Глава 9

Что же, Алекс явно увлёкся этим предметом. Расинтель стала им рассказывать про малые народности Аникорна, таких как лешие, водяные или домовые. Она делала это настолько живо, с примерами, иллюзиями, какими-то историями из жизни, что невольно каждый слушал её с открытым ртом. Огонёк оглядывала одногруппников с гордостью, а её ручка сама писала конспект. — Таким образом, пусть их и немного, но они имеют невероятно важное значение для всего мира. К сожалению, время нашего занятия подошло к концу, но в следующий раз мы начнём куда более подробно изучать уже знакомых кое-кому домовых, — сидя на столе, с лёгкой улыбкой произнесла Расинтель и в тот же момент раздался крик баньши. Группа ещё пару мгновений приходила в себя, но всё же встала и молча направилась к выходу. — Огонёк, задержись, — раздался журчащий голос Расинтель. Вздрогнув, Огонёк остановилась и вернулась к матери, провожая взглядом остальных. — Что-то опять произошло? — спросила она, совершенно бесшумно переступая с ноги на ногу в туфлях с тонкой шпилькой. — Пока нет, просто хотела заранее тебя предупредить, — пожала плечами Расинтель и начала постукивать зелёным ногтем по столу, — ты знаешь, что от меня в Академии ничего скрыть нельзя, поэтому будь любезна, если попытаешься завести очередную интрижку с одним из моих преподавателей, идите в город. — Не надо выставлять меня девочкой из борделя, — поморщилась Огонёк. — Я и не выставляю. Говорю это лишь потому что знаю твои предпочтения, — пронзительный взгляд аметистовых глаз прожигал насквозь. — Ты меня услышала? — Более чем, — кивнула Огонёк и вышла из аудитории, хлопнув дверью настолько сильно, что сломала замок. Закатив глаза, Расинтель щёлкнула пальцами и металл тут же восстановил свою изначальную форму. *** На удивление, Катар, Шер и Алекс ждали её, в то время как все остальные ушли. Огонёк остановилась, удивлённо приподняла чернильную бровь и спросила: — Вас настолько интересуют мои семейные склоки? — Нет, мы просто думали, что она станет высказывать тебе за кладбище, а мы же все в этом участвовали, — пожал плечами Катар и спрыгнул с подоконника. — Какая преданность, — хмыкнула Огонёк, тем не менее, умилившаяся с их действий. — Нет, она просто сказала, что, если я буду крутить с преподавателями, то лучше делать это в городе. Катар с Алексом переглянулась, а Шер, как обычно, осталась абсолютно невозмутимой. — Идём, у нас следующая история, это на пять этажей ниже, — махнула рукой Огонёк. — Слава Богу, — выдохнул Алекс и тут же споткнулся. — Не надо поминать богов при Демиурге, это оскорбительно, — поджав губы, выдала Огонёк. — Кто бы сомневался, — закатил глаза Алекс. — Кстати, а что насчёт моих родителей? Им сообщили что-нибудь о моём месте нахождения? — Вечером я загляну к тебе и всё покажу, — повернулась к нему Огонёк, одновременно спускаясь по ступеням без каких-либо трудностей. — Судя по имени, нас ждёт эльфийский полукровка, — задумчиво произнес Катар. — Полуэльф, полувампир, да, — блаженно улыбнулась Огонёк, прикрыв глаза. *** — Приветствую, студенты, — через мгновение после звонка, раздался в аудитории высокий и струящийся, но при этом мужественный голос преподавателя. Длинные эльфийские уши торчали вверх, а не в сторону, что говорило о наличии другой крови, равно как и чрезмерная бледность, чернильные пряди, чёрные ногти, заметные клыки и неестественно красные губы. По сути, он больше походил именно на вампира, так как от эльфов ему достались, кроме длины ушей, только яркие зелёные глаза, из которых смотрела сама вечность, и идеальные черты живого лица. Так как лицо того же Германа, а порой и Морганы, часто могло напоминать фарфоровую статую. — Для тех, кто ещё не заглянул в описание к предмету, представлюсь. Моё имя Резариэль и я являюсь вашим преподавателем истории на ближайшие пять лет. Так же я имею степень магистра, поэтому впредь прошу именно так ко мне обращаться, — он, как и Расинтель недавно, не принёс с собой никаких бумаг и присел на край стола. Резариэль внимательно осмотрел студентов и остановил проницательный взгляд на вздрогнувшем Алексе. — Вам, молодой человек, стоит идеально знать мой предмет, если вы планируете остаться в этом мире. — Д-да, — судорожно кивнул Алекс. — Да, магистр Резариэль, — поправил его полукровка. — Что же, начнём. Кто скажет мне, как зародился наш мир? — Огненный Цветок де Сент Орт Толли из рода Светлейших Огненнокрылая, — уже зная привычки, пожалуй, одного из самых древних существ их мира, не говоря уже об Академии, Огонёк начала с представления, хотя Резариэль и так знал, кто она. — Наш мир был создан Великим одновременно с остальными тремя основными мирами: Тироидом, Сигул и Болеин. — Верно, впрочем, для Демиурга не могло быть иначе, — кивнул Резариэль. — Что было до основных миров? — В начале — Жизнь и Смерть, потом мир Демиургов одновременно с Судьбой, дальше шли Любовь, Война и Удача. Потом уже наши миры, — продолжила Огонёк. На этот раз Резариэль просто прикрыл веки в знак согласия и продолжил занятие. *** — У меня сейчас голова взорвётся, — хватаясь за упомянутую часть тела, простонал Алекс, выходя из аудитории, первым же её покинул Резариэль. — Привыкай, у него по-другому не бывает, — постучав