7

Between August and December - Gentle Predator https://youtu.be/d1s3q0YX0-I Алиса стояла передо мной. К сожалению, одетая. И, всё хихикая, то прикрывала тщетно мой торс рубашкой без пуговиц, то распахивала, то и вовсе отпускала и на мгновение задумывалась. Очень уж забавлял лисичку мой внешний вид. Яркое рыжее солнце заката плавно насыщало волосы Алисы, её личико, страшно довольное, форму мятую, которую нас ещё запрягут на складе ни много ни мало гладить, как после тех репетиций, когда мы спали прямо в ней. Шторы мы открыли, даже окошко чуть-чуть, чтобы свежий воздух и свет наполнили наш уютный мрак, в котором было так сладко сливаться воедино... Алиса до сих пор не переставала улыбаться. Разве что добавила, вновь смеясь: - Ну посмотри на себя сам! И, обнимая меня, выглядывая из-за плеча, повисла на мне. Сам же я стоял перед зеркалом и, улыбаясь, выдыхал спокойно и счастливо. Парочку засосов и сама лисёнок мне оставила - те теперь остались на моей шее. Хотя чего девушке так в ней понравилось? Не то это... Всё-таки это казалось мне неправильным - засосы у нас обоих. Только я из нас двоих имею право ставить засосы на любимом человеке. Тем паче у Алисы шея очень уж будто хрупкая и нежная, гладкая как шёлк, как такую губами не укусить ласково? Впрочем, дальше было интереснее. У меня, у пионера(!), дальше засосов шла рубашка без единой пуговицы, сама собой не закрывающая торс вообще. А на торсе этом самом (я даже упустил эти моменты) красовались Алискины царапки. И вот прозвучал горн на ужин... Алиса, вся красная от сдерживаемого смеха, сейчас вновь захихикала, страшно довольно глядя на меня. А я вздохнул счастливо и улыбнулся... Скрипнула дверь, рыжий котёнок резко её распахнула и крикнула: - Ага! А чем это вы занимаетесь?! Алиса, пожав плечами и наигранно сделав личико без эмоций, сказала: - А ничем мы не занимаемся. А вы? - А мы на ужин вот-вот опоздаем. Алиска, будто уже под властью материнского инстинкта, деловито поинтересовалась: - А кто мне обещал прийти не позднее чем полчаса назад? М? И где это вы с Данькой шарахались? - А... - начала было дразниться Уля, но я перебил: - Ещё одно предложение начнёте с первой буквы алфавита, обеих Атшлёпаю! К моему удивлению и щекотному холодку по спине, я услышал над ухом вкрадчивый шёпот Алисы: - А я не против... Я отстранился в удивлении и обернулся - посмотреть на эту наглую рыжую мордашку. Sergey Eybog — Silhouette In Sunset ("Everlasting Summer", 2013) https://youtu.be/vpe5q0uDwIg Алиса, вся багровая, уставилась на меня хищно своими янтарными глазками, я уж было клюнул и на ужин съел бы её, да вот только рыжий котёнок же здесь! Последняя, видимо заметив мой шок, начала канючить: - А что она сказала?! Что она сказалаааа?! Ну скааажи! Что-то неприличное, да? Я, улыбнувшись так же хищно в ответ лисёнку, тихо сказал: - Очень. Ульяна вдруг вцепилась своими лапками в мою рубашку без пуговиц и воскликнула: - Ой! Вы чего с рубашкой сделали? Мы с Алисой мигом залились краской. Я, чеша затылок и пряча взгляд от всевидящих синих глазищ, сказал: - Да я это... Через забор перелезал... - "Через забор"? - Ульяна, не отпуская мою рубашку, молча перевела скептический взгляд на Алису, та закивала быстро, подтверждая: - На спор. Проиграл. Уля вновь посмотрела на меня, затем отпустила рубашку и, опустив голову, озадаченно стала сверлить взглядом пол. - Ой, Уль, а вообще можешь принести футболку мою из домика вожатой? А то идти на ужин не в чем. Вытаращив синие глазищи, котёнок вскрикнула: - ОЙ, ТОЧНО! МЫ ЖЕ УЖИН ПРОПУСКАЕМ! Стоило Уле пулей вылететь из домика, как мы с Алисой синхронно облегчённо вздохнули... Затем пересеклись взглядами и