Часть 1

Гермиона, сбежав из общей гостиной, в которой творилась ужасно шумная истерия учеников из-за предстоящей игры против Слизерина, добралась на негнущихся после утомительных занятий ногах до библиотеки. Мадам Пинс, приметив девушку, прижимающую к груди несколько свитков, коротко кивнула и удалилась в свой крохотный кабинет. Это было привычное для них обеих приветствие. Библиотекарь встречала ее в это время здесь почти ежедневно. Гермиона прошла по пустому в этот поздний час читальному залу и заняла свою любимую парту у окна. Разложила свои свитки, вытащила из сумки перо, чернильницу и учебник по зельеварению. Для написания эссе у нее было ещё пять дней, но она никогда не откладывала выполнение домашних заданий, а любила выполнять их как можно раньше. Да и нашелся отличный повод покинуть гостиную, которая вмиг после ужина превратилась в тренерскую комнату, в которой игроки в квиддич слишком шумно и эмоционально обсуждали тактику для завтрашней игры, совершенно не обращая внимания на остальных учеников Гриффиндор. - Что ж, приступим, - шепнув себе под нос, она раскрыла учебник на нужной странице и погрузилась в чтение, подперев подбородок кулаком. Но очень скоро от чтения ее отвлекли два голоса и шум шагов по каменному полу. Гермиона покачала головой, кому ещё вдруг вечером пятницы захотелось отправиться в библиотеку? Шаги стихли за книжными стеллажами. И голоса, приглушенные до напряженного шепота, стали более различимы. - Драко, я ведь сказала, что прижму тебя к стенке. Я это сделала. Ответь, почему не хочешь говорить, чем пахла амортенция для тебя на уроке? Гермиона поморщилась. В библиотеке были Паркинсон и Малфой. О, нет! Только не он! Ей вовсе не хотелось слышать их разговор, да и они почему-то не удосужились проверить, нет ли кого рядом. - Отвали, Пэнс! - прошипел голос Малфоя в ответ. - Ну уж нет, ты мне ответишь! - Я сказал нет! - Неужели Блейз был прав, когда ляпнул, что ты почувствовал запах ее шампуня? Поэтому не хочешь мне признаться? Малфой тихо выругался. Подошвы его туфель заскрипели по полу, будто он начал ходить из стороны в сторону, будто загнанный в клетку зверь. - Ты совсем спятила, Пэнси? Совершенно рехнулась? - Нет, Драко. Это ты рехнулся! Я же видела, как ты на нее поглядывал сегодня на уроке. Одумайся, это же зубрила Грейнджер! Сердце Гермионы пропустило удар. Что ещё это значит? Сжав рукой подол своей юбки, она прижала ко рту свободную ладонь, чтобы не издать ни звука. Что, черт возьми, происходит? - Не твое дело, Паркинсон! - низким голосом ответил Малфой, - Не лезь ко мне! Отвали! - Идиот… Какой же ты идиот! Послышался громкий всхлип, после которого стремительным шагом Пэнси удалилась. Спустя несколько секунд послышался ещё один всхлип и стук закрывающейся двери. В воцарившейся на минуту тишине Гермиона, все ещё прижимающая ладонь к губам, отчаянно думала, уйдет ли следом за Паркинсон хорек или ему вдруг захочется обойти стеллажи и наткнуться на нее, поневоле ставшую свидетелем разговора, который она никогда не должна была услышать. Вдруг звук удара по книжной полке оказался совсем недалеко от того места, где она сидела, отчего она громко ахнула. Шаги за ее спиной не заставили себя долго ждать. - Блядь, - услышав за своей спиной ругательство, она медленно развернулась и встретила хмурый взгляд серых глаз. Малфой не был шокирован. Он был подавлен. Гермиона и раньше замечала, что он выглядит неважно, но сейчас она разглядела его поближе, заметив внушительные синяки под его глазами, сжатые в тонкую полоску потрескавшиеся губы и взлохмаченные платиновые волосы. Его слизеринский галстук был небрежно оттянут вниз, а руки