Часть 2

— Mäuschen, ты снова меня игнорируешь? — парень улыбается, целуя девушку в щеку. — Я написал тебе вчера вечером, а ты так и не ответила. — Прости, мы были с Беллой, да и я чувствовала себя не очень, так что не брала телефон. — Что-то болит? — его лицо вмиг становится обеспокоенным. — Просто подташнивает. Переела вчера, вот и мучаюсь, не волнуйся, Фридрих, — она улыбается. — Тогда не стоило сегодня приходить, — он садится перед ней на колени, начиная нежно оглаживать живот девушки. Его ладони большие и теплые, приятно до дрожи. — Ты подумала про выходные? — Да, — она прикрывает глаза. — Я приду. Только заранее скажи время, ладушки? — Конечно, Mäuschen, — сейчас он кажется самым счастливым человеком в этой стране. — Есть пожелания по ужину и завтраку? А какие фильмы хочешь посмотреть? — Давай остановимся на рисе с мясом и свечах, для разговора в темноте, — она смеется, а Нойманн снова краснеет, смущаясь. — Да, хорошо, как скажешь, — он укладывает голову на живот девушки, продолжая нежно тот поглаживать. — Пусть он не мучает мою прекрасную Mäuschen, не хочу, чтобы тебе было плохо. — Я просто переела, со мной все в порядке, честно, — Виктория вплетает пальцы в его волосы. — Ты такая сладкая булочка, так бы и съела. — Я не возражаю, можешь кусать, сколько захочешь. Я весь в твоем распоряжении, хоть на кусочки меня режь. — Как можно быть таким милым, Фридрих? — Я — твои 80 килограмм нежности и ласки, Mäuschen, — дверь класса распахивается, и входит одна из одноклассниц. Нойманн тут же встает, отшатываясь назад. Ему все равно, если их увидят, он не скрывает эти отношения, но вот его Рия очень не любит чувства напоказ, а потому он повинуется ее желаниям, уважая решения своей девушки. — Спасибо, — Мориарти улыбается. Она и правда благодарна ему за то, что он не ставит под сомнения ее желания. В прежних отношениях все было совсем не так. — А ты знал, что если крепко обнять парня, у него встанет, — Белла шепчет это Фридриху на ухо, и он тут же краснеет. — Не желаешь проверить это со своей дорогой возлюбленной? — Боже, замолчи, — Виктория смеется, закатывая глаза. — Иди дальше сохни по Эдварду, это ты хотя бы делаешь молча. — Рие это не понравится, поэтому я не буду делать этого, — Нойманн идет на свое место, закрывая волосами красные уши. — Не понравятся объятия? — Нет, вторая часть твоего предложения. — Вау, Ви, ты не говорила, что ненавидишь члены. — Потому что я ненавижу тебя. — Ты сегодня такая злая, нужно было уложить тебя спать пораньше, — Остин садится на свое место. — Фред, тебе нужна умная девушка с грязными мыслишками, а не вот она, — она указывает пальцем на подругу. — За два дня ничего не поменялось, его все еще зовут Фридрих, — Виктория вздыхает. — И давай ты перестанешь обсуждать что-то настолько личное и интимное на весь класс? — А что такого? Ты у меня красавица, тебя я отдам только в хорошие руки, а наш Фридрих такой неженка, что от одного вида твоей груди в обморок упадет. Не могу позволить тебе выйти замуж за такого человека, ты ведь так и не познаешь прелестей секса. — Белла, еще хоть слово… — Ви хмурится, а темноволосая усмехается, наблюдая, как парень сжимает кулаки. Она ведь специально его выводит, хочет увидеть настоящего Фридриха Нойманна, а глупышка Мориарти совсем этого не понимает. Что бы с ней стало, если бы не Остин? — Да пусть говорит, что хочет, — он поворачивается к девушкам, улыбка на его лице растянута от уха до уха, слишком приторная и наигранная. — Успокойся, Mäuschen, это же просто Белла. — Ну да, а вот ты не просто пай-мальчик, да, Фре-де-рик, — она намеренно называет его не тем именем. — Давайте не будет обсуждать это по крайней мере здесь, — парень отворачивается, делая пару глубоких вдохов. Полгода. Они вместе уже полгода и он до сих пор ни разу ее не поцеловал. Ни разу не позволил себе слишком много. И все это не смотря на то, что хотел он этого до безумия.

