Часть 1

      Кругом пахло цветами, которые девочка видела впервые в жизни и знать о которых точно не могла. Множество ярких, странных растений привлекали внимание крошки. Она шла и шла, всё дальше в чарующий лес, боясь протягивать маленькие ладошки к необычным бутонам, хоть они и манили её всем своим естеством. Кроваво-красные с оранжевой сердцевиной, лазурно-голубые с кристальными лепестками, пурпурно-фиолетовые с бордовым стеблем и листьями — все они были для маленькой Цири в новинку. Ей показалось, что она попала в волшебный мир и поэтому боялась, что одно прикосновение способно разбить эту хрупкую оболочку из магии и хрусталя.       Воздух был пропитан волшебством. Она шла и была уверена в том, что может потрогать его, ощутить на себе, услышать его тихий шёпот, приветствующий незнакомку, почувствовать, как лоскутки магии касаются её спины и плеч, как бы говоря, что рады здесь её видеть. Цири шла и не задумывалась о том, что она здесь чужая.       Всюду были деревья, но на их свисающих ветвях были не зеленые листья, к каким княжна успела привыкнуть, а кобальтовые и лавандовые. Такие она видела впервые, восторгаясь бесконечным многообразием мира вокруг неё, удивляясь тому, как многое ещё неизвестно людям. На ветках этих необычных деревьев устроились странные небольшие птицы с длинными и тоненькими клювами, вытянутой шеей и ярким окрасом головы. Они будто не замечали маленькую гостью, не видели, как сильно приковано к ним её внимание.       Цири шла, но не знала, куда приведёт её эта дорога. Ей было интересно и любопытно, что же ещё может преподнести ей этот удивительный, невиданный доселе мир. Всё было для неё сном — ярким, неповторимым, чарующим.       Она не думала о том, как попала в такое невероятное место. Не задавалась вопросом, где сейчас пребывают её родители. А главное — ей не было страшно. Цири чувствовала себя так, словно попала в родной, но давно забытый край. Природа приветствовала её, звери ластились к ней и наблюдали за малышкой с нескрываемым любопытством, и всё вокруг, хоть и было ей незнакомо, не пробуждало в ней чувство безграничного ужаса.       Цири шла. Подол пудрового платья едва не доходил до земли, но девочке это совсем не мешало. Она придерживала юбку, когда нужно было делать широкий шаг, чтобы переступить через грязь под ногами или перепрыгнуть огромные обломанные ветки, лежащие на пути.       Она остановилась, когда её внимание привлекли два блестящих карминовых огонька в глубине раскинувшейся листвы. Эти светлячки не могли остаться незамеченными из-за резкого контраста цветов. Животное, кем бы оно ни было, явно не скрывалось среди ветвей.       — Крас-с-си-ивая девочка, — услышала вдруг Цири и очень удивилась. Она обернулась, пытаясь найти источник звука, но никого перед собой не увидела. Тогда она повернулась обратно и вгляделась в яркие красные глаза неизвестного ей зверя.       — Кто это говорит? — спросила она, склонив голову вбок.       — С-с-самый гениальный зверь на с-с-свете, — послышался вновь бархатистый голос. — Я и учёный, и поэт, и с-с-созидатель. Я вижу вс-с-сё, а меня видят немногие, девочка.       Цири улыбнулась. Животное, хоть и оставалось в тени, было настроено на разговор и отнеслось к ней по-доброму.       В листве послышалось шуршание, а через несколько мгновений зверь оказался подле девочки. Он был похож на кота: хвост у него был пушистый, ушки кисточками. Сам он был фиолетового цвета, а на лапы ему будто распылили небесно-голубой. Единственное, что удивило Цири — это его размер. Ростом он был совсем немногим ниже девочки.       — Как забрела ты с-с-сюда, девочка? Таким крошкам опас-с-сно бродить тут в одиночку, — он начал ходить вокруг Цири, и та протянула к нему ладонь, желая погладить его по казавшейся мягкой шёрстке. Чудо-кот вдруг отскочил, оскалившись, но успокоился почти сразу же.       — Не помню, — коротко ответила княжна, заприметив в нескольких шагах от себя небольшую полянку из тёмно-зелёных цветов с блестящими белыми усиками, выходящими из сердцевины.       — Цветы... Чудес-с-сные, но с-с-страшные. Манящие, но ужас-с-сающие. Не подходи к ним, коль не хочешь раненой ос-с-статьс-с-я-ся, коль не хочешь глупенькой прос-с-слыть.       Цири не обратила внимания на слова зверя. Ей уж очень захотелось сорвать этот цветок, сохранить его навсегда, чтобы оставить напоминание об этом невероятном месте. Но всё же она, наслушавшись сказок про гнев матери природы, боялась сделать что-то, чем могла бы осквернить чарующий лес.       — Никто не с-с-слушает меня, — фыркнул кот и подошёл к Цири ближе. — Дотроньс-с-ся, девочка, увидишь, что будет.       Малышка взглянула сначала на зверя, потом — на волшебные цветы. Животное подбивало её, направляя её ладошку прямиком к белёсым усикам, а она, будто очарованная, не могла ему воспротивиться.       — Эрбий!       Цири обернулась, испугавшись. Животное властный возглас без внимания не оставил и отошёл от девочки на приличное расстояние.       — Эрбий с-с-созидает, моя гос-с-спожа. С-с-сохраняет лес-с-с, — заговорил зверь в своё оправдание. — Чужачка на с-с-святой земле...       — Уйди, — спокойным тоном приказала женщина, не сводя взгляда с чудо-кота.       — Повинуюс-с-сь, моя гос-с-спожа.       В следующее мгновение Цири зверя перед собой уже не видела. Не было его и в листве, где она его обнаружила. Эрбий будто растворился в воздухе, не оставив и следа своего пребывания.       