28.

      Тамлин терял самообладание от ее близости. Ведь он и правда просто хотел извиниться и сыграть для нее, но вот он уже страстно целовал Фейт, а его руки беспрепятственно бродили по ее телу.       Опрокинув Фейт на кровать и прижав ее свои телом, он жадно ловил каждый ее вдох. Платье задралось, оголяя стройные ноги, ладони Тамлина скользили по гладкой коже икр, коленей и бедер, забираясь выше под ткань платья. Когда ладони Тамлина огладили и сжали ягодицы девушки, та звучно простонала ему в губы. Пальцы Фейт зарылись в мягкие кудри Тамлина, попутно второй рукой она пыталась стащить с него камзол. Тамлин помог ей избавить себя от камзола, рубашка полетела вслед за ним.       Теплые ладони Фейт заскользили по его обнаженной спине и плечам, перешли на широкую грудь. Тонкие пальцы рисовали причудливые узоры, спускаясь ниже к подтянутому животу.       — Ты такая красивая, — тяжело дыша между поцелуями, прошептал Тамлин, ему было необходимо сказать ей это сейчас.       — Я нравлюсь тебе? — неожиданно серьезно спросила Фейт, отстраняясь, насколько ей могла позволить кровать и Тамлин.       Ее глаза блестели в полумраке комнаты, губы, опухшие от поцелуев, были приоткрыты и сводили Тамлина с ума от желания вновь их поцеловать. Но он тряхнул головой, пытаясь вернуть хоть крошечную ясность ума, чтобы его ответ тоже мог прозвучать серьезно.       — Ты умна, — Тамлин приблизился к шее Фейт, с наслаждением замечая, как дернулось ее горло, — красива, — Тамлин коснулся губами нежной кожи шеи. — справедлива, — его язык оставил влажную полоску на ее шее, — упряма, — Тамлин потянул тонкую лямку платья Фейт вниз. — Все твои качества сводят меня с ума. И ответ на твой вопрос очевиден. Да, ты мне нравишься. Очень нравишься!       Фейт попыталась скрыть довольную улыбку, но ничего не вышло. Тамлин усмехнулся и рванул вторую лямку платья вниз. Широкий вырез сполз, оголяя полную грудь. Тамлин не дал себе времени насладиться видом, накрывая правую грудь рукой.       Кожа была мягкой и теплой. Шершавые пальцы Тамлина сжимали грудь, пока не нащупали затвердевший сосок. Большой и указательный палец сжали основание соска, губы Тамлина прошлись от ложбинки между грудей к шее. Фейт зашлась пронзительным стоном, выгибаясь.       Тамлин улыбнулся, ощущая себя совершенно уверенным в своих действиях, он точно знал, что надо делать, хоть и не понимал истоков своей непоколебимой уверенности.       Извернувшись, Фейт протиснула раскрытую ладонь между их телами. Поразительно быстро ей удалось справиться с застёжкой ремня и брюк, но сразу же после движения пальцев стали медленнее и тягучее, отчего мышцы внизу живота Тамлина напряглись до боли, он даже перестал целовать Фейт, напряженно задышав ей в шею.       — Я тоже знаю, что надо сделать, чтобы ты терял голову, — от звука ее голоса и тона слов Тамлин приглушенно рассмеялся.       Фейт его реакция тоже позабавила, чуть приподнявшись, она быстро чмокнула его в губы, не закрывая глаза и не отводя взгляда от его. Ее пальцы скользнули под кромку брюк и белья и обхватили возбужденный член у основания. Улыбка с лица Тамлина пропала, пришлось сжать зубы, чтобы не зарычать от удовольствия, а ведь Фейт едва коснулась его, что же он испытает, если они продолжат?       Пальцы Тамлина задвигались в тон движениям Фейт на его теле. С груди девушки ладонь переместилась ниже, скользнула по смятой ткани платья, что собралось в районе талии. Тамлин раздумывал лишь секунду, что делать с мешающей преградой, прежде чем переливающаяся золотом легкая ткань треснула. Фейт изумленно ахнула, глянув на лоскуты, что полетели прочь с кровати.       