засмеялись. Управилась рыжий котёнок очень быстро, и дело закончилось следующим: ни одна из лисиц не хотела идти без меня в столовку, места застолбить. Однако это не мешало им подгонять меня, скидывающего рубашку, надевающего футболку, на два размера больше, потом собирающего в карман рассыпавшиеся пуговицы... Словом, нога в ногу шагая с Алисой, я держал Улю на плечах, пока рыжий котёнок командовала, да на полном серьёзе, видимо, смертельно боясь не успеть: - БЫСТРЕЕ! ЕЩЁ БЫСТРЕЕ! Запыхавшись, я как-то мельком отмечал красоту лагеря. После дождя всё блестело, отовсюду нас овевала приятная долгожданная прохлада и свежесть, а если б ещё укусы комаров не зудели - был бы полный шик! Наконец финишная прямая, я взбегаю по ступенькам, открываю дверь, пропуская Алису... Да только кхм... Грудью она столкнулась с грудью Ольги Дмитриевны, обе вмиг покраснели, Ульяна прыснула смехом, я согнулся, котёнок слезла, а выпрямившись, мы все, как ни в чём не бывало, показали мытые руки. Я с синеглазым чудом улыбались натянуто, как очень дружелюбные идиоты, Алиса же глядела хмуро и, насупившись, как назло, делала то же самое. Sergey Eybog — She Is Kind ("Everlasting Summer", 2013) https://youtu.be/ToXtc5wAUZA Вожатая, прочистив горло, сказала: - А, Персуновы. Я попросила вам оставить. Про Шурика знаете? Под урчание желудка я ответил моментально: - Ушёл за радиодеталями. Однако делу это не помогло. Ольга Дмитриевна встала в проходе, опёрлась рукой о раскрытую дверь, со смесью удивления и гнева посмотрела на меня, выдохнула протяжно. Изумрудные глаза молча пытали меня, а янтарные и синие глядели как на виновника ненужного дополнительного ожидания пищи. Ольга Дмитриевна сказала, как всегда тихо и хладнокровно: - Я гляжу, Персунов, ты у нас уже всё знаешь? Скажешь, наверно, когда он вернётся и откуда? - Не могу знать, Ольга Дмитриевна. - Сыроежкин с ног сбился, концерт даже не смотрел, они с Евгенией целый день провели в лесу, ища пропавшего товарища. А ты у нас, раз всё знаешь, когда к поискам приступишь? Я погляжу, переоделся уже... Знаешь, наверно, где радиодетали имеются? - Не знаю, Ольга Дмитриевна. Честно - не знаю. - В старом лагере. Как поужинаешь, зайди ко мне. Проинструктирую, отправлю на склад. Возьмёшь там фонарь, батарейки, верёвку на всякий случай. Ножик. Следующая и последняя фраза Ольги Дмитриевны заставила Алису налиться краской и злобно нахмуриться, а после - возмущённо зарычать. А сказала вожатая весьма просто и лаконично: - Славя тебе даст. Ольга Дмитриевна легко и элегантно сошла со ступенек, а я ввёл свою багровую любимую и рыжего котёнка вовнутрь.

***

Eric Heberling - The Late Hours - The Elder Scrolls: Arena Soundtrack https://youtu.be/gcaAKmqLEfY Ночная тьма окутала лагерь. Мы прошли площадь разорванной цепочкой: впереди шёл я, в двух шагах, не поспевая за мною, Алиса, и самая последняя - Уля. Когда она завизжала отчаянно, остановившись: - НУ СТОЙТЕ ЖЕ ВЫ, Я БОЮСЬ ЗА ВАААС! - мы с Алисой, тяжело вздохнув, подошли к рыжему котёнку. Я взял Ульяну на руки и, гладя по спине, понёс к домику. Рядом канючила Алиса: - Я тебя одного не пущу. С этой блондинистой дурой - тем более! - А я с тобой и не пойду. Это не обсуждается. Мало ли что там в лесу. Мало ли что там в лагере. - Да ты же даже дороги не знаешь! И только вопль Ули заставлял нас смолкнуть: - НУ ХВААААТИИИИТ! ПОЧЕМУ ВЫЫЫ! ПУСТЬ УТРОМ ДЯДЕНЬКИ МИЛИЦИОНЕРЫ ИЩУУТ! ДАВАЙТЕ ДОМА ПОСИДИМ! Все, в общем-то, были шокированы поведением Ули. Как мне рассказала та же Алиса пару дней назад, котёнок-то бесстрашная. А тут вцепилась в нас и всё, не отпускает, даже рук отпускать не хотела первое время после выхода из