, — Луэллин пожимает плечами, легко выдыхая, — если бы Вебби соврала — я бы понял. Старшие близнецы спорить не стали. Вандеркряк хоть и была самым настоящим мастером маскировки, но Луи ей никогда не доводилось обманывать. И всё же, новогодняя ночь, безмятежно-падающие снежинки, которые ослепляли парня в синей куртке, как будто шептали ему что-то. Дьюи долго не мог понять то самое чувство, что носится по его груди как ненормальное и пылает, заставляя Дьюи скрипеть зубами. А чтобы никто не слышал — он ходил по снегу, заглушая один шум другим. Поезд остановился, кончики пальцев среднего близнеца леденеют, он не отводит взгляд от Вебби, крепко обнимающейся со всеми, не отводит взгляда от счастливой улыбки на её лице. Её лицо заглушало то горящее чувство, это точно. Дьюи не мог сказать, что это хорошо, так как до него доходили внезапные извилины, остатки здравого понимания, что это чувство ему нужно. Для чего? Пойди, разбери, что там в голове у Дьюи, у сына Деллы и внучатого племянника Скруджа МакДака. Когда Вебби начала пристально на него смотреть, словно чего-то выжидая, парень понял, что он единственный не попрощался с ней. И в этот же момент ему стало стыдно. Девушка пару раз дёргнула уголками губ, стараясь прибавить своей улыбке уверенности, но это получилось не так хорошо, раз даже Дьюи заметил. Дьюфорд заключает подругу в самых, что есть, крепких объятиях. Наперекор человеческим способностям, он отсчитывает их последние миллисекунды вместе, постоянно моргая. Веббигейл уедет, когда он отпустит её. Уедет на несколько долгих лет, а Дьюи становится плохо уже тогда, когда девушка решила разорвать многозначительные для него объятия. — Я вернусь, ты же знаешь это, — Вебби смеётся в пустоту, добавляя горящему чувству в груди среднего Дака больше энергии. — Но если тебе нужна минута — хорошо. Близнец в синем не может терпеть, как девушка с каждым своим словом разрывает сердце, не поддающееся описанию даже самого Дьюи. Парень, чувствуя унизительное поражение, утыкается подруге в волосы, как будто это как-то поможет сдержать редкую слезу среднего близнеца. Слава Богу, никто не заметил. Даже Луи. Нет, это не было для него постыдным, просто в данный момент это неуместно. Чувствуя судорог в руке, резонирующего с вообраемым разрезом в сердце, парень мысленно кричит. Так, что слышит только он. Крик пронзительный и оглушающий, в реальном мире весь вокзал потерял бы способность слышать навсегда. Поезд Вебби аккуратно трогается. Дьюи наблюдает за весёлой подругой, которая машет ему и их семье из окна. Не желая сдаваться, МакДаки бегут за поездом, безудержно выкрикивая хорошие пожелания. Средний Дак в этот самый миг ощутил, как огонь в груди выскакивает и отправляется вслед за Вебби. И это чувство, которое оказалось пониманием того, что ему лгут в лицо, вновь загорается только тогда, когда к ним в особняк приходит письмо, с печатью «ВАОН».