14. Одно нажатие, и проблема будет решена

Каково это, обрести близкого человека во время Ада на Земле? Каково это, знать, что тебя прикрывают со спины, но в то же время самой прикрывать кого-то? Каково это, засыпать, ощущая тепло другого тела? Я просыпаюсь от того, что не могу толком перевернуться. Жарко, во сне я скинула с себя одеяло, но лоб все равно покрыт испариной. Ну конечно, я еще и в теплой куртке, а температура, кажется, спала, поэтому в такой амуниции довольно душно. Делаю еще одну попытку перевернуться, но вспоминаю вчерашний вечер. Я уснула не одна. Аккуратно приподнимаюсь и все-таки меняю положение, удивленно смотря на мужчину, лежащего рядом. Шейн не спит. Молча смотрит прямо в глаза, и весь его вид выражает полное спокойствие. Мужчина приподнимает руку, приглашая меня лечь рядом, но я игнорирую этот жест, садясь на матрасе, а ноги подгибаю под себя. — Ты остался, — выходит тихо и с ноткой удивления. — Ты разрешила, — его голос звучит хрипло, от чего по коже пробегают предательские мурашки. — Уже пожалела? — Нет, почему? — начинаю заплетать волосы в легкую косу. — Просто не думала, что ты и правда останешься, ты же… — Я же что? — он резко перебивает, также садясь на кровати, и продолжает неотрывно смотреть на меня, пытаясь поймать мой взгляд, но я не могу смотреть ему в глаза. Я не понимаю, чего он добивается, не могу угадать его истинные намерения, поэтому путаюсь в собственных мыслях, не зная, что сказать. Ты же Шейн Уолш, остающийся бабником даже в период зомби-апокалипсиса? Ты же кажешься ходячим камнем, как ты можешь что-то чувствовать ко мне? Ты же спишь еще и с Андреа, запутался с кем интереснее? — Ты с Андреа, — произношу на выдохе, краем глаза замечая, что Шейн хочет что-то возразить, поэтому поднимаю ладонь, заставляя его замолчать. — Все, я не хочу об этом говорить, иди, тебя ждут. Непонимание. Ревность. Желание близости. Страх этой близости. — Аши… — Иди, — голос звучит слишком грубо, из-за чего лицо Уолша моментально меняется и приобретает серьезное выражение. — Иди, — повторяю, но уже тише и слабее. — Подумай над тем, что делаешь, Аши, — мужчина резко поднимается, поправляя ремень на брюках, и тормозит у входа в палатку. — Я могу вести себя так, как ты обо мне говоришь, но надо ли оно тебе? — и он скрывается на улице. Блять. Провожу руками по лицу, отгоняя остатки сна и нашего разговора, а после сразу поднимаюсь на ноги, также намереваясь выйти из палатки. Чувствую себя уже намного лучше, осталась лишь небольшая вялость, но от прежнего дерьмового самочувствия не осталось и следа. Уолш лечебный чтоли? Надо бы наведаться к Хершелю, показаться, вдруг он увидит в моем состоянии что-то не то. Не думаю, что на двух днях мое лечение закончится, надо пропивать таблетки дальше. С каждым шагом, приближаясь к их дому, я понимаю, что мне явно не помешает привести себя в порядок. Мечтаю о горячем душе. И кофе. Но это вопрос скорее к Шейну. Толкаю дверь рукой, заходя в помещение, и вижу всю группу, собравшуюся в гостиной. От неожиданности замираю, встречаясь с каждым взглядом. Что здесь происходит? Почему все тусовки проходят без меня? — Всем доброе утро, — хриплю, проходя дальше в комнату. — Что за собрание? — Доброе утро, Аши, как твое самочувствие? — видно, что Рик удивлен моему визиту, но быстро берет себя в руки. — Не думал, что ты так быстро встанешь на ноги. — Была мотивация, — я присаживаюсь рядом с Дэрилом, замечая его легкую усмешку. Кстати, о сигаретах — курить хочется невыносимо. — Не уверен, что ты сможешь принимать участие в этом собрании, но послушать можешь, — отзывается Хершель. — Мы решаем, кто завтра поедет на вылазку. — Куда вы собрались? Мы все обыскали в радиусе десяти