8. Все же, ничего не меняется.

Эти стены начинают на меня давить. А еще этот одинокий дом на отшибе, звук постоянно бьющихся о скалы волн, коричневая мебель и пыль. Стою в коридоре и грызу ногти, все еще не в силах выкинуть из головы слова Манджиро. «Хочет подставить меня? Подловить на измене?» — нет, на него мало похоже, тем более, когда мы уже договорились о разводе. «Может, Юу как-то связан с делами с Сано?» — только каким образом я понятия не имела, ведь он вырос в благополучной семье. У него добрая мама, старшая сестра в Лондоне, со стороны всегда казалось, что у них все в порядке. Да и не жил он в Токио уже много лет. Слышу скрип полов и выхожу из заключения своих мыслей. Врач, который обследует Манджиро поправляет халат и садится за стол. — Я снял швы. У него все в порядке, инфекция прекратилась, — резюмирует мужчина как положено его жене, знал бы он, что мне все равно. Но кто знает, что бы было, умри Сано здесь. — Так, я выпишу рецепт, возьмите таблетки поскорее, — не смотря на меня, он быстро ставит подпись и отрывает лист, оставляя на столе. — Хорошо, спасибо. Мужчина встает и кивает. Стучу в комнату, чтобы сказать, что я пошла в аптеку, а заодно и в магазин. Сегодня у него будет еще один прекрасный завтрак в жизни. Надеюсь, без скорлупы, но не обещаю. Натягиваю его штаны, так как своей одежды у меня все еще нет, а в коротком коктейльном платье идти как-то странно. Обуви, кроме туфлей, в которых я прилетела и которые купил мне здесь Манджиро, тоже нет. Поэтому с его брюками надеваю шпильки и шагаю в магазин. Пока вожусь на кухне, Манджиро моется и появляется незаметно, что я чуть кипящее масло не опрокидываю на себя. Он непонимающе смотрит на мою реакцию и облокачивается о столешницу, наблюдая за моими действиями. Я и так плохо готовлю, а он еще смотрит. Неумело режу овощи большими кривыми кусками. — Твой друг не давал номер телефона? — Нет, но мне бы некуда было его записать. — Хорошо, возьмем телефон. Я совсем не на это напрашивалась, но ладно. — Насчет денег не беспокойся. Если что-то меня и могло удивить, так это то, что Манджиро со мной делился новостями. Хотя, за неимением толпы своих людей, ему ведь ничего не оставалось. Я думаю, он не может быть один, ему всегда нужно, чтобы кто-то окружал и степень близости и родства не особа важна. — Хорошо, — да я и не беспокоилась о деньгах. С жизнью, которая у меня была, мне посчастливилось об этом не думать или переживать. — Напишешь своему другу в инстаграме. «Может, ты сам с ним пообщаешься, раз каждый день говоришь о нем?» — М? — Вы ведь подписаны друг на друга, — звучит скорее как осуждение, а мне что нельзя быть подписанной на старых друзей? Вот уж не думала, что Манджиро следит за мной. — Вот и повод написать ему. Я все не перестаю думать о странной реакции Сано на мой инстаграм. Его самого там даже не было! Хотя откуда я могла знать наверняка. Я ничего о нём не знала. Выпрямляюсь, когда застегиваю босоножки, и встречаюсь с прямым взглядом парня, который ждет у двери. — У меня нет обычной обуви, — думаю, он смотрит из-за этого. Но ничего не говорит, и мы уходим. Мы, наконец, нормально едим. Именно, что едим, а не пытаемся выжить на той отраве, что я готовила. У Манджиро даже настроение как будто меняется, иначе как объяснить то, что скупил половину торгового центра. Загруженный большими пакетами он выглядел довольно забавно, не давая мне ему помочь. Худой и невысокого роста он вскоре совсем потерялся за покупками. Как только телефон оказался у меня в руках, и я сразу пошла проверять в соц.сети. — Я разговаривал с твоим отцом, — говорит Манджиро, когда я молча лазаю в телефоне вот уже 10 минут неотрывно. — А? — Он в курсе происходящего. Сейчас здесь мы в безопасности. «Невероятно, он сказал больше одного предложения за раз..» — Х..