Часть 1

«Бог меня покинул И я не знаю, почему Горит свет Но дома никого нет». Lights are on — Tom Rosenthal Сильви не думала об этом, пока не поддалась своей жажде мести.  Сильви не думала, что одним решением она может разрушить целые вселенные. Сильви не думала, что одним решением она может разрушить сразу две жизни. Она не думала об этом до тех пор, пока безжизненное тело Канга не упало на землю.  За окном, за пределами этого места, миллионы мультивселенных вырывались из-под контроля. Выходит, Канг действительно говорил правду, предупреждая о хаосе и других версиях себя.  Сильви судорожно выдохнула, с ужасом смотря на окровавленный меч. Она получила желаемое — человек, который нёс ответственность за ее сломанную жизнь, мёртв. Она больше не обязана скитаться в тысячи умирающих вселенных, чтобы выжить… Только почему-то ей сейчас совершенно не хочется праздновать. Ей хочется спрятаться, не ощущая последствия того, что теперь она действительно осталась одна… Из-за своего же выбора.  То, что должно было стать триумфальной победой, превратилось в очередную неудачу. *** Сильви всегда была одна.  С раннего детства она предельно ясно поняла, что в любой момент, виновна она или нет, могут прийти люди, стерев ее мир и привычную жизнь.  С раннего детства Сильви поняла, что по сути она и вовсе не должна существовать, потому что в этом мире ей нет места. Но из чистого упрямства она продолжала бессмысленно скитаться в тысячах умирающих миров, готовая в любой момент сорваться с места. У нее не было дома, она забыла, каково это, чувствовать себя в безопасности. И со временем она разучилась что-либо чувствовать, кроме всепоглощающей ненависти, которая алыми каплями окрашивала землю, стоило ей увидеть сотрудников УВИ.  И со временем лишь чужие страдания могли хоть на время облегчить ее боль, которая следовала за ней по пятам.  *** Казалось бы, за всю свою жизнь она должна была привыкнуть к смерти, которая стала ее самым постоянным и преданным спутником. Сильви видела миллионы смертей, когда люди молили высшие силы о спасении и прощении: она смеялась, зная, что никто не спасет их, а если и спасет, то великое и справедливое УВИ сотрёт их навсегда.  Она смеялась, пытаясь сдержать слезы, когда вспоминала, как давным-давно пыталась жить как все, заводя себе друзей и пытаясь доверять.  Она смеялась, вспоминая, как одна семья, которая приютила ее после очередного побега, сгорела заживо, стоило ей потерять бдительность и привязаться к тем, кому предначертано умереть.  Всю свою жизнь она провела в гнетущем одиночестве, не зная ни свободы, ни сопричастности.  Но в самый неподходящий момент появился он, что разрушил ее план, ее броню и твердую уверенность, что привязанность и любовь — это не про неё.  Кажется, Локи был единственным, кто мог понять и принять её, с ним она могла заглушить постоянный шёпот пустоты, который следовал за ней с детства.  Вот только… она разрушила это «возможно». Она испугалась своих чувств, поддалась жажде крови, чтобы потерять его и их великое «возможно». — Возможно, любовь — это ненависть, — смеётся Сильви, наблюдая за миллионом метеоритов, которые совсем скоро обрушатся на эту безымянную планету.  Возможно, она действительно ненавидит Локи, потому что этот чёртов придурок сломал её, показав, что она может быть чем-то большим, чем очередной ошибкой. Он показал, что ей необязательно быть одной, необязательно справляться со всем в одиночку.  Локи показал, что она умеет любить, что они могут справиться со всем вместе… Только вот она — не он. Она не может забыть и отказаться от всех тех лет, что ей пришлось провести в пустоте, из которой нет спасения.  И сейчас, смотря на умирающую вселенную, ей хочется смеяться, потому что она устала, смертельно устала убегать от УВИ, от себя, от своих чувств и смерти.  Возможно, именно таким должен быть ее конец — пустой и бессмысленный.