Ангельский вальс

      Ночь. Ливень накрыл город полностью. Они, насквозь промокшие, стоят на парковой дорожке. Аня положила ему руки на плечи. Она смотрит прямо в его широко раскрытые глаза. Дима обнял девушку за пояс. Аня была неописуемо прекрасна. И вокруг нет в мире ничего, кроме нее. Это настоящее счастье, этого он хотел. Ветер продувает насквозь, а дождь, словно душ, поливает прямо в лицо. Но это, наоборот, усиливает те жгучие чувства, которые испытывают оба в этот момент. Они как будто растворились друг в друге. Аня немного приподнимается на носочки, приближается к его щеке. Он чувствует быстрое дыхание и приятный запах ее духов. О, как же она умела выглядеть хорошо. Вот Дима почувствовал обжигающее прикосновение губ. Чертовски приятное ощущение быстро распространилось по всему телу. Ане тоже поцелуй доставлял удовольствие. Она гладила руками по крепкой спине Димы, прижимая его к себе. — Ой, у тебя на щеке след остался — улыбнулась девушка и начала пальцем вытирать помаду с его лица. Ее смех был незабываемым. Какая же она милая, когда улыбается. Теплые пальцы нежно касались мокрого от дождя лица. Потом Аня распустила волосы. Ветер тут же их подхватил. Как же она чудесна, просто ангел. — Ань, может, пойдем? Дождь сильный — простудишься. Я тут живу недалеко, можешь переждать у меня. — Слушай, мне тут хорошо. С тобой. Знаешь, я давно хотела так стоять ночью под ливнем и обнимать человека. Даже мечтала об этом. — Всё-таки надо идти… Боюсь за тебя. — Ладно, пошли. Она еще раз поцеловала его в щеку, и друзья пошли к Диме. Тот жил у паркового пруда, недалеко от катка. — Купил квартиру. Да, однокомнатную, но зато не в общежитии толкаться. Тут тихо, спокойно. Сидишь себе, читаешь Акунина, пьешь чай, учишь конспекты. И приходишь домой, когда захочешь. Да и с кем захочешь… — говорил он Ане. За столом в комнате сидели двое. Они молчали. Сидели и грелись, наслаждаясь тишиной и друг другом. Изредка крепкая мужская рука брала в руки чайник, и кипяток разливался по кружкам. «Как же она красива» — думал Дима, смотря на Аню. Она сидела на табуретке, укутавшись одеялом, и держала в руках чай, от которого шел пар. На ее щеках стоял розовый румянец после улицы, который украшал и так великолепное лицо Ани. Она делала обстановку вокруг себя чуточку лучше. Рваные обои, старый ковер на полу, стол, заваленный учебниками и стул с одеждой на спинке — уже не казались такими грязными и противными. Рядом с Аней все становилось теплым, девушка отдавала свою доброту окружающему миру. Было просто невозможно грустить рядом с ней. — Почему ты так на меня смотришь…? — смутившись, улыбнулась ему Аня. — Да, знаешь, любуюсь тобой. — Ой, ну что ты так, — румянец на щеках Ани распространился по всему лицу. — А ты помнишь, как мы познакомились? Это был лучший день в моей жизни! — Да… Ты был в черной рубашке. Ах, как ты танцевал. Самый прекрасный танец. Никогда не забуду. И Аня, скинув одеяло, вскочила со стула и закружилась в танце. Все ее движения были плавны и грациозны. Она, словно лебедь, плывущий по водной глади, рассекала маленькую комнату. Ее тоненькие ножки легко двигались, не создавая никакого шума. Маленькое и нежное тело равномерно поднималось и опускалось. Зазвучала музыка. Флейта играла вальсовую мелодию. Аня порхала и кружилась. Ах, как много людей отдали бы всё на свете, чтобы увидеть этот ангельский вальс. Но Дима поднял руку, и танцовщица замерла. Музыка действительно играла. Наяву. Звук доносился из-за входной двери, где-то недалеко в коридоре. И теперь чем дольше звучала эта флейта, тем более противно и невыносимо становилось ее слушать. Мелодия стала похожа на звуки из старой шарманки. Словно скрипела ее ручка, щелкали все шестерни внутри. Вальс превратился в набор звуков разной тональности, резко и хаотично сменяющих друг друга. Звук как будто повторялся, начинался заново. Было ощущение, что