XXV. Нескончаемый поток мыслей.

Полупрозрачный обжигающий пар лениво тянулся вверх в тщетной попытке дотянуться до самого потолка, и дурманящий аромат мелиссы смешивался с едва уловимыми нотками корицы и зеленого чая. Пропитанный прохладой воздух нещадно трепал волнистые пряди светлых волос, точно пытался сотворить невероятной красоты прическу, вообразив себя парикмахером, но заведомо терпел неудачу. Полупрозрачные занавески мазали по полу, собирая несуществующую пыль, и широкие листья фикуса медленно покачивались вверх и вниз, подобно вежливым человечкам, приветствующим бессмертную. Непризнанная сделала еще один глоток горячего напитка и прикрыла глаза от блаженства. Столь знакомый вкус чая погружал в приятную меланхолию, граничащую с отблесками счастья, затаившимися в самой глубине зрачков. Ресницы дрогнули, когда терпкий аромат вновь ворвался внутрь вместе с очередным вдохом и перед глазами возник и почти тут же померк далекий образ отца, который стоял подле столешницы, опершись о нее худыми пальцами, и ждал, пока старенький чугунный чайник соизволит закипеть. Зеленый чай с добавлением щепотки корицы и нескольких маленьких листиков мелиссы, который готовил по вечерам, был его любимым. Виктория поставила хрупкую фарфоровую кружку на подоконник и отвернулась от распахнутого окна, ненавязчиво мазнув взглядом по Башне, очертания которой неясным пятном, лишенным четких границ, выделялись на фоне серых облаков. Монотонный звук с приглушенным свистом рассекающих воздух крыльев донесся до ушей — морской дракон пролетел мимо, едва не задев хвостом одну из многочисленных крыш учебного заведения, и вновь растворился в тумане. Редкие лучи утреннего солнца, которым удавалось протиснуться сквозь плотную завесу тяжелых облаков, беспорядочными золотыми пятнами ложились на траву и ласкали широкие листья винограда. Сизый туман клубился над островом, жадно поглощая деревья и сад Адама и Евы; капельки утренней росы игриво сверкали в траве, походя на мелкие драгоценные камушки. Непризнанная рваным движением поправила рукав хлопковой рубашки, небрежно заправленной в свободные джинсы, сделала несколько шагов вперед и остановилась посреди спальной комнаты, где, помимо нее, никого не было. С вечера позапрошлого дня Мими пребывала в Аду из-за отправленного накануне отцом письма, содержание которого она так и не раскрыла, однако уверила подругу в том, что надолго ее отсутствие не затянется. Виктория не до конца была уверенной в этом, но спорить не стала, позволив ей собрать вещи и покинуть учебное заведение. И поздними вечерами, пока демонесса отсутствовала, компанию ей составляли Ади и Сэми, которые привычно заваливались к ней в комнату, сгребали в охапку и плюхались на широкую кровать. А потом долго повествовали о самых разных событиях, некогда происходивших на Небесах или на земле, и этим отвлекали от тягостных мыслей, которые имели привычку нагрянывать в мгновения одиночества, когда тревога и тихая печаль протягивали свои уродливые конечности откуда-то из темноты и норовили в любой неподходящий миг схватить и утащить за собой, не обращая никакого внимания на яростное сопротивление. Виктория оглядела двуспальную кровать, прикрытую полупрозрачным балдахином, подошла ближе и ненавязчивым движением отодвинула его в сторону, открыв вид на смятое одеяло и небрежно брошенные подушки. Легкая улыбка скользнула по лицу и затерялась в уголках губ. Она полной грудью вдохнула пропитанный чужой энергией воздух — хорошо знакомый пленительный аромат малины проник внутрь и приятной тяжестью осел где-то в области грудной клетки. Бессмертная поправила мягкие подушки и отошла от кровати. Она подхватила со стола книгу, которую накануне взяла из библиотеки Ада, надела первые попавшиеся на глаза кеды и, наспех завязав шнурки, выскользнула из комнаты. Учебное заведение было погружено в привычную тишину, лишь откуда-то издалека доносились приглушенные голоса оставшихся в своих комнатах учениц. Виктория закрыла за собой дверь, оглядела пустынный коридор, по которому разгуливал свежий ветер, подобно молчаливому патрульному, добросовестно выполняющему свою работу. Она сильнее прижала книгу к груди, подошла к небольшому балкончику, откуда открывался вид на задний дворик школы. Среди клубов сизого тумана проглядывали силуэты бессмертных — разбившись на небольшие кучки, они сидели на поляне, окруженной высокими деревьями, и, вероятно, о чем-то переговаривались меж собой. Однако понять, чем именно занимались, не представлялось возможным. Быстро потеряв к ним всякий интерес, Уокер выпрямилась, тряхнула крыльями, точно пыталась сбросить с себя груз, и неспешным шагом двинулась к мраморной лестнице. Соблазнительная мысль о посещении скрытой от ненужных взглядов поляны в самой глубине сада некоторое время не давала ей покоя. И идущая в ней комплекте смутная надежда на то, что ей