столовки. - Послушай, рыженький ты мой котёнок, синеглазая ты моя Уля... - ласково начал я успокаивать. - Всё хорошо будет, просто ночью до райцентра и обратно путь неблизкий, Шурик наверняка знал, куда идёт, поэтому, быть может, вернётся, я просто схожу один погуляю. Ну? - НЕЕЕТ! - всё так же вопила Уля и даже начала плакать. Тяжело вздохнув и видя наш домик уже на финишной прямой, я продолжил, вспомнив, что Уля больше всего на свете боится темноты: - Ну мне фонарик дадут, совсем-совсем темно не будет. А так хоть в лесу воздухом свежим подышу, на луну посмотрю. Звёзды какие, звёзды какие красивые, а, Уль? Та только лишь утирала слёзки, елозя мордашкой по моей футболке. Алиса, поравнявшись со мною, сказала гневно и решительно: - Делай что хочешь. Но куда ты - туда и я. - И я! - пискнула Уля. Алиса вступилась: - Нет, Ульяна, тебя не возьмём. - А ЧЕГО ОН?! ОН ГОВОРИТ, ЧТО БЕЗОПАСНО! А КАК СО МНОЙ, ТАК СРАЗУ ОПАСНОООООООО! Я, лязгнув зубами, тяжело вздыхаю и говорю, ступая ногами на лесенку в наш домик: - Любимая, сходи за Данькой. Я пока котёнка успокаивать буду. Двачевская остановилась. Подул свежий ночной ветер, всколыхнув любимые рыжие волосы моего лисёнка. Тусклые сумерки. Пищание комаров. Уля больно жгла спину, пальцами въедаясь в свежие царапины за авторством другой рыжей. Алиса, тяжело вздохнув, сказала: - Ладно. Сделала несколько шагов, затем развернулась и с гневом в янтарных глазках сказала: - Не смей. Оставлять. Ульяну. Одну. Понял?! Я вздохнул. Улыбнулся устало. Мы встретились взглядами. TES II Daggerfall OST - 16 Night theme 5 on the ship 18 https://youtu.be/CqUCz7E1s90?t=1352 Ветер шелестом листвы, подобно морским волнам, успокоил всё внутри меня. Алиса мигом переменилась. - Уль, отпусти, - тихо сказал я. Котёнок слезла на землю и вцепилась своими лапками в мою левую руку. Я подошёл к Алисе. Правой рукой убрал волосы за ушко, посмотрел в смутившиеся янтарные глазки и сказал: - Я люблю тебя, киса-Алиса. Двачевская улыбнулась счастливо и ответила: - И я тебя люблю, наш храбрый папа-кот. Мы поцеловались жадно, отстранились, и, как только Алиса быстрым шагом скрылась из виду в тёплом жёлтом свете фонарей, я вздохнул облегчённо. Посмотрел на свою левую руку. Синие глазищи Ульяны смотрели решительно и грозно, да так, что стало понятно: это она тут меня защищает, а вовсе не наоборот. Улыбнувшись, взъерошил волосы егозы и спросил спокойно: - Ну, пойдём в дом? Алису подождём. Конфет поедим. У тебя же остались? - Остались. Только ты Алисе не говори. Она уже почти неделю без сладкого, - произнеся это, рыжий котёнок мигом успокоилась, перестала висеть на всей моей руке, а лишь взяла за ладошку. - Вот как? - спросил я. Ульяна с резвостью ябеды выпалила: - Да! Боится располнеть! И сладкое очень любит! Очень-очень! Но тебя - больше! Я улыбнулся шире. Мы взошли по ступенькам и вскоре оказались в обители уютного тёплого света - домике, оплоте беззаботного счастья для храброй Ульянки, не боящейся ничего, кроме темноты...

***

Eric Heberling - You See A Goblin - The Elder Scrolls: Arena Soundtrack https://youtu.be/LzZ136iZDC4 Я сделал шаг, эхом раздавшийся внутри обветшалого здания. Потом ещё один, ещё и ещё... В коридоре повернул направо, открыл дверь. Комнатка с разбитым окном, завалена стекловатой. Правая рука моя держала фонарь. Левая - пальцами переплелась с Алисой. Последняя и вовсе вскоре повисла на моём плече, конкурируя с почти пустым рюкзаком, в котором из вещей - одна верёвка, на кой-то ляд нам выданная. ~И этого беззащитного лисёнка когда-то называли хулиганкой? Смешно даже.