Часть 3

Она ходила по дому и, включая свет в каждой комнате, пыталась подарить себе хоть небольшое чувство безопасности. Но паника всё накатывала на неё новыми волнами, не давая сосредоточиться, чтобы связать всё в единую фразу. Но через пару минут выполнения дыхательных упражнений она смогла её сформулировать — как так вышло, что, уснув в гостиной во время уборки, она не только умудрилась проснуться в своей комнате, но и оставить на ноутбуке включённым сериал, который ни разу не смотрела? Откуда взялись эти провалы в памяти? Раньше она подобного за собой не замечала. Хотя раньше все её дни шли по строгому расписанию, почти никогда не сбиваясь со своего ритма. Но вот последние дни напоминали ей полнейший хаос, который она так не одобряла и из-за чего чувствовала себя растеряно. Пока Рашиа не могла определиться со своей реакцией на происходящее, поэтому решила заняться на данный момент самым важным — безопасностью. Она обходит дом три раза, перепроверяя, закрыты ли все окна и двери, и, удостоверившись, пытается выдохнуть спокойно. Но у неё не выходит. Хриплый звук, вызванный тревогой последних дней, вырывается из горла и разрушает привычную тишину гостиной. Ей не нравится, как её эмоции влияют на неё. Она поднимается по скрипучей лестнице и направляется в ванную, намереваясь умыться холодной водой, чтобы привести свои мысли в порядок. Сейчас они находятся в хаосе, то разбегаются от неё, то слишком настойчиво лезут в голову, вызывая новый приступ беспокойства. Для того чтобы унять собственные переживания, она вновь перечитывает последние записи. Облегчение находит на неё, словно цунами — там не появилось ни единого нового слова, лишь уже знакомые кривые буквы Сета, стоящие прямо перед её идеально каллиграфическими. Из-за этого пропавшего вечера в дневнике не появилось новой заметки. Это её обрадовало. Значит, Сета не было в доме, пока она спала. Кстати, может, она просто ходит во сне? В эту ночь желания вернуться в кровать не возникает, поэтому она решает взять пару книг из кабинета, но чтение почти сразу не заладилось. То Рашиа отвлекается на посторонние звуки с улицы, вызывающие у неё мелкую, едва заметную дрожь, то ходит на кухню, чтобы в сотый раз проверить капающий кран, издававший неприятные скрипы, то видит в тенях дома незнакомые силуэты людей. Это её, разумеется, пугает. Ужас постепенно захватывает её мысли. Поэтому через пару минут Рашиа приходит к выводу, что гостиная слишком открыта для неё, отовсюду она чувствует чей-то взгляд, стремящийся к ней из темноты, и, с бешено стучащим сердцем, не оборачиваясь, бежит на второй этаж, раскрывает дверь в ванную и запирается там. Впервые это тесное пространство дарит ей маломальское чувство комфорта. Может, она сходит с ума? Рашиа слышала, что сумасшедшие начинают как раз с подобного. Но постепенно она приходит в себя, и в голове проясняется, отталкивая такие мысли. Чтобы окончательно успокоиться, Рашиа решает принять душ и немного взбодриться. Но, как оказалось, даже горячая вода, стекающая по телу и дарящая уже привычное расслабление, не может справиться с её тревогой. Пытаясь вернуть былое умиротворение, она пытается считать от одного до десяти, но довольно скоро это перестаёт работать, потому что возвращается затруднённое дыхание, поэтому она начинает перечислять факты о себе. Её зовут Рашиа, ей девятнадцать, живёт в этом доме уже… Сколько она здесь живёт? Она напрягает память, но внутри не появляется ни единой подсказки, за которую можно было бы зацепиться. Через пару минут этих безрезультатных потуг она решает проигнорировать этот провал в памяти, списав на усталость. Что же ещё она знает о себе? Она любит готовить, убираться, читать и… считается ли писательство любимым занятием, если она ничего в этой сфере так и не сделала, лишь попивала чаёк и наслаждалась приятным запахом вишни в кабинете? Наверное, нет. Подобное перечисление помогло ей успокоиться, но, заметив мелкую дрожь в руках, в итоге она решает