удастся встретиться с Бонтом, подстрекала к решительным действиям. — Снова с книгой, — Виктория замедлила шаг и повернулась к демону. Люцифер опустил фолиант, который держал в правой руке, и поднял на бессмертную свои темные глаза — в них сверкнула заинтересованность. — До занятий с ангелом Фенцио еще есть время, — Уокер остановилась у перилл лестницы и пробежалась взглядом по холлу, где, помимо них, никого не было. Только два суровых охранника стояли подле распахнутых дверей, глядя куда-то перед собой. Проследив за ее взглядом, Люцифер усмехнулся. — Цитадель Рая, вероятно, действительно считает, что охрана поможет избежать будущих нападений. — Она хоть какие-то меры предпринимает, в отличие от Цитадели Ада, — заметила Виктория и вернула взгляд к демону. — Что об этом думает твой отец? — Не знаю, — Люцифер нервно отдернул воротник рубашки и свел брови к переносице — вопрос Непризнанной не пришелся ему по душе, — он не посвящает меня в политику. — Ты действительно думаешь, что ангелы превозносят себя над демонами? Люцифер отвел взгляд в сторону, задумчиво постучал по щетинистому подбородку указательным пальцем и прикрыл глаза. Уокер опустила руки, в которых держала книгу, на уровень талии; в ее глазах появилось плохо скрываемое нетерпение. — Я слишком мало существую, чтобы говорить о чем-то наверняка и рассуждать о равновесии, — он вновь повернулся к ней, наклонив голову чуть набок, — но, тем не менее, мне хорошо известно о том, что когда встает выбор между ангелами и демонами, в итоге он будет сделан в пользу первых. — Чаши весов, которые в своих руках держит Немезида, не находятся в равновесии. — Тоже заметила? — Это трудно не заметить. — Также трудно не заметить, что Непризнанные чаще становятся демонами, — брови Уокер удивленно взметнулись вверх. Люцифер сложил руки на широкой груди, качнув голов в знак подтверждения своих слов. — Ты сама убедишься в этом совсем скоро, когда пройдет обряд Посвящения. — И почему твой отец терпит несправедливость по отношению к демонам? — Риторический вопрос, Непризнанная. — Чтобы избежать еще одной войны, — бессмертная неопределенно хмыкнула. — Недовольство демонов схоже с бомбой замедленного действия. Механизм запущен уже давно, но никто не может сказать, когда именно она решит взорваться. — Думаю, уже совсем скоро, — Люцифер понизил голос и помолчал немного, проведя взглядом прошедшего мимо Непризнанного. Как только бессмертный скрылся во мраке одного из многочисленных коридоров, он провел ладонью по своим темным волосам и подхватил книгу, от чтения которой отвлекся. — Впрочем, это не самая лучшая тема для разговора. — Согласна с тобой, — в уголках губ демона потерялась едва уловимая улыбка. Виктория глазами проводила Люцифера и отвернулась, когда его фигура скрылась за поворотом. Она бросила косой взгляд в сторону охранников и развернулась, решительно двинувшись в противоположную от центрального входа сторону. Находившиеся с недавних пор в школах бессмертные, держащие наготове свои острые клинки, не вызывали у нее доверия. Непризнанная аккуратно отодвинула в сторону ветку дерева, преграждающую путь, и ступила на поляну. Несколько тяжелых капель дождя сорвались с широких листьев и нагло опустились на макушку, крылья и плечи, заставив Викторию поежиться. Она сделала еще несколько шагов вперед и замерла в нерешительности, опустив руки с зажатой в них книгой. Горьковатый запах влажной зелени и земли щекотал нос. Знакомая ей поляна была окутана комфортной тишиной, которую нарушал, разве что, неясный шепот деревьев, кроны которых переплетались меж собой, образуя подобие купола. Лишь местами сквозь зеленые листочки пятнами проглядывало унылое серое небо, которое походило на однообразное полотно, повисшее над парящими островами. Трудно было в этой однообразной массе уловить движение облаков, почти невозможно, и потому казалось, что их не существует вовсе. Будто сам небосвод за ночь побледнел и потерял привычный голубоватый оттенок. Редкие капли дождя, подобно драгоценным камушкам, сверкали в траве и на листьях могучих деревьев и то и дело срывались вниз. Клочья тумана липли к выступающим на поверхность темным корням и витиеватым веткам, старательно тянущимся ввысь. Виктория опустилась под деревом, протянула руку к близ растущему цветку, чтобы провести по его нежным лепесточкам подушечками пальцев — он закивал в ответ, точно приветствовал бессмертную. Улыбка скользнула по девичьему лицу и вновь бесследно исчезла. Расправив крылья и согнув ноги для удобства, Непризнанная облокотилась о толстый ствол дерева и раскрыла книгу. Рэй Брэдбери "Вино из одуванчиков" — рукописными буквами со старомодными завитками было выведено на темном кожаном переплете. Чуть пожелтевшие страницы приглушенно шуршали, переворачиваемые бессмертной, и над головой время от времени раздавались сильные взмахи огромных крыльев