Боль

***       Избитый и израненный четвёртый номер, пытался не шевелиться под аккуратными пальцами француза, который обрабатывал все синяки, ушибы и порезы. - Щипать будет, - тихо сказал он, смачивая вату перекисью. - Извини, - буркнул рыжик, закрывая глаза. - Тебе не за что извиняться. - Ты был бы хорошим медиком, - слабо улыбнулся Натаниэль, стараясь не кривиться от боли. - Очень смешно, - Жан был слишком сосредоточен, боясь пропустить что-то. - - Я не мог промолчать, он... переходит все границы по отношению к тебе, - кряхтя произнёс раненый. - Ты никогда не можешь промолчать, - вздохнул третий, не отрываясь. Что-то личное было в том, что парень так спокойно говорит о том, что лезет в неприятности из-за него. Что-то такое, чего Моро никогда до этого не знал. - - У меня с этим проблемы, - слабо хмыкнул Веснински. *** - Подойдёшь к нему ближе, чем на три метра - очень сильно пожалеешь, Адам, - шипел защитник прямо в лицо парню, который пытался что-то вякнуть. - Держи своего пса на поводке, француз, - сказал тот, отшатываясь от рыжика. "Он на свободном выгуле", - хотел ответить Жан.       Натаниэль, усмехаясь, сделал выпад вперёд, заставляя сокомандника отшатнуться. - Гав, блять. - Пойдём, Ниэль, пары, - устало вздохнул третий, положив руку на плечо друга. ***       Найденный на полу в ванной Веснински курил уже третью сигарету, ели как их поджигая трясущимися руками.       Моро лишь коротко вздохнул и ушёл, возвращаясь через минуту с пледом, которым накрыл парня.       Сев рядом, он смотрел на то, как табак всё заканчивается и заканчивается.       Когда рыжик потянулся за пачкой снова, чужая рука её забрала, откладывая подальше. - Хватит, - шептал Жан, смотря в голубые глаза. - Да, - - кивнул Веснински и положил голову на плечо парня, - Извини, я разбудил? - Всё хорошо, поспи хоть немного. - Спасибо... ***       Проснувшись от очередного кошмара, парень не смог даже найти бутылку на тумбочке.       Моро, подрывающийся следом, почти сразу оказывался рядом, протягивая воду и следя, как бы тот не разлил её, прежде чем вернуть на место.       Холодные руки легко находили чужие. - Пожалуйста, обними меня, - хрипло шептал Натаниэль.       Это были почти объятья.       Четвёртый хвастался за Жана как за спасательный круг, пряча лицо на плече, пока дрожь не сходила и он не вырубался под перебирающими его волосы пальцами.       Панические атаки не были слишком частыми, но они были и первые два раза третий буквально терялся, смотря на соседа.       Это всегда было за час до режимного сна. Веснински мог делать что угодно: от заданий в вуз до простого смотрения в потолок.       Внезапная волна охватывала всё тело. ***       Он мог резко подняться и упереться спиной в стену или спускался на пол, облокачиваясь на каркас кровати.       Бегающий вокруг взгляд не мог ни за что зацепиться, теряясь в небольшой комнате.       Сильная дрожь по всему телу, окутанному липким страхом. - Эй, Ниэль, смотри на меня, - Моро брал обе руки парня, и держал, согревая, - Слушай мой голос. Это я, всё хорошо.       Голубые глаза находили фокус и смотрели на друга, но словно его не узнавали. - Я рядом, я тут, кроме нас в комнате никого нет, - продолжал Жан.       Натаниэль кивал, пытаясь пустить это в свою голову. - Мне страшно, - отвечал он, стискивая чужие руки, пытаясь вернуться в реальность. - Тебе ничего не угрожает, все спят, мы вдвоём. - Да, - кивнул рыжик, всматриваясь сначала в серые глаза, а потом обращая внимание на родинки.       Он их пересчитывал каждый раз, каждый раз забывая сколько насчитал. Когда все видимые заканчивались, он искал созвездия. Больше всего его занимала Андромеда слева на шее.       За счётом он выравнивал дыхание, забывал мысли и картинки, что довели его. - Спасибо, - проморгавшись шептал Веснински, перед тем, как упасть в объятья. - Может чай? Я сделаю, - поглаживая парня по спине предлагал Моро. - Я купил печенье, которое тебе тогда понравилось, - слабо улыбнулся Натаниэль. - Хорошо, заодно расскажешь про книгу, - кивал третий.       Ещё час они сидели на том же полу с кружками чая.       Когда Натаниэль полностью успокаивался, он начинал рассказ про новую книгу, даже если только её открыл. Сразу все теории и мысли были высказаны.       А Жан иногда задавал вопросы и улыбался, смотря на то, как парень жестикулирует. ***       Слёзы - самое редкое, что случается с четвёртым. Он, казалось, не умел плакать, но это была не правда. Хоть он и не подавал вида, рыжик иногда не мог контролировать всё.       