Воспользовавшись заминкой, Тамлин соскользнул с кровати, ведя влажную дорожку из поцелуев по телу Фейт. Она приподнялась на локти, с интересом и желанием наблюдая за его действиями. Тамлин посмотрел ей в глаза, стоя перед Фейт на коленях, прежде чем рывком за бедра притянуть ее ближе к краю кровати. Перья зашуршали по гладким простыням.       Бедра Фейт оказались по обе стороны от головы Тамлина, он сначала мягко поцеловал нежную кожу, а после укусил. Совсем не сильно, но Фейт громко втянула воздух ртом. Тамлин повторил все тоже со вторым бедром, а потом так же безжалостно избавился от белья девушки, как и от платья.       Терпкий аромат желания кружил голову, когда Тамлин провел языком по лобку, опускаясь ниже. От следующего его напористого движения языка по клитору Фейт зашлась протяжным стоном, сжимая пальцами простыни. Тамлин положил раскрытую ладонь на ее плоский живот, придавливая и вынуждая оставаться ее на одном месте. Его язык продолжал кружить по месту, от прикосновения в которому Фейт вздрагивала всем телом.       — Пожалуйста, Тамлин… — она умоляла, прерываясь на короткие стоны.       От звучания его имени в ее устах Тамлина передернуло, желание кипело в венах и сводило все мышцы в теле. Оторвавшись от Фейт, он поднял на нее взгляд и если и существовали в его разуме хоть какие-то здравые и сдерживающие мысли, то от ее совершенного вида, сознание заволокла пелена.       Тамлин рывком поднялся на ноги, практически срывая с себя остатки одежды и ложась поверх Фейт, удерживая себя на локтях. Ее глаза полные возбуждения блестели в полумраке, она следила за ним, за каждым его движением и спешным вздохом. Тонкие пальцы Фейт очертили контур подбородка Тамлина и перешли на губы. Он нежно скользнул губами по мягкой коже пальцев и ладони, отводя ее руку своей, сплетая их пальцы.       Если кто-то когда-то его спросит о самом счастливом моменте его жизни, Тамлин обязательно вспомнит эту ночь Каланмая. Впервые он проводит этот праздник в полном уме и совершенно счастливый, а главное с той, с кем действительно хочет его провести.       Тамлин потянулся к губам Фейт, целуя их нежно и трепетно, чувствуя, как она отзывается на его ласку. Он развел ее ноги чуть шире, чтобы ему было легче войти в нее и не причинить вреда. Фейт простонала ему в губы, когда его член медленно вошел в нее. Они оба замерли, привыкая к друг другу и новым ощущениям.       Тамлин смотрел Фейт в глаза, боясь увидеть в них боль или страх, но девушка лишь мельком улыбнулась и поцеловала его, даря ему успокоительный ответ. Тамлин скользнул рукой под бедра Фейт, приподнимая ее и полностью соединяя их тела, прежде чем совершил первый толчок, отозвавшийся в костях мучительным удовольствием. Второй, третий, четвертый… все движения смешались в ком стонов и удовольствия.       Тамлин не хотел торопиться, он мучительно пытался сообразить, как оттянуть конец, но мысли как заведенные по кругу кидали его от приоткрытых губ Фейт, откуда доносились звучные стоны, к влажному и горячему месту их единения.       Тамлин целовал губы, щеки, подбородок и шею Фейт, его руки обвили согнутые ноги Фейт, прижимая их ближе к себе. Фейт начала двигать бедрами в такт движениям Тамлина, когда ее стройное и прекрасное тело сотряслось от накатившей волны оргазма. Закусив нижнюю губу и зажмурив глаза, Фейт сотряслась вновь, до боли впиваясь ногтями в плечи Тамлина. Это стало последней каплей и для Тамлина, уткнувшись лбом в шею Фейт, он содрогнулся, а сознание разорвалось на сотни осколков.       