драконов. Прохладный ветер вызывал табуны мурашек, безжалостно дергал за волосы, вынуждая поправлять их каждые несколько минут. Виктория то и дело тихо бранилась под нос и обреченно вздыхала, заправляя непослушные локоны светлых волос за уши. Внезапный хруст ветки под чьим-то весом нарушил комфортную тишину и заставил поднять голову. Уокер огляделась вокруг в поисках источника звука, но попытка не увенчалась успехом. Подавив волнение, она опустила взгляд на книгу и перелистнула еще одну страницу. Возникшие в поле зрения носки белых кроссовок вызвали отблеск радости в светлых глазах. Она подняла голову в надежде увидеть милое лицо ангела, но столкнулась с мягким взглядом Дино. Виктория досадливо поджала губы и вернула взгляд к раскрытой книге, однако более сосредоточиться на чтении не получилось. — Занятие с ангелом Фенцио вот-вот начнется, — напомнил он и опустился рядом с ней. Виктория чуть качнула головой в знак согласия, но не сдвинулась с места. Лишь перевернула еще одну страницу книги, сделав вид, что погружена в чтение. Тихий смешок с его стороны привлек внимание. Непризнанная нехотя вернула взгляд к знакомому и выгнула бровь в ожидании, но Дино продолжил молчать. Только ненавязчивым движением поправил волосы, зачесав несколько выбившихся из низкого пучка прядей назад. — Как давно ты знаешь об этом месте? — буркнула Виктория, сдавшись. Она с соответствующим хлопком закрыла книгу и перевела взгляд на прекрасные цветки лаванды, что распространяли вокруг пленительный аромат, горячо полюбившийся ею. — С тех самых пор, как началось мое обучение в этой школе, — бровь Непризнанной недоверчиво выгнулась. — Не только живущий в Башке мальчик знает об этом убежище. — Я думала, твоим пристанищем является мыслительное дерево, — ангел беззлобно усмехнулся, едва заметно качнув головой. — Я действительно провожу там большое количество времени, — признался он и, немного помедлив в нерешительности, сел и вытянул перед собой ноги, — это помогает избавиться от тягостных мыслей. Ненадолго побыть наедине с собой и позволить дереву избавить от страданий. — Слишком сладко. — Что именно? — Избавление от страданий. Ангел улыбнулся одними уголками губ; в его глазах появилось снисхождение. Он помолчал немного, старательно баюкая какую-то мысль, и неопределенно повел плечом. — В бессмертии много недостатков, и иногда хочется поставить на всем точку, — по крыльям бессмертной пробежала мелкая дрожь, а ее руки крепче стиснули книгу. — Мыслительное дерево помогает отчиститься. — Как порошок Забвения для Непризнанных? — Ты права, — ангел вскинул подбородок, взглянув на серый небосвод. — В его изготовлении используются плоды мыслительных деревьев. — Их можно потрогать? — Дино с удовольствием хохотнул в кулак, на что Виктория вопросительно вскинула брови, явно обескураженная реакцией. Ангел смахнул с ресниц воображаемую слезинку и вскинул руки в примирительном жесте. — Конечно, можно. — Они ведь неосязаемые, — растерянно пробормотала Уокер и почесала затылок. Ангел задумчиво постучал указательным пальцем по подбородку, задумавшись на несколько секунд. — Их структура меняется. Ну... — Дино повел рукой по воздуху в попытке найти подходящее сравнение, — вода, например. Она может иметь газообразное, жидкое и твердое состояния — этому вас ведь учили в школе? — Разумеется. — Плоды мыслительного дерева, подобно воде, меняют свою структуру. Их можно потрогать, когда светятся ярче всего, и нельзя, когда потухают. — А энергия бессмертных? — Что с ней? — Она может становиться неосязаемой? — ангел шмыгнул носом и шаркнул ногой — небольшая горсть влажной земли взметнулась в воздух и рассыпалась на глазах, затерявшись среди сочной травы. — Может. Она рассеивается, когда бессмертные погибают — после них остается лишь одежда. Виктория передернула плечиками, постаравшись выкинуть из головы в один миг возникшую картину: несколько пар обуви, покрытой многовековым слоем пыли, и лоскуты одежды, которые некогда были частью какого-то прекрасного костюма. Ей доводилось воочию видеть это, когда прогуливалась по заброшенному городу, что расположен между уровнями. Воспоминания отозвались неприятной тяжестью, осевшей в области солнечного сплетения. Непризнанная нервно сглотнула и поежилась, точно от холода. Дино взглянул на нее и поднялся, как бы ставя этим точку в разговоре. Он старательно отряхнул штаны от прилипшей к ним земли и, повернувшись к Уокер, протянул ей руку. — Пойдем, нас хватятся, — Виктория приняла его помощь, благодарно улыбнувшись. Непризнанная опустилась рядом с Энди, положив перед собой книгу, которую так и не успела занести в свою комнату, — приятель оторвался от гипнотизирования крыльев сидящего спереди ангела и расплылся в широкой улыбке, явно обрадованный ее появлением. Будто почувствовав его движение, Лора подняла голову и, выглянув из-за его спины, приветливо