хорошо, да. Майки не взял себе ничего. Еще дома я замечала его так сказать скромность в отношении некоторых вещей, наверное, потому что, сильно растрачивался на другое, и в материальных ценностях уже не было смысла. Сейчас это был тот же Манджиро, Майки, но я чувствовала, что что-то поменялось. Не успели мы прийтий домой, как Юу уже ответил мне в инстаграме и звал сегодня на ужин. Меня жуть как смущало то, что его совсем не беспокоило, что я замужем. Неужели я его совсем не знала? Или что так сильно поменяло его? Манджиро ходит рядом и то и дело, кидает на меня свой ленивый взгляд, пока я зависаю в телефоне. — Выходишь сегодня? — его хватает не надолго. — Не знаю. У меня странное чувство. Он изменился со школьных времён. — Мне нужно, чтобы ты с ним общалась. — Я не совсем понимаю.. Ты говоришь мне езжать к нему. Ты хочешь подложить меня под него? Но зачем? Я резко замолкаю, чувствуя как между нами накаляется воздух. «Черт..» - я совсем не хотела вспылить. Но Манджиро не меняется никак в лице, все так же пристально наблюдая за мной, словно изучая. — Прости.. ты мне уже сказал. Хорошо, я сделаю как ты сказал, — не получив от него ответа, пишу Юу, что хочу увидеться. Ужин занял больше времени, чем я планировала, ибо Сано захотел вдруг десерта, и теперь я бегала в попытке поскорее собраться. Мои кулинарные навыки не на столько улучшились, чтобы называть коричневую массу «десертом», даже с интернетом мне было очень трудно и ничего не вышло. Не знаю, как Манджиро это съел, и вообще, с чего вдруг ему это пришло в голову. Стуча по деревянному полу каблуками, я пыталась застегнуть платье на спине. Но оно никак не поддавалось. — Стой, — Сано достало, что без конца мелькала перед ним, и он встал, направляясь ко мне. Встает сзади, от чего у меня снова появляются колючие мурашки по всему телу. Затем перекидывает волосы вперед, и я чувствую его худые холодные пальцы на своей спине, когда он застегивает молнию. «Как заботливо..» — ему срочно нужно возвращаться домой к своим людям, иначе размякнет ещё тут. В голове непроизвольно появляется мысль «а что если бы он и вправду влюбился?» Но я сама же насмехаюсь над своей идеей, так как это невозможно. Мне кажется, он никого не умеет любить. Да и смогла бы я его полюбить? Может, несколько лет назад это еще было возможно.. — Ну, — я оборачиваюсь, натягивая искусственную улыбку, — пошла тебе изменять. Шутка не была оценена по достоинству, и под его взглядом я выбегаю из дома. У меня есть некоторое время, пока я иду пешком. Мне не хотелось, чтобы Юу меня забирал, даже не смотря на то, что я опаздывала, мне хотелось немного пройтись. Я никогда не понимала своего мужа, так зачем пыталась сделать это сейчас? Наверное, на то у него были причины, и все же.. Юу, конечно, мой друг детства, и я его не ненавижу, но к чем это должно все привести? Голова уже совсем не соображала. «Может, мне действительно отпустить ситуацию и не думать?» — так ведь легче. И если уж Сано хочет сделать из меня какую-то распутную женщину, то надо это сделать с достоинством. Юу выглядит обеспокоенным, когда я подхожу к его столику. — Все хорошо? — Да, прости, что задержалась.. — Твой муж тебя отпустил? — Типа того. — Он знает где ты и с кем? — Ага. — У вас, видимо, и вправду все не очень гладко. — Ну, браки по расчету редко бывают счастливыми, верно? Юу хитро улыбается и отпивает воды. — Признаться, я был удивлен, что ты написала мне. — Почему? Ты знаешь, я была влюблена в тебя. — А сейчас? Я отвожу взгляд, затем утыкаюсь в меню. Не знаю.. Мне кажется, я была слишком влюбчивой в юные годы, что даже считала, что люблю Манджиро вначале. Так что, своим чувствам я не особо доверяла. — Мне нравится твое молчание, — блондин улыбается, снова заставляя меня смутиться. Мы говорим об Италии, о его жизни, и мне даже кажется, что это все тот же Юу, который дружил