Милота

— Можешь прикоснуться ко мне? — Раздался шепот в маленькой комнате общежития, что находился чуть ли не в лесу. Мужчина напротив усмехнулся и коснулся своими холодными пальцами чужой шеи. Младший прикрыл свои глаза и буквально растаял. Минхо слабо улыбается и прислушивается к каплям дождя за окном. Они напрягают его мышцы, но в то же время успокаивают. Но Джисон затуманивает его разум собой. Он сидит на двуспальной кровати, покрытый красными поцелуями, что оставил ему Ли своей красной помадой. По их телам ползли приятные мурашки и некое тепло, несмотря на холод в комнате из-за дождя за окном. Старший садится перед Джисоном, кладя свою голову на чужие коленки. Он берет нежные ладони и целует их тоже, оставляя на них розоватый след от уходящей с губ помады. Оставив пару поцелуев на тыльной стороны ладони, Джисон притягивает того к себе и, не стесняясь, целует развязно и грубо. Ли отвечает и окольцовывает шею Хана руками и медленно садится на чужие бедра под громкий звук причмокиваний. Чужие руки легли на его талию и поглаживают аккуратно, опускаясь все ниже. Звук дождя они больше не слышат. И соседей, что им кричат через тонкие стены. Они слышат только друг друга и их стоны между поцелуями. Они чувствуют только тепло тел друг друга и больше ничего на этом свете не хотят чувствовать. Губы от чувств болят, но какая им разница? Они хотят больше. Больше касаться друг друга, целовать и чувствовать. Руки блуждают по их спинам, иногда царапая во время грубости. Джисон плавно притягивает того к себе, чтобы вместе лечь. Но Минхо продолжает сидеть на его бедрах, переплетая свои пальцы с чужими. Младший с обожанием разглядывает черные татуировки на руке и груди Хо. А Минхо этот взгляд видит. — Прикоснись ко мне, Хан, — Минхо кладет хановскую руку на свою грудь, где была одна из татуировок и тихо шипит. Ведь у Джисона руки ледяные и он водит ею по самому чувствительному месту. И Хан это знает. Прекрасно знает. Мурашки продолжают устраивать бунт по всему телу, от чего Ли закатывает глаза в удовольствии и гладит кисть руки младшего. Сладкий стон протяжно выходит из их уст. Джисон все еще гладит и даже не верит всему происходящему... — Учитель Ли, что между нами? — Перестает гладить младший, но почти сразу же продолжает, не теряя момент. Он принимает сидячее положение и утыкается носом в шею старшего, водя то вверх, то вниз. — Могу лишь сказать, что официально вместе нам быть нельзя, Джисон, — начинает он, кусая губы от касаний, — тебе ведь скоро восемнадцать? — Джисон кивнул с тяжким вдохом. — Как выпустишься из школы, я буду весь твой, Хани. — Абсолютно весь? — Абсолютно весь, — старший гладит того по волосам и целует в макушку, — а сейчас нам правда пора ложиться спать, время не детское. — Ну Минхо! — Ворчит младший и слабо бьет смеющегося Хо по плечу. Тот через смех притягивает Джи к себе и затыкает своими губами.