крепко сжаты в кулаки. - Грейнджер, - произнес он на выдохе, - Ну, конечно! Кто же ещё мог сидеть здесь в это время… - Малфой, - выдавила она из себя. Ее уголки губ дернулись вниз. - Ты все слышала… Теперь ты знаешь… - А что я слышала? - она поднялась со стула и развернулась всем телом к Малфою, который продолжал буравить ее своим хмурым взглядом. - Ты ведь самая умная, не надо сейчас притворяться, что ничего не поняла, - он наконец разжал кулаки и прошел по узкому проходу между парт, останавливаясь слишком близко с ней, отчего она с испугом дернулась, но отступать ей было некуда, она оказалась в ловушке между его телом, партой и окном позади нее. - Что ты делаешь, Малфой? - Чертова амортенция, Грейнджер! - почти проревел он в ответ и ткнул пальцем в ее раскрытый учебник по зельеварению на столе, - Как ты там сказала сегодня, когда Слизнорт тебя спросил? Что она пахнет для каждого по-разному, в зависимости от того, что человеку нравится? - Д-да, - заикнувшись, Гермиона покосилась в сторону учебника, - Так и есть! - Этот урод не нашел более подходящего момента, чтобы сварить и продемонстрировать это дерьмо? А, Грейнджер? Именно тогда, когда… Малфой резко замолчал, закусив губу, и покачал головой, отчего пряди волос упали на его воспаленные глаза. - Ты почувствовал запах моих волос? Малфой? Гермиона с трудом узнала свой голос. Он сильно дрожал и будто вибрировал в воздухе. - Да… Из всех возможных вариантов, это оказался запах твоего гребанного шампуня. Чем он у тебя пахнет? Зеленым яблоком, а? Ошарашенная гриффиндорка кивнула. - Чертов Забини! Чертова Паркинсон! Они знают, слишком много знают! А ещё ты! Я ведь должен был тебя ненавидеть, как и раньше… также, как и ты меня… Говоря эти рваные фразы, Драко Малфой с отчаянием запустил пальцы в волосы и с силой их потянул. - Да… мы должны были продолжать друг друга ненавидеть, ты прав, - со вздохом Гермиона обхватила себя руками, сжавшись, будто от холода. Она вовсе не хотела продолжать этот разговор, но слова будто сами полились из нее, - Я никому не скажу, Малфой, если ты беспокоишься об этом. Никто больше не узнает. Да и это ничего не значит. Это всего лишь амортенция… - Всего лишь? - хмыкнул он в ответ, вновь вперившись в нее взглядом, - А скажи, чем пахнет она для тебя, Грейнджер? Чем пахнет от Уизли? - Что? - моргнув, Гермиона отшатнулась, - Я не совсем понимаю… - Запах скошенной травы, нового пергамента и? Что было там еще? Ты ведь не договорила! - Малфой вновь опустил голос до шепота. На его лбу блестели капельки пота, а руки подрагивали. - Мята, - нехотя отозвалась она, поджав губы, - Мятные леденцы из Сладкого королевства… Знаешь, такие… - Вот эти? - Малфой запустил руку в карман своих школьных брюк и на его ладони оказалась круглая металлическая банка тех самых леденцов. На его лице вдруг появилась растерянность. Приподняв бровь, он протянул банку Гермионе. - Теперь и ты знаешь, - опустив глаза, она приняла банку леденцов и открыла ее, втягивая в себя аромат мяты, - Моя амортенция пахнет твоими любимыми конфетами… Черт возьми… - Ты сумасшедшая, Грейнджер, - Драко покачал головой, услышанное не могло улечься в его мозгу. Это слишком! Закрыв дрожащими пальцами банку, она вернула ее Драко и развернулась к парте, чтобы собрать с нее свои вещи. Ей нужно было скорее унести отсюда свои ноги. Ее нижняя губа подрагивала, а слезы были готовы хлынуть из глаз. Она так надеялась, что это временно. Что это всего лишь временное помутнение ее рассудка. Как же этот самодовольный белый хорек мог ей нравиться? Это же чертов Малфой, ненавидящий магглорожденных, таких как она. Это ведь тот самый ненавистный Малфой, который