помахала Виктории. Она закрыла тетрадь и отодвинула на самый край парты, потеряв к ней всякий интерес. — Я думала, ты не придешь, — в голос приятельницы были вплетены нотки упрека. — Не хочу получить нагоняй от ангела Фенцио, — буркнула Уокер. Она хотела сказать еще что-то, однако вытянулась, когда двери аудитории резко распахнулись, пропуская внутрь фигуру учителя. Он остановился в нескольких шагах от рабочего стола, резко обернулся — двое учеников, которые не успели вовремя зайти, замерли под его суровым взглядом, подобно попавшимся в лучи автомобильных фар зверькам. Несколько секунд Фенцио смотрел на них, после чего требовательным жестом указал им сесть к остальным. Только когда опоздавшие послушно заняли свободные места в аудитории, учитель подошел к своему столу и начал урок. — Как вы знаете, сроки экзаменов были перенесены в связи с некоторыми... обстоятельствами, — ангел подушечками пальцев почти любовно огладил посеребренные крылья своего посоха и обвел аудиторию тяжелым взглядом. — Из-за этого было принято решение провести еще одно предэкзаменационное задание. Как и в прошлый раз, Непризнанные будут работать вместе с рожденными бессмертными. Однако теперь приставленный ангел или демон будет следить за выполнением задания. Если куратор решит, что вы не справились, то вас не допустят к предстоящему экзамену. А это значит, — он сделал небольшую паузу, издевательски сверкнув глазами, — что ваши задания останутся такими же бессмысленными для Равновесия, как и сейчас. — Да он злорадствует, — Виктория нахмурилась, машинально кивнув. Сидящая позади нее Непризнанная усмехнулась, явно удовлетворенная согласием. Воспользовавшись тем, что Фенцио занялся поиском заветного листка, куда были занесены пары, Уокер оглядела аудиторию. Ади и Сэми стояли у распахнутых окон, скрывшись от сурового взгляда учителя за спинами товарищей, и о чем-то переговаривались, то и дело хихикая, будто самые настоящие подростки. Ости сидела на краю стола, разглядывая маникюр, и вполуха слушала щебетание незнакомой Виктории демонессы — та активно жестикулировала, лишь чудом не задевая при этом стоящего чуть позади нее ангела, и периодически отмахивалась от какого-то демона, который явно был не в восторге от ее поведения. Уголки губ Уокер изогнулись в полуулыбке от этой картины. Будто почувствовав на себе взгляд Непризнанной, Ости вскинула подбородок и посмотрела на нее — неприятный холодок пробежался по спине Виктории. Она сглотнула и отвернулась. — Виктория и Дино, — произнес ангел и отложил листок в сторону. Он опустился на стул, поправив мантию, открыл верхний ящик рабочего стола и достал заранее подготовленные свитки. — Теперь попрошу кураторов подойти ко мне для получения заданий. Виктория без труда нашла глазами Дино — он отделился от стены и следом за Лилу, рядом с которой стоял все это время, направился к Фенцио. Внезапное прикосновение к предплечью привлекло ее внимание, заставило испуганно вздрогнуть и обернуться. Ади, который проходил мимо, подмигнул ей и одними губами пожелал удачи, после чего ускорился, чтобы догнать успевшего отойти от него Сэми. — Хорошо, что на сей раз Гордона нет, — Энди потянулся. На его губах играла радостная улыбка, при взгляде на которую Уокер усмехнулась. — Он просто в Аду, — Виктория обернулась на знакомый голос и тут же столкнулась со скучающим взглядом Обсидиан. Она подошла ближе и бесцеремонно села на край парты, проигнорировав недовольный взгляд демона, которого случайно задела крылом. — Откуда знаешь? — Майкл рассказал. — Я думала, вы поссорились, — приятельница эмоционально всплеснула руками, точно слова Уокер показались ей обидными. — Конечно нет! Это было просто небольшое недопонимание, — она отвернулась, досадливо дернув щекой, точно чувствовала себя некомфортно. Виктория хихикнула и подалась вперед, облокотившись о парту. — Он не будет сегодня спускаться со всеми? — Обсидиан задумчиво постучала средним пальцем правой по своему бедру, прежде чем неуверенно кивнуть. — Ты не разговаривала с ним об этом? — Мы разговаривали с ним вчера, а про предэкзаменационное задание он должен был разговаривать с Геральдом сегодня. — Судя по всему, он сдаст отдельно от всех. Либо ему позволят сразу сдавать экзамен без предэкзаменационных заданий. — Удобно устроился. Незнакомый Виктории Непризнанный, которого несколько раз видела на совместных занятиях, злорадно усмехнулся, сложив руки на груди. Обсидиан повернулась к нему, сдвинула брови к переносице и некоторое время просто изучала его лицо, словно обдумывала, что можно сделать с нахалом. Она как бы невзначай сократила расстояние между ними. Резкое движение — Обсидиан с силой сжала основание чужого крыла и скрутила. Он сдавленно вскрикнул от неожиданности и вцепился ей в руку, безуспешно попытавшись вырваться. Сидевшая рядом с ним девушка испуганно подскочила, прижав руки