~ Лунный свет пробирался внутрь сквозь оконные проёмы, ложился ровной сиренево-серебристой краской на пласты пыли. Хлам, мусор, грязь - тут всего хватало. Кроме Шурика, конечно. Странные чувства одолевали меня. Ну неохота мне эту тишину ночную прерывать. Вот крикну я... - ШУРРРРРРРРИИИИИИК! - пресекая сомнения на корню, позвал я вслух. Алиса тут же стала дубасить меня раскрытой ладошкой по спине, приговаривая: - Тихо ты, дурак, что так орёшь, хочешь, чтобы я оглохла, а если мы тут не одни, а... - Двачевская с испугу начала тараторить похлеще Мику. Я, набрав побольше воздуха в грудь, стал уверенно шагать вдоль коридора, пока ужас не заполнил мои вены, парализуя. Эхом раздавались наши шаги по всему зданию. Затем резко развернулся, притянул мою крошку за подбородочек и жадно поцеловал, прервавшись лишь после того, как стуки кулачками смолкли. Затем, примерно прикидывая маршрут, понял, что на первом этаже я осмотрел оба коридора - правый и левый. И начал подниматься на второй этаж. - Что это за писк? КРЫСЫ?! - эхом раздался испуганный голос лисёнка. - Мышки-полёвки, - спокойно сказал я, начав пальцем левой руки спокойно и методично "рисовать" всякие узоры на внешней стороне ладошки Двачевской. Помогло. Алиса лишь смущённо спросила: - Чт...Что ты делаешь? Я обернулся, улыбнулся и, бегло поцеловав любовь всей своей жизни, подмигнул ей, сказав: - Успокаиваю тебя. Помогает? Алиса опустила взгляд, прикидывая. Я, усмехнувшись, развернулся, продолжая вести нас на второй этаж. Комната за комнатой... Методично... Везде или хлам, или пустота, да вездесущая пыль. - Шууурииик! - звал я с определённым интервалом, но не сказать, что это делу помогло. Какие-то шорохи, едва различимые - стихали. Видимо, мышки. Только они так, шебуршат себе спокойно, а как звук резкий и громкий услышат, так замирают. Ладно мы их не встретили ещё. Лисёнка придётся на руки взять, а она небось как завизжит - половина мышек со страху тут же помрёт, кверху лапками и всё, Алису придётся нести обратно в лагерь, а Шурик уж пусть сам тут справляется. Мы вернулись на первый этаж, я выглянул наружу, перевести дух. В проёме левитировали пылинки, блестя в лунном свете, как блёстки падающего снега. Я достал вручённый мне портсигар беломора, с чуть больше чем дюжиной папирос внутри. Лёгкий ветер. Алиса, самая прекрасная в свете луны, прижимается ко мне мёртвой хваткой. Я обнимаю мою лисичку крепко-крепко, зарываюсь в волосы, которые развеваются на ветру, целую макушку и чувствую, как бешено бьётся сердечко моей любимой. - Мн-мне ст-страшно... - тихо признаётся Двачевская, отстраняется слегка и умоляющим взором терзает меня, глядя в душу. Я убираю янтарные волосы за ушко, целую тёплые любимые губы, отстраняюсь, да только резкий непонятный звук током адреналинового ужаса бьёт по нам, мы, кажется, подпрыгиваем на месте и смотрим в сторону звука - прямо за порогом главного здания старого лагеря. Eric Heberling - Dungeon Crawling - The Elder Scrolls: Arena Soundtrack https://youtu.be/bzcCpbxWrWE Я вырываюсь вперёд, фонарём высвечивая пол. Пронзительно визжит Алиса, целиком прижимаясь и вися на моём левом плече. Я чувствую, как бешено бьётся сердечко моего лисёнка. А когда та успокаивает одышку, то закатывает истерику: - Я НЕ МОГУ ТАК БОЛЬШЕ! ДАВАЙ ВЕРНЁМСЯ ВЕРНЁМСЯ ВЕРНЁМСЯ! ВЕРНЁМСЯ! ПОЖАЛУЙСТА, ПРОШУ ТЕБЯ! Я БОЛЬШЕ НЕ ВЫНЕСУ! Я ТАК НЕ МОГУ! ЧТО! ЧТО ЭТО БЫЛО! ЧТО ЭТО ЗА ЗВУК! ДАВАЙ УЙДЁМ! МНЕ СТРАШНО СТРАШНО СТРАШНО СТРАШНОООООООООООООООООООООООООООООООООООООО! Луч фонаря, наконец, выявил неровность - стал просматриваться люк. Облегчённо вздохнув, я развернулся, и поняв, что поцелуями ничего уже не добьёшься, мёртвой хваткой прижал к себе лисёнка и стал гладить её по спине, приговаривая: - Всё хорошо, всё хорошо, всё