Когда сознание медленно кусочек за кусочком вернулось к Тамлину, он ощутил мягкие поглаживания по голове и плечам. Подняв голову и уперевшись подрагивающими руками в кровать, он приподнялся, виновато смотря на Фейт. Наверно, ей было тяжело. Но девушка счастливо улыбалась, водя пальцами по лицу Тамлина:       — Надеюсь, завтра ты об этом не пожалеешь.       Эти слова пробудили сомнение в душе Тамлина, он осторожно поднялся с кровати, чувствуя поразительную легкость в теле.       — О, похоже я ошиблась во времени. Ты уже желаешь! — Фейт резко села на кровати, хватая Тамлина за руку.       — Я не жалею, — искренне признался Тамлин нагибаясь к девушке и ее целуя. — И завтра не пожалею тоже. Просто хотел сходить в душ.       Фейт довольно улыбнулась, провожая его взглядом до ванной комнаты.       Но душ была предлогом, ему просто надо было хоть на пару минут остаться наедине с собой. Понять, действительно ли он рад тому, что сейчас произошло или же все счастье вызвано хорошим сексом.       Шум воды заглушил шуршание перьев Фейт по простыням. Каждый раз как мысль о том, что там за дверью его ждет Фейт, вытесняла из его души и головы всякое сомнение. Быть может это именно тот толчок, что приведет Тамлина к началу новой жизни?       Покончив и с размышлениями, и с душем, Тамлин вышел в спальню. Фейт забралась под простынь и легла на одну из двух подушек, явно намереваясь его дождаться, но усталость взяла свое, и она уснула. Подойдя к кровати с другого края, Тамлин лег рядом, стараясь двигаться как можно тише, чтобы не разбудить Фейт. Та сонно что-то пробормотала и перевернулась на другой бок, оказавшись к Тамлину крыльями, что были плотно прижаты к спине и едва заметно подрагивали.       Тамлину не доводилось иметь дело с крылами женщинами, поэтому он с огромной осторожностью обнял девушку, боясь сделать неприятно. Крылья оказались очень мягкими и теплыми при соприкосновении и совсем не такими хрупкими, как казалось со стороны. Поцеловав Фейт в макушку, Тамлин закрыл глаза. Впервые за долгое время Тамлин провалился в сон совершенно спокойным.       Холод пробирал до самых костей. Фейт неуютно поежилась и нехотя открыла глаза. Вокруг было темно и лишь по едва различимым очертаниям она смогла рассмотреть каменные стены, низкий потолок и железные прутья вместо одной из стен.       Все мысли лениво вращались в голове, словно кто-то налил в нее смолу. Присев, Фейт обнаружила, что лежит на деревянной койке, прикрученной к каменной стене. Растерев лицо заледеневшими ладонями, она пыталась вспомнить, как здесь оказалась, но сознание упрямо отказывалось в этом помогать. Последние на чем обрывались ее воспоминания была ночь с Тамлином.       Сердце испуганно сжалось. Если она здесь, то где Тамлин?       Босые ноги опустились на холодный пол, усыпанный мелкими камешками, которые больно впивались в ступни. Стараясь не замечать боль, Фейт подошла к решеткам, хватаясь за них пальцами. Перед ее взором предстал ничем не примечательный небольшой проход между точно такими же клетками, в какой сидела она. Хотелось крикнуть в пустоту, привлечь к себе внимание, но открыв рот, из горла Фейт вырвалось лишь тихое сипение. Повторная попытка к другому результату не привела.       — Как интересно, — шепчущий голос прозвучал совсем рядом, но Фейт не ощущала чьего-то присутствия.       Крутанувшись на месте, она убедилась, что ее ощущения были правдивы, в камере она была одна.       — Очень интересно, — прошелестел женский голос вновь, но уже откуда-то из глубины коридора.       Тамлин распахнул глаза, тут же зажмурившись от яркого солнечного света, что лился из окон, шторы на которых были не задернуты. Потерев лицо, Тамлин не сразу понял, что находится в постели один. Скользнув ладонью по смятым простыням рядом, он ощутил тепло.       