***

— Эй, Нойманн, на пару слов, — Белла стоит у входа в класс и ждет его. Виктория ненадолго отошла, самое время.       Под недовольное бормотание Венди он выходит из класса, идя следом за девушкой. Она ведет его как можно дальше от лишних ушей в пустую кухню. — Я весь во внимании, леди Остин, — он закрывает дверь, отодвигая стул и садясь на тот, закидывая ногу на ногу. — Словами не передать, как я рада вашей аудиенции, господин Нойманн, — она закатывает глаза, начиная рыскать в поисках чего-то. — Ты можешь провести Ви, но не меня. — Я не понимаю, о чем ты, — его взгляд, бесстрастный и безразличный, направлен ей в спину. Она это чувствует. — Ви никогда тебе не расскажет о том, что происходит в ее жизни. Она никогда не доверит тебе тайны, секреты и страхи. Никогда. И если ты не знаешь, чего она боится, то в любой момент можешь навредить ей, — Остин берет в руки сковородку, поворачиваясь к Фридриху. — А ты очень хочешь ей навредить. — Убить меня это сковородкой собралась? — он усмехается. — Ты сейчас о Нейте Крамере? Нет нужны волноваться, я все знаю, даже больше, чем хотелось бы, — его глаза темнеют, в них мелькает что-то, что заставляет опасаться за свою жизнь. — Я люблю Рию и никогда не сделаю что-то, что причинит ей боль. Тебе не о чем переживать, Белла. — Знаешь? И что же ты знаешь? Какая была у тебя реакция? Не западло встречаться с той, кем пользовался другой парень? Она же шлюха. — Заткнись, — он резко встает, ударяя по столу. Остин вздрагивает, по столешнице пошла трещина. — Не нужно делать вид, что это ее вина. Моя Mäuschen не сделала ничего плохого, — парень потирает кулак, тихо выругавшись, потому что снова не смог сдержать гнева. — Не нужно выводить меня на эмоции, если хочешь что-то узнать — просто спроси. — Я уже спросила. Так что отвечай. — Я узнал это от него самого. Он хвалился тем, что использовал ее, что она была против, но он все равно делал с ней все, что хотел, останавливаясь лишь тогда, когда она впадала в неконтролируемую истерику. Я слушал все это с невозмутимым лицом, а внутри все кипело, я хотел убить его прямо там. Как он мог так поступать с ней? Она такая беззащитная, невинная, словно ребенок, как на нее вообще может подняться рука? — А чем ты отличаешься от Нейта? Тебе ведь она нужна для того же. Ты можешь сколько угодно врать мне, Нойманн, но я вижу, какими глазами ты на нее смотришь. Еле держишься, да? — Да, еле держусь, но это не проблема Рии, ее это не касается. Я сколько угодно могу раздевать ее глазами, но без разрешения даже коснуться не посмею. Я достаточно взрослый, чтобы контролировать свои желания. — Я полгода наблюдала за тобой, у меня много вопросов. Ты так хочешь наконец затащить ее в постель, но не похож на обычного девственника со спермотоксикозом. Не поделишься? — При одном условии. Ты не должна рассказывать Mäuschen о нашем разговоре. Придет время, и я сам все ей объясню, сейчас она еще не готова. — Договорились, — Белла закатывает глаза. — У меня было очень много девушек. Очень. И они были со мной не для отношений. Мой первый раз был, кажется, лет в 13-14. Рановато, не правда ли? Конечно, ребенок был в восторге, приятно и напрягаться не надо. С тех пор прошло три года, девушки приходили и уходили, а я стал буквально зависим от секса. Он — единственное, что способно меня расслабить. Семь месяцев назад все изменилось, я встретил Рию. Месяц добивался ее, даже не думал о том, чтобы затащить в постель. Я был рад, когда она наконец согласилась встречаться со мной, но надолго меня не хватило. Уже скоро моя «зависимость» дала о себе знать. И я бы хотел, очень хотел сделать с ней столько всего, что… Но я знаю, что сделал Нейт, знаю, что ей страшно, что ее согласие на отношения со мной — чудо. Она доверяет мне. И это доверие я ни за что не предам. В лепешку разобьюсь, руку до костей сотру, но не позволю себе сделать что-то, что напугает мою Рию. Она очень наивна, а притворяется сильной. Но ей больше не придется. Я буду защищать ее, буду сильным, не позволю никому огорчать ее. Никогда. — Романтичненько, — Остин усмехается. — Ты действительно ее любишь? Обещай мне, что она и слезинки не прольет. Ви — все, что у меня есть. Я вытаскивала ее тогда, видела, как ей было плохо, и снова этого не переживу. — Я никогда ее не разочарую. Готов даже жизнь на это поставить, — он улыбается так нежно, что слова излишне.