ко рту; несколько учеников обернулись на поднявшийся шум. Фенцио вскинул подбородок, с долей заинтересованности посмотрел на них и вновь погрузился в изучение свитков, точно не считал нужным уладить ситуацию. — Давай вырву крыло, чтобы тебе, как и Майклу, было удобно? — в чужих глазах появился испуг. Обсидиан хмыкнула, явно удовлетворенная произведенным эффектом, и с долей пренебрежения оттолкнула от себя бессмертного. Тот тряхнул крыльями, словно хотел удостовериться в их подвижности, и, поднявшись, на всякий случай отошел от нее подальше. Лора открыла было рот, чтобы прокомментировать ситуацию, однако раздавшийся со стороны учительского стола хлопок не дал этому произойти. Фенцио нетерпеливо махнул в сторону выхода и, отдернув мантию, неспешным шагом двинулся к распахнутым дверям. Виктория нехотя поднялась со своего места и последовала за остальными учениками, предприняв безуспешную попытку отыскать среди них Майкла. Ученики подтягивались к водовороту — тяжелые грозовые облака, своими бесформенными очертаниями походящие на каменные громады, с почти оглушающим гулом закручивались вокруг воронки, разбрасывая во все стороны россыпи мелких камушков и клубы надоедливого песка. Бессмертные разделялись по парам согласно распределению. Кто-то вполголоса обсуждал предстоящее задание, однако бóльшая часть учеников молчали, погруженные в омут тягостный размышлений, и хмурились. — На выполнение задания вам, как обычно, дается ровно два часа, — Фенцио прошел мимо бессмертных и остановился возле водоворота. Стоящий позади Уокер Непризнанный нарочито громко вздохнул и красноречиво закатил глаза, явно уставший от наставлений. — Удачной работы с белокрылым занудой, — Ади подмигнул застывшей с удивленно вскинутыми бровями Виктории и, бросив мимолетный взгляд куда-то за ее спину, поспешил к водовороту. Повернувшись лицом к подруге, он отсалютовал и, раскинув руки, бросился в объятия пульсирующей воронки — через мгновение его фигура скрылась из виду, утонув в сизых облаках. Несколько учеников, которые стояли рядом и прекрасно слышали фразу, захихикали. Виктория сделала несколько шагов к водовороту, однако помедлила, пропустив вперед Сэми и миловидную Непризнанную, которую поставили ему в пару. Дино остановился позади нее, мягко положил руку на правое плечо и чуть сжал худые пальцы. Справа послышались тихие шаги и сухой кашель — Фенцио демонстративно отвернулся, точно представшая взору картина ему совершенно не понравилась, нервным движением поправил мантию и крепче стиснул посох, так что костяшки пальцев побелели. Непризнанная украдкой поморщилась и поскорее прыгнула в ледяные объятия воронки. Более находиться возле ворчливого учителя, одним только своим видом вызывающего недовольство, ей не хотелось. Взмахнув крыльями и выбросив вперед ноги, Уокер без труда приземлилась в неприметном переулке. Она скользнула в сторону, чтобы избежать столкновения с ангелом, и поправила растрепавшиеся от полета локоны светлых волос. Едкий запах отходов ударил в нос, вызвал ненавистное першение в горле и заставил поскорее выйти на оживленную улицу. Виктория остановилась рядом с аккуратно расставленными на пороге кофейни гранеными вазами с яркими цветами, бегло оглядела их и повернулась к Дино. Ангел остановился рядом с ней и достал свиток, куда было занесено задание. — Нам нужно будет пройтись немного пешком, — проговорил он, отняв взгляд от рукописи и оглядев пешеходную улицу, — и найти старшую школу. — Старшую школу? — переспросила Виктория, недоверчиво вскинув бровь. Дино утвердительно кивнул и в подтверждение своих слов сдвинулся с места. Непризнанная удрученно вздохнула и поплелась за ним, едва обращая внимание на все вокруг происходящее. Было прохладно, несмотря на восседающее на небосводе румяное солнце, которое периодически скрывалось за дымкой сизых облаков, норовящих разразиться косым дождем. Толпы людей суетливо перебирали ногами и перемещались по улицам, иногда скрываясь в небольших магазинчиках и уютных кофейнях, и редко вдруг из-за спин незнакомцев выныривал велосипедист и, поправив некстати спавший с шеи шарф, исчезал вновь. Гул машин время от времени заглушал гомон толпы, невидимой тучей повисший над оживленным кварталом. Собаки сонно лаяли на прохожих, которые осмеливались пройти слишком близко, — те испуганно вздрагивали и ускоряли шаг в отчаянной попытке затеряться в бесконечном людском потоке. — Сейчас мы находимся с тобой в Бостоне, крупнейшем городе штата Массачусетс в США, — Виктория нехотя оторвала взгляд от маячащих впереди белых крыльев, в жестких перьях которых прятались золотые солнечные лучи, и огляделась. — Ты был здесь когда-то? — Я был в Лексингтоне, который находится на северо-западе от Бостона, — ангел проводил взглядом напудренную даму с маленькой собачкой и свернул направо. Пожелтевший дубовый лист оторвался от ветви и, выписав