Что людям не под силу разорвать.

      - Я не хочу вставать так рано, Микаса! – мужчина прижимается к теплому телу брюнетки, крепко обнимая ее так, чтобы она не смогла двигаться.       - Пойдем, тебе понравится! Ты все равно уже не спишь, значит, дело не в раннем подъеме.       Леви хмурится. Лето скоро перевалит за середину, а Микасе так и не удалось вывести его за пределы замка, чтобы босиком погулять по траве. Она всегда предлагает делать это ранним утром, чтобы посмотреть на рассветное яркое солнце, насладиться теплом его лучей в утренней прохладе и почувствовать влагу росы на босых ступнях. Девушка знает о его особом отношении к насекомым, ползающим в траве, и все равно не оставляет попыток вытащить и разуть его.       - Не хочу.       - Я смогу защитить тебя от любой букашки, которая посмеет посягнуть на твои ноги, обещаю.       Мужчина приподнимается на локте, откинув одеяло, и смотрит на улыбающуюся Микасу, сдвинув брови к переносице.       - Ты не отстанешь?       - Ты же знаешь, что нет.       - Только один раз, Микаса. И только ради тебя.       В ее глазах сияет солнце, переливая их цвет с темно-серого в оттенок стального, и Леви думает о том, что, наверное, не зря согласился на эту авантюру. Его мысль укрепляется положительным настроем, когда ладонь девушки ласково поглаживает его щеку, а на губы ложится нежный поцелуй. Такой Микасу может видеть только он, это привилегии, полученные вместе с алой лентой под грудью, в которой вязкой жидкостью разливается тепло. Нужно сказать ей.       Небо раскрашено так, будто художник разбавлял палитру теплых цветов белыми пушистыми облаками. Прохладный ветерок треплет волосы брюнетов, пока они идут по территории штаба к прорехе в заборе. Микаса довольно щурится, когда смотрит на небо, держа Леви за руку. Через прикосновения она получает положительный заряд, притягивающий ее к мужчине, занявшему в жизни одно из главных мест, рядом с ней. Она оборачивается и улыбается, встречаясь с взглядом его глаз, в которых стали отчетливо видны синие крапинки. Нужно, чтобы он знал.       Рассветное солнце отражается от зеркальной поверхности лесного озера. Пара приземляется на широкое бревно, скидывая с ног обувь.       - По песку ходить неинтересно, пойдем на траву, пока роса не высохла.       Леви закатывает глаза и подчиняется. Переплетая свои пальцы с ее, он поднимается с бревна и следует за брюнеткой к зеленой поляне, освещенной ярким солнцем. Погружает пальцы ног в прохладную влагу росы, пытаясь поймать нужный настрой. Он приходит сразу же, стоит только посмотреть на девушку, прикрывшую глаза в удовольствии. Микаса подставляет лицо ласке солнечных лучей, и Леви может увидеть россыпь веснушек на почти прозрачной коже ее лица. Розовые пухлые губы приподнимают уголки в улыбке. Пушистые черные ресницы обрамляют глаза нестандартного разреза, от чего она становится еще красивее. Хочется запечатлеть ее такой в памяти навечно.       - Я люблю тебя, - срывается с его губ, и улыбка Микасы становится шире. Глаза открываются, их сталь впивается в сердце острым ножом. Девушка приближается к нему и ласково и долго целует, обнимая за шею.       - Пойдем поплаваем.       Это не то, что ему хотелось бы услышать в ответ на свое признание, и сердце в груди пропускает один удар. Леви быстро моргает и старается скрыть смятение, зная, что для соула нет ни одной эмоции, которую он не сможет почувствовать. Мужчина кивает и натягивает на лицо улыбку. Следует за девушкой к озеру, упиваясь зрелищем ее оголения.       - Ты собираешься плавать голой?       - Здесь никого нет, кроме нас. Ты никогда не плавал голышом? – Леви отрицательно качает головой, - Ты очень многое потерял. Раздевайся, пойдем в воду. У меня складывается впечатление, что это я старше тебя, потому что со мной ты впервые пробуешь такие элементарные приятные вещи. Давай, пойдем.       Плавно покачивая бедрами так, что в спортивных шортах Леви становится тесно, девушка заходит в прохладную воду озера. Кожа тут же покрывается маленькими мурашками, она незаметно ежится и снова поворачивается к мужчине, все еще не решившему, следовать ли за ней.       - Если ты останешься на берегу, я замерзну.       