***

— Вы не видели Фридриха и Беллу? — Виктория уже минут десять ищет их по всей школе. — Посмотри на кухне, они туда шли. — Спасибо.       В этом крыле школы тихо, занятий пока нет. Она слышит голоса, прижимается к двери спиной, прислушиваясь. — …Венди? — Она милая, добрая. Сладкая булочка, — она слышит смех Фридриха. — У нее пухлые щечки, прекрасные глаза, волосы. Конечно, я люблю ее, могло быть как-то иначе? Так бы и няшился с ней до конца своих дней. Мне нравятся такие девушки. — Мне тоже нравятся девушки, но я не изменяю, — Белла тоже смеется.       Виктория отшатывается, пытаясь понять, что она только что услышала. Он любит Венди? Изменяет ей? Что?       Будто в прострации она идет к классу, молясь, чтобы ей просто показалось, что она все неправильно поняла. — Эй, Тори, не видела Фридриха? Белла украла его минут двадцать назад и до сих пор не вернула, — а вот и Венди Барлоу. — Кухня, — только и говорит она, останавливаясь на секунду, вглядываясь в ее лицо. Милая, пухлые щечки, светлые глаза и чудесные волосы. Фридрих точно говорил о ней. — О, спасибо, — девушка даже не обращает внимания на состояние Мориарти, бежит дальше по коридору.       Он любит Венди Барлоу… Тогда почему встречается с ней?

***

— Фридрих, ну что вы пропали? — дверь резко распахивается, они оба вздрагивают от неожиданности. — Как ты вообще нас нашла? — он вздыхает, закатывая глаза. — Иду-иду. — Тори сказала. Она как раз шла отсюда, я спросила где вы, а она ответила, что на кухне. Тори выглядела расстроенной, вы поссорились? — Виктория? Она была здесь? — парень резко оборачивается на подругу. — Господи… как много она могла услышать? — Молись о другом, придурок, — Белла цыкает. — По закону жанра она точно поняла все не так, как оно есть на самом деле. — Еще хуже, — он выбегает из кухни, направляясь в класс. — Рия! — парень распахивает дверь. Ее нет, вещей тоже. Ушла. Принц: 16.03.2022 в 12:38 «Эй, куда ты убежала? Я хотел сводить тебя в кафе после учебы, мы сегодня заканчиваем в одно время.» 16.03.2022 в 13:02 «Mäuschen, что-то произошло? Тебе стало плохо? Снова разболелась голова? Можешь не звонить, но отпишись пожалуйста, ты ведь знаешь, что из-за головной боли можешь потерять сознание, мне нужно было тебя проводить» 16.03.2022 в 13:48 «Мышонок, с тобой все в порядке? Прошу, напиши, как будешь дома, я места себе не нахожу.» 16.03.2022 в 15:32 «Хотя бы точку отправь, чтобы я знал, что все в порядке.» 16.03.2022 в 17:59 «Mäuschen, что происходит? Я звоню, а ты не берешь трубку, Белле тоже не отвечаешь. Ты вообще жива?» 16.03.2022 в 19:12 «Mäuschen, ты спишь?» 16.03.2022 в 23:15 «Я не смогу уснуть. Не лягу, пока ты не ответишь.» 17.03.2022 в 0:03 «Умоляю, ответь.» 17.03.2022 в 5:42 «Mäuschen, не игнорируй меня. Я ведь даже не знаю, где ты живешь, как мне искать тебя?» 17.03.2022 в 7:31 «Надеюсь, что мы встретимся в школе.» 17.03.2022 в 9:02 «Тебя нет на учебе. Ты заболела?» 18.03.2022 «Mäuschen» 19.03.2022 «Mäuschen» 20.03.2022 «Mäuschen» 21.03.2022 в 12:21 «Ты даже Белле не отвечаешь. Напиши хотя бы ей, умоляю.» 22.03.2022 в 3:13 «Я искал тебя всю ночь по городу, Белла не говорит твой адрес.» 22.03.2022 в 23:51 «Если ты не объявишься через два дня, я залезу в школьный архив, найду твое личное дело и сам узнаю адрес.» «Прошла неделя, я места себе не нахожу.» «Завтра наши выходные, я все приготовил, приходи, если захочешь.» 23.03.2022 в 6:00 «Я буду ждать тебя хоть до посинения.» 23.03.2022 в 23:59 «Я переживаю. Завтра залезу в архив.» «Спокойной ночи. Люблю тебя, Mäuschen»