несколько очаровательных фигур в воздухе, приземлился ему под ноги. — Там красиво? — Красота субъективна, — Виктория закатила глаза, несколько раз кивнула, мол, разумеется, и замедлила шаг, как только живая изгородь осталась позади, сменившись железными прутьями высокого забора. Они прошли еще несколько метров и оказались напротив больших школьных ворот. Сочная едко-зеленая трава игриво поблескивала утренней влагой, и толпы сонных учеников неспешно бродили по ней и даже сидели у корней могучих многовековых деревьев, игнорируя пачкающуюся одежду. Было шумно. Несколько учеников играли в футбол на импровизированном поле, соорудив ворота из пустых бутылок из-под вредных напитков; четыре девушки сидели на клетчатом пледе и рисовали, вполголоса переговариваясь о чем-то. Кто-то курил у забора, пуская в небо кольца сизого дыма, и оглядывался через плечо, точно опасался, что его увидят строгие учителя. Внутри Виктории что-то екнуло, отозвавшись необъяснимой тоской на школьные будни. Она украдкой вздохнула и поспешила подойти к Дино, который успел ступить на территорию школы и теперь стоял возле питьевого фонтанчика, наблюдая за тем, как наглый воробей, нахохлившись, осматривается по сторонам, точно пытается найти того, кто его напоит. — Итак, твое задание, Вики, — ангел убрал руки за спину и огляделся. Его взгляд задержался на темноволосой девушке и переместился правее, к другой ученице. — Видишь ее? — Чувствую, — по лицу бессмертного скользнула легкая улыбка. Он кивнул и прикрыл глаза. — Ее зовут Нэнси. А это, — Дино вновь обратился к другой девушке, которая стояла в толпе и то и дело бросала в сторону одноклассницы насмешливые взгляды, — Биатрис. — Соперницы, вероятно, — как бы невзначай заметила Непризнанная. Ангел не ответил. Лишь достал свиток из заднего кармана брюк и задумчиво оглядел его, словно пытался вспомнить, в чем заключается задание. — Нэнси из богатой семьи, самоуверенная и стервозная девушка, которая известна в школе. На протяжении нескольких лет она третировала Биатрис, которой не посчастливилось родиться с серебряной ложкой во рту, издевалась и смеялась над ней. — Во всех школах такие есть, — Дино рассеяно кивнул, едва ли услышав фразу Непризнанной. — Сегодня бывший молодой человек Нэнси разослал всей школе ее очень личные фотографии... — Даже догадываюсь, какие именно, — ангел метнул в сторону Уокер недовольный взгляд. Та послушно прикусила язык, чуть слышно усмехнувшись, явно довольная шалостью. — Твое задание, Виктория, — бессмертная расправила плечи и напустила серьезный вид. — Ты можешь подтолкнуть Биатрис присоединиться к зубоскалу остальных, чтобы Нэнси узнала, какого это — быть под прицелом насмешек и издевательств. А можешь убедить ее быть всепрощающей, встать выше мести и проявить доброту, приняв сторону Нэнси. Виктория вздохнула и потерла руки друг о дружку — жест предательски выдал неуверенность, которую пыталась скрыть. Дино сделал шаг назад и повел рукой по воздуху, предлагая начать выполнение задания. Непризнанная лишь дернула бровью и неспешно направилась к стоящей в толпе Биатрис. Она остановилась возле дерева, припала спиной к шершавому стволу, убрав руки в передние карманы джинсов. Энергия дрогнула, ледяной прохладой распространилась по телу и тяжестью осела в области солнечного сплетения, сродни надоедливо гудящему насекомому, который не может найти покой. Виктория наклонила голову набок, перевела взгляд с улыбающегося лица Биатрис на Нэнси. Девушка то и дело поглядывала в свой телефон, словно ждала от кого-то сообщения или звонка, и крепко сжимала в руках носовой платок. Некоторое время она неотрывно наблюдала за ней, прежде чем оттолкнуться от дерева и, отвернувшись, направиться к Биатрис. Мелкая дрожь пробежалась по серым крыльям — они стали на полутон светлее. — Привет, — девушка тут же обернулась к ней — на ее лице отразился вопрос, почти мгновенно сменившийся удивлением. Виктория как бы невзначай дотронулась до ее предплечья, расплывшись в обворожительной улыбке. Энергия нехотя дрогнула и потянулась к смертной. — Привет?.. — подопечная изучающе наклонила голову набок, нахмурившись. — Мы же встречались на дополнительных, неужели не помнишь? — Дополнительных? — Биатрис некоторое время сосредоточенно разглядывала ее, после чего улыбнулась, как если бы увидела перед собой знакомую. Плечи Непризнанной расслабленно опустились. — Точно, дополнительные по итальянскому. — Итальянский? — лицо одного из парней, стоявшего возле них, удивленно вытянулось. — Ну ты даешь, Трис! — Моя мама настояла, — буркнула подопечная и, отмахнувшись от приятеля, вернулась к Виктории. — Что ты здесь делаешь? — Мой младший брат хочет перевестись в эту школу, — затараторила Непризнанная, не переставая улыбаться, — так что я разговаривала с администрацией насчет этого. — Брат, точно, — девушка кивнула, — ты говорила о