со мной. Телефон вибрирует, и я не сразу обращаю на это внимания, все еще думая, что у меня его нет. — Кажется, тебя кто-то потерял, — Юу указывает на черный телефон. — А , да. Манджиро: когда будешь «Он там с ума сходит от одиночества, что ли?» — непонимающе гляжу в экран. Кона: не знаю, поздно Манджиро: поздно, это во сколько Кона: может, не приеду Он замолкает, а я возвращаюсь к Юу, и телефон снова вибрирует. Манджиро: где таблетки, которые ты брала Кона: в кухонном шкафу справа Манджиро: их тут нет Кона: я положила их туда Манджиро: неа Кона: посмотри получше Манджиро: я не могу без них уснуть «Как маленький ребенок, честное слово». — Кона, здесь есть рояль, — Юу обращает на себя внимание, наверное, устав от того, что я залипла в телефоне. — Ты до сих пор играешь? — А, нет. После школы я больше не играла. — У тебя очень красивые длинные пальцы, словно созданы для клавиш. Вечер продолжается в таком духе. Юу все не перестаёт делать мне двусмысленные намёки и неотрывно смотреть. Я не уверена, что смогу переступить себя. Хотя, кому какая уже разница. Я переступила все грани, уже выйдя за Манджиро. В конце концов, у нас с ним ничего нет, и мы даже не любим друг друга. — Я осмелюсь снова пригласить тебя к себе, — говорить парень, и я слабо киваю. Манджиро: я вышел и потерялся Кона: ты же не знаешь итальянского Манджиро: да, не самая умная затея — Юу, прости, дома что-то случилось, — зачем-то оправдываюсь, но на удивление, он не настаивает и предлагает меня отвезти, беря обещание встретиться вновь. Кона: ты где? Непутевый муж не отвечает. Я решаю забежать домой, чтобы накинуть на себя что-нибудь и пойти его искать. Но когда открываю дверь, вижу его сидящим на диване с бутылкой в руке. Он неторопливо оборачивается, проводя глазами по всему телу. Я знаю этот взгляд. И ни к чему хорошему он не приведёт. — Так ты дошел сам, — скидываю сумку на пол и расстегиваю босоножки. — Мхм, — слышу всплеск алкоголя в бутылке, когда он подносит ко рту. «Что за цирк, Сано?» — Ты нашел таблетки? — Мхм. «Не самая лучшая затея мешать их с алкоголем..» — ну ладно, не мне его учить. Мне нужно в ванную. Но другого пути, кроме как пройти перед парнем у меня нет. Я быстро шагаю на носочках, но Сано резко останавливает меня той самой бутылкой, вытянув передо мной. — Рассказывай. — М? — Что вы делали, — снова его тон без вопроса. Он убирает бутылку и откидывается назад. — Мы только поужинали. — И все? — Да, — та атмосфера, что создалась между нами, пока мы были только вдвоем, постепенно испарялась, уступая место той серой и холодной, что всегда между нами была. — Что он говорит. — В каком смысле. — Чем занимается. — Работает в строительной компании. Он инженер. — Где живет. — В Милане. — Что говорит про меня. — Что у нас брак по расчету, но ничего личного не говорил. — А у нас брак по расчету? — черные глаза выглядывают из-под белых прядей. Что за дурацкие вопросы. Мне больше нравилось, когда он напивался, и спал где-то в другой комнате. Или сидел со своими друзьями в окружении девушек, которые делали все что он хотел. — Да. Ты же не взял меня в жены по своему желанию. Мне кажется, или на его лице проскользнула тень ухмылки? — Что насчет нашего договора. — М? — я уж подумала он закончил с этим нелепым разговором. — Чем скорее, тем лучше. Ты же хочешь уйти от меня, — медленно поясняет Манджиро. «Сейчас?» Не то, чтобы у меня когда-то был на это настрой, но сейчас мне это казалось неуместным. Я продолжаю молчать и смотреть на него, а он смотрел в ответ с каким-то нездоровым интересом. — Я в душ, — разворачиваюсь и шагаю в ванную. Слышу тяжелый вздох, Манджиро пытается встать. Идет за мной, но я уже закрываю дверь, делая вид, что не заметила это. — Открой, — устало говорит Сано. — Мне нужно помыться, — может, тогда он уже уснёт. Открываю воду, чтобы стало