все предыдущие пять лет издевался над ней. Но с начала сентября он вдруг перестал к ней цепляться, прекратил задирать подбородок, проходя мимо нее, да и вообще стал совершенно другим. Его язвительные усмешки перестали нарушать тишину на уроках, к Поттеру он тоже цепляться перестал, Крэбб и Гойл больше не сопровождали его в коридорах Хогвартса, а сам он больше стал похож на невидимку, бледную копию самого себя. - Куда ты? - придя в себя, Малфой прислонился бедром к парте. Его ноги вмиг ослабли, когда весь смысл их разговора наконец был понят. - Спать. Я отправляюсь спать, Малфой, - слабым голосом отозвалась Гермиона, тряхнув головой. - Я… провожу.. уже поздно… - Что? Малфой? - она закинула свитки в сумку и набросила ее ремень себе на плечо, - Ты серьезно? - Почти девять часов, Грейнджер, если ты не заметила, - Драко выпустил гриффиндорку в проход между партами и тяжелой поступью последовал за ней, - И… Что же будет дальше? Они вышли из библиотеки и направились в сторону главного коридора. Гермиона от напряжения прикусила внутреннюю часть щеки, стараясь не думать о том, что в коридоре кто-то мог наткнуться на них. - А что дальше? - эхом отозвалась она. - Ну… Я тебе признался, что больше не испытываю к тебе ненависти. - Как великодушно с твоей стороны, Малфой! - из ее груди вырвался невеселый смешок, - Я так счастлива! - Да и ты, вроде как, сказала кое что такое, что в корне всё меняет, - Малфой сунул руки в карманы брюк, чтобы хоть как-то придать своему телу более привычный вид, пока он шел по коридору не с кем-то , а именно с Грейнджер, к которой давно не смел подойти ближе чем на пару метров. - Что? Теперь ты хочешь общаться со мной? Ты сбрендил? Я же грязнокровка! Я же невыносимая зубрила! Я же подстилка Поттера! И как ты там ещё говорил? Говоря все это, она резко остановилась и ткнула пальцем в грудь опустившему голову Драко, когда он чуть не налетел на нее со спины. - Говорил. Да. Но это не значит, что я так считаю… Это ничего не значит… Я готов… - Что? Хочешь извиниться? - она наконец дала волю слезам, они покатились по ее бледным щекам, задевая уголки опущенных губ. - Я не смогу извиниться так, чтобы ты приняла мои извинения… Вероятно, мне необходимо некоторое время, чтобы ты смогла меня простить… - Некоторое время, - горько усмехнувшись, Гермиона отшатнулась, сжала ремень сумки на своем плече, - Малфой, не надо… - Иди сюда, Грейнджер! - он вовсе не планировал этого, но даже его черствая душа не смогла терпеть ее горьких слез, катящихся по ее лицу. Развернув девушку к себе и прижав ее к своей груди, он дрожащими руками погладил копну ее непослушных волос, положив голову на ее затылок. Все верно, это чертово зеленое яблоко, карамель и запах новых книг. Гермиона Грейнджер пахла точь в точь так, как пахла Амортенция на сегодняшнем уроке Слизнорта. Но даже полчаса назад Драко и не смел мечтать, что вновь услышит этот аромат так близко. - Паркинсон права, Драко. Ты идиот! - Гермиона, всхлипнув, безвольно опустила руки, перестав пытаться выбраться из крепких объятий парня, за которым украдкой наблюдала последние несколько недель, не понимая, что же стало причиной изменений в нем. - Ты впервые произнесла мое имя. Ты точно мозгами поехала, Гермиона! - смешок вырвался из его груди, - Вот… блядь… - Ты тоже! Совершенно сошел с ума, - отозвалась гриффиндорка, начав невесело смеяться, размазывая слезы по рубашке на его груди. - Как думаешь, - Драко опустил ладонь на девичью спину и чуть сжал пальцы на ее шерстяной жилетке, - Если кто-то сейчас окажется в этом коридоре, что он подумает? Что мир перевернулся? - Определенно. - Ну и похуй. Теперь уже похуй.