***

      Он уже долго не спал. Нервы ни к черту. Неужели она слышала, что он говорил? Неужели разочаровалась?       Дверь открывается, и она входи в класс. Господи. — Рия! — он тут же подскакивает, подбегая к девушке и прижимая к себе. У него под глазами черные синяки. Он устал. — Где ты была? Видела сообщения? С тобой все хорошо. — Видела, — монотонно отвечает она, выпутываясь из объятий и идя на свое место. — Ты… не ответила ни на одно, — он идет следом. — Фридрих, может хватит? Я все слышала, не нужно строить из себя заботливого мальчика, — она отводит взгляд. — Давай расскажу тебе историю, после которой ты станешь идиотом? Ах нет, как вижу, ты ее уже слышал. — Нет, Mäuschen, я не собирался ничего с тобой делать. Я люблю тебя, все это не имеет значения, не воспринимай это так серьезно, прости, что скрывал, но ты вряд ли хотела слушать это, знать о таком. — Конечно я блять не хотела знать, что ты, встречаясь со мной, был влюблен в Венди, — она горько усмехается. — Нет, я могу все объя… — он замолкает. — Что? С чего ты взяла, что я влюблен в нее? Она, как девушка, меня никогда не привлекала. — Я все слышала, не придуривайся, Фридрих. — Слышала что? — Как ты восхищался Венди, ее щеками, волосами, глазами и так далее, — Виктория закатывает глаза. — Но я о тебе говорил, глупая, — парень смеется, выдыхая. Кажется, про все остальное она не в курсе. — Белла была права, ты все неверно поняла. — Ну конечно, оправдывайся, — Мориарти фыркает. — А если Остин подтвердит? Поверишь? — Поверю. — Тогда договорились, — он целует любимую в щеку, хватая телефон и звоня Белле, приказывая той поторапливаться в школу, говоря, что их потеряшка наконец объявилась.       Нойманн садится на место Беллы, внимательно разглядывая девушку. Она бледная, губы все обкусаны, глаза сонные. Лишь одного взгляда на нее ему достаточно, чтобы понять, как прошла эта неделя. — И? — дверь распахивается, в класс врывается Остин. — Ты хоть понимаешь, как сильно я волновалась? — Фридрих влюблен в Венди? — Виктория даже не поворачивается. — Нет, с чего ты вообще это взяла? — она отвечает тут же, даже не задумывается. — У этого парня стоит только на тебя, милая. — Белла, — парень хмуро смотрит на девушку. — Давай без шуток. — Тогда о ком вы говорили тогда на кухне? — Мориарти переводит взгляд на подругу. — Исключительно о тебе, — Остин закатывает глаза, подходя ближе и обнимая Ви. — Как ты вообще могла подумать, что он любит кого-то, кроме тебя? Разве твой немецкий принц давал хоть раз повод? -Нет, но… — она снова отводит взгляд, почти плачет. — Ты ведь знаешь, Белла. — Если бы не я, ваших отношений уже бы не было, — девушка смеется. — Фредерик, озвучиваю тебе неозвученное: наша Виктория Мориарти очень-очень-очень-очень-очень и еще много раз очень ревнует тебя к Венди Барлоу. Поэтому ей и пришла в голову эта идея про измену. — Меня к… Венди? — он удивленно распахивает глаза, а потом краснеет, отворачиваясь, не желая показать свое лицо любимой. Боже, она его ревнует… Это ужасно, но вместе с тем и восхитительно, потому что это значит, что она его действительно любит, действительно боится потерять. — Рия, я никого кроме тебя не люблю. И больше никогда не полюблю. Я вообще… — его голос становится тихим, еле слышимым. — Хотел жениться на тебе, когда мы оба станем совершеннолетними. — Господи помилуй, — Белла разражается смехом. — Нет, я не верню, что он способен любить кого-то, кроме тебя, Ви. — Но к чему тогда… были твои слова про измену? — Мои? — Белла на секунду задумывается. — Хм… Кажется, я спросила его, за что он любит тебя, ведь в него влюблена такая шикарная