Где вы?

      Когда все разошлись, уже царствовала ночь. Мими не стала дожидаться конца вечеринки и уснула на полу, пока Ади обжимался с Сэми у неё на кровати. Люцифер сразу ушел после нашей сделки, но не знающая случившегося Ости отправилась искать своего горе-любовника.       Мне её порой жаль. Конечно, у Ости довольно-таки тяжелый характер, но с чертовкой можно найти общий язык, как это сделала Мими, хотя мне в это верится с трудом.       Не знаю, спала я или нет, но чувствую себя как всегда не очень.       Всю ночь думала о возможности встретиться с Отем. Я не могла в это до конца поверить, чувствуя подвох, но так и не смогла понять в чём. Правда, какой подвох может быть в сделке с дьяволом?       Первые лучи солнца начали освещать нашу комнату. В их свете отчетливо была видна пыль, но здесь, на небесах, это выглядело волшебно. Словно золотая пыльца, она медленно кружилась по комнате, придавая некую эстетику. Я засмотрелась на эту, казалось бы, обычную вещь, не заметив, как проснулась Мими.       Меня вывел из транса звук воды в ванной. Я села на кровать и стала рассматривать свою ладонь. Небольшая, но идеально ровная царапина уже не болела, но при касании неприятно пульсировала. Вчера мне показалось, что царапина чёрного цвета, но при свете солнца она отливалась тёмно-аметистовым оттенком.       Мне хватало ума, дабы понять, что никто не должен об этом знать. Я сжала кулак, но, почувствовав неприятную боль, разжала его. Неужели так теперь и будет, пока я не выполню свою часть? Мне хотелось закрыть глаза, но это не физическая усталость. Я устала от этой недо-жизни.       Мими вышла из ванны, заворачивая волосы в полотенце.       — Привет, ты как? — я не поняла, про что именно она спросила, но в любом случае ответ одинаковый — плохо       — Хорошо. А ты? — мне не интересно, но ради приличия и прикрытия я спросила.       — Чудесно. Ади выкрал из больничного крыла порошок снимающий боль и прочую дрянь, — Дьяволица направилась к своему шкафу, наверняка думая, какую тряпку надеть сегодня.       Дабы избежать долгий монолог Мими на тему «что лучше…», я пошла в ванную. Встав в душевую кабину, включила горячую воду. Поток воды расслабил тело, придавая некую окрыленность. Да, звучит странно, когда за спиной два огромных серых крыла. Я до сих пор не могу поладить с ними. Геральд сказал, что это из-за неприятия их, что мне надо подружиться с пернатыми мысленно. Но я не могу.       Выдавив себе на руку шампунь, я принялась мыть голову. Эти действия отвлекали меня лучше сигарет. Я вдыхала запах яблок и мяты. Этот запах возвращал мысленно на землю. Закрывая глаза, представляя себе, что жива, что я дома. Но намокшие крылья стали тянуть вниз, будто говоря: «ты теперь тут, и ничего не сможешь с этим сделать».

***

      Когда я вышла из душа, Мими в комнате не было. Прекрасно, и что теперь делать? Куда мне идти? Всё же придется запомнить маршрут до кабинетов, а то я стала слишком зависима от Мими.       Я подошла к столу, пытаясь найти свое расписание, которое дали ещё в первый день, но я благополучно его куда-то закинула, надеясь, что всё это не правда, но, увы и ах, правда ещё никогда не была так горька.       Я нашла его под стопкой нетронутых мной учебников. Первым в расписании стоял урок с Геральдом. Уже не всё так плохо, как я подумала. Он мне нравился как учитель, да и просто как личность. Геральд — полная противоположность Фенцио.       Я уже хотела пойти переодеваться, как заметила на своем столе незнакомую бумажку. Она отличалась от всего того беспорядка, что творился на столе. Листок был из старой бумаги, желтый и сухой, словно если его взять в руки, то он развалится. На нем что-то написано идеальным почерком.       Прочитав, письмо тут же превратилось в пыль. Я была в некой эйфории. Люцифер будет ждать меня в десять часов у водоворота. В голове открылось окно, словно во время бурана. Все мысли перемешались. В первую минуту я не смогла понять своих эмоций. Сначала радость, но через пару секунд ощутила настоящий страх и непонимание. А что я скажу Отем? Что скажу отцу? Как это вообще произойдет?       Я попыталась успокоиться и вернуть над собой контроль. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, успокоилась и пошла к своему шкафу.       Надев привычную мне футболку с джинсами, я наклеила пластырь на метку. Посмотрев на ладонь и убедившись, что ничего не видно, я вышла из комнаты.

