1 – Благодарность

      Ллойд любил друзей. Сильно.       Но сколько бы они все не говорили об обратном, они не были семьёй. Ведь ни один из них не искал утешения друг у друга, зачастую все они были слепы к проблемам остальных, а когда и замечали, что что-то не так, просто не знали, как подступиться.       Они были боевыми товарищами. Могли укрыть друг друга в разгар боя, точно знали, что не будут преданы за малым исключением – если кого либо из них будут шантажировать самым дорогим, что у них есть, чего уж скрывать, все они без исключений предадут сокомандников. Это ведь и раньше случалось. Но кроме этого в бою приятелями они были... неплохими.       Хотя и то...       Ллойд не обольщался – он не был хорошим лидером, и сомнительно, что когда нибудь и вправду им станет. Он мог послушать друзей, но когда дело касалось того, в чём он был уверен или чего-то личного... ситуация, где он, заперев друзей, сломя голову помчался к отцу тому в пример. И ведь подобное случалось не раз!       Спустя время можно себе признаться – как же это было глупо...       Да и друзья не сказать, что отличные подчинённые: если им не понравится его план или решения, они могут с лёгкостью своевольничать, и хорошо, если хоть предупредят!       Пожалуй, все они были слишком эгоистичны, что бы быть семьёй.       Это понимание горчило, но Ллойд знал, что это правда. Любить друзей он от этого не переставал, конечно, но ему внезапно стало ясно, что каждый (за исключением, наверное, Нии – у неё тут и брат, и возлюбленный) чувствует себя несколько одиноко в команде.       И всё это сводилось к тому, что...       Ниндзя рано или поздно распадутся. ***             Дракон спокоен.       Мифический зверь спокойно фыркает, доброжелательным интересом наблюдая за благовением молодого человека. Забавно.       Ллойд смотрит в ответ с толикой опаски, но так же не может скрыть свое восхищение этим прекрасным зверем.       И всё же...       Пойти с легендарным предком, узнать ответы на вопросы... это соблазнительно. Но ведь он герой. У него обязательства, от которых он хот и изрядно устал, но... бросить всё?       Ниндзя друг друга не бросают – это вбивал в их голову в свое время дядя... сенсей. Но ведь они и так рано или поздно бросят друг друга, да и он...       — Я... Перед этим, – начал он, поглядывая на застывшую в полпути руку, так и не прикоснувшись к ладони предка. — вы можете сказать... я мёртв?       ...Он уже их бросил, если Ллойд все правильно понимает. Умер. И это было достойно – умереть за команду, близких, и ради всего Ниндзяго. Героично.       Если всё правда так... то он никому ничего не должен, а навязанный судьбой «долг героя» он и так последние пять лет выплачивает, неоднократно жертвуя собой.       — Ещё нет. — Первый Мастер склонил голову в бок. Хоть лицо его и скрывала неестественная тень, Ллойд всем своим существом почувствовал направленный на себя интерес. — Но ты близко. Лишь моя сила удерживает тебя между мирами.       Этого было достаточно. Пойдёт с предком – умрёт окончательно. Это наверное, можно посчитать за заслуженный (чего уж там – выстраданный!) отдых... Первый Мастер же сам прямым текстом сказал – это моя благодарность тебе за защиту созданного мной мира.       Харуми, правда, была другого мнения и переубедить и его, но спорить с великим предком, герой он или подлец как то не хотелось.       А если откажется, вероятно, вернётся обратно в мир, но... через некоторое время ему будет нечего делать. За всё время, потраченные на поиски Ву вдали от сокомандников он ясно понял, насколько привык к общим миссиям. Одиночкой он никогда не был – это было ясно ещё в интренате. И он, чего уж скрывать, дружелюбный. Доверчивый. Плохая черта для ниндзя, несомненно...       Как же странно, что сейчас он вспоминает Харуми...       Есть, конечно, шанс, что приключения продолжаться в том же темпе и ничего не измениться. Но ведь целый год был спокоен, и они только и делали, что ловили мелких преступников, причём – почти не встречаясь друг с другом. Это было слишком для него, привыкшего к постоянному шуму команды. Поэтому ему, наверное, нужно было даже сказать спасибо Харуми...       Всё таки её мне не хватает, — подумал ниндзя, и празился тому, насколько был прав.       Он скучал по Харуми... нет, скорее, он скучал по тому образу, человеку, что понимал, своебразно разделял его участь... Хоть позже и оказалось, что такого человека никогда не существовало, ему хотелось... так хотелось снова поговорить с той Харуми!       А так же мысли о ней вызывали тоску – как бы всё обернулось, будь они чуть более аккуратны во время своих приключений?       Впрочем, уже ничего не изменить.       Ему не хотелось возвращаться к героической жизни – это уже изжито. Прошлого удовольствия от приключений, сколь сложны ни были бы задачи и сильны враги, он больше не получит. Устал. Тем более не факт, что злодеи появятся – была какая-то мррациональная уверенность, что больше таких проблем не будет... хотя бы какое то время. Но и умирать...       — Я вижу твоё сомнение, но не понимаю её причину.       Ллойд вскинулся, внезапно поняв, сколь глубоко ушёл в себя, в свои раздумья. Проморгавшись пару секунд, в попытке сформировать свою мысль в словах, Ллойд решил ответить:       — Я... Я хочу идти с вами, но... умирать в том мире не хочу ещё больше. Проблема в том, что у меня там больше не осталось жизненной цели, команда рано или поздно распадеться, а мама с дядей стареют – у них осталось мало времени.       Наверное, будь они немного ближе с Мисако и Ву, Ллойд бы так же подумал, что ему нужно вернуться в мир, что бы не расстраивать их смертью сына и племянника. Но... чего уж скрывать – детские обиды вещь весьма долговечная, а внятного объяснения, почему они его, малолетного ребёнка, бросили, он так и не получил. Потому и задушить чувство ответственности на счет семьи было легко. Сложнее – друзья.       Ллойд зарылся рукой в свои волосы, пытаясь понять, какую реакцию вызвали его слова у... чего уж отнекиваться, дедушки. Занимательно, что он никогда об этом особо не задумывался... он о семье своей в целом думать не любил – слишком там всё... неоднозначно.       Дракон фиркнул, выражая не то скуку, не то просто напоминая, что он как-бы тоже тут. Свет, непонтно откуда берушийся, вторя его движению блеснул на бело-золотой чешуе.       — Понятно. В таком случае, со мной тебе делать нечего. А что до твоего одиночества... Думаю, я могу помочь.       Что-то в голосе Первого Мастера насторожило парня, и тот замешкался, не зная, что сказать. Встретившись взглядом глазами, что с по-кошачьи узким зрачком наблюдали за ним, будто говоря: «смелей, человек, смелей!», Ллойд всё же сказал:       — Но?..       — Это будет рискованно, — серьёзно ответили ему.       Нашёл, чем его пугать... Риска за почти два десятка своей насыщенной жизни он отведал сполна.       — Если это правда поможет мне... то я не против.       Так все и решилось.       Дракон издал какой-то странный звук, эмоциональный смысл которого Ллойд не решился расшифровывать.       Ну а дальше... а дальше было забытие.