Часть 1 Глава 1 "Русская весна"

Настоящая Весна может быть только в России — сказала я, отпив свое капучино из тонкого носика пластиковой крышки, закрывающей мой напиток. Оно снова было горьким. Казалось, что сколько не сыпь в него сахара — лучше не станет. Белая пена лишь закрывала темную жидкость, в которой не было видно дна, точно так же, как и мне оставалось догадываться, что же ждет меня впереди после того как я собрала чемодан и улетела от готового места в Сталинке*. — Почему? — спросил мой друг Немец, которого звали Винзенз, что в переводе с немецкого означало «завоеватель». Видимо, у его родителей были большие планы на него, его белокурые волосы, голубые глаза и сильные руки. — Представь, что каждый день ты просыпаешься лишь под желтый свет фонарей за окном, когда твой организм отказывается воспринимать текущее время суток. Ты втюхиваешься в толстый пуховик, готовясь идти на ежедневную каторгу, пробираясь сквозь сугробы и полуживых людей. После таких условий — поначалу слякотное, но после цветущее время года кажется сказкой… Винзенз наверняка не до конца понимал, о чем я говорю, поэтому молча кивнул, и продолжил допивать свой, как он говорил: «Kaffe mit schlag» *. Нью-Йорк — крупнейший город США, с населением более 8 миллионов человек, а делать тут все равно нечего: я уже пила шампанское на крыше небоскрёба, плакала в центральном парке и фотографировалась в «Музее восковых фигур мадам Тюссо», подставляя «рожки» Английской Королеве. Да и если быть честной, времени на «гулянки» особо не было —ведь надо держать планку выдающейся Русской студентки, которая читает произведения Русской классики скрипя сердцем, и проглатывает с причмокиванием любую Заморскую книгу вместе с обложкой. Я казалась странной и у себя на родине, и всю жизнь надеялась, что меня поймут, на тот момент, далёком для меня Нью-Йорке, приняв за гения. Но, так не случилось, к моей странности прибавилось ещё и куча стереотипов о Русских. Вспоминая ситуацию на первом курсе, когда я подралась с каким-то парнем по имени Шакур (вблизи которого, к его несчастью, лежало несколько шампуров), после того, как он назвал меня «Наташей» *. Так Винзенз и нашел меня. Я с трудом цедила его имя сквозь зубы, пока он разнимал меня с Восточным гостем, явно не понимающим того, что скоро и он будет с трудом излагать слова, с уже не полным зубным составом. Мой новый друг уже видел меня в стенах университета, поэтому охотно помогал тогда, ведь был уверен, что возиться со странной девчонкой не так уж и плохо, в сравнении с полным одиночеством во время учебной рутины. Его сюпанья вернули меня в реальность, и мы продолжили делать проект на его макбуке, ибо увы, своего у меня не было. Я оплатила счет за кофе, а он подвез меня на машине, пахнущей чем-то сладким. Придя домой, я без сил свалилась на диван, так прошёл мой 530 день здесь, без мам, пап, кредитов и запаха чёрной смородины*. *многоквартирные дома строившиеся в СССР по 1961 год * Кофе со взбитыми сливками. * Русских женщин называют «Наташами» на территории Юго-Западной Азии, подчёркивая их легкодоступность для местных мужчин. *Отсылка на трек FACE-Лабиринт