На важные встречи стоит опаздывать красиво

Вэриан уже минут двадцать стоял перед зеркалом в гостиной в попытках привести себя в приличный вид. Сегодня у них с Кассандрой намечена какая-то невероятной важности встреча с одной из больших шишек управления, поэтому и выглядеть требовалось соответственно. Но злокозненная рубашка, сколько бы Вэриан ее не гладил, не поправлял и не разглаживал все равно смотреть как-то не так. А ведь это он еще не принимался за бабочку, с которой, видит Бог, одному ему не справиться. Вэриан уже мысленно решил, что предоставит эту задачу Кассандре. У нее намного больше ловкости и опыта в завязывании разного рода узлов. Волосы сегодня казались ему еще более растрепанными, чем были обычно, и почему-то никак не желали укладываться, продолжая торчать во все стороны. Именно сейчас ученый был готов со всем смирением признать, что действительно похож на взъерошенного воробья и что прозвище, которым его великодушно наградила напарница, не так уж и беспочвенно. Пока парень был целиком и полностью занят сосредоточенным рассматриванием своего отражения в зеркале, к нему совершенно незаметно подкралась уже полностью собранная Кассандра (Вэриан всегда считал несправедливым то, что тратил достаточно объемное количество времени на приготовления и в результате постоянно выглядел так, словно только что встал с постели, в то время как Кассандре хватало пяти минут на все про все и ей каким-то образом удавалось быть такой же бесподобной, как и всегда). Она тихо зашла к Вэриану из-за спины и обхватила его вокруг талии. Ученый, в то время слишком увлеченный поправлением воротника рубашки, был полностью застигнут врасплох. Почувствовав, как тонкие плечи едва заметно вздрогнули, а также отметив появившийся на секунду на лице парня в отражении испуг, Кассандра удовлетворенно ухмыльнулась. Вэриан же вздохнул с заметным облегчением. — Не пугай меня так, — сказал он, возвращаясь к своей рубашке. — Потом еще спросишь, почему это я такой нервный и как так получается, что пистолет у меня в руках дрожит. Кассандра положила голову на плечо ученому и состроила грустную мину. — Так неинтересно. Если у тебя перестанут дрожать руки, ты все-таки начнешь попадать в цель. Зачем я тогда убойному отделу, если у них будет такой отличный агент, как ты? Вэриан прыснул от такого заявления. Даже в самых смелых мечтах он себе представить не мог, что когда-нибудь будет в этом деле лучше своей напарницы. Кассандра оставила легкий поцелуй на его веснушчатой щеке. — Ты отлично выглядишь, — заметила она. — Также отлично, как и те десять минут назад, что я заходила сюда, чтобы проверить, когда ты закончишь. — Разумеется, обойтись без легкого циничного комментария в адрес медлительности своего напарника было бы для нее слишком большим упущением. — Также? — Ученый поник. — Я десять минут страдал над этим воротником и ничего не изменилось? — Трудно сказать. — Кассандра с ухмылкой пожала плечами. — Просто с моей точки зрения ты всегда выглядишь отлично. Вэриан все еще никак не мог привыкнуть к частым комплиментам, а потому его щеки продолжали стабильно наливаться краской каждый раз, когда Кассандре случалось обронить даже нечто столь банальное. И саму Кассандру это, пожалуй, только радовало. Резко развернув к себе, девушка схватила ученого за тот самый злокозненный белый воротничок и движением, не терпящим сопротивления, потянула на себя для поцелуя. Вэриан, кажется, что-то недовольно промычал по этому поводу, но противиться не стал. Он и не заметил, как напарница расстегнула первую пуговицу на его рубашке. Парень опомнился только тогда, когда из петли уже выскользнула вторая. — Кэсси, я же так долго приводил ее в порядок! — возмутился Вэриан, укоризненно глядя на девушку. Кассандру ни его красноречивый тон, ни