Часть 9.1

      — Должен признать… — промедлил Какаши, неловко почесав затылок. — Это в новинку даже для меня.       — МОЙ ПОВЕЛИТЕЛЬ! — десятки голосов перекрикивали друг друга, смешиваясь в одну толпу. В тот момент, когда Какаши вошел в 20-й центр CCG, его тут же встретил вихрь из людей. На секунду он подумал, что на него напали, пока не осознал, что все эти люди пытаются встать и поклониться ему.       Какаши оглядел комнату, пытаясь понять, было ли это розыгрышем или каким-то хитрым трюком. Судя по тому, что следователи не предпринимали никаких угрожающих действий, все же это не так. На самом деле было похоже, что следователям было не до него: вместо этого они в культурном шоке смотрели на все еще кланяющихся исследователей, ученых и агентов… Он моргнул, увидев статую самого себя, величественно стоящую в углу комнаты с разложенными вокруг чем-то вроде жертвенных подношений. Его брови поднялись, когда он понял, что упомянутые подношения были в основном в форме культивированной манги. Рассеянно он сделал мысленную пометку собрать их позже: он почти закончил свою текущую серию и нуждался в чтении чего-то нового.       В любом случае... Что с миром?       Неужели... он неосознанно создал культ?!       Хм.       Ну раз такое дело.       Это, конечно, было неожиданно, но...       Постепенно на лице Какаши начала расползаться веселая улыбка.       Он обязательно придумает, как извлечь из этого максимальную пользу... **** **** ****       — Мои последователи!       Лейтенант Такеши мгновенно вытянулся, сосредоточив все свое внимание на Какаши. Он был одним из тех, кого убедили обратиться ранее в тот день — не то чтобы его нужно было особо убеждать. В конце концов, с того судьбоносного дня, когда он приказал атаковать Какаши, он все больше боялся и трепетал перед мощью гуля.       Когда он увидел, как Какаши бросил вызов не только CCG, но и законам самого физического мира...       Именно тогда он осознал роковую ошибку своего мышления.       Какаши не был гулем.       Какаши был богом.       И не просто бог, а доброжелательный бог, потому что, несмотря на то, что Такеши и многие другие богохульствовали против него, Какаши оставался добрым и прощающим, применяя только несмертельные меры при их уничтожении. Он был милосерден и не выказывал ни малейшего намека на злобу. Более того, Какаши желал мира между человечеством и гулями. Он хотел положить конец конфликту, положить конец бесконечному циклу смерти и страданий. Это были не просто пустые слова. Какаши каждым своим действием демонстрировал, что он имел в виду то, что говорил.       Лейтенант Такеши не был очень религиозным человеком, но обнаружил, что изливает каждую каплю своей веры — веры, о которой он даже не подозревал, — в Какаши.       — Я рад, что вы все увидели свет, — продолжил Какаши. Внезапно в комнате начал дуть ветер, воздух потрескивал от невообразимой силы. — Вы все выбрали трудный путь, следуя за мной. Вы столкнетесь с противодействием со стороны многих. Ваших друзей. Ваших коллег. Возможно, даже вашей собственной семьи.       Он шагнул вперед, и его поза изменилась. Там, где раньше он казался ленивым и расслабленным, теперь он излучал чистое присутствие и авторитет.       — Иногда может казаться, что весь мир настроен против вас, осуждая вас как сумасшедшего или ненормального, — мягко сказал Какаши. – Тем не менее, вы не должны колебаться. Вы должны терпеть и продолжать. Это может показаться одиноким путем, но я обещаю вам, что в конце концов оно того стоит.       И тут аура Какаши вырвалась наружу, плотное давление заполнило комнату. И тем не менее, это не сломило их, а, наоборот, поддержало.       — Ибо мы боремся за мир! Мы боремся за мир, в котором гули и люди могут сосуществовать без постоянного страха перед смертью! — Голос Какаши разнесся по комнате, проникая глубоко в их сердца. — Теперь у меня есть, но только один вопрос, —Его голос понизился до шепота, когда он посмотрел на них. — Вы все со мной?       Его встретил оглушительный рев согласия. Целых полминуты комнату наполняла какофония криков и аплодисментов, их чистая неподдельная страсть и энтузиазм были очевидны. Затем они медленно начали петь.       — Какаши! Какаши! КАКАШИ! КАКАШИ! КАКАШИ!       В стороне Какаши увидел Шинохару, обхватившего голову руками. Рядом с ним лицо Амона приобрело интересный фиолетовый оттенок, что никак не могло быть хорошо для его кровяного давления.       Какаши улыбнулся.