Предостережение звучит, как приказ, и Леви быстро освобождается от одежды, оставаясь абсолютно нагим. Наблюдая за тем, как Микаса ныряет, он заходит в воду, стараясь избегать встречи ступней со скользкими водорослями. Зайдя на приемлемую глубину, он ныряет и подплывает ближе к девушке. С ее волос стекают капли озерной воды, пуская по коже россыпь радужных солнечных зайчиков. Она похожа на божество, которому Леви готов поклоняться ежеминутно. По телу проходятся вибрации, останавливаясь на уровне паха. Кожа зудит желанием ощутить на себе ее пальцы. Брюнет погружается под воду и отплывает от нее, борясь с желанием прикоснуться. Обида на то, что она не ответила взаимностью, захватывает все большее пространство в его сердце. Движение воды подсказывает, что девушка где-то рядом, и вскоре он ощущает прикосновение ее пальцев.       - Эй, обними меня.       Микаса обхватывает руками его шею, приближаясь под водой своим обнаженным телом к его. Становится легче запихнуть негативные эмоции подальше. Когда на коже груди Леви ощущает остроту ее вставших сосков, мысли путаются. Его вставший член упирается в ее бедро, от чего на губах играет озорная улыбка. Плавать голышом – действительно хорошая идея. Мужчина настойчиво целует ее, вкладывая в поцелуй все свои чувства. Зажмуривается, когда ее ладонь скользит по спине вниз-вверх, и низко стонет, когда ее ноги обхватывают его талию. Член трется о промежность. Поцелуй становится более страстным и глубоким.       - Только не в воде, Микаса.       - Чистоплюй, - девушка закатывает глаза и снова целует его, - Пойдем на берег, хорошо.       Соприкосновение влажной кожи с влажной травой еще больше охлаждает разгоряченной нутро, но не умаляет возбуждения, усиливая чувствительность. Леви укладывает Микасу на спину на поляне, по которой они ходили босиком. Мысли о брезгливости и насекомых испаряются из головы вместе с недавней обидой. Она с ним, что еще нужно?       Девушка притягивает Леви к себе для того, чтобы углубить поцелуй. Каждая мышца наполнена электрическим зарядом, пуская нервные вибрации по всему телу. Если он сейчас же не овладеет ею, крышу сорвет напрочь. Ощущение прохлады его ладони, двигающейся от шеи к груди, усиливает прилив вязкой влаги в промежность. Пальцы заключают в плен вставший сосок, прокручивая его на грани боли, и девушка несдержанно стонет. Раздвигает ноги и кладет свою ладонь на эпицентр удовольствия для того, чтобы снизить электрический заряд. Между пальцев хлюпает густая смазка. Возбуждающий звук пробуждает в Леви новые эмоции, и он стискивает ладонь, находящуюся на ее затылке, загребая волосы в кулак. Девушка выгибает спину и протяжно стонет. Разрывает поцелуй и смотрит на него горящими глазами.       - Я больше не могу, Леви.       Ее ладони ложатся на его плечи, опрокидывая на спину. Мужчина не возражает, укладываясь на спину так, чтобы ничего не мешало наслаждаться открывшимся видом. Микаса перекидывает ногу через его бедра и удобно усаживается сверху. Проводит руками по груди к торсу и обратно, упиваясь картиной нереальной красоты, которая досталась именно ей. Линия на груди усиливает визуальное наслаждение. Ему очень идет алая лента, повязанная судьбой. Она помогает себе рукой, погружая член в пульсирующую тесноту своего влагалища, и издает протяжный стон. Привыкает к наполненности и вскоре начинает плавно двигаться, глядя в серо-синие глаза. Леви не отрывает взгляда от приоткрытого рта, из которого рвутся наружу непристойные звуки, что еще больше возбуждает. Она завораживает его, будто ведьма, а он готов поддаваться ее чарам тогда, когда она сочтет нужным. Руки на ее бедрах задают нужный темп. Его бедра в свою очередь резко двигаются, врезаясь во влажное пространство лона. Леви несдержанно стонет. Она кладет ладонь на свою грудь, сжимая ее так, чтобы сосок был между пальцев, и запрокидывает голову.       - Да, Леви! Еще! Вот так! Да!       Ладонь второй руки обхватывает запястье его руки и подводит ее к промежности. Пальцы уже знают, что делать, и устремляются к набухшему клитору, мягко поглаживая его. Аромат секса и слияния двух тел звенит в воздухе густой субстанцией, разряжая пространство, наполненное стонами и вздохами.       - Микаса, я сейчас…       - Я с тобой! Леви! А-ах!       