Венди Барлоу, а он ответил, что ты самая восхитительная и так далее, а про измену… Ну, я имела ввиду, что он изменяет Венди со мной. Я же тоже твоя подружка, да, Фредерик? — Фридрих, — говорит он. — Не важно, — она смеется. — Венди ведь его единственная подружка, а тут я нарисовалась и все, уже не единственная. Это все было к разговору о девушках, тебе не о чем волноваться, Ви. Если ты хоть слезинку из-за него уронишь, я его тут же закопаю, поводов для волнения нет, — Белла довольно улыбается. — Теперь ты мне веришь? — Нойманн поворачивает голову в сторону Виктории, но все еще сидит к той спиной. — Верю, — она выдыхает с облегчением, будто гора с плеч. — Тогда что ты хотел мне объяснить? — А это?.. — он с Остин переглядывается. — Да так, ничего важного, — парень как-то нервно усмехается. — Ладно, — она пожимает плечами, поднимается и подходит к нему, обнимая за шею и прижимаясь грудью к спине. — Прости, ты выглядишь таким уставшим и все из-за меня. Я просто… — она делает глубокий вдох. — Мое ментальное состояние очень… — Очень не очень, да? — он улыбается, поворачиваясь к ней. — Это совсем не страшно, я помогу тебе с этим справиться. Что бы не случилось, Mäuschen, я всегда готов выслушать и понять тебя. В любой ситуации я буду оставаться на твоей стороне, тебе действительно не о чем волноваться. Я люблю тебя любой, Рия.       Господи, это правда ее парень. Этот чудесный и добрый молодой человек из всех девушек в этом городе, в этой стране, в этом мире выбрал именно ее. Из всех возможных вариантов именно ее он полюбил. Боже, чем же она это заслужила? Сколько же добра она совершила в прошлой жизни, раз сейчас судьба свела ее с Фридрихом? Это чудо и по-другому быть просто не может. Из всех на свете девушек он выбрал ее. Он обнимает только ее, целует только ее, клянется в любви только ей, живет и дышит только ради нее, ради своей Рии, своей Mäuschen. — Я люблю тебя, — Остин, предчувствуя, что становится третьей лишней, незаметно ретировалась из кабинета, оставляя голубков наедине. — Спасибо тебе за все, правда. Я никогда не говорю этого, но ты очень важен для меня. Все, что ты делаешь, делает меня счастливой. Одно твое присутствие заставляет меня улыбаться.       Фридрих краснеет до ушей, смотря на нее, словно щеночек, которого похвалили. Она впервые сказала, что любит его, впервые сказала, что действительно чувствует. Он ощущает себя таким счастливым, кажется, что сейчас у него вырастут крылья, и он перенесется прямо в рай. Она сказала, что любит его… Она правда это сказала… — Ты… ты впервые говоришь это, — он не может поверить своему счастью, заикается, не может подобрать слов, чтобы выразить все те чувства, что сейчас бушуют в нем. — Я туго соображаю, долго подбираю слова, не умею выражать чувства правильно, но это не значит, что их нет. Я действительно дорожу тобой. Даже если однажды я снова замкнусь в себе, ты все равно должен знать, что я люблю тебя. — Господи, Mäuschen, прошу, хватит, у меня сейчас сердце из груди выпрыгнет, — он выглядит действительно счастливым. — Мне не нужно слышать от тебя это каждый день, чтобы знать, что ты нуждаешься во мне, — парень смущенно улыбается. — Ну разве что… совсем немного. — И все же ты такой милый. Я точно спасла в прошлой жизни планету, раз мне достался такой шикарный мужчина, — она смеется, вплетая пальцы в его волосы. Ей нравится видеть его таким радостным, хочется сделать его еще счастливее. — Ну я же попросил, — он бурчит это еле слышно, кусая губы и смущаясь. — Я… тут… мы ведь пропустили наши выходные, так что я… — Да прости, я все испортила, но