километров, — хмурю брови, складывая руки на груди. — Ближайшее место, где хоть что-то осталось — небольшое военное поселение под Атлантой, но ехать придется четыре дня в одну сторону. — Что за военное поселение? — спрашивает Шейн, также нахмурившись. — В Атланте есть научный центр, но он охраняется частной организацией. Там проводились только небольшие испытания препаратов или любой другой ерунды, не оказывающей влияние на охрану нашей страны. — Мы там были, — вставляет Рик, от чего удивленно поднимаю бровь, но не ухожу от темы. — У него есть филиал, принадлежащий военному научному штабу. Он находится под Атлантой, около полигона для тестирования ракетных установок. Территория, включая этот полигон, закрыта, стены подключены к электричеству, есть отдельно стоящая казарма. Думаю, там остался склад с провизией, но из-за того, что все заблокировано, внутри остались военные в качестве ходячих. — Если это военная база, значит… — Там, как минимум, есть комната хранения оружия, — улыбаюсь уголком рта, встречаясь взглядом с Шейном. — Все верно. — Откуда ты про нее знаешь? — спрашивает Андреа, недоверчиво прожигая меня взглядом. — Я была там пару раз со своим дедом в детстве, — всем своим видом показываю свое раздражение, и Шейн опускает голову, скрывая довольную улыбку. Кретин. — Он военный, ракетчик, поэтому брал меня, пока я ничего как будто бы не соображала и не понимала. Еще один раз я подвозила отца туда по работе, поэтому знаю, как поехать. Но для этого придется пробраться к границе Атланты и оттуда уже добираться до базы. — Ты слишком слаба, чтобы поехать на вылазку, — отрезает Лори. — И нам нужна помощь здесь. — Я не умею готовить, да и стирать чужие трусы не собираюсь, — отвечаю в тон женщине, ловя пару смешков от мужчин. — Уж прости, я не в вашей банде. — Как ты думаешь, вытерпишь такую долгую поездку? — осторожно начинает Рик, игнорируя испепеляющий взгляд жены. — Уверена, все пройдет отлично, — киваю мужчине, получая в ответ благодарную улыбку. — Кто еще едет? — Я, — сразу же отзывается Шейн. — Я, — тихо произносит Дэрил, но его слышат все. — И я вместе с вами, большего количества людей не потребуется, — Рик делает неоднозначное движение рукой, как бы намекая, что разговор закончен. — Но я тоже хочу поехать, — вмешивается Андреа, делая шаг вперед. — Может, Аши просто расскажет нам маршрут, а мы доберемся без нее? Сомневаюсь, что она сможет драться в случае опасности, — блондинка противно усмехается, коротко указывая на меня рукой. Удивительно, в первые дни я считала ее самой адекватной в группе. — Сомневаюсь, что у тебя вообще есть право голоса, — встаю на ноги, от чего Дэрил дергается, но остается на месте, понимая, что я не буду нападать на девушку. — Оставайся здесь и карауль хозяюшек. Либо я еду на вылазку, либо никто туда не едет. Мой голос, кажется, звучит слишком настойчиво, и Андреа не может найти слова для ответа. С долей беспомощности смотрит на Шейна, но тот перекидывает ответственность с себя, кивая в сторону Рика. А Граймс лишь пожимает плечами, намекая, что против меня пойти не может. — Вот и договорились, — останавливает зарождающийся конфликт Хершель, наигранно улыбаясь. — Отправитесь завтра, а сейчас все свободны, — народ начинает медленно рассасываться. — Аши, задержись на секунду, — киваю и направляюсь к старику. — Вижу, ты чувствуешь себя лучше, но курс нельзя обрывать. У тебя осталось еще три дня, держи, — он протягивает мне баночку с таблетками. — Три раза в день во время еды, не забывай, это для твоей же пользы. — Спасибо, Хершель, — легко улыбаюсь, принимая лекарства, и торможу собиравшегося уйти мужчину рукой. — А могу ли я принять душ? Думаю, сейчас он также необходим, как и