"Сегодня" и "вчера".

И снова небо покрывается различными красками, которые со временем расплываются, оставляя лишь синий. Снова ветер носится меж травинок, деревьев, кустов, людей. Так всегда, изо дня в день.

Сегодня… Что такое «сегодня»?

Вдохнув этот осточертевший аромат цветов, мужчина снова опустил голову, устроив локоть на холодном бетоне. И снова он здесь…

Но есть и более важный вопрос. Чем «сегодня», отличается от «вчера»?

Всё повторяется. Абсолютно. Даже действия людей, которые наступают на свои же грабли снова и снова. Например, как он. Невольно взъерошив волнистые каштановые волосы, Осаму рассеянно устремил взгляд на могильную плиту. Он наизусть знает эти буквы. Но снова и снова перечитывает их, задумываясь о правильности своих действий. Всегда, когда что-то собирается произойти, Дадзай приходит сюда или в бар «Люпин». Но это место… Как родное?..

Наверное, действия людей отличают «сегодня» от «вчера».

Мужчина, встав, поправил плащ и медленно побрёл меж могил. Так странно. В таком великом месте всегда так тихо и спокойно. Мёртвые не разговаривают, а живым сюда хода нет.

Действия людей порой ничего не значат.

Ветер усиленно толкал шатена в спину, словно выгоняя ещё живое существо с его насиженного места. Нет. Он не умрёт. Не сегодня. Не пока жива ОНА. Воспоминания сами собой вырывались в сознание Осаму, тут же вызывая тупую боль в душе. Ясу… Прижимается к нему, о чём-то говорит. Злится… Смущается… Шутит… Смеётся… Она прячет свои веснушки, как и прошлое. А они такие яркие, когда она спит. В это время её волосы выглядят рыжими, кое-где отливая даже золотым. Но её чудесные, покрытые тоской голубые глаза можно увидеть, лишь разбудив её… Эта девушка собирается умереть. Девушка, которую он любит. Она хочет жертвовать собой ради них… Него, который так не ценит то, что ей дороже больше всего. Ох, можно было бы поменяться местами!.. Она собирается умереть. Он хочет её спасти.

Но порой действия людей значат всё.

***

Ясу сидела на подоконнике, невидяще глядя в окно. Сегодня на редкость мрачный день. Но кого это волнует?.. Девушка хочет судить Рику. Но ведь Славя сделала то же самое. И она не смеет себя оправдать, ведь ближе сестры и брата нет никого. Он не знает, что Фёдор Достоевский её приёмный отец и наставник. Чуя не знает, что убийца множества его товарищей, человек, что практически убил его родителей — приёмный отец его собственной сестры. Предательницы. Монстра. Убийцы. СМЕРТИ. Но Фукусима за своё предательство заплатит. И Рика должна. Но если медноволосая убьёт её… Чуя этого не выдержит. Тихий скрип двери заставил Ясу повернуться. Необычно серьёзный Гоголь. Девушка тут же отвернулась. Коля, тихо прикрыв дверь, сел около подруги. Он видит, каково ей. Чувствует, что медноволосой сейчас как никогда нужна поддержка. ЕГО поддержка. И беловолосый никогда не откажет на эту немую просьбу. Молча взяв несколько недавних блокнотов, мужчина начал молча их листать. Раньше так было всегда. Обратив внимание на рисунки, голубоглазая светло, искренне улыбнулась. Внимательно осматривая улыбающуюся девочку лет четырнадцати с тёмными волосами, Голубь иногда украдкой бросал взгляды на напарницу. Наконец, немного хрипловатым от долгого молчания голосом, девушка тихо произнесла: — Это Кёка. Она убила тридцать пять человек за полгода. Ей все говорили, что она — Цветок Тьмы и ей стоит продолжить убивать. Иначе Свет выжжет ей глаза. Она почти потерялась. С каждым днём всё больше убеждалась в том, что для неё убивать — абсолютно нормально. Но… Медноволосая тихо засмеялась. — Кажется, мне удалось её переубедить. Она нашла свой Свет. Невольно заулыбавшись, Гоголь продолжил листать страницы, слушая истории… Последняя страничка аккуратно захлопнулась. Повернув голову, беловолосый увидел устремлённый на себя взгляд льдисто-голубых глаз. Ясу тут же с грустью отвела свои. — Славь. — М? — Что было в той флэшке? Фукусима крутила её в кармане. После того, как Фёдор её забрал, не было никакого труда забрать её снова. Но смысла не было, наверняка у Достоевского были ещё копии… Но всё же. Полезно ведь знать, что противник знает о тебе? Медноволосая молча протянула вещь, после этого угрюмо уткнувшись в телефон.