Рывком сев, он бегло осмотрел комнату и сразу же успокоился, когда медленно просыпающийся слух донёс до него негромкий плеск воды в ванной комнате. Тамлин опустился обратно на подушку. Впервые за очень долгое время он чувствовал себя спокойным. Не было в голове роящихся мыслей, не было чувства подавленности, не хотелось обернуться зверем и бежать как можно дальше от тяжелых дум и огромной ответственности.       Теперь в будущем забрезжил какой-то свет надежды. Может, его жизнь и не обязательно должна быть наполнена одиночеством и страданиями? Может, маленькими шагами он заслужит прощение и сможет быть счастлив?       Вода перестала шуметь, Тамлин выжидающе уставился на совсем недавно установленную дверь в ванную комнату. Внутри все сжалось от нетерпения.       Фейт вышла из ванной, на ней была лишь его рубашка, едва прикрывающая ее ягодицы. Тамлин с удовольствием скользил взглядом по гладкой коже стройных ног. Но довольство тут же исчезло, как только его взгляд дошел до ее лица. Влажные жемчужные пряди облепили бледное лицо, а голубые глаза светились страхом.       Беспокойство заставило Тамлина соскочить с кровати и оказаться рядом с Фейт в два шага. Он заглянул в ее глаза, которые наполнялись страхом и непониманием с каждой новой секундой. Вытянув ладонь, Тамлин коснулся ее щеки и едва не отдернул руку, ощутив то, какая кожа оказалась холодной на ощупь.       Девушка прикрыла глаза и потерлась о ладонь Тамлина толи испытывая облегчение, толи просто пытаясь согреться, когда по ее телу прошла ощутимая дрожь и ноги подогнулись. Тамлин прижал ее к себе, оседая вместе с Фейт на пол.       Вся его магическая сила обволокла комнату и последовала дальше по коридорам, пытаясь найти источник угрозы, ему стало жизненно необходимо найти причину того, что стало с Фейт. Но в поместье все было как всегда безмятежно, лишь слуги, да солдаты, что стояли вокруг поместья и охраняли спокойствие своих правителей.       Тамлин ощупал шею и руки Фейт, несильно ее встряхнул, надеясь, что она придет в себя. Но ее голова безвольно мотнулась в другую сторону, а из приоткрытых обескровленных губ вырвалось едва различимое постанывание.       Страх, что сидел где-то в глубине, обрушился на Тамлина как лавина, сметая всякую способность мыслить здраво. Тамлин слушал, как дыхание Фейт становится все тише, а звук бьющегося сердца все глуше. Жизнь, что еще недавно теплилась в ней, медленно ускользала, оставляя холодное недвижимое тело.       Тамлин нащупал ледяную ладонь Фейт и сжал ее своей, передавая не только свое тепло, но и магию, что диким зверем плясала по всей комнате. Тамлин чувствовал, как его сила струится от него к Фейт, как кровь по ее венам начинает бурлить, возвращая цвет лицу. Тамлин прижался ухом к ее груди, чтобы лишний раз убедиться, что сердце Фейт продолжает биться. Сейчас он был готов отдать всю свою силу, всего себя без остатка, лишь бы продолжать слышать этот мерный звук.       Пускай сердце билось ровно, а дыхание замедлилось, в себя Фейт не пришла. Тамлин подхватил Фейт на руки и вернулся к кровати, бережно опускал девушку на смятые простыни. Мысли в голове совсем не хотели формироваться, страх и полное непонимание никак не отпускали Тамлина.       Стоило позвать слуг и лекаря.       Тамлин скользнул пальцами по щеке и подбородку Фейт, которая казалась мерно спящей, когда странный неестественный горький запах ударил ему в нос. Такой ему доводилось ощущать лишь однажды, но тот день он помнил слишком хорошо, чтобы ошибиться. Так пахла магия, что сопровождала проклятье Амаранты, когда та обрушила всю свою ненависть на Тамлина и его Двор.