лекарства. — Да, конечно, две душевые на втором этаже свободны, все необходимое возьмешь в комоде в той комнате, где мы тебя капали, — мужчина кладет ладонь мне на плечо. — Там никого не будет, время собирать урожай с грядок, поэтому отдыхай столько, сколько потребуется, — он немного сжимает пальцами ткань моей кофты. — Спасибо. Ты наш герой. Киваю, обходя мужчину, и направляюсь на второй этаж дома. Боже, неужели этот момент настал? Я смою с себя всю грязь и остатки болезни. Наугад открываю комнату и попадаю в точку, понимая, что лежала с иглой в вене именно здесь. Выуживаю из комода полотенца, но не нахожу чистой одежды. В доме никого нет, правильно? Медлю пару секунд, бросая короткий взгляд в коридор, и прислушиваюсь. Действительно, никого. Быстро добираюсь до комнаты Бет и нагло открываю комод, забирая себе комплект чистой одежды. Ну, раз уж у нас такая дружная община, я не думаю, что кто-то будет против. И потом, я взяла лишь темную футболку с длинным рукавом и свободные черные джинсы. Мало ли, у скольких людей есть эти вещи. Следующей моей локацией оказывается ванная комната. Наконец-то. Скидываю с себя вещи, оставаясь в одном лишь белье, и подхожу к зеркалу, чтобы получше себя рассмотреть. Да уж, догонялки со смертью и ангина знатно меня подкосили. Кожа стала очень бледной, даже какой-то синеватой, пропуская через себя все венки и капилляры. Волосы скомканы и перепачканы в грязи, я даже выуживаю из них маленький листочек. Я сильно похудела и теперь похожа больше на ходячий скелет, чем на сильного бойца. Кривлю сухие потрескавшиеся губы и понимаю, что быстрым споласкиванием тут не обойдешься. Дергается ручка двери, но я закрыла ее на задвижку. Удивленно разворачиваюсь, когда кто-то легонько стучит по ней костяшками, чтобы не создавать лишний шум. Кому приспичило сюда именно тогда, когда я здесь? — Занято, — отвечаю на стук, расстегивая лиф, но замираю, не снимая его, когда слышу голос. — Я знаю. Шейн. Он что, серьезно? Приоткрываю дверь, сразу ощущая на себе тяжелый взгляд мужчины. Я придерживаю лиф руками, хотя понимаю, что мужчина уже все видел и хорошо так исследовал. Шейн нагло заходит ко мне и сам закрывает дверь, после опираясь на нее спиной. — Ты маньяк? — спрашиваю, закатывая глаза, но понимаю, что не хочу выпускать его обратно. Встаю перед ним, обнимая себя руками. — Просто решил проконтролировать, вдруг в обморок упадешь. Раннее утро, ты ничего не ела, всякое может быть, — Уолш довольно улыбается, складывая руки на груди. — Или я буду тебя смущать? — Бессмысленно задавать такие вопросы после ночи в подвале, — подмигиваю, наблюдая, как его взгляд становится все темнее. — Так что контролируй, телохранитель, а я давно мечтаю в горячем душе. Опускаю руки и снимаю одну лямку с плеча, из-за чего лиф полностью спадает, с легким шорохом приземляясь на кафель. Я стою прямо перед Шейном и чувствую, как он начинает исследовать взглядом все мое тело. Руки опускают ниже, пальцами цепляю резинку трусов и медленно спускаю вниз, не отрывая взгляда от мужчины. Мышцы на его руках дергаются, но положение остается неизменным. Делаю пару шагов в его сторону и останавливаюсь, приблизившись вплотную. Скольжу подушечками пальцев по кобуре, перемещаясь на ремень и коротко стучу ногтями по пряжке. Шейн шумно втягивает воздух через нос, но продолжает молчать. Низ живота сладостно ноет, когда расправляюсь с застежкой и кладу руку на его брюки, отчетливо чувствуя возбуждение. — Прекрати, если не хочешь продолжения, — он шепчет, не разрывая нашего зрительного контакта, и сглатывает. — Хочешь сказать, тебя это остановит? — усмехаюсь, делая шаг назад. — Тогда я в душ. Захожу в душевую кабину и поворачиваю ручку крана, включая горячую воду. Блаженно