Духота косых дюн

С приходом сумерек, когда день отдаёт полномочия ночи, покрывая небо темной вуалью из звёзд, Барнс знает, она явится ему: как призрак, как видение. Возможно, как благословение. Она никогда не задерживается дольше, чем на несколько мгновений. Лишь нежная улыбка, искрящиеся глаза, а иногда и ласковое прикосновение. Барнсу не нравится духота косых дюн, отсутсвие людских душ и гул этого места. Просыпаться в пустыне — словно лежать с лёгкими полными реголита, а песок-пепел больно царапает пальцы.