хорошо... Алиса, всё в порядке... Давай так... Дойдём до лагеря, и я пойду обратно сюда. Хорошо? - Н-НЕТ! ТЫ С УМА СОШЁЛ?! А ЕСЛИ... ЕСЛИ ТАМ... - Ну что, лисёнок? Что там такого может быть? Любимая моя. Лисичка. Кошечка, киса-Алиса, солнышко моё, я рядом, я с тобой, ничего не бойся, я впереди иду, если что за мен... - ДА НЕ ЗА СЕБЯ Я БОЮСЬ, А ЗА ТЕБЯ! - Алиса зарычала беспомощно и, стиснув мою руку крепче, сказала: - Ладно! Веди давай! Я, поцеловав лоб любимой, сказал: - Мой храбрый лисёнок. И, улыбнувшись, повёл нас внутрь. - Подержи, - сказал я и передал фонарь Алисе. Сев на корты, руками стиснул этакий штурвал на манер тех, что на дверях внутри кораблей. Наваливаясь всем телом, попробовал давить от себя. Со скрежетом и скрипом, плавно и послушно, штурвал сделал несколько оборотов, после чего открыть и поднять люк не составляло труда. - Лисёнок, - позвал я, Алиса угукнула и, сев рядом со мною на корточки, посветила. Несколько ржавых скоб уходили вниз. Вдохнув-выдохнув, я начал спускаться, стараясь смотреть под ноги, но моя тень от луча фонаря закрывала собою практически всё. Достигнув пола, уставился вверх и зажмурился, ослеплённый лучом фонаря. К сожалению, тёмные пятна в глазах всё не проходили и отпустили лишь с поцелуем любимой. А жаль! Я, конечно, всю свою Алису от и до видел голенькой, но, так сказать, для лечения стресса, вид её, спускающейся по лестнице... - Извращенец, - хихикнула лисёнок, будто читая мои мысли, и поцеловала меня. Отстранившись, разрывая поцелуй, улыбнулся виновато, забрал у любимой фонарь и осмотрел коридор. Ровные стены с проводами вдоль них. Такой же ровный пол. Мусора не было, дорога была чиста. Сырой холодный воздух, правда, давал о себе знать. Натурально, как в погреб, блин, спустились... Двинувшись вперёд, держа всё так же, левой рукой, лисёнка, я думал с досадой: ~Эх надо было рыжего котёнка попросить ещё мои джинсы принести с курткой. Портки у меня не утеплённые, нормально бы в них и здесь было бы. А куртка... Ну... Здесь холодно достаточно-таки, Шурик себе, небось, уже всё отморозил. Да и воздух затхлый, душный.~ Eric Heberling - Where Dost Thou Hail - The Elder Scrolls: Arena Soundtrack https://youtu.be/TE9WPHt3aa4 Вскоре показалась дверь со значком радиации. Такой же штурвал, что и на люке вверху. Без слов дал любимой фонарь, а сам навалился всем телом, стараясь открыть этот, блин, бункер. Льдом обжигает ладони металл. Скрежет. Плавно стихает... И... Дверь, наконец-таки, открывается. В помещении впереди горит свет. ~Ёлки, ну наконец-то!~ Думаю я, без фонаря заходя внутрь ну натурально радиорубки - койки, аппаратура, свет... - Шуууриииик! С удивлением слышу эхо, да во все стороны. Вдруг замечаю на полу валяющуюся гермодверь. Ну, сажи кругом нет. Осколков нет. ~Ну не фомкой же её открыли, ёлы-палы...~ Я, бросив взгляд на двухъярусную кровать, киваю в ту сторону головой, предлагая: - Отдохнём? Лисёнок раздувает ноздри, хмурится и, замахнувшись фонариком, застывает, тряся им перед моим носом, и ругается: - "Отдохнём"?! Где?! Здесь?! Какое здесь может быть "Отдохнём"?! Давай быстрее найдём этого гаврика и свалим! Нас Уля ждёт! Тяжело вздохнув, киваю согласно и, взяв фонарик, осматриваю ещё раз помещение. - О! Смотри, Алис. Фомка, - через плечо гляжу на лисёнка, которая непонимающим взглядом уставилась на меня, приподняв одну бровь. - Гермодверь ею, что ль, вскрыли? Алиса опять подгоняет: - Какое тебе дело! Пошли уже быстрее! Я, улыбнувшись раззадоренной любимой, иду вперёд, надеясь, что раздражение вытеснит страх из сердечка моей кисы-Алисы. Не сильно далеко мы прошли. Показался провал в полу, а дальше - вновь шёл пол. Я, тяжело