Слёзы могли просто выступить и не заканчиваться. От усталости? От злости? От отвращения? Да.       Это всегда было из-за моральной боли, а не очередных ран. Физически его можно было довести очень редко.       Возвращаясь с тренировки, Веснински мог упасть на кровать и смотреть в потолок, чувствуя, как маленькие солёные капли стекают по лицу и пропадают на подушке. - Как же я устал, - бормотал он, не в силах поднять руки. - Ниэль? - вот именно с этим Жан поначалу тоже не знал что делать. Он просто сидел рядом и выслушивал, пытаясь поддержать, всегда получая позже улыбку или другую плату. - Да, всё в порядке. Я не знаю, просто очень устал. Такое чувство, что мне сейчас на плечи опустили целый мир и мне очень хочется согнуться. Нет, я так не сделаю, - всхлипывая пытался говорить он, - Но я не знаю как это отпустить. Я вроде не беру на себя так много... - Тебе нужно отдохнуть, - вздохнул третий, с болью смотря на друга, - Это нормально, просто уставать. - Хочу на время куда-нибудь уехать. Пропасть, забыться. Знаешь? - он не заметил кивка, - Летом я думал полететь к Стюарту. Ты поедешь со мной? - Нат, ты же знаешь, что... - Нет, нет, забудь про деньги. Просто, ты полетишь? - Конечно, - вздохнул Моро, он не врал. - Хорошо. Спасибо. Ты - моя семья, поэтому... Блять, я не могу, - он потёр глаза, шмыгнув носом, - В таких разговорах все мои навыки утрачиваются, - рыжик слабо улыбнулся. - Ты тоже моя маленькая семья, Ниэль, - Жан слегка улыбнулся, чувствуя разливающееся по телу тепло от этих слов.       Семья... Да, они были крохотной семейкой.       Они были нужны друг другу. Каждому из них нужен был тот, кому они смогут доверять.              Порезы и битые костяшки - самая больная и неприятная тема для обоих.       Пойманный на первом из-за случайного касания к плечу, Натаниэль боялся, что скажет ему друг. Какая будет реакция?       Моро с силой закрыл глаза, до белых искр, когда увидел, как от легкого касания, парень скривился. - Это то, о чём я думаю? - шёпотом спросил он. - Жан... - Только не ври, пожалуйста. - Я не знаю, о чём ты думаешь, - попытался отсрочить разговор рыжик, сдерживая себя, как бы не сделать шаг назад. - Ты режешься?       Услышать тяжёлый вздох было проще, но всё так же больно. - Ниэль, - чувствуя ком в горле позвал третий, открывая глаза.       Парень слегка дрожал, опустив глаза в пол, словно его наругали, он боялся. - - Я... это было два раза... когда я... не успел, - сглотнул Веснински. Картинки о том, как Рико выворачивает руку Моро, и о том,что происходит дальше пролетели мимо глаз, заставляя скривиться. Помимо искренней злости, четвёртый чувствовал вину. Он не давал никому обещаний, ничего, но он поклялся сам себе оберегать единственного близкого человека. - Боже, - выдохнул Жан, прекрасно понимая о чём идёт речь, - Ты не виноват, Ниэль, - "всё нормально", хотел добавить француз.       Но нормально в Гнезде никогда не было. - - Я не собираюсь, ну, вскрыться, - мямлил Веснински, - Я не знаю, как это вышло... Просто... Мне стало страшно и больно... И я злился... Как в тумане... - Послушай... - Это могло мне вернуться, чуть остыть. Я не понял даже сначала что творю. - Это нехорошо, ты меня напугал очень, - прошептал третий. - Изв... - Нет, не извиняйся. Я очень переживаю за тебя, и... - Сигареты не помогли, я просто не знал чем их заменить. ***       Прошло много времени до того, как случилась первая перебранка Моро с сокомандниками.       Вратарь, буквально накинулся на Веснински, хватая его за шею и шипя что-то в лицо. Судя по тому, как то покраснело, парень планировал задушить третьего, если не сломать ему шею.       Возникший рядом Жан со всей силой схватил парня за руку и впился, пытаясь максимально надавить, чтобы прекратить это. - Отпусти его, - говорил он, смотря в карие глаза, которые поднялись на него. Голкипер опешил, не привыкши к тому, что Натаниэля кто-то защищает, и что это - Моро.       Рука расслабилась моментально и сразу была отброшена защитником, который в этот же момент отодвинул друга в бок. - Совсем ебанулся? - шипел третий, мельком замечая, как откашливается рыжик. - Ты что, смелости набрался? - пытаясь скрыть удивление попытался съюлить тот. - Только попробуй что-то такое выкинуть, я тебе голову пробью. - Ты то, - попытался рассмеяться парень, но не успел. Не слабый удар пришёл по скуле, а сильная рука стала его шею. - Ты его чуть не задушил, недоумок. Я предупредил.       От его пальцев на чужом теле точно будут следы.