6.Ромашковый чай и ещё один день

      Оказавшись дома, ты села за компьютер, ставя перед собой цель записать всё чем ты когда-то занималась, чтобы наконец найти хобби. Взгляд вновь и вновь пробегал по каждому из записанных тобой пунктов, пока мозг в черепной коробке медленно закипал. Подобную эмоциональную нагрузку ты не испытывала с перехода в новый коллектив и сейчас была недовольна этим лишь больше.       Со временем удары по клавишам становились всё более и более заторможенными, а варианты в голове почти закончились. И вот, допечатав последний символ, ты шумно вздохнула, запрокидывая голову и прикрывая глаза. Хотелось спать, хотя ты за этим занятием провела только полчаса. Ты устала не физически, а эмоционально. Слушать музыку не хотелось, думать тоже. Нахлынула апатия, во власти которой ты стёрла всё напечатанное ранее. В этот момент в комнату постучали.       Дверь была не заперта, так что ты сухо пригласила Эйдана войти. Парень проскользнул в комнату с двумя чашками чего-то, судя по пару, горячего. Принюхавшись, ты поняла что парень заварил ромашковый чай. Это обрадовало тебя, ведь последние три дня, кроме воды вы пили только кофе и вашему организму явно была нужна разрядка.       Ты пододвинулась, освобождая место на диване рядом с собой. Поставив свою чашку на стол, подросток протянул вторую тебе и ты, с благодарным кивком приняла её и отпила, чувствуя как тепло разливается по всему телу вместе с напитком. Галлахер с интересом заглянул на экран, а ты в слепую пару раз нажала контролзет, возвращая весь текст. И ты не знала, что тебя больше забавляло: то, что ты сделала это, хотя текст был на русском, или то, как даже не смотря на языковой барьер парень попытался понять значение написанного, вызывая у тебя тем улыбку.       Наконец отставив чашку и успокоив разыгравшиеся нервы, ты решила пожалеть Галлахера и объяснила тому, что решила более детально рассмотреть собственные увлечения и выбрать одно конкретное. Подросток кивнул и, взяв свою кружку, откинулся на спинку дивана, слушая твои рассуждения относительно каждого пункта вслух, периодически комментируя.       —Писательство,—первый пункт удивил Эйдана. Ты не говорила об этом ни Майку, ни ему ибо давно уже бросила,—Я когда пишу превращаюсь в Льва Толстого и описываю один стол на три листа,—конечно это не плохо, но из-за такого подхода в кружке в своё время ты нажила много ненавистников, которые считали это неактуальным и валили тебя не аргументированной критикой. Ты сразу бросила это ибо поняла что люди которым нравилось твоё творчество напротив были чрезвычайно пафосны и вовлечены в классику и терминологию, в то время как ты не разбиралась ни в чём и просто писала о том, что чувствовала.       —Фотография,—и тут же прочитав второй пункт, ты сильно начала трясти головой. Тебе безумно нравились снимки Лины, но сама ты не была заинтересована в этом. Ты брала аппаратуру, смотрела на кадр и тут же забивала. Конечно у тебя есть пара хороших фотографий, но там фотографировали тебя.       —Рисование,—и эта идея пролетела над небоскрёбами помахав тебе рукой. Ты не любила копаться в теории, а рисовать что-то кроме людей тебе было скучно. Как хобби оставить могла, но это было бы не на желанном уровне. Был поставлен ещё один крестик.       —Танцы,— на этом пункте ты на секунду застыла, думая о чём-то, но столкнувшись взглядом с Галлахером, поставила первую в списке галочку. В конце-концов стилей танца столько же, сколько стилей музыки и, если тебе не понравился балет, то что мешает попробовать тот же самый денс холл? Парень же одобрительно кивнул, понимая что уже хоть какое-то начало было положено.       Следующим в списке было пение и ты даже не озвучивая этот вариант, просто удалила его, переходя к следующему под смех Эйдана. А следующий оказался не лучше ибо был напрямую связан с актёрским мастерством, которое ты не стала развивать дольше месяца.       И вот на глаза попались два абсолютно противоположных увлечения, которые ты отметила галочкой. Галлахер же от контраста бокса и самодельных украшений лишь нахмурился. Остальные все поголовно загорались красным крестом, так что в итоге ты осталась с тремя вариантами.       Поднявшись с дивана, ты принялась расхаживать по комнате взад-вперёд. Мысли подобно безумной карусели крутились на месте, выводя тебя из себя. Однако когда минуты три спустя этот галдёж в голове не привёл ни к какому выводу, ты сипло втянула в себя воздух, еле сдерживая вопль злости. В эту секунду Эйдан уже не мог терпеть и встал рядом, приобнимая за плечи и ероша рыжие волосы, в надежде успокоить.       Ты же подошла к столу, взяла горсть таблеток и запила их чаем. В последнее время у тебя проявилась аллергия на что-то, да и из-за прогулки в заброшенный лагерь ты стала чувствовать недомогание, вот и подсела на лекарства. И тут подросток уже просто не в силах наблюдать за твоими самоистязаниями, поднял тебя на руки, выходя на кухню и вопреки твоим возмущениям, усадил на подоконник.       Пять минут спустя вы всё же завязали разговор на отстранённую тему, которой вам хватило ещё на полчаса, после чего в дверь позвонили. Это была Лина.       