прикрываю глаза, но не успеваю полностью насладиться моментом, как меня аккуратно двигают, занимая мое место. Открываю глаза, но не успеваю ничего рассмотреть, как влажные губы Шейна накрывают мои. Он целует властно, требовательно, запуская пальцы одной руки в мои волосы, а второй обнимая за талию. Делаем шаг назад, и я прижимаюсь спиной к холодной стене. Контраст холода с горячим телом мужчины выбивает из меня стон. Шейн сильнее впивается пальцами в мою кожу. Мягко отталкиваю его, разрывая поцелуй, и тянусь к полочке с гелем для душа, чувствуя на себе непонимающий взгляд, а после протягиваю баночку мужчине. Его темные глаза сверкают, как бы одобряя начало нашей игры. Шейн выливает немного на руки, растирает в ладонях и накрывает ими мою грудь, несильно сжимая. Смотрит в глаза, плавно опуская руки ниже, отчего дрожу, понимая, что еще немного, и я полностью потеряю контроль над ситуацией. — Назад, — шепчу, и Уолш послушно делает шаг назад, прижимаясь лопатками к стеклянной дверце душевой кабины. Кладу руки на его грудь и также медленно спускаюсь, подражая его прошлым действиям в мою сторону. Ногти немного царапают его влажную кожу. Встаю на колени, не опуская головы, и замечаю, как меняется его выражение лица. Хищник в предвкушении. Шейн хватается за стену, громко выдыхая, когда обхватываю его рукой и коротко целую, не разрывая зрительный контакт. Дразню, не давая получить то, чего он так сильно хочет, и не могу сдержать довольную ухмылку после его первого стона. Обхватываю губами, делая движение головой вниз, но не успеваю разогнаться, как Шейн хватает меня за волосы, поднимая наверх так, что приходится быстро подняться на ноги. Приближает наши лица, и я чувствую его горячее дыхание на своих губах. — Советую не продолжать, если не хочешь, чтобы я оттрахал тебя, как последнюю тварь, — он рычит, довольным взглядом наблюдая, как я дрожу в его руках. — А ты не думал, что я добиваюсь этого с самого начала? Резкий разворот. Прижимает меня грудью к кафелю, не выпуская из руки мои волосы, и наваливается сверху. Не сдерживаю громкий стон, ощутив его внутри. Уолш двигается резко, грубо, быстро. Берет все, что может. Руками блуждает по моему телу, иногда нежно, иногда больно, путая меня в собственных ощущениях. Я забываю, как дышать, когда он замедляется, целуя меня в плечо, а после делает глубокий толчок, хватая за горло. Кричу, когда он еще больше увеличивает темп. Плевать, что кто-то услышит. Я не хочу, чтобы он останавливался. — Шейн!.. — хриплю, ощущая прилив удовольствия, и хватаюсь за стену, чувствуя, как сводит судорогой мышцы ног. Мужчина тормозит на пару секунд, а после впивается пальцами где-то в районе моих ключиц, притягивая к себе. Прижимает спиной к своей широкой груди и заставляет посмотреть на себя. Часто и быстро дышу через рот, молча сохраняя зрительный контакт, но все-таки не выдерживаю и вытягиваюсь, чтобы поцеловать. Шейн отвечает, вновь начиная толкаться, и я окончательно теряюсь в пространстве, вновь заходясь судорогой. Уолш резко отпускает меня, позволяя упасть на стену, и выходит. Наваливается сверху, обнимая за талию, и утыкается лицом мне в шею, изредка целуя. Каждая мышца в теле дрожит от удовольствия. Прикрываю глаза, откидывая голову на плечо мужчины, и пытаюсь восстановить убитое дыхание. — С поставленной задачей справился, — даже мой голос дрожит. Шейн усмехается, выпрямляясь. — Побольше бы таких задач, — наклоняется, оставляя невесомый поцелуй на губах, и отодвигает дверцу кабины. — Приходи в чувство, — подмигивает, закрывая меня. — Эй, маньяк, — повышаю голос, чтобы он меня услышал, и поднимаю упавший гель для душа, чтобы наконец-то нормально помыться. — Что такое? — Свари мне кофе.