вздохнув, посветил вниз - спрыгнуть можно, да там, мля... Шпалы. Вот вывихнешь ступню и затылком "привет". Не, это не дело. - Алис, подержи, - передаю фонарь любимой. - Ты что, туда прыгать собрался?! Совсем сдурел?! - опять ругалась и краснела лисёнок, раскрыв ротик, с ужасом заглядывая в глубину и смотря на ледяной блеск шпал. Я, разминаясь, отошёл на пару шагов, на ходу говоря: - Прыгать? Да. Туда - нет. Сдурел? Наверно. Посвети на тот край. Алиса, поглядев на меня испуганно, тяжело вздохнула и вывела из тьмы огрызок пола. Я, надеясь, что не заскольжу или ещё чего, разбежавшись, перепрыгнул на ту сторону. Показал большой палец Алисе и двинул, плечом прислонившись к левой стене, дальше. - Д-далеко не уходи! - раздался громкий и испуганный возглас Алисы. Я обернулся. Лисёнок, вся сжавшись, светила мне в торс фонариком и глядела янтарём умоляюще и испуганно. - Всё будет хорошо. Я щас, - произнёс я, улыбнулся и продолжил идти на ощупь. Фонарик-то один всего. И то у Алисы. Я, вспомнив, что курящий, достал беломор и, надеясь на отсутствие всякого взрывоопасного, закурил. Выдохнул и сказал сквозь тьму: - Не теряй из виду, лисёнок! Я осторожно нёс беломор, как свечу, перед собою, елозя левым плечом по стене. Махорка будто и вовсе не тлела - ветерка и быть не могло, судя по всему. Впрочем... Приключенческий азарт взял своё и, спустя несколько шагов, махорка загорелась сильнее. Положив беломор на пол, я, идущий малюсенькими шажками, вспомнил о лисёнке и вернулся. Согнувшись у края, протянул руку и сказал: - Давай сначала фонарик. Алиса, по максимуму дойдя до своего края, протянула руку. Я, рывком дотянувшись, забрал фонарик и, осветив коридор, по которому прошёл, заодно убедившись, что провалов больше нет, положил источник света на пол. The Thing [Disc 2] (The Film Score) 04 - Anarctica, Winter 1982 https://youtu.be/6ZaSYkBpzvA - Давай, малышка, иди ко мне, - произнёс я, отойдя на минимальное расстояние от края, чтоб при случае утянуть лисёнка на себя. Алиса дрожащими ножками разбежалась, прыгнула и... Влетела в мои объятия, жадно зарываясь мордашкой в мою футболку и стискивая обнимашками. Я отвечаю взаимностью, повторяя: - И я по тебе соскучился, моя любовь на всю оставшуюся жизнь... Ещё немного. И дома будем. С Улей. Слышишь? Алиса, подняв на меня усталый испуганный взгляд янтарных глазок, кивнула и улыбнулась. - Умничка моя. Я так тебя люблю, - произнёс я и жадно поцеловал Двачевскую. Прервав поцелуй, взял фонарик и, вместе с моей крошкой, мы буквально в мгновение ока дошли до уже погасшего окурка. Путь был ровным и всё не заканчивался. Мы шли, шли, шли и шли бесконечно, вообще ничего не менялось. Я, тяжело вздохнув, передал фонарь Алисе, сам же открыл портсигар. Взял оттуда копирку карты, варварски положив папиросы на блестящий металл. Передал бумажку любимой с наказом: - Отрывай по малюсенькому кусочку и оставляй каждые пять шагов, хорошо? Любимая кивнула покорно, я поцеловал её в лоб и мы вдвоём двинулись вперёд. ~Это займёт мою любовь, не даст впасть в истерику и панику~ Вскоре свет фонаря уткнулся в... - Тупик, - сказала Алиса, устало выдохнув. Я прошёл чуть вперёд, поводил фонарём из стороны в сторону и заметил справа сбоку спуск - такой же, как наверху, со скобами, только без люка. Посветил - вроде вообще земля какая-то. Молча передал фонарь лисёнку. Спустился. В отличие от прошлого раза, сейчас было не так высоко, и Алиса вернула мне фонарь, начав спускаться. Я, тут же посветив под юбочку любимой, после её задорного визга, стал насвистывать, отчего эхо наполняло... Собственно... Я только сейчас и огляделся вокруг. Передо мной шли эти самые рельсы-рельсы шпалы-шпалы.

