Побег

Ренрог медленно моргнул, увидев меня. — Софа! — взвизгнула Марла, вырываясь их рук солдат, но те держали ее мертвой хваткой. Буквально. — Господи, ты живая! — Повтори-ка, что ты там запрещаещь? — переспросил Ренрог. По голосу была слышна нарастающая агрессия. Я скрестила руки на груди и вздернула подбородок. — Ты меня слышал. Убрал от них руки. — Их и не я держу. — Значит так, сию секунду ты их отпускаешь, и… — Правда?! — рыкнул он, моментально оказавшись передо мной и сжав мою шею. — А ещё что мне сделать, ваше величество? На колени пасть? — Можно и без них. — просипела я. — Отпусти меня! — Место свое знай. Ты не королева, не принцесса. Пока. Или что? Надела корону и в себя поверила? — Типа того. — шикнула я, разжигая в руке огонь и засветив им по лицу лорда. Он ослабил хватку и схватился за скулу. Взревев от ярости, он бросился на меня. Я шустро увернулась, толкнув его в спину, и он свалился в одну из камер. Я захлопнула дверь и защелкнула замок, а затем огненным потоком снесла четверых солдат. — Я вас люблю и правда рада видеть, но нам надо бежать. — выпалила я, рванув к выходу. — шевелитесь! Я дернула за собой Фейлна и толкала к лестнице Верда и Марлу. Раздался дикий гневный ор и грохот выбиваемой двери. Меня догнала Марла, хватая за руку. — Я думала, ты умерла. — Если честно, порой мне этого хотелось. — нервно улыбалась я, запуская огонек с макушки вперёд, дабы он освещал путь. — Мальчики, быстрее! — Ты знаешь, как выбраться отсюда? — крикнул мне Фейлн, перекинув через себя руку Верда и мчась с ним. Видимо, его Ренрог слишком уж сильно ударил. — Эм… Ну, я знаю, как мы сюда попали, значит и выберемся так же. — А потом? — А потом импровизируем. Раздался грохот и коридор за нами полыхнул. Мы уже мчались вверх по лестнице. — Мудак какой, взял и вышиб. — ругалась я. — Стоять!!! — орал разъяренный лорд. — Пошел ты! — смеялась я, мчась с Марлой за руку. — За нами гонится этот бешеный, чему ты радуешься?! — прикрикнула подруга. — Радуюсь? Это истерика, я в ужасе! Мы выбежали из катакомб, и едва парни выбрались, я захлопнула дверь и опустила затвор. Она деревянная, надолго ее не хватит. Все мы тяжело дышали. — Я не могу дальше, — Фейлн схватился за бок. — Ох, мамочки. Верд тем временем отдышался и посмотрел на меня. Я нервно улыбнулась. — Привет. Он налетел на меня и крепко сжал в своих объятиях. Марла прижалась ко мне с другой стороны. Мне будто лицевой нерв защемило, я не переставала улыбаться. Впервые за столь долгое время я улыбалась. — Мы так скучали. — сказала Марла, дыша мне в спину. — Ещё раз от меня убежишь, я тебя повешу. — шепотом сказал мне Верд. Я зажмурилась, зарываясь носом в парня. — Ребят, я вас люблю. Очень сильно. Вы такие мягкие. — Э… Спасибо? — Как зефирки мягкие. Или подушки. Или котики! Да, котики. Простите, у меня нервный срыв. В дверь раздался жуткой силы удар. Я взвизгнула и вырвалась из их уютных и приятных объятий. — Валим! — вскрикнула я. — За мной, реще! Мы побежали. В этот раз Верд ухватил мою ладонь и не отпускал. Я несколько раз свернула, разбросав в стороны солдат. Фейлн отстал и запыхался, он хватался за грудь и сбивчиво дышал. Марла взяла его за руку и потянула за собой. И в момент, когда мы убегали к главному выходу, я столкнулась с матерью. — София? Что происходит? — с недоумением спросила она. Я, на бегу и мчась мимо неё, проорала: — Я вас покидаю! Захватывайте трон без меня, Зейира Я убью сама, мне пора, пока! Люблю тебя, мам! Мы вылетели из замка. Будучи слишком напуганной, чтобы здраво соображать, я шарахнула огнем со всей дури в солдат, что вышли нам навстречу. — Вон машина! — крикнула Марла, толкая меня в сторону. Видимо, когда их поймали, машину пригнали сюда. Других машин здесь в принципе не было, Ренрогу они не нравятся. Мы свалились внутрь, и даже двери закрыть не успели, как Фейлн вдавил педаль газа в пол и мы рванули со скоростью света прочь от Файрлайта. И в момент, когда в зеркале заднего вида показался полыхавший синим пламенем замок, мое сознание наконец позволило себе меня покинуть. Очнулась я утром. Я лежала на Верде, который дрых, обнимая меня. Фейлн продолжал вести машину, на переднем сидении спала Марла. Мы проезжали реку, в чьих волнах сверкали солнечные блики. Я больше не там. Я с ними. Снова. Я улеглась на грудь парню, руками аккуратно жамкая его круглый живот. Мягкий, горячий, урчит. Я закрыла глаза, второй рукой поглаживая Верда по щеке. Румяная и тёплая. И пухленькая. А он живой. Настолько живой, что его жизнью можно заряжать других. Как же мне не хватало рядом живых и теплых людей. Которые едят, спят, которые осязаемые. Я вздохнула. Верд немного повернул голову и прильнул к моему лбу губами. Я улыбнулась, вновь впадая в дрёму. Позже, когда уже был полдень, мы остановились. Я липла к