нем. Воспользовавшись образовавшейся в диалоге паузой, Виктория огляделась вокруг и как бы невзначай обратила внимание на Нэнси. Мимо нее прошла компания парней, которые смерили ее насмешливыми взглядами и отпустили несколько шуточек — плотно сжатые губы девушка предательски задрожали. Она вытерла с щек слезы и сильнее сжала в руках телефон, точно он был ее спасением. — Что произошло с Нэнси? — Биатрис удивленно похлопала глазами и, последовав взору Непризнанной, посмотрела на ученицу. Ее губы изогнулись в усмешке. — Точно, я рассказывала тебе о ней, — она поправила рукава своей кофты, пытаясь скрыть за этим явное чувство дискомфорта, которое испытывала. — Ничего особенно, просто она поняла, что на самом деле не такая уж и крутая. Просто... — Биатрис сделала небольшую паузу, прежде чем поспешно закончить, — шлюха. — Ты так думаешь? — девушка покосилась на Нэнси, легко качнув головой в знак согласия. — Неужели она встречалась с двумя одновременно? — Что? — смертная усмехнулась в кулак — вопрос ее явно позабавил. — Нет. Ее бывший парень разослал весьма интересные фотографии. — Что? — на лице Виктории отразилось изумление. — Я, конечно, слышала о том, что она та еще стерва, но мне больно видеть ее в таком состоянии... — Больно? — переспросила Биатрис, вскинув брови в немом изумлении. — Возможно, она действительно заслужила всех этих насмешек в свою сторону, — Непризнанная положила руку на плечо подопечной и настойчиво заглянула в ее широко распахнутые глаза, — но неужели ты готова опуститься до уровня всех тех, кто, пользуясь ситуацией, отыгрывается на ней и тешет свое эго? — Я не такая, как они! — Нэнси не виновата, что полюбила не того парня, — она помолчала немного. — Думаю, тебе стоит поддержать ее. А там, быть может... вы подружитесь? — Еще чего! — Биатрис фыркнула и сложила руки на груди, демонстративно отвернувшись от Нэнси. — Эй, послушай. Может, она никогда не знала, что такое любовь, поддержка и доверие? — Не знала? Да ее родители выполняют все ее прихоти! — Виктория только отмахнулась. — Они просто откупаются от нее, Биатрис. Однако в мире существуют вещи, которые невозможно приобрести ни за какие деньги, — девушка медленно повернулась к Уокер. Отразившаяся в глазах неуверенность придала Непризнанной сил. — Я надеюсь, ты примешь верное решение, о котором не пожалеешь в будущем. Виктория ободряюще сжала плечо девушки и отошла в сторону, как бы давая Биатрис свободу действий. Подопечная некоторое время стояла без движения, старательно баюкая в голове какую-то мысль. Но вот она сделала шаг навстречу Нэнси. Небольшой и неуверенный, но сумевший разрушить невидимый барьер, разделявший их. Ученица подняла голову, оторвавшись от гипнотизирования телефона, бросила грубость в ее сторону, на которую та не обратила внимание. Биатрис села рядом с ней и, немного помедлив, молча обняла. Нэнси хотела отстраниться — несколько секунд желание сделать это читалось во всем ее теле и глазах, глядящих куда-то перед собой. Но ее плечи мелко задрожали. И Нэнси, всхлипнув, прижалась к плечу Биатрис, словно это было единственным, в чем отчаянно нуждалась в этот миг. — Довольно неплохо. Однако задание было легким, — Дино развернул свиток и, пробежавшись по нему глазами, кивнул каким-то своим мыслям. — Обговорим все в школе. — Не хочешь немного прогуляться? — ангел бросил косой взгляд в сторону Виктории, быстро свернул свиток и убрал его в задний карман брюк. — Я соскучилась по кофе. — Кофе? — По апельсиновому рафу. Ты пробовал его когда-нибудь? — Нет. — Ты многое потерял, — глаза бессмертной предвкушено сверкнули. Дино обреченно покачал головой, нисколько не одобряя намерения Уокер, но та, либо не заметив его недовольство, либо попросту проигнорировав, развернулась на пятках и двинулась по асфальтированной дорожке к распахнутым воротам школы. На пешеходной улице, на которую вернулись, было многолюдно, несмотря на ранний час. Запахи свежей сдобы с пряной корицей и сладкой ванилью и крепкого кофе мешались с горьковатым ароматом пожелтевших листьев, которые кружили в завораживающем танце над головами спешащих куда-то прохожих и тщетно пытались привлечь их внимание — те сильнее кутались в кашемировые шарфы, поднимали воротники, чтобы спастись от прохладных порывов ветра, и упорно смотрели себе под ноги. Лишь единицы поднимали головы, замирали на долгие минуты, вылавливая взглядом самый красивый лист, и с отблеском счастья в глазах любовались столь чарующей картиной. Но и они спустя некоторое время неизбежно уходили, теряясь среди сотен задумчивых незнакомцев, походящих на серую массу, что перемещается по извилистым улицам. Виктория остановилась возле стеклянной витрины уютной кофейни и бегло оглядела ряды пышных булочек, от умопомрачительного аромата которых предательски текли слюни. Она прикрыла глаза от блаженства, сглотнула и выпрямилась, убрав руки за