А ВДОЛЬ НИХ НАСТОЛЬКО ПЛАВНО, БУДТО БЫ ПАРИЛ НАД ЗЕМЛЁЙ, ШЁЛ СИЛУЭТ

Я сглотнул слюну. Алиса вскрикнула и спряталась за мной. Силуэт застыл. Посмотрел в нашу сторону. Набрав побольше воздуха в лёгкие, я заорал: - Шууриииик! Алиса вонзила ногти в мою левую руку, кажется, до крови. Правой рукой я осторожно посветил в незнакомца. То оказался наш потеряшка. Весь измазанный в саже, что ли... Я, облегчённо выдохнув, говорю максимально дружелюбно: - Тимофеев! Шур! А ты куда по рельсам? - А? - слабым сиплым голосом спросил тот, испуганно и как-то по-звериному глядя на меня. Какая-то аура нездоровой психики исходила от кибернетика. Тяжело вздохнув, я решил подыграть: - Рельсы вон, видишь, - рискнув, посветил фонарём вдоль, выделяя предмет разговора, и добавил: - А если поезд поедет, а ты запнёшься и уйти не успеешь? Шурик посмотрел на меня, потом на рельсы. Ушёл в сторону, подошёл поближе к нам. Я обернулся, чтоб передать фонарь лисёнку, но та отказывалась выйти из-за моей спины. Тяжело вздохнув, высвободил расцарапанную руку от хватки Алисы, взял в неё фонарь, протянул правую и громким чётким голосом сказал: - Я вас категорически приветствую! Шурик неуверенно и вяло пожал мне руку. Я, не переставая давить его ладонь, сказал, глядя прямо в глаза за мутными, исцарапанными и загаженными очками: - Сан Саныч... Добрый день. Обо что сегодня? - Что "что"?! - раздосадованно произнёс Шура, а у меня глаза в ужасе округлились, отчего закипела кровь с адреналином и мне внезапно захотелось просто ухерачить этого ненормального, да так, чтоб он уже не встал никогда в жизни. TES Daggerfall OST Dungeon Theme 1 - Privateer's Hold https://youtu.be/CqUCz7E1s90?t=3261 Причина проста - я так вглядывался в лицо потеряшке, что только сейчас заметил, что во время болтовни Шурик как бы невзначай, в левой руке, помахивает а р м а т у р о й, показывая на рельсы. Я спрашиваю: - Шур, а ты левша? Тот, подтверждая мои опасения о нездоровой психике, говорит, хихикнув фальцетом: - Оба полушария развиты! Обе руки одинаково рабочие! Я, дружелюбно улыбаясь, гляжу на Шурика и, разыгрывая детское удивление, говорю: - Ого! Какая у тебя арматура здоровская, слушай, дай посмотреть! Шурик протягивает руку с арматурой и говорит, смущённо хихикая: - На, смотри. Я, сглатывая слюну и еле скрывая раздражение перед этим душевнобольным, спрашиваю: - А не подаришь ли ты мне её? Я радиодетали тебе покажу. Только они не здесь. В лагере. Пойдём в лагерь? Шурик, раскрыв рот, меня дослушал. Да так развесил уши, что челюсть у него отвисла и блестящая нить слюны тянулась по подбородку. Кибернетик вдруг похлопал будто невидящими глазами. Отошёл. И, рассмеявшись, взялся за арматуру обеими руками. - Я ТЕБЯ ПОНЯЛ! РАСКУСИЛ! - сказал Шурик, поджал губы, задрожал весь. Заплясал свет фонарика, сжатого в моей левой руке. Ну и Шурик упал потом. Я его, правда, стукнул перед этим. Дважды. В челюсть - кибернетик поплыл, теряя равновесие. Ну, вдогонку ещё в печень ему прописал, так что комрад сейчас, выронив звякнувшую железяку, лежал в позе эмбриона, весь красный. Я скинул рюкзак, бросил через плечо: - Верёвку достань, пожалуйста. Сам же, сев на корты, бросил арматуру подальше во тьму, отыскал очки Шурика и надел их на него, перевернув гаврика на спину. Дальше мы как-то, в четыре руки, в свете фонаря, лежащего на земле, накрепко связали очкарика. Главное - теперь у него были только ноги. Поведу чубрика этого вперёд, поджопниками подгоняя, будет на этаком повадке. Руки теперь были заломаны за спину и привязаны к торсу. Может - грубо, может, перебор. Но когда под х.. его знает сколькими метрами земли, в другом времени и категорически другой, видимо, вселенной, умалишённый угрожает арматурой мне и моей любимой, тут уж... Похлопав по плечу, сказал: - Извини уж Шур, но ты меня пойми. Дурной потеряшка кивнул как пьяный и сказал глухо: - Я понимаю, - после чего выплюнул зуб. Подняв кибернетика на ноги, на этаком поводке держа Шурика впереди, я сказал: - Давай-ка к выходу. Без фокусов. Лады? - Ладно, - уныло сказал поехавший и пошёл вперёд. Я держался крепко за верёвку, Алиса вновь вонзила ногти в мою левую руку и теперь освещала нам путь. Всё-таки этого дурика двумя руками держать надо было. Хрен его знает, что ещё выкинет. Мы шли натурально по шахте какой-то. То бункер тут у них, то шахта, то пионерлагерь... С ума сойти... Шурик шёл по рельсам, всё так же, не запинаясь. А мы - по земле сбоку. Шли, минуя развилки, да так скоро, что и оставалось нам - помечать развилки беломором, а