***

      В ожидании встречи уроки пролетели для меня незаметно. Впервые за эти две недели на моём лице можно прочитать что-то помимо злости, усталости и безразличия. Я даже искренне улыбнулась Мими, на что она удивилась, но ничего говорить не стала. Однако, в её глазах я заметила искру. Надеюсь, Мими ничего себе не придумала, хотя, мне всё равно на слухи. Здесь слухи заменяют новости. Это неотъемлемая часть жизни существ, кроме, конечно, вечных вечеринок.       На последнем уроке Мими сказала, чтобы я не ждала её вечером. Она пойдет на очередную вечеринку к какому-то демону. Конечно, Мими звала меня, но я отказалась, и в этот раз дьяволица не стала меня упрашивать. Сегодня подозрительно мне всё сходит с рук. Ох, надеюсь, эта удача будет преследовать меня до конца.       Семь вечера. Ещё три часа. Время решило сыграть со мной в игру, где у меня не будет шансов победить. Ожидание давило на меня. В голове возникали миллионов мыслей, где каждая из них хуже предыдущей. Чтобы как-то отвлечься от них, я вышла на террасу и зажгла сигарету. Я не спешила вдыхать её смертельный яд, который для меня ничего не значил. Смотрю, как от неё исходит невесомый дым, развеваясь на ветру. Я вспомнила, как Люцифер отнял у меня сигарету. Только сейчас поняла, почему запомнила это. Я запомнила не само его действие, а то, как он это делал. Люцифер выкуривал сигарету, словно актёр из фильма Тарантино. Даже то, как он держал её, выглядело необычно. Я никогда не могла подумать, что можно курить с эстетикой. Ну а что в этом такого, если он есть сам дьявол?       Сигарета обожгла мне пальцы. Она выгорела, оставляя после себя смог и пепел. Я усмехнулась, ведь никогда не была романтиком, но в разум так и лезли сравнения к этой сигарете. Она напомнила мне мою жизнь.       Моя жизнь тоже была недолгая. В ней было что-то приятное и что-то больно обжигающее. В ней была зависимость, от которой было сладко, но рано или поздно, как и от любой зависимости, мне пришлось избавиться. Боль прошлого заставила меня выкинуть сигарету. Я не хотела вспоминать о ней.       Вернувшись в комнату, я посмотрела на часы. Полдевятого. Осталось чуть больше часа, и я увижу Отем. Я не стала переодеваться, просто надела поверх футболки чёрную толстовку, собрала волосы в высокий пучок. Я не знала, в каком обличии предстану перед ними, но это и не важно. Главное, я увижу их, пускай, они меня нет.       Полдесятого. Я не могла сидеть в четырех стенах. Поэтому решила прийти раньше назначенного времени. Во дворе никого не было. Я не придала этому большого значения. Расправив крылья, ощутила небольшую приятную судорогу в лопатках. Порой я забывала про новую часть своего тела, но из-за долгой неактивности пернатые начинали ныть. Я всё больше понимала, что всё это правда, и от неё никуда не денешься, не убежишь.       Но в этом месте были и свои плюсы. Здесь были восхитительные закаты. Словно кто-то вылил краски на небо, создавая что-то нереальное. Персиковые облака плавно плыли по розовому океану, не обращая внимания на яркие звёзды, что с каждой минутой становились всё ярче и ярче. В жизни я была художником, во многом благодаря отцу. Именно он восхищался моим первым рисунком, на котором было изображено криво разукрашенное облако. Именно он настоял на моём поступлении на факультет живописи, именно отец сидел с Отем на моей защите. Именно он сейчас заботится о моей дочери.       Солнце стало уходить за горизонт, уступая своё место огромной луне. Я посмотрела на наручные часы — девять пятьдесят. Люцифера всё ещё нет. Какая пунктуальность.       Неожиданно моя ладонь начала гореть и отдавать неприятным ощущением. Я оторвала пластырь, место, где была царапина, начало краснеть, спустя минуту неприятное ощущение переходило в сильную боль. С каждой минутой боль усиливалась. Я не могла прикоснуться к метке. Дабы не издавать жалобный стон, я прикусила щеку, чтобы заглушить одну боль другой. Как вдруг из-за кустов увидела тень, а после и самого владельца. Это был Люцифер.       