***

      — Что это было?! — немедленно потребовал объяснений Амон, стоило за ними закрыться двери. Он, Шинохара и Какаши пошли в пустой офис, чтобы провести встречу. Время от времени они могли слышать аплодисменты ученых на заднем плане.       Какаши невинно посмотрел на него.        — Что было "что"?       Амон чуть не взорвался от истерики прямо здесь: его руки дико дергались, а его вены практически лопнули.       — Ой! — озарение отразилось на лице Какаши. — Ты имеешь в виду мою мотивационную речь? — он улыбнулся глазами. — Это было не так уж плохо, не так ли? Не так эпично, как мог бы сделать мой ученик, но все же довольно неплохо по моим оценкам.       — Зачем ?!       Какаши моргнул.        — Зачем? Гм, мои верные последователи чего-то ожидали. Я не мог их подвести, понимаешь?       Амон  зарычал  на него.       — Амон, — Шинохара успокаивающе положил руку ему на плечо. — Не надо. Он того не стоит.       — Я возражаю, — вмешался Какаши. — Я хочу, чтобы вы знали, что на самом деле я стою очень даже много. Знаете, я удивлен огромным количеством наград за мою голову.       — Какаши, — устало вздохнул Шинохара. — Ты уже победил нас. Унизил нас. Доказал, что даже Арима не мог противостоять тебе. Чего еще ты хочешь?       Какаши хмыкнул.        — Прежде чем я перейду к объяснению, не могли бы вы позвать Мадо, Ариму и Судзую? Я не хочу объяснять все дважды.       Шинохара поколебался, прежде чем кивнуть.        — Сделаем. Хорошо.