начать с самого начала. Её зовут Рашиа, ей девятнадцать, она живёт здесь уже… какое-то время, она учится… снова заминка. Пытаясь найти интересующую её информацию в собственных воспоминаниях, у неё начинает раскалываться голова, пуская по телу ещё одну неприятную волну едва заметной дрожи. Вместо ответа на свой вопрос она находит лишь дыру в памяти, находясь рядом с которой, она чувствует себя тревожно. И вот опять, надеясь привести себя в равновесие, она начинает по новой. Её зовут Рашиа, ей девятнадцать, она живёт здесь и… Почему она так мало помнит о своей жизни? Может, провалы в памяти у неё были изначально, а она их просто не замечала? А если это не единичный случай? Решает, что лучший способ справиться — задавать себе наводящие вопросы. Первый про детство. Что она помнит про него? В основном… просто приятное ощущение в груди? Какого чёрта у неё нет ни единого воспоминания о детстве? Хорошо, с этим она справится позже. Наверное, лучше выбрать временной промежуток, поближе к нынешнему. Тогда… у кого она снимает квартиру? Это просто. Хозяином дома был мелкий мужичок, с неприятными редкими усиками мышиного цвета и неизменно мятом твидовом костюме. А ещё у него отвратительный характер. На этот она смогла ответить, тогда следующий. Как она нашла эту квартиру? И вот опять эта пропасть. В голове ни единой мысли не возникает. Ощущение, что ее воспоминания просто испарились, оставляя после себя чистый лист. Эта пустота довольно сильно напрягает её. В конце концов она хоть и выходит из себя, но не позволяет гневу наполнить себя полностью, и, поэтому, завернувшись в махровое полотенце после душа, отправляется обратно к себе в спальню, решительно настроенная всё же лечь спать сегодня. Но это ей не помогает и на безумной скорости разум наполняют вопросы: как она здесь оказалась? Откуда она приехала? Есть ли у неё приятели или кто-то близкий? Может ли Сет быть одним из этих забытых старых друзей? Через полчаса непрерывного обдумывания всех возникших у неё в голове теорий о её прошлом, она возвращается в гостиную и решает посмотреть, что же её так заинтересовало в сериале, раз она не только решила нарушить тишину во время ежедневной уборки и посмотреть его, но и оставила включённым на весь день. Оказалось, что он был небанальным, но при этом не грузил сложностью сюжета. В конце концов Рашиа приходит к выводу, что он ей нравится. Несмотря на невнятное бормотание в ноутбуке, она слышит урчание в своём животе. Для готовки у неё настроения совершенно точно нет, поэтому она решает вызвать обычную доставку. По дому разнёсся звонок, пронзительно сообщая ей о прибытии курьера. Довольно улыбнувшись его скорости, Рашиа открывает входную дверь, встречая на пороге милую светловолосую женщину в зелёной униформе. — Здравствуйте, вот ваш заказ, — она протягивает ей бланк для заполнения. Быстро черкнув свою подпись на бумаге, Рашиа забирает заказ и благодарит: — Спасибо, мы не думали, что вы придёте так быстро. На секунду она смутилась своим словам, удивляясь, что обратилась к себе в третьем лице, но, заметив, что девушка не обратила на это никакого внимания, успокоилась, списав всё на усталость от переживаний. *** Через пару дней рутина и привычный распорядок дня заполняют всё её время с самого утра до глубокой ночи. Она готовит, стирает, убирает, опять готовит… И опять по кругу. Это даёт ей возможность игнорировать все мысли о странных событиях, происходящих с ней. Она стала довольно часто теряться во времени, засыпать в одном месте, а потом просыпаться в другом. Один раз она даже очнулась во время просмотра какого-то триллера, когда должна была заняться написанием книги, сюжет которой так и не продвинулся. Чистые листы в её блокноте стали порядком надоедать, поэтому она просто исчеркала его ярко-красной ручкой. Результат её удовлетворил, и она повесила его на холодильник. Если говорить в общем, то эта часть жизни никак не изменилась. А вот изменения хоть и сначала доводили её до