Пришествие подруги так же поумерило твои припадки самокопания, заставляя задуматься об интересном времяпрепровождении в виде какой-нибудь игры. Какой? А вот тут вы встряли в тупик. Правда или действие - слишком банально, прятки - по-детски, бутылочка - слишком уж вызывающе, а остальные игры были не для вашего коллектива. И в такой момент Лина написала ещё паре людей, которые были только рады выпить и понаблюдать за зрелищем. Так что минут через пятнадцать в квартиру завалились Виктор, Вера и Саня. Появлению каждого ты была в своей степени рада, пока они не начали излагать свои предложения. Сперва самый безумный вариант заставил тебя покраснеть, а после предложенные карты сперва на раздевания, а после на желания смутили и Галлахера. Но вот финальный вариант от которого уже по правилу четырёх идей никто не смог отказаться и ох чёрт... Услышав этот вариант, ты поняла что предыдущие были лишь приманкой.       —Чего?!—Эйдан разделил твой возмущённый вопль, когда с самодовольной улыбкой Виктор промурчал: "семь минут в раю". От того, чтобы вытолкать этих подлецов из квартиры тебя останавливало лишь то, что вы были друзьями. И пусть ты понимала что парень это затеял чтобы оказаться в отдельной комнате с Линой, но вот остальные поддержали эту идею по причинам не особо радующим тебя.       Но вот Саня осушил бутылку пива и вы сели в круг. Первая крутила Вера и к твоему счастью горло бутылки указало на Лину. Оказаться взаперти со своей бывшей, пусть и подругой, так ещё и в таком контексте ты не хотела совсем. Меньше ты хотела лишь оказаться в компании Галлахера, чья очередь была следующей. К твоему счастью, когда подруги вернулись, а парень крутанул бутылку, ты посмеиваясь вздохнула тому, как она повернулась к Виктору. Первый круг, а ни одного взрывного сочетания. Ты оказалась в компании Лины и вы просто обсудили собравшихся.       Второй круг. Ты наблюдаешь за тем как Ника мрачнеет оказавшись в компании с Саней, а Эйдан посмеивается с совпадения с Линой. Ты же вновь семь минут обсуждаешь собравшихся, пусть, в этот раз, и с Виктором.       На третьем кругу градус растёт и Виктору всё же удаётся попасть в компанию Лины. Тебе же предстояла любопытная беседа с Саней.       И вот на четвёртом кругу час расплаты настал. Весь эффект от ромашкового чая исчез тут же, стоило тебе закрутить бутылку. Склянка вертелась долгие сорок семь секунд, вновь и вновь замедляясь или напротив отчего-то разгоняясь. Сердце как загнанная птица билось в грудной клетке каждый раз когда горло проскальзывало у коленей Галлахера. И вот, когда бутылка почти замерла на Лине, а ты уже с облегчением выдохнула, проклятый миллиметр изменил всё, указывая на Эйдана.       Подобное положение дел обрадовало многих, но не Веронику. Замечая грусть в глазах подруги, ты подметила что была бы рада оказаться с ней, а не в столь неловкой ситуации. Однако вот вы встаёте и направляетесь на чердак, где, услышав поворот ключа, заливаетесь краской.       —И так, ты готов к завтрашним урокам,—спокойная речь с трудом удаётся тебе, а из-за подкосившихся ног приходится облокотиться на ящик у стены.       Ты редко здесь бывала. Пожалуй в последний раз ты поднималась на чердак в пять лет из глупого любопытства. И почему-то после трёх заходов сюда, в компании Галлахера, это место становится на удивление интересным. Выслушав ответ собеседника, ты поднялась и шатаясь прошлась к маленькому витражному окну выходящему на внешний двор. По бокам углы здесь всё ещё завешаны простынями. Родитель сделали это по совету крёстной, у которой на чердаке ты за подобными полотнами пряталась.       Здесь пахло сыростью и пылью и лишь Эйдан и его одеколон выбивались из этой гаммы затхлости и вони. Оперевшись на переднюю стену, ты бросила взгляд на парня, так и застывшего в тени. Сердце бешено колотилось то ли от осознания того, что вы были заперты вместе, то ли от осознания того что вы были просто заперты.       Но не желая растягивать и без того неловкую паузу на оставшиеся шесть минут, ты решила покопаться в коробке с блокнотами и альбомами, шагнув к которому, так и застыла, в ужасе смотря на зелёную гадость сидевшую на крышке.       От того, как внезапно богомол оказался там тебя сильно тряхнуло, что не осталось без внимания Галлахера. Ты ненавидела этих монстров, хотя даже птицееды казались тебе просто приветливыми соседями.       Отшатнувшись назад, ты ощутила сильную дрожь по всему телу и подступающий к горлу ком. Дышать было до одури трудно и ты уже давно не ощущала себя так плохо. Да это был самый нелепый страх в твоей жизни, при том что ты вчера так просто не рассказывала никому о нападении какого-то мужчины с ножом, однако он был. Никто не мог тебе запретить бояться богомолов после того как один решил использовать твоё лицо как место для отдыха пока ты спала.       Вновь попытавшись отступить ещё на шаг к Эйдану, ты ощутила его руки, приобнимающие тебя за плечи. Неровно поставленная нога и ты почти падаешь на парня, однако всё же на секунду отклоняешься вбок, падая скорее под него...       Сердце бешено колотится, когда открыв глаза ты видишь карие зрачки в паре сантиметров от своего лица и ощущаешь его дыхание на своей коже. Становится страшно от того, как близко он и как одновременно далеко. Ты отводишь взгляд в сторону и не в силах сдержаться, заливаешься румянцем, чувствуя как прежде лишь подступавшая истерика теперь брала над тобой полный контроль.       Как банально, но как ожидаемо...