Алекса по плечу, сочувственно произнесла Огонёк. — Теперь профильное? — заглядывая в расписание, всё же спросил Катар. Разумеется, все их одногруппники уже разбежались, оставляя четверку. Огонёк кивнула и прикрыла глаза, из-под которых полился золотистый свет. Скрытые под чёрной блузой татуировки так же засветились. Сначала удивлённые и заворожённые, они стали разглядывать как вокруг Огонёк появляются её же копии, в количестве десяти штук, включая «оригинал». Все они открыли привычные лилово-золотые глаза, в глубине которых по-прежнему метались золотистые отблески того потустороннего света. — У меня нет основного факультета или кафедры, я на все зачислена равноценно, поэтому надо выкручиваться. Для временных потоков я ещё юна, да и с запретной печатью это было бы опасно, — ответила одна из них. — Ты же говорила, что как раз время и будешь использовать для этих целей? — непонимающе переспросил Алекс, нахмурившись. — Когда восемнадцать исполнится, а пока разделение сознания, — пожала плечами другая Огонёк. — Неплохо, учитывая, что у тебя нет души, её случайного дробления не произойдёт. К тому же, это всё равно весьма затратное заклинание, часто требующее крови, — как истинный некромант, Шер сразу выкатила всю известную ей матчасть. — У меня нет крови, — скромно добавила ещё одна Огонёк. — Знаешь, если ты когда-нибудь выйдешь замуж, я смогу сказать, что у твоего мужа будет очень интересная жизнь, — произнёс Катар. — Не ревнуй, милый, я ведь не только по мужчинам, — оскалилась Огонёк, непонятно какая по счёту. — Нам уже пора идти в свои башни, не то опоздаем, — сказала Шер. Каждому из троицы досталась своя Огонёк, а остальные семеро растворились в воздухе, переместившись сразу куда им нужно. *** — Могу тебя обрадовать, как самую сильную группу, нас будут вести деканы и заведующие, — продолжая ехидно улыбаться, сказала Огонёк, крепко держась за локоть Шер, которая почти бежала за ней. — Ты настоящая? — спросила она, совершенно не заинтересовавшись информацией про деканов. — Мы все настоящие, — хмыкнула Огонёк. — А вот и башня! Нам на первый этаж! — Жаль, здесь нет Алекса, — впервые за долгое время, усмехнулась Шер. — Вперёд, к трупам! — вскинув свободную руку, крикнула Огонёк, затаскивая несопротивляющуюся ангелессу на порог. Вскоре, они подошли к нужной аудитории, где уже толпилась группка первокурсников в чёрных мантиях. С упорством, достойным лучшего применения, Огонёк, с Шер на буксире, направились к Гыру, не проявившему к их приближению интереса, и Герману, разумеется, не сумевшего — или не хотевшего — скрыть своего раздражения. Крик-звонок. Пара минут ожидания. Огонёк заинтересованно склонила голову к плечу, рассматривая дверь. Через мгновение она распахнулась и в аудиторию вбежал всколоченный декан некромантов, Ричард Таэр. — Кихарэ! — забывшись, поприветствовал он их на демоническом диалекте. — Кахтэ мо, — уперев руки в бока, ехидно произнесла Огонёк. — Ой, приветствую студентов! — исправился Ричард. — Итак, скажу сразу: я ненавижу теорию, поэтому мы будем изучать абсолютно всё на практике! — Будет теперь у тебя лича одалживать, всё-таки штучный товар, — склонилась Огонёк к Шер. — Поэтому… — загадочно продолжил Ричард и сдернул простынь со стола, стоявшего перед студентами. Там оказался труп, кто бы сомневался. — Кто мне расскажет, как он умер? Огонёк, ты стоишь и молча слушаешь! — Дискриминация, — поморщилась Огонёк, уже собиравшаяся всё рассказать. Шер подняла руку, как и ещё несколько студентов. Однако, Ричарду было куда интереснее услышать версии смерти от ангелессы, поэтому и вызвал он её. На тех, кто не выдержал подобного зрелища, он не обращал внимания. Подойдя к человеческому мужчине, она бесстрашно стала его осматривать, спокойно открывая челюсть, переворачивая голову и торс, предварительно завязав волосы в низкий хвост черной лентой, держалась она на её шелковистых волнистых прядях плохо, но кое-как всё же сдерживала. Характерная опухлость, трупные пятна красноватого цвета, мелкопузырчатая пена на подбородке уже явно доказывали, что это утопленник. Шер стала пристальнее изучать конечности. Под ногтями не было каких-либо песчинок, значит, тонул где-то глубоко. На кистях и лодыжках гематомы, скорее всего, был связан. Причём руки веревкой, а ноги цепью. Для окончательной проверки, Шер стала рассматривать полость рта. — Резать можно? — спросила она. — Да пожалуйста, — махнул рукой Ричард, с интересом наблюдая за её действиями. Шер достала из одного из своих многочисленных карманов тонкий стилет и принялась аккуратно разрезать грудину. Не найдя там ничего необычного для свежего утопленника, она кивнула сама себе и протёрла стилет о простынь. — Утопленник свежий, пару дней, человек, мужчина, смерть насильственная, так как руки и ноги были связаны. Выловили его где-то на глубине, так? Он не сам всплыл. — Правильно, один из наших коллег почувствовал труп в водоёме и привёз к нам, — покачивая ногой и сидя на столе — сговорились, что ли — отвечал Ричард. — Не законникам? — удивлённо вздернула бровь Шер. — Они осмотрели его через артефакт и душу призвали, а тело стало бесполезно, вот и отдали, — пожал плечами Ричард. — Какая прелесть, — усмехнулась Огонёк.