белого каления, в конце концов прижились. Но, как оказалось, перемены затронули не только это. Теперь вещи перемещаются со своих мест на совершенно случайные. Если раньше она клала книги на кухне, рядом с корзинкой с фруктами, то теперь они оказывались на этом серо-зелёном диване, чашки из старого деревянного буфета в гостиной перекочевали в пространство между холодильником и микроволновкой, а ноутбук оказывался где угодно, но только не на своём месте. Некоторые так лежащие на своих местах с самого её переезда вещи, к примеру, как картонная коробка, стоящая в кабинете, тоже поменяли своё местоположение. В этой картонной коробке хранились старые фотоальбомы и видеокассеты домовладельца. Едва она только въехала, он сразу же сообщил, что эту коробку ей нельзя ни трогать, ни передвигать. Но в последнее время она довольно часто нарушает составленные им правила, а он не приходит сюда уже очень давно, чтобы проверить состояние дома, поэтому выселение ей не грозит. Со временем Рашиа научилась относиться к этому проще и теперь могла без чувства паники, игнорируя свою тревожность, просто переставлять их обратно. В первый раз она смотрела на кружку, стоящую не на своём месте, как на врага. Мысленно решив, что подобное чувствовал бы каждый, внезапно заметив, что его вещи перемещаются по дому, Рашиа уходит, стараясь не обращать внимание на явно выделяющуюся на общем фоне фарфоровую чашку. Но через пару минут возвращается и некоторое время просто внимательно наблюдает за кружкой, будто ожидая нападения. В какой-то момент она устаёт стоять там и берёт кухонное полотенце, чтобы схватить чашку и трясущимися руками поставить её в буфет. Несмотря на всю чертовщину, происходившую в те дни, она привыкает к этому своеобразному распорядку дня и решает, что всё возвращается в свою обычную колею, и позволяет себе немного ослабить бдительность. Через время, когда её настороженность успокаивается, а все повседневные дела закончены и у неё появляется свободное время, она замечает за собой довольно непривычное желание послушать музыку. Это желание необычно для неё, как минимум потому, что тишину она считала гораздо лучшим способом отдохнуть и расслабиться. Но нынешнее желание буквально сводит её с ума. Она начинает злиться на то, что в голове витает всякая глупость, и практически выбегает на улицу. Здесь довольно прохладно, но это ей не мешает. Раздражённая, Рашиа решает направиться к её любимой кондитерской, где продавали лучшую, по её скромному мнению, выпечку с вишней. Но она разворачивается обратно почти у входа, вспоминая, что все её деньги остались дома. После возвращения домой на Рашиа, всё ещё расстроенную отсутствием вишнёвых булочек в шкафу, накатывает слабость, головная боль и дикое желание поспать, которому она поддаётся. *** Идя по незнакомой трассе, со всех сторон окружённой хвойным лесом, она чувствует, что в голове царит полная пустота. Ни мыслей, ни целей, ни желаний. Впереди прямо на дороге стоит мужчина небольшого роста со светлыми волосами и приветливо машет рукой. В совершенно безмолвной трассе она чувствует единственное непреодолимое желание подойти к нему. Сначала она идёт медленно, лёгким шагом, не совсем уверенная, нужно ли ей приближаться к нему, но, заметив, что светловолосый мужчина отдаляется от неё, она уже через мгновение срывается на бег. Но он оказывается всё дальше и дальше, как бы быстро она не спешила. В оглушительной тишине этой дороги она не слышит ничего, кроме своего затруднённого бегом дыхания, сжимающего её лёгкие в тиски. Непонятное ей отчаяние наполняет Рашиа, как только она замечает, что мужской силуэт окончательно растворился вдали, оставляя после себя лишь мутную дымку. Видимо, неведомое ей чувство подавленности внутри её сна будит её, оставляя во рту вкус горечи. По какой-то непонятной ей причине, первой мыслью, появившейся у неё в голове, едва она только проснулась, стал вопрос, который она не задавала себе до этого момента: где её родители?