Часть 11 " Признание"

-Мы уже не в средней школе, но, я хочу тебя кое-о чем попросить. - О, нет, последний раз мне это стоило выбора школы.       Акаши лишь улыбнулся на это. - Ладно, - выдохнула Юмико. - Что за просьба? - Пообещай, что после этого матча, ваши отношения с Мидоримой не отразятся на его игре в будущем. - Э? Ты чего несешь-то?       Однако Акаши улыбался как-то грустно, возможно в его глазах была искра сожаления. - Прости, я был несправедлив. Поставил свои интересы превыше интересов своей команды. Заставил тебя изменить свою судьбу и судьбы ребят. Я сожалею, что так поступил, уверен все бы достигли большего, если бы я не вмешивался в жизнь каждого. Такое откровение от капитана «Поколения чудес» было разящим. Хасимото даже не знала, как реагировать на такое высказывание. Она была четко уверена, что Акаши никогда не признает за собой косяки и промахи. - Нуу…- протянула она, отворачивая голову куда-то в сторону. – По правде говоря, теперь я не думаю, что твое решение было плохим. Мой уход в Кайджо, лишний раз дал мне понять, что мои чувства сильны, но они невзаимные. Нас многое связывает, и он прощает мне много вольностей, которыми я бессовестно пользуюсь, чтобы утешить свои чувства. Конечно, как-то Такао пришел ко мне в Кайджо и начал мне рассказывать, как Шинтаро жить без меня не может, но думаю, что все это было преувеличением, ведь сколько бы не было попыток, даже под тонкой вуалью шутки, он отрицает происходящее. Так что извини, я не смогу выполнить твою просьбу.       Акаши внимательно слушал девушку, впервые она была с ним честна и открыта, ведь раньше такого не замечалось. - Как бы то ни было, помни о моей просьбе, ладно? – на этом он решил закончить разговор и ушел в отель, оставляя девушку утрамбовать в голове полученную информацию.

***

- Ну, вот, он улетел, - как-то грустно произнес Кисе, наблюдая как в небо взлетает международный самолет. Как оказалось, Кагами пригласили играть за университетскую сильную баскетбольную команду Америки. А там он проложит свой путь в НБА. На душе была и грусть, и радость. Команду Сейрин покинул ас, сильный игрок, противник и в тоже время лучший друг. - Теперь мы с ним больше не сыграем? – протянул Мурасакибара. – Хотя не то, чтобы это меня парило… - Это не так, - отрезал Мидорима. - Я тоже поеду в Америку, - между делом высказался Дайки. - А? Увидеться с Кагами-чи? - Нет, конечно, идиот, для того чтобы играть в НБА! – как-то слишком громко заявил Дайки. - ЧТО!? - Дайки, ты в инглише не бум-бум, какое НБА, если ты даже тренера не поймешь, - немного спустила с небес на землю форварда менеджер Кайджо. - Вот выучу и поеду! - Ну, слава богу, выдыхайте, парни, Аомине с нами еще надолго. - ЭЙ! - А ты что имел ввиду Мидо-чин? - Это ясно как день, мы ведь всегда будем играть в баскетбол, верно? - Мидорима дело говорит, - согласился Акаши. Кагами просто будет играть на другой площадке, если мы продолжим играть, мы встретим его снова. - Ну, это не отменяет, что на носу межшкольные, так что пора начинать готовиться. Кисе, увидимся завтра на тренировке, пока ребят, Шин-чан, тебе отдельное до свидания! – улыбнувшись как ни в чем не бывало, она покинула ребят, направляясь по улице.       Фраза о межшкольных только поторопила ребят разойтись, ведь каждый из них уже предвкушает битву за новый Зимний кубок. - Мидорима, мы можем поговорить? – спросил Акаши, желая исправить последнюю ошибку, которую он совершил. Шинтаро был молчалив, но согласился на разговор тет-а-тет. Ведь нередко в Тейко он и Акаши обсуждали дела команды наедине. – Для начала я бы хотел извиниться перед тобой.       Снайпер был повержен столь откровенными словами экс-капитана, который никогда не знал промаха. - Я был несправедлив к тебе и другим. Уход Юмико из Тейко в Кайджо никогда не был ее идеей. Это было сделано, потому что ее об этом попросил я. Кисе требовался присмотр. - Тогда за что ты извиняешься? – нахмурились зеленые бровки бомбардира. - За нераскрытое сердце.       Хмурость мгновенно как рукой сняло. Мидорима всегда тщательно скрывал личные эмоции и не хотел выставлять их напоказ, потому что где-то в глубине души чувствовал в этом свою неуверенность. - Не мне рассказывать тебе, что потерять Юмико будет ошибкой всей твоей жизни. Поэтому как друг и капитан я приношу извинения. Однако, если не поторопишься, все будет кончено. Поторопись.       Зная возможность предугадывать будущее, Шинтаро не стал провоцировать судьбу и ринулся по улице за своей подругой детства. Проводив взглядом своего экс-вице-капитана, Акаши отправился домой. - Юмико! – заметив искомый объект, он заставил девушку притормозить и повернуться. - А? Шинтаро? В чем дело?       Остановившись перед ней, он тяжело дышал от продолжительного и быстрого бега. Какое-то время он молчал, пытаясь собрать мысли, которые хочет выразить. Все шло слишком быстро и в голове многое перемешалось. - Я все знаю, Акаши мне все рассказал, - по ее лицу было понятно, что она занервничала.       «Неужели он ему рассказал о моих словах перед игрой!?» - Э…это… - Ты всегда была рядом. Даже будучи в Кайджо, ты находила время на меня. А я иногда это воспринимал как должное. Я думал, что ты всегда будешь вот так рядом, но я так больше не хочу.       Слова Шинтаро буквально резали беспощадно ножом ей сердце. Юмико не понимала, с чего вдруг он начал говорить такое. - Но… - Ты мне нравишься.       Вот тут было финальное добивание. Юмико в конец перестала понимать, что происходит. - Еще со средней школы. Я не смею просить тебя перевестись в Шутоку, чтобы быть рядом, но я хотел бы знать, взаимно ли это? - Я… слегка обескуражена…       «Идиотка, ты ждала этого со средней школы! А сейчас попятную даешь!?» - Ничего. Можешь прямо сейчас ничего не отвечать. Я подожду столько, сколько требуется. Просто хотел, чтобы ты это знала.       На этой нотке, он наконец выдохнул с облегчение, поправил очки, сверкая еле заметно грустным изумрудным взглядом, а затем решил оставить ее одну, уходя в другом направлении.       «СОБЕРИСЬ! Он же уходит! Неужели ты позволишь этому случиться!?» - Шин-чан! – рванула вперед, крепко обнимая его, не позволяя двинуться дальше. - Да, мой ответ да.       Нервно сглотнув ком в горле, он медленно обернулся к девушке. Ее руки сжимали его гакуран*, точно она боялась, что он снова попытается вырваться из хватки и уйти. Но в место этого, он лишь тепло улыбнулся ей, пуская обмотанные пальцы левой руки в ее волосы. Правая рука сместилась на ее талию, чуть ближе прижимая ее к себе, а сам он склонился вниз, чувствуя, как она встает на мысочки дабы подтянуться выше. Губы снайпера коснулись губ его подруги детства. Поначалу это было просто касание, но после они оба позволили зайти чуть дальше. Это был уже не первый их поцелуй, но это был первый взаимно любящий.       «Он чудной, со своими придирками и перфекционизмом, но именно такого Шин-чана, я полюбила. А зная этого консервативного цундере, наши отношения с ним будут очень долгими». *Гакуран - школьная японская мужская форма.