пройденный путь бумажкой. Вскоре кончилась и она, в дело пошли картонные мундштуки. Жалко. Но что поделать. Наконец Шура... Вывел нас... Я, блин, теряюсь, как описать... Аквамариновые кристаллы, ну чисто соль на планете капиталистов в "Незнайке на Луне". Шурик кивает вперёд и говорит: - Вот. - Чё "вот"!? - резко спрашиваю я, подозревая неладное. - Галстук. Мой. Обронил, - сиплым тихим голосом говорит Шурик. Я, впервые за всё своё время в этой реальности, зарычал. Сказал устало: - Ну пойди возьми. Шурик поднял на меня взгляд и спросил: - Как? - Ртом, как же ещё. Шурик кивнул. Подполз к какому-то, блин, кристаллу... И, перед тем, как пастью впиться в родной галстук, сказал: - Ещё... Там выход... Из пещеры... - Да ну? - спросил я. Лисёнок без слов сунулась в карман моих шорт и, вытащив спички, зажгла одну. Пламя колыхалось. Алиса сказала быстро: - И правда. Давай попробуем. Я, тяжело вздохнув, сказал: - Ладно. Не ешь, Шур. Подумай, - после чего, взял сам галстук пионера и засунул ему за шиворот. Шурик сказал: - Спасибо. После чего двинулся вперёд, а мы - за ним. - Поднимаемся, - сказала Алиса за спиной и добавила: - Я чувствую, мы довольно резко идём вверх... Обернувшись, молча улыбнулся и поцеловал свою радостную лисичку в лоб. Вернувшись лицом к спине Шурика, продолжил путь. Тут уже, из-за колких кристаллов вокруг, перестали тратить беломор. Кроме того, я отчётливо почувствовал ветер в лицо. Eric Heberling - Swimming - The Elder Scrolls: Arena Soundtrack https://youtu.be/HB9D8XRIIys Воодушевлённый, наматывая верёвку на кулак, я уже впритык с Шуриком, плечом к плечу, шёл наружу. В свете фонаря показалась мошкара. Я, чувствуя свежий воздух, а затем и вовсе увидев луну, шагнул резко и... Почувствовал ледяную воду, куда с плеском провалилась моя нога. Выругавшись, понял, что терять-то уже нечего, прошёл дальше. И с удивлением обнаружил по правую руку от себя, вдали, пляж. Наш, тот самый, где с лисёнком загорали. Прощупывая и проверяя глубину, надеясь, что судорога не схватит, я шёл, всё более уверенный в возможности добраться до лагеря через пляж, ибо вода становилась тем теплее, чем дальше мы отходили от выхода из пещеры. - АЛИС! АЛИСА! СМОТРИ, НЕБО! - крикнул я радостно, когда вода была уже выше колена. Лисёнок вздохнула счастливо. Мы с Шуриком, оба будто воодушевлённые спасением, ускорились. Алиса перестала светить и мы, в долгожданных объятиях свежего воздуха, идя по тёплой, совсем как молоко, воде, подступаем к нашему берегу. Редкие камыши уходят в сторону... Тёмно-синее ночное небо озаряет белоснежная луна. А воздух! Воздух! Свежо-то как! Дойдя до родного пляжа, плюхается Шурик, плюхаюсь я на спину, в мои объятия - Алиса, и, выдохнув протяжно, мы стискиваем друг друга, жадно целуясь... Моё сознание, очарованное приключением, заполнила радость. Уют. Счастье. Прервав поцелуи и вспомнив об Уле, заторопились. Из последних сил встали на ноги, растормошили Шурика, провели по всему спящему пустому лагерю, довели до медпункта, где горел свет, постучались, открыла Виола, крикнула: - Вы что с Тимофеевым сделали?! Мы спешно рассказали про арматуру, бункер, лагерь, шахты и добавили: - Виолетта Церновна, мы очень устали, можно мы пойдём? И, дождавшись брезгливого: - Идите-идите, - заспешили обратно на пляж. Я-то фонарём засветил, что у Лисёнка плавки. А самому вот, пришлось семейники снимать и нагишом... Впрочем, на слияние воедино времени не было. Почти уже засыпая, валясь с ног от усталости, мы искупались в тёплой, как молоко, воде. Выбрались на берег... И, босиком идя по ещё сохранившему тепло асфальту... Я - в семейниках, Алиска - в купальнике... Добрались до родного домика, где ещё горел тёплый жёлтый свет... Зашли внутрь, услышали радостный всхлип, от которого током дёрнуло по всему телу: - МААМА! ПАААПА! И Ульяна повисла у нас на шеях, мы заметили, что Даньки всё не было, да только сознание подводило и выключались мы оба, юркнули в кровать, котёнок между нами всё рассказывала, как волновалась, достала пакетик с конфетами, заботливо разворачивала обёртку и кормила нас с ладошки, как лошадей, будто боясь, что мы с голоду лапки её пообгладаем... Но больше сил не осталось. Невозможно было сопротивляться нежному долгожданному блаженству тёплой, чистой, уютной кровати, с такой подушкой, одеялом, матрасом, свежим воздухом, и бархат сна долгожданным кайфом и расслаблением блаженно наполнил моё тело. Я успел только, выдохнув, уже не в силах поднять веки, прошептать:

- Вот ради таких моментов стоит жить...