***

      — Прежде чем мы начнем, мне нужно обсудить важный вопрос, — Какаши наклонился вперед и сцепил пальцы, его взгляд был совершенно серьезным, когда он оглядел стол, за которым они собрались. Амон, Акира и Шинохара напряглись, а Сузуя и Мадо выглядели взволнованными. Арима не проявлял никаких внешних эмоций, хотя его глаза немного прояснились.       — В свете недавних сведений о том, что у меня, по-видимому, теперь есть группа верных последователей…       — Культ, — отрезал Амон. — Это культ.       — Я не понимаю, о чем ты говоришь, — гладко ответил Какаши. — В любом случае, поскольку мы все были вместе с самого начала — за исключением Аримы, но мы можем сделать исключение — я принял решение, — он великодушно развел руками. — Радуйтесь, ибо я официально назначаю вас всех своими Святыми Жрецами!       Сузуя завопил от восторга. Остальные не разделяли его энтузиазма.       — Пожалуйста, не называй нас так, — попросил Шинохара с болезненным выражением лица.       - Не могу, - усмехнулся Какаши. — Двигаясь дальше, я только что обнаружил самый захватывающий факт.       - Что, тот факт, что у русалок действительно есть свой особый вкус? - саркастически спросила Акира, намекая, ел ли он русалок.       — Нет. Все куда более увлекательней, — улыбнулся Какаши. — Ребята, вы знали, что председатель CCG — гуль? — Да, да, мы... подожди, — Акира замерла. — Знали "что"?       На мгновение наступила тишина, пока переваривали заявление Какаши.       Амон среагировал первым.        — Да как ты смеешь... — прошипел он, вскакивая на ноги. — Ты всерьез думаешь, что мы настолько глупы, чтобы поверить?!       Какаши не ответил, вместо этого посмотрел на Ариму и многозначительно приподнял левую бровь.       Арима задержал взгляд на секунду, прежде чем его глаза замерцали, и он склонил голову.        — Это правда.       Эти два слова, казалось, оказали на Следователей физический эффект. Шинохара выглядел так, словно его только что ударили в живот, и Амон от шока отшатнулся. Даже Сузуя выглядел довольно взволнованным.       — А-Арима? — осторожно сказала Акира, ее лицо побледнело. — Это… это шутка?       — Увы, что нет, — ответил Арима, не колеблясь. Уже одно это поразило остальных сыщиков — Арима не колебался. Наконец он заговорил. — Я имею право знать, — пробормотал он почти неслышно. — В конце концов, он мой родной отец.       Шинохара выглядел так, будто только что получил удар ногой с разворота в лицо при этом откровении.       — Что? — прохрипел Мадо, оба его глаза были настолько широко раскрыты, что начали выглядеть одинакового размера. — Он твой  отец?! — он сделал паузу, когда что-то осенило. — И он гуль?! Значит, ты гуль ?!       — Я полугуль, — тихо объяснил Арима. — Будьте уверены: я могу потреблять человеческую пищу и мне не нужна человеческая плоть. Функционально я человек во всех отношениях, за исключением сверхчеловеческих физических способностей и значительно укороченной продолжительности жизни.       Какаши заинтересованно поднял брови — на самом деле он не знал этой части.       — Но если лидеры CCG гули, то почему они охотятся на других гулей? — спросил Амон, выглядя безнадежно потерянным. — Потому что другие гули сильнее его, — ответила Арима. — Это довольно изобретательная стратегия. Чтобы сохранить свою власть, они увековечивают конфликт между гулями и людьми, так что обе стороны слишком заняты, убивая друг друга, вместо того, чтобы сосредоточиться на них, — он наклонил голову. - Мне сказали, что метафора с птичьей клеткой здесь весьма уместна...       — Пожалей нас, мы не студенты-литературоведы, — отрезал Мадо. — Значит, вы говорите, что  единственная  причина, по которой CCG и гули ссорятся — это председатель?       — Весь клан Вашу, если быть точным, но да, — ответил Арима. — Все дело в том, что слова о "гули неспособны чувствовать человеческие эмоции, что они не что иное, как жестокие монстры" — пропаганда, направленная на то, чтобы разделить две стороны, — его взгляд смягчился. — Они такие же люди, как вы или я.       Мадо смотрел на него несколько секунд, казалось, переживая все пять стадий горя одновременно, прежде чем выражение его лица стало пустым. Он встал и подошел к другому столу в углу, остальные с любопытством наблюдали за ним.       — Папа? — нерешительно спросила Акира.       Пожилой следователь не ответил, вместо этого глубоко вздохнув, прежде чем резко швырнуть стол. Дерево раскололось, и ручки с грохотом упали на землю, когда Мадо испустил леденящий кровь крик чистой ярости.       — Это все ложь? — глухо спросил Амон, его глаза умоляли Ариму покачать головой.       — Всегда было, — кивнул Арима. — Гули чувствуют счастье, печаль, горе и сочувствие. Есть злые гули, я этого не отрицаю. Однако есть столько же гулей, которые просто хотят вести нормальную, счастливую жизнь, — его глаза затуманились. — И гули, которые хотят быть обычными учениками, у которых единственная забота — о сдача выпускного экзамена.       — Я понимаю.       Медленно Амон встал и подошел к другому углу, где стоял письменный стол. Он даже не остановился; он тут же перевернул стол, издав рев чистого гнева и разочарования.       — Ты все это время знал, но никому не сказал? — спросил Шинохара, его взгляд пронзал Ариму.       Арима наклонил голову.        — В чем был бы смысл? Ничего бы из этого не вышло. Клан Вашу лишком силен. В лучшем случае меня бы дискредитировали и арестовали, в худшем - казнили бы за то, что я на стороне гулей. Я ничего не мог сделать, я даже работал вместе с лидером Дерева Аогири…       — Что?! — Акира выдохнула.       — ... попытаться найти решение, но то, что мы придумали, имело крайне малые шансы на успех, — продолжил Арима. — Признаюсь, я почти потерял надежду изменить этот несправедливый мир, в котором мы живем… пока, конечно, не появился Какаши. Гуль, который был достаточно силен, чтобы в одиночку бросить вызов CCG и, возможно, даже победить.       — Значит, ты хочешь сказать… наша единственная надежда —  единственная надежда человечества  — это Какаши? — слабо спросил Шинохара.       Арима кивнул.        — Действительно.       Шинохара молча встал, осмотрел офис, в котором они находились, и увидел, что не осталось больше целых столов. Не испугавшись, он подошел к окну и разбил его с нечестивым ревом. Даже когда осколки стекла упали на землю, Шинохара решил, что этого недостаточно, и также несколько раз ударил кулаком по стене, оставив несколько отверстий в гипсокартоне.       Глаза Сузуи сияли от возбуждения.  — О, значит, нам разрешено заниматься бессмысленным уничтожением имущества? Завтра я принесу кувалду.       На этот раз Шинохара не стал его ругать.       — Теперь, когда мы все на одной волне, — Какаши хлопнул в ладоши. — Я уверен, что мы можем согласиться с тем, что клан Вашу должен быть уничтожен как можно скорее?»       Все следователи решительно закивали. Точнее, Арима, Сузуя и Акира. Оставшиеся трое, казалось, переживали различные экзистенциальные кризисы.       — Отлично, — улыбнулся Какаши, и в его единственном видимом глазу появился откровенно хищный блеск. — Тогда пришло время ввести план в действие. Для этого мне нужно позвать своего помощника.