музыка играет тут уже с самого утра. Стало некомфортно, внутри всё сжалось. Дима посмотрел на Аню. Она так и стояла, замерев, и смотрела на дверь, не отводя глаз. В дверь позвонили. Никто не вздрогнул от неожиданности. Все также стояли неподвижно, как будто всё шло по какому-то заранее запланированному сценарию. Казалось, что всё так и должно быть. «Черт, точно в квесте дешевом, ей Богу» — вздохнул Дима и медленно, стараясь не шуметь, пошел к двери. За собой он закрыл комнату, где стояла Аня. Уже у двери Дима подумал, что, может, лучше не открывать. Глазок выкрутили еще месяца два назад, поэтому сквозное отверстие закрывала заклеенная пробка от вина. Но всё-таки, раз звонят, значит что-то надо. И тем более звонят, а не выбивают дверь. Это уже хорошо. Держась за ручку, Дима осознал, что музыки больше не слышно. Она прекратилась так же незаметно, как и началась. Аня выглянула из кухни с немым вопросом в глазах. Дима ничего не ответил, а показал на туалет. Девушка послушно на цыпочках пошла туда. Потянувшись к выключателю, она одернулась и закрылась в темноте. «Какая всё-таки она умная» — подумал Дима. В дверь снова позвонили. Теперь уже дольше. Дима повернул ручку и открыл дверь. Перед ним стоял высокий худой парень, лет двадцати. Одет он был в черное: ветровка, джинсы и кроссовки. В руках болталась сумка. Всё это было насквозь мокрым. От светлых чистых волос выделялась промокшая челка, комком прилипшая ко лбу. С нее текла струйка воды. Такой был дождь сегодня. — Добрый вечер, Вы к кому? — Дима протянул руку незнакомцу. Может, с универа. Учебники попросить хочет. — Здравствуйте! — радостно ответил парень. На его мертвенно-бледном лице появилась улыбка, как говорится, «до ушей». Проявились маленькие морщинки под его глазами. Такие остаются, когда человек часто или смеется, или жмурится. Лоб натянулся, заблестел под светом коридорной лампы, — Вы пиццу заказывали? — Эм… Нет, не заказывали. Вы, наверное, ошиблись. — Дима вежливо улыбнулся. Тут молодой человек громко захохотал. Дима, думая, что у бедного доставщика сегодня был очень тяжелый день, тоже засмеялся. Эта сцена продолжалась несколько минут. Два парня стояли в коридоре и от души смеялись на весь подъезд. Вот незнакомец отдышался и радостно, даже торжественно произнес: «Ответ неправильный!» Он резко толкнул сумкой Диму внутрь квартиры. Тот оступился и упал. Сумка придавила его к полу. Там было что-то тяжелое. Другой рукой незнакомец быстро захлопнул дверь. Дима ударился головой. В глазах потемнело, а уши наполнилась шумом крови, хлынувшей к голове. Дверь туалета открылась, оттуда выглянула обеспокоенная Аня. Но он быстро замотал головой, и девушка снова скрылась. Дима сбросил на пол сумку, резко встал, толкнул дверь и выбежал в коридор. Добежав до лестницы, он снова почувствовал шум в ушах, зрение пропало. Так он простоял с минуту, облокотившись на перила.       Скрип открывающейся двери подъезда привел его в чувство. Дима бросился вниз по лестнице. На улице он огляделся. Из-за дождя было почти ничего не видно. Вот какой-то силуэт резко повернул за угол дома. Дима побежал за ним. Но, добравшись до угла, тот разглядел девушку в коричневом пальто, бегущую к остановке, где стоял автобус. Дима потерял надежду найти незнакомца. Ветер снова обдувал его лицо, а капли струей текли под футболку. Как тогда в парке. Только теперь эта погода казалась Диме ужасной, и он пошел к дому.       Дверь в квартиру была приоткрыта. Внутри горел свет. Дима быстро закрылся на ключ, который потом оставил в двери. Затем, обернувшись, он осмотрелся. Сумки в коридоре уже не было. На полу сидела Аня, закрывшись руками. Она подняла голову. Ее глаза были красными. Дима присел рядом и обнял девушку. Та ответила ему, прижавшись нежными руками к мокрой футболке, прилипшей к спине. Аня горячо поцеловала друга. Потом положила голову на его плечо и крепко обняла.