Флеймам обниматься, пока они пытались у меня дознаться, что со мной делали и все ли в порядке. — Я соскучилась по вам. — отвечала я, хватая Марлу и гладя ее по теплой спине. Чмокнула в щёчку. — Я вас люблю. Очень сильно. Она засмеялась и повалила меня на сиденье обнимашками. Мальчики тем временем поглядывали друг на друга и напряжённо молчали. Фейлн вздохнул и отвернулся, вынимая из багажника провиант. — Теперь вы мне скажите, как вы тут оказались? — спросила я, льня к подруге. — За тобой. — нестройным хором ответили они. И затем наследники стали наперебой рассказывать, что их не отпускал отец, что сажали под домашний арест, когда они в первый раз попытались угнать машину, что Зейир, ища союзников в войне с Глейгримами, оборзел настолько, что пообещал выдать замуж Марлу за лорда Бладсворда, если тот поможет с войсками. А лорду, на минуточку, пятьдесят семь. Ее даже выкрасть пытались, но Дарон вовремя успел спалить обидчиков дочки. — И ещё кое-что. — Фейлн помялся. — Соф, твой отец… Бьол мёртв. И уже давно. На момент твоей пропажи он уже месяц как был убит. В груди разливалась тоска. Пусть мне уже не так больно, как раньше, но это чувство все равно мешает жить. — Я знаю. Зейиром. — сказала я. — Можно правду скажу? Я понимаю, что он ваш дядя, и вроде часть семьи, но… — Он отравил и чуть не сжёг отца! — перебил меня Фейлн. — Он обещал отдать меня пенсионеру! — добавила Марла. — из-за него я дважды чуть не умер, когда мы убегали с праздника! — запричитал Верд. Я моргнула. — Ну то есть, мне можно его убить? — Нужно! — в унисон крикнули они. Я заулыбалась. Верд обошел меня кругом. Вздохнул. — Какая ты тощая стала. Тебя совсем не кормили что ли? — У меня была депрессия. По-моему, она и сейчас у меня есть. Мой отец мёртв, а моя мать-призрак использует меня, чтобы я села на трон королевства и в меня вселился Ренрог Флейм, который Фейлну спину сломал, избил, и… И что он ещё с тобой сделал? — Обжёг. — Стоп, Ренрог?! — опешила Марла. — Тот самый, про которого папа легенду рассказывал? Но он умер, каким образом он тут? Тут я им все и рассказала. Подруга слушала с открытым ртом, только мальчики уплетали завтрак, увлеченно слушая мой рассказ. В итоге, когда я сказала всё это вслух, я сумела взглянуть на ситуацию со стороны. И понемногу все осознала. — В общем… Это я во всём виновата. — признала я, опуская глаза. — Я призвала дух матери, Ренрога, из-за меня Зейир оказался на троне в Файрфорте, из-за меня отец мёртв, и ещё я спалила то село, в котором нас приютили тогда, и… Во всём виновата я. Я думала, что меня сожрёт чувство вины. Но когда я все это высказала, на удивление, мне стало легче. Флеймы переглянулись. Марла встала передо мной. И обняла. — Мне все равно. Ты моя подруга, самая лучшая на свете. Всю эту херню ты сотворила не нарочно, про Ренрога вообще молчу, тобой нагло манипулировали, когда тебе было очень грустно и больно. Ты не виновата, Соф. Абсолютно ни в чем. Тобой пользовались. — Большинство Флеймов всегда были мудаками. — пожал плечами Верд. — Не все конечно, ведь есть я. — Ну конечно. — закатила глаза леди Флейм. — Я к тому, что даже если бы ты не вмешалась, Зейир все равно нашел бы способ избавиться от нас. Он не любит никого из нас. — Ты хороший человек, Соф. — робко улыбнулся Фейлн. — Но с тобой случилось много плохого. Ты правда не виновата. Я сглотнула комок в горле и улыбнулась. — Спасибо. Ребят, вы самые лучшие. — Ну а то. — ухмыльнулся Верд. — Но теперь Ренрог поведет войска на Файрфорт. Он хочет захватить его, и уже оттуда прорываться к столице. И это мы ещё не считаем, что Хагсон Глейгрим намерен воевать с Флеймами. Подробностей не знаю, но Ренрог с матерью как-то их стравили. — Что ж, — вздохнула Марла, — значит у нас только один выход. — Надеяться на милость короля? — промямлил Фейлн. — Мы спасём Ферстленд! — воодушевлённо огласил Верд. — Да! — улыбнулась леди Флейм. Я не выдержала и сжала их троих в объятиях, насколько мне удалось. Они самые лучшие. — Мир не любит геройствующих Флеймов. — вздохнул Фейлн. — Чувствую, потом проблем не оберёмся. — Это уже проблемы будущих нас. — улыбалась ему сестра. — Мальчики, давайте! Свет во тьме! — Свет во тьме! — повторили парни девиз их рода, и все трое стукнулись кулачками. Не помню, чтобы когда-либо раньше видела их такими сплочёнными. Они перевели взгляд на меня. Я поморгала. — Что? Я тоже? — У нас целый один общий предок, конечно ты тоже. — довольно сказала Марла, пихнув меня в бок. — Я потомок его бастардов. У них был другой девиз. — Давай. Я стукнулась кулаком об их. — Огня и крови. — Звучит круто. — Ну все, можно спасать планету. — лыбился Верд, чуть ли не прыгая на месте. — Только позавтракаем, и сразу поедем спасать. И только Фейлн, смотря на нас и вздыхая, повторил: — Проблем не оберёмся.