на какие-нибудь другие выходные мы… — Не перебивай, — его голос становится громче, но говорит он все менее и менее уверенно. — Я… поговорил с отцом и… он позволил мне… то есть нам, — Фридрих делает глубокий вдох, берет себя наконец в руки. Парень и сам не понимает, откуда в нем столько смущения, когда она рядом. У него было столько женщин, что он давно привык к правильному обращению с ними, но рядом со своей чудесной Рией он снова становится глупым мальчишкой. — Через неделю твой день рождения, и я попросил его, чтобы… Черт! — Нойманн утыкается лицом ей в плечо, уши становятся все алее, а он никак не может сказать. — У нас в пригороде есть дом… Ты не хотела бы провести свой день рождения там со мной… только со мной? — он шепчет это так тихо, что кажется даже звон в ушах способен заглушить его слова. — Мама бы организовала для нас «больничный», мы бы уехали туда в среду, отдохнули бы, в пятницу, если ты захочешь, могла бы приехать Белла, мы бы отпраздновали втроем, а субботу и воскресенье провели бы наедине, вернувшись к понедельнику… — То есть ты предлагаешь мне посреди недели бросить учебу, рвануть с тобой загород в ваш дом, тусоваться там два дня только вдвоем, потом, в мой день рождения, тусоваться еще и с Беллой, а затем еще два дня только с тобой? — она скептично смотрит на него, вздыхая. — Если вкратце, то… да? — он смотрит на нее такими молящими глазами, что отказать почти невозможно. — Конечно я согласна, ты еще спрашиваешь? — Виктория смеется, оттягивая его волосы, заставляя смотреть себе в глаза. — Лучше и придумать нельзя. Я проведу почти неделю в компании любимого человека и своей лучшей подруги, как тут отказаться? — Ты правда согласна? — Конечно же я согласна. Это будут лучшие пять дней в моей жизни, — она целует его в лоб, нежно улыбаясь.       Его глаза искрятся радостью и счастьем. Он действительно проведет целых пять дней со своей обворожительной возлюбленной. Возможно, даже появится момент для поцелуя. Боже, он наконец сможет ее поцеловать. Нет, это точно сон. — Спасибо, — он оставляет совсем невесомый поцелуй у нее под скулой, прижимая девушку к себе, оглаживая большими и теплыми ладонями ее спину. — Ты даже не представляешь, как я сейчас счастлив. — Может и не представляю, но точно вижу, — Мориарти смеется, наклоняясь и целуя его. Легкое прикосновение губами к его губам, всего на секунду.       Фридрих замирает, удивленно смотря в ее глаза. Она его поцеловала. Виктория действительно его поцеловала. Впервые за эти полгода. — Мне кажется, что я… — он прижимает ее ближе к себе. — Слишком счастлив и за десять минут исчерпал свой запас везения на ближайшие десять лет. — Вот именно, что только кажется, — девушка садится на свое место, класс начинает наполняться людьми, а он так и сидит на стуле Беллы, смотря куда-то вдаль, пока недовольная Остин пытается согнать его.       Рия действительно его поцеловала. Сама. Поцеловала, потому что захотела этого. Они действительно проведут вместе пять дней, будут только вдвоем, возможно, ему даже удастся хотя бы одну ночь провести с ней в одной постели. Без всяких пошлостей, просто спать рядом, утром, проснувшись, увидеть ее лицо. Его мечты сбываются, словно по мановению волшебной палочки. Мечты о счастливой жизни с его Mäuschen. — Вот бы уснуть и проснуться с тобой в одной постели, Mäuschen, — тихо шепчет он, глупо улыбаясь. — Пока это только твои мечты, а теперь свали с моего места, — у Остин наконец получается отвоевать свою парту.       Поскорее бы следующая неделя, поскорее бы среда. Поскорее бы они остались только вдвоем.