Дьявол вальяжной походкой шёл в мою сторону. Видимо, от него не скрылись мои эмоции, так как на лице Люцифера появилась фирменная ухмылка.       — Что это значит? — я развернула ладошку, показывая Люциферу покрасневшую метку, — почему она стала болеть?       — Это реакция твоего тела на меня, — демон явно был доволен сказанной фразой, но, видимо, он прочёл в моих глазах гнев, раз решил и ответить. — Это побочное действие нашей сделки. Когда я нахожусь рядом, то она начинает немного болеть, напоминая про долг. Но когда выполнишь свою часть сделки, она у тебя пройдет.       — Прекрасно, — я натянула рукав толстовки, пытаясь унять боль. — И что ты хочешь от меня?       Его глаза загорелись красным. Но это нисколько не напугало меня. Его фокусы на меня не действуют, кроме этой дебильной метки.       — Непризнанная, ты забываешься. Не забывай, кто я, а кто ты. Я не позволю такой, как ты, открывать рот в мою сторону, — он пошёл прямо, специально задевая меня за плечо. Я закатила глаза и пошла за ним. Догнав Люцифера, как он призвал водоворот. — Думай о том месте, куда тебе так надо.       — Но нас могут заметить. Как мы скроем наши энергии? — вопрос возник сам собой, почему я раньше не подумала, как Люцифер поможет мне? Он закатил глаза, как будто я задала самый тупой и очевидный вопрос на свете.       — Кольцо, — он показал свою руку, где на среднем пальце была большая печатка с изумрудом. — Оно скроет наши энергии. Только ты не должна далеко уходить от меня, поняла?       — Хорошо, — я закрыла глаза и представила себе то место, куда мне надо было.       Я прыгнула в водоворот, отдавая своё тело в правление его ветрам. Люцифер незамедлительно последовал за мной. Ветер шумел в ушах, из-за его силы я не могла открыть глаза, но через пару минут мы уже стояли на входе детского магазина.       В мою голову пришла мысль, точнее совет самой себе. Отем не станет разговаривать с кем попало, но её можно задобрить, как и любого ребенка. Мне надо раздобыть ей какую-нибудь игрушку. Точнее машинку. Хотя она и девочка, но ей нравились машинки и все остальные игрушки, у которых есть колесика.       — Правда? Ты заключила сделку со мной, ради того, чтобы купить себе игрушку? Уокер, скажи мне, вы людишки все такие, или ты исключение? — я не стала отвечать ему и молча вошла в магазин. Пройдя полмагазина, дошла до отдела с игрушками. Выбрав самую яркую и большую машинку, я направилась обернулась к Люциферу.       — Вызови водоворот, — он с непониманием смотрел на игрушку, но, ничего не спросив, щелкнул пальцами.       Спустя буквально одно мгновение за его спиной появился портал. Я подумала о доме и прыгнула в водоворот, после чего меня догнал Люцифер.       — Ты скажешь мне, кому это? — он указал взглядом на пожарную машинку. Я усмехнулась. Всё же какие демоны любопытные.       — Нет.       Люцифер сделал равнодушное лицо и пожал плечами, показывая, что ему всё равно.       В этот момент водоворот выплюнул нас через дорогу от моего дома. Только сейчас я поняла, что Люцифер никуда не уйдет и узнает об Отем, но это цена встречи с ней. Я сделала глубокий вдох и пошла к дому. Люцифер пошел со мной, но остановился возле забора.       — Ты останешься здесь? — мой вопрос удивил его, но дьявол не показал этого.       — Ну, если ты так хочешь, то я могу пойти с тобой, — Люцифер уже сделал шаг в мою сторону, но я остановила его.       — Нет, не хочу, — я открыла калитку и направилась к двери дома.       С каждым шагом мне становилось все страшнее и страшнее. А что я им скажу? Мол, здравствуйте, я ваша дальняя родственница, настолько дальняя, что вы обо мне даже никогда не слышали, и что я проявила резкий интерес к вам после смерти Вики?       Я остановилась. Мне захотелось развернуться и уйти. Да что это со мной? Всё это время я не знала, как встретиться с ними, а теперь хочу уйти? Вдохнув поглубже, я постучалась. Ничего. Подождав пару минут, постучалась ещё раз. Тихо. Я стала поворачивать ручку двери в разные стороны, но дверь была закрыта. — Где вы?