***

Крайняя ночь перед вылазкой. Отъезжающие постепенно готовятся: Шейн проверяет сумки с оружием и медикаменты, Дэрил затачивает стрелы на арбалет, Рик еще раз продумывает маршрут для поездки. Присоединился даже Дэйл — старик вальсирует возле машин, на которых мы завтра выдвигаемся. Сижу рядом со своей палаткой, в отличии от собравшихся в центре мужчин, и вгоняю патроны в магазин пистолета. Нож уже наточен, поэтому после собранного огнестрела можно и на боковую. Отпиваю уже остывший кофе и бросаю короткий взгляд на Уолша. Мужчина заряжает винтовку с привычной ему хмуростью и сведенными бровями. Ведет плечом, укладывая оружие в сумку, и окликает Рика. Тело отзывается мурашками, когда вспоминаю сегодняшнее утро. Оно было действительно добрым. Интересно, сегодня я ночую одна или он прид… Щелчок предохранителя прямо у уха. Напрягаюсь, замираю, но справляюсь с нахлынувшим страхом. Я не слышала, как кто-то подошел со спины, настолько увлеклась воспоминаниями. Демонстративно ставлю пистолет на предохранитель и медленно кладу на землю, а после снимаю ножны и отбрасываю немного дальше. — Какая ты понятливая, — от этого голоса мои глаза раскрываются от удивления, но продолжаю сохранять молчание. Андреа. — Сейчас ты тихо встанешь и пойдешь со мной туда, куда я тебе скажу, хорошо? — она пытается придать голосу сладости, но он дрожит, как и рука, которой она держит оружие. Девушка совершает подобное у всех на виду, но время слишком позднее, чтобы рядом бегали дети или другие женщины, а все оставшиеся мужчины заняты своими делами. — Дернешься или заорешь — пристрелю, поняла? — Да, — мой голос пропитан сталью. Встаю не особо аккуратно, опрокидывая свою кружку с кофе. Прожигаю Шейна взглядом. Ну же, посмотри на меня. Почувствуй, как угодно, обернись, пожалуйста. Но мужчины заняты своими разговорами, повернувшись к нам спинами. Дуло опускается, теперь ощутимо утыкаясь мне в поясницу. Мы идем в тишине. Послушно переставляю ноги, понимая, что мы выходим в поле, находящееся неподалеку от дома Хершеля. Решила убить на нейтральной территории? Ее все равно услышат, а добежать обратно незамеченной она не успеет. Роет могилу для нас обеих. Я не боюсь умереть. Правда. Пусть убьет. Но я обязательно утяну ее за собой. — Скажешь хоть причину, или хлопнешь молча? — мой голос тверд. — Твои крики из дома Хершеля сегодня утром — вот причина, — она резко разворачивает меня за плечо, заставляя посмотреть в глаза. Вот только мне немного мешает дуло пистолета у моего лба. — Все было хорошо, пока не появилась ты, — Андреа снова толкает меня, еле сдерживая эмоции. — Я почти отважила его от Лори, проводила с ним все время, а тут они привозят тебя, и я перемещаюсь на второе место! — Даже дальше второго, — перебиваю, не показывая ни единой эмоции. — Заткнись! — ее голос срывается на писк. Еще немного, и у нее начнется истерика. — Я так долго шла к нему, отдала всю себя, а он увязался за тобой! Кто ты вообще такая! Почему ты заняла мое место? — Андреа, мы выживаем, — начинаю разговор, надеясь отвлечь ее. — И в отношениях тоже. За свое надо бороться, ты права, но это — естественный отбор, — на губах все-таки появляется усмешка. — Сильные отсеивают слабых. Лицо Андреа кривится от злости, а пальцы сильнее сжимаю рукоять пистолета. Не успеваю среагировать. Звучит выстрел.