спину. — И как ты собралась расплачиваться? — Непризнанная замерла. Ее брови сдвинулись к переносице, и она, недовольно дернув щекой, точно только сейчас вспомнила об этом нюансе, который перечеркнул все ее планы, отвернулась от витрины. Дино усмехнулся в ладонь, явно очарованный картиной разочарованной Виктории, и скрылся в кофейне, ловко миновав сидящую на ступенях девушку с небольшим стаканчиком из-под кофейного напитка в руке. Проводившая его глазами Непризнанная досадливо передернула плечиками и отвернулась, переключив внимание на пешеходную улицу. Прекрасно знакомая ей мелодия шумного города, только проснувшегося после продолжительного сна и теперь сладко зевающего и потягивающегося в попытке размять затекшие мышцы, отзывалась щемящей тоской, засевшей глубоко внутри. Мысли, одна тяжелее другой, начали закрадываться в голову, и в сознании зашевелились смутные воспоминания земной жизни, не даваясь, ускользая. Грудь сдавило болезненное чувство несправедливости и отчаяния. Горькая слеза медленно скатилась по бархату щеки, скользнула к подбородку и, задержавшись там на мгновение, ринулась вниз. Непризнанная шумно выдохнула и опустила глаза на кеды. Некоторое время она старательно гипнотизировала их. И когда мелодия города превратилась в монотонный шум, она подняла голову и повернулась на раздавшийся со стороны кофейни едва различимый в этой однообразной какофонии шаги. Дино с добродушной улыбкой протянул ей один из стаканчиков, которые держал в руках. — Только в этот раз, — предупредил он, бросив мимолетный взгляд на затянутый сизыми облаками, походящими на приторную сладкую вату, бескрайний небосвод. — Как скажите, учитель, — Дино усмехнулся и сдвинулся с места, направившись вниз по улице. Виктория опустилась на скамью и приглашающе похлопала рядом с собой — ангел мгновенно принял приглашение, расправив для удобства крылья. Закинув одну ногу на другую, он сделал еще несколько глотков кофейного напитка, который явно пришелся ему по вкусу, и проводил взглядом небольшую собачку, заботливо наряженную хозяйкой в забавную кофточку. — Ты когда-нибудь бродил по городам без какой-то конкретной цели? — Дино искоса посмотрел на нее, выгнув бровь. — Ну, знаешь, просто смотрел на людей, которые постоянно спешат куда-то, пытаясь нагнать упущенное время, и наслаждался мелочами вроде напитков или кинотеатров. — Тебя захлестнула меланхолия? — едва уловимая усмешка скользнула по губам Непризнанной. Она неопределенно пожала плечами, точно не могла дать какого-то конкретного ответа на поставленный вопрос и подтянула ноги к туловищу. Дино тоже не спешил прервать несколько затянувшееся молчание, как бы отдавая эту возможность Виктории. — Думаю, мне просто сложно расстаться со своим прошлым, — тихо пробормотала она, шумно выдохнула и вздернула подбородок, посмотрев на ненастное небо, — и я нахожу пристанище среди толпы людей. Все оборвалось столь внезапно, что до сих пор кажется чем-то нереальным. Бесцельные прогулки, пусть даже недолгие, и наблюдение за людьми окунают меня в прошлое, которое никогда более не вернется. Виктория прикрыла глаза, почувствовав, как еще одна слеза сорвалась с пушистых ресниц и, издевательски блеснув в лучах смущенно выглянувшего из-за туч солнца, скатилась к подбородку. Она вздохнула, тряхнула головой в тщетной попытке избавиться от собственных мыслей, и замерла, когда краем глаз уловила движение мужской руки. Дино осторожно смахнул слезу, что готова была упасть на кофту. Он так ничего и не произнес. Лишь в его глазах застыло выражение тихой печали и понимания, от которого прохладная энергия дрогнула и будто застыла на мгновение. Виктория отвела взгляд в сторону, быстро допила напиток и, выбросив пустой стаканчик в мусорное ведро, поднялась на ноги. — Давай вернемся, — Дино молча кивнул в знак согласия. Ускорив шаг, Виктория прошла еще несколько метров и остановилась у мусорного бака, со стороны которого доносился едкий запах отходов. Она брезгливо поморщилась и повернулась к Дино — тот сделал последний глоток кофейного напитка и только после этого, облизнувшись, подобно довольному коту, подошел ближе. Он выбросил стаканчик в мусорное ведро, еще раз огляделся и поднял голову, чтобы призвать водоворот. Виктория обвела его фигуру беглым взглядом и, будто приняв какое-то важное решение, вдруг шагнула к нему и порывисто обняла. Ангел застыл от неожиданности, позволив заключить себя в крепкие объятия. — Спасибо, Дино, — Уокер отстранилась. — За простой кофе? — ангел удивленно похлопал глазами, расправив крылья. Непризнанная хохотнула, точно бессмертный сказал какую-то глупость. — За возможность ненадолго забыть про бессмертие и вновь почувствовать себя обычной девушкой, — Виктория смущенно улыбнулась, несколько раз взмахнула крыльями в качестве разминки и, оттолкнувшись от земли, взлетела, оставив позади растерянного Дино.