На неё смотрела молодая девушка, прожигая фиолетовой сталью глаз. Магия ластилась у её ног, готовая к любым указаниям. Цири чувствовала исходящую от неё властность, словно она была хозяйкой волшебного леса, словно одно её слово стоило тысячи чужих жизней.       — Как тебя зовут? — спросила девушка спустя несколько минут напряжённого молчания, воцарившегося между ними, после чего присела на корточки подле девочки и посмотрела ей прямо в глаза.       — Цири, — тут же ответила она, утопая в фиалковом цвете глаз напротив. — Простите, я не хотела сюда заходить! Я не знаю, как сюда попала! Я не...       — Тихо-тихо, успокойся, Цири, — девушка взяла княжну за руку и улыбнулась. — Ты хотела этот цветок?       Девочка кивнула и заметила, что ладонь хранительницы леса, каковой она посчитала свою собеседницу, была донельзя холодной. Это показалось ей странным, но она не решилась одёрнуть руку, боясь выказать этим неуважение.       — А как зовут Вас? — спросила вдруг малышка. Любопытство задавило в ней остальные чувства, и она тут же об этом пожалела. Во многих сказках и легендах говорилось, что хранители леса не могут назвать своё настоящее имя из-за данной ими клятвы защищать природу здешней местности и его обитателей. Это, как помнила Цири, было связано с причастностью к магии, и если кто-то знал имя хранителя, то его можно было использовать в ритуалах и заклинаниях, которые могли нанести лесу вред или подчинить его своей воле.       — Йеннифэр, — скоро ответила девушка и поднялась, выпрямив спину. — Пойдём, Цири, достанем тебе каллант, — улыбнулась она.       Вместе, взявшись за руки, они прошли по тропке, ограждённой маленькими кристалликами. Эта тропинка и вела к небольшой поляне из каллантов — цветов, привлёкших внимание Цири.       — А нам ничего за это не будет? — спросила девочка, посмотрев на свою спутницу.       — Нет, Цири, не стоит волноваться.       От поляны с цветами их отделяли всего пара шагов. Йеннифэр остановилась, прошептав что-то на языке, который был Цири неизвестен, а после они прошли дальше без каких-либо возможных препятствий.       Хранительница леса села на колени рядом с необычными цветами и подозвала девочку к себе. Княжна тут же подбежала и упала на землю рядом с ней, не заботясь о сохранности пудрового платья.       — Эти цветы когда-то были совсем непримечательны, — начала Йеннифэр, вглядываясь в тёмную зелень лепестков. — Здесь, почти на границе леса, никогда не было чего-то, что смогло бы привлечь внимание не только хранителя, но даже простых зверей. Лес всегда был скрыт магией, и всё же это не уберегло его от нападения, — Йеннифэр, почувствовав, как жмётся к ней Цири, тут же прижала её спиной к себе, усадив на колени. Девочка тут же перестала ёрзать и искать возможность устроиться поудобнее и была готова спокойно слушать дальше. — Нападающие заходили именно с этой границы, и тогда цветы эти опустили свои лепестки, а эти нити, — Йеннифэр указала на белые усики, покрытые мелкими кристалликами, чего Цири не смогла разглядеть раньше. — Сплелись у основания вместе, образовав небольшой колокольчик. Они привлекли своё внимание бесконечной трелью, которая пробудила лес и его обитателей и оглушила нападающих. Выживших с их стороны не осталось, а земля здесь навсегда покрылась кровью наших врагов, которую и впитали в себя эти цветы. Они закрыты куполом, и собирать их нельзя, потому как более они не прорастут, о чём некоторые жители леса не догадываются, не зная истории родного дома. Только я могу снять заклинание и обезвредить купол, Цири, поэтому ты сейчас здесь.       Цири слушала хранительницу с замиранием сердца, будто и не дыша. История завлекла её, поразила своей жестокостью. Девочка вдруг постыдилась своего желания завладеть каллантом, узнав о их ценности.       — Мы не будем срывать цветы, Цири, — нарушила тишину Йэннифэр и прошептала заклинание. Она раскрыла ладони, в которых оказался изящный кулон на серебряной леске. — Когда прогремел бой, мы обнаружили сорванные цветы, которые не успели растоптать или разорвать. Из них мы сделали эти кулоны, чтобы не забыть своей истории, — Йеннифэр, показав украшение Цири, застегнула его на её шее и улыбнулась, поправив белые локоны. — Теперь и ты знаешь эту историю, а потому можешь носить его.       Девочка, не веря в действительность происходящего, была готова ущипнуть себя несколько раз, а не один, как принято, когда пытаешься понять, где именно ты находишься. Она чувствовала тяжесть украшения на своей шее, но всё ещё не могла представить, что теперь кулон из цветка калланта с поразительной историей принадлежит ей.       — Спасибо, — прошептала Цири и порывисто обняла хранительницу.       Йеннифэр улыбнулась и прижала малышку к себе.       — А теперь, Цири, тебе пора домой, — проговорила хранительница, отстраняясь от девочки, в объятиях которой провела несколько долгих минут.       — Можно мне остаться ещё на немного? Расскажи мне ещё что-то, Йеннифэр, пожалуйста!       — Поверь мне, Цири, у нас будет ещё очень много возможностей, чтобы встретиться и поведать друг другу интересные истории. Но сейчас тебя ждут дома, — стояла на своём она, взяв княжну за руку.       Цири не помнила, как проснулась.       Не помнила, что ей снилось.       В памяти осталась лишь фиолетовая сталь женских глаз и странный цветок, название которого — каллант.       Её шею украшала тоненькая леска с подвешенным на ней кулоном.