Оргазм одновременно прошивает острым копьем удовольствия оба тела, сотрясая их вибрациями и дрожью. Девушка падает на грудь Леви, ее тело рвано подрагивает, а рот вбирает в себя прохладный утренний воздух, чтобы охладить горящие внутренности. Трясущиеся пальцы гладят линию подбородка. Оставшиеся силы Микаса тратит на то, чтобы приподняться и оставить на губах Леви ласковый поцелуй.       - Я люблю тебя, Леви. ***       В столовой стоит привычный для завтрака гул. Солдаты переговариваются хриплыми сонными голосами, потирая еще не до конца открывшиеся глаза. Обычное летнее утро для штаба разведки в ожидании утреннего поглощения пищи. Рука Микасы лежит в крепких тисках ладони Леви, она изредка поглядывает на него и прячет в отросших волосах улыбку. До ее ушей доносится знакомый голос, как только открывается дверь столовой.       - Она прям извивалась на нем и орала: «Да! Еще! Леви!» Оказывается, капитан еще не такой уж и старый.       Громкий неприятный хохот раскатами грома звучит в гудящем пространстве: их видели. И кто? Конечно же, Форстер! Этот мерзкий рыжий таракан, которому до всего есть дело. Какого хрена он не спал в казарме так рано, а поперся к озеру?       Ладонь еще крепче зажимается кистью Леви, и взгляд улавливает нездоровый блеск его ртутной радужки. Скулы становятся резче, желваки начинают свою неуловимую игру, губы сжимаются в тонкую линию. Микаса прикрывает глаза и кладет ладонь на грудь мужчины.       - Разрешишь мне?       - Уверена? – девушка кивает и опускает голову.       Входит в дверь столовой первая и, покачивая бедрами, подходит к столу, где расположился уголок сплетен. Замечает, что за соседним столом сидит ее отряд с убитыми выражениями лиц. Микаса еле заметно подмигивает Эрену и приподнимает уголок губ.       - По крайней мере, Форстер, - ее звонкий голос заставляет всех замолчать и обернуться, - Я кончаю каждый раз, когда мы занимается сексом с капитаном. В отличие от тебя, он старается сделать так, чтобы его соулу было приятно рядом с ним находиться, и думает не только о своем удовлетворении. Ты бы с него пример брал, а то бедная Марта скоро в петлю полезет.       - Заткнись, Аккерман!       - Это ты сейчас кому? – из-за ее спины возникает невысокая фигура Леви, довольно ухмыляющегося.       - К твоему сведению, Флок, все взрослые отношения включают в себя секс. И если тебя это удивляет, у меня для тебя плохие новости, - девушка приподнимает брови в мнимом огорчении.       - Форстер, два дополнительных наряда за то, что находился за пределами штаба в неположенное время!       - Но Аккерман тоже была не в штабе!       - У них была индивидуальная тренировка по моему поручению, - в дверь заходит высокий блондин, - Субординация, рядовой Форстер!       - Командор Смит! – Флок вскакивает из-за стола и чуть не падает, цепляясь ногами за ножки скамейки, - Виноват! Есть два наряда, капитан Леви! ***       В кабинете командора слишком душно, и Леви расстегивает верхние пуговицы форменной белой рубашки. Отказывается от чая, чем удивляет друга, и просит стакан холодной воды.       - Леви, будь добр, занимайтесь этим так, чтобы мне потом не приходилось отмазывать вас на глазах у всего штаба.       - Ты про секс?       - Да, я про секс, Аккерман.       - Виноват, все вышло из-под контроля. А ты потрудись заделать прореху в заборе, чтобы солдаты не бегали в лес.       - Мы туда тоже иногда бегаем через эту дырку, забыл?       - Думаю, мы сможем перепрыгнуть, если нам срочно понадобится искупаться.       - Или заняться сексом на поляне…       - Или да. У тебя все?       - Все. Можешь идти. ***       - Что сказал Смит?       - Все хорошо. Попросил быть более предусмотрительными.       Обеденный жар заставляет избавиться от максимума одежды. Тренировку отменили из-за погодных условий, чтобы избежать солнечных и тепловых ударов, и Леви с Микасой решили провести свободное время в тени большого дерева, растущего на заднем дворе. Мужчина прислонился спиной к прохладному стволу. Пальцы зарываются в волосы девушки, лежащей на его коленях.       - Мне хотелось расквасить ему хлебало так, чтобы прям в хлам.       - Я бы сделал вид, что не заметил. Но ты поступила более благоразумно.       Его указательный палец проходится по ее переносице и останавливается на кончике носа, куда спустя мгновение приземляются его губы. Микаса щурится и улыбается. Поднимает руку и гладит его щеку ладонью.       - Моя любовь к тебе безмерна, Леви.       - Я люблю тебя гораздо сильнее, Микаса. Гораздо сильнее.