взгляд, похоже, совершенно не смутили. — Что ж, похоже, твои старания были напрасны. И как бы невзначай еще одна пуговица выскользнула из-под ловких пальцев. По телу прошла мелкая дрожь, когда подушечки случайно коснулись кожи на ключицах. Но Вэриан был полон решимости стоять на своем. — Кэсси, у нас важная встреча. Неужели ты собираешься вот так пропустить ее? — попытался парень урезонить свою охранницу. — Ради того, чтобы снять с тебя эту рубашку? — Кассандра ухмыльнулась, подняв на ученого уже знакомый ему хищный взгляд. — Определенно, да. По спине пробежалось гигантское стадо мурашек. Не успел Вэриан сглотнуть вязкую слюну для того, чтобы что-то возразить, как Кэсс накинулась на него с новой порцией поцелуев, которые в этот раз пришлись на шею. Ему было ужасно стыдно признавать, что у него ушло как минимум пять минут на то, чтобы собрать свои расплывающиеся от удовольствия мысли воедино и снова попытаться что-то сказать. — Кассандра, мы же с тобой не школьники, — произнес Вэриан, немного отодвинувшись от девушки и попытавшись сохранить серьезное лицо, хотя теперь это давалось ему в разы труднее. — У нас есть работа. — Сказал мальчишка, который по-хорошему сейчас учился бы в девятом классе, — по своему обыкновению хмыкнула Кэсс с таким видом, словно они и вовсе не прерывались от этой беседы. — В десятом… — пробормотал в ответ ученый, не найдясь с остроумным ответом на сей выпад. — Не суть, — коротко бросила Кассандра, вновь притянув Вэриана к себе. Её ужасно веселило то, как парень изо всех сил пытался ей перечить, но в конце концов каждый раз отвечал на ее поцелуи также пылко. В желании раздразнить своего напарника еще сильнее, она запустила ладонь под его рубашку, оглаживая шею, плечи, ключицы — все, что могли позволить ей три расстегнутые сверху пуговицы. Реакция на каждое ее действие следовала мгновенно: Вэриан слегка вздрагивал, прикусывал губы, целовал ее все чаще, перехватывая инициативу. Когда парень отстранился вновь, его щеки пылали пуще прежнего, волосы были растрепаны в легком беспорядке, руки перекинуты через плечи девушки, а губы — растянуты во рвущейся наружу улыбке. — Кэсс, если ты сейчас же не перестанешь, я расскажу твоему отцу, что его дочь бесстыже соблазняет меня. — Даже сам Вэриан понимал, что он полностью провалился в попытке произнести это серьёзно. Смешливый взгляд Кассандры только подтверждал его мысли. — Поверь мне, он уже смирился, — безмятежно ответила та, вновь наклоняясь к лицу ученого. — Почти… Когда рука Кассандры легла сначала на талию, а после и на задний карман его джинсов, в голове, к неподдельному ужасу Вэриана, стали появляться мысли о том, что один раз прогулять работу все-таки не такое уж и большое преступление, подумаешь, какая-то важная встреча, сколько у них еще таких будет… Ученый вдруг понял, что если не положит конец этому прямо сейчас, то уже больше не найдет в себе для этого сил. Потому, ответив на поцелуй в самый последний раз, он резко оттолкнул от себя Кассандру и, чувствуя, как жарко горят его уши, на одном дыхании скороговоркой произнес: — Принеси, пожалуйста, мою бабочку. Я сам не умею ее завязывать. Глаз на девушку он не поднимал, но услышал, как та фыркнула у него над ухом, а удаляющийся стук каблуков оповестил Вэриана о том, что его напарница покинула комнату. Вскоре Кассандра вернулась вместе с красивым черным галстуком и взялась медленно повязывать его на тонкую шею. Вэриан мужественно стоял в ожидании, поглядывая на сосредоточенный взгляд девушки и тонкие губы, на которых все еще виднелась тень привычной саркастической ухмылки. Он не помнит, в какой именно момент не выдержал, но была ли все-таки завязана тогда бабочка или нет было уже не столь важно. На встречу напарники, что называется, красиво опоздали. На целых полтора часа.