шумно. — Открой я сказал, — делаю вид что не слышу. И пока распускаю волосы, дверь с шумом срывается с петель. Благо, я успеваю отойти, чтобы она не свалилась на меня. Манджиро сжимает горлышко бутылки и тяжело дышит. — Никогда не хлопай передо мной дверью, — кидает бутылку, которая с треском разбивается о деревянный пол, и подходит ко мне. Хватает за запястье и тащит за собой. Я спотыкаясь иду за ним, пытаясь не наступить на осколки. Сано дергает меня, затаскивая в комнату, и закрывает дверь. Я не успеваю ничего сказать, как он набрасывается на меня, прижимая к стене. Худые руки бессовестно лезли под платье, сжимая кожу так сильно, что на ней точно завтра будут следы. — Он тебя трогал? — хрипит Сано, и я чувствую его обжигающее дыхание на плечах. — Нет. — Не ври. — У нас ничего не было, — низкого же он обо мне мнения. — А хотела бы? Чтобы тебя касался тот, кто тебе приятен. Я проглатываю обиду и боль, что он причиняет. Отворачиваю лицо, чтобы он не видел меня. — Я плохо с тобой обращаюсь. Я знаю, — говорит Манджиро, но это совсем не звучит как исповедь или слова о прощении, скорее наоборот. Показывает, какой он властный и что я ничего не могу. Руки тянутся к молнии сзади, которую он же и застегивал. Но у него нет координации, чтобы аккуратно снять с меня вещь, так что он просто хватает за края и рвёт её. От его неожиданного прикосновения губами, я чуть не вскрикиваю, ибо он никогда меня не целовал. Это, конечно, сложно было назвать поцелуем. Парень словно помечал меня засосами, безжалостно покусывая тонкую кожу. Да и чтобы он раздевал меня тоже не помню. Видимо, от одиночества на острове у него совсем поехала крыша. Он отрывает меня от стены и толкает на кровать. Все происходит слишком быстро. Манджиро хватает меня за ноги и переворачивает на живот, затем заставляет встать на колени, а сам встаёт сзади. Нижнее белье тоже беспощадно рвётся, и он грубо и резко входит. Сжимает задницу, толкается во всю длину так, что мне больно, и я утыкаюсь лицом в простыню, чтобы молчать. Наваливается всем телом на меня и внезапно хватает мои руки, которыми я с силой сжимала простынь. Под кожей проносится электрический ток, когда он переплетает пальцы и начинает двигаться плавнее, медленнее и более чувственно. Но я думаю, он просто устал. — Представляешь себе кого-то другого? — рычит Манджиро в перемешку со сбившимся дыханием у моего уха. — Своего друга? Мне сложно дать ответ, я пытаюсь не задохнуться и не думать о том, что мне приятно. Отрицательно мотаю головой. Я никого не представляю. — Я не против, пока я тебя имею, — это так грубо и неуважительно, но имеет на меня обратный эффект, и я с трудом подавляю вырывающийся стон. — Ты снова встретишься с ним, но перед этим я кончу в тебя. — Мгхм.. — не могу. Что он делает. Внизу становится слишком горячо и мокро, чтобы я оттолкнула его. Не могу. Видимо, и я на этом острове схожу с ума. — Для той, которая меня ненавидит, ты слишком влажная. Все, меня отрывает окончательно, и я выдыхаю с глубоким стоном, когда он кусает меня за ухо. Затем поднимается с меня, хватает за талию и просто имеет во всех смыслах, не сдерживаясь. Я не могу уснуть, хоть в конечностях и не осталось сил, а голова болела так, что лучше уж было отдохнуть. Лежу рядом с Манджиро и смотрю на него. Он уснул сразу и сейчас казался таким беззащитным. В голове ненавязчиво появились сцены его убийства. Я беру нож, подхожу.. или беру подушку и пытаюсь его удушить. Нет, на вряд ли я смогу. А что если? Сбежать, спрятаться где-то на Сицилии.. В голове выглядело как мечта, но на деле все было бы куда печальнее. Манджиро бы точно не позволил мне себя убить, а если бы и получилось, то мой отец достал бы меня из самой преисподни. Но теперь я знаю, что Манджиро, может, и не все равно. А если это так, то я постараюсь заставить его страдать.