Chapter 67

       Сегодня тот самый день. Я официально еду в Нью-Йорк. Я нервничала. Боялась. Ужасалась. И любой другой синоним, который вы могли бы придумать, я, вероятно, чувствовала все это.        Чемоданы были собраны, паспорт готов. Сегодня 24 августа, и общежития уже готовы к заселению. Я до сих пор понятия не имела, кто мой сосед по комнате, и, честно говоря, была ужасно взволнована из-за этого. Я слышала истории о ужасных соседях по комнате, не говоря уже о том, что мы с Гарри посмотрели на днях фильм «Соседка по комнате», а это определенно не помогало моим нервам.        Занятия начинались в сентябре, так что у меня было несколько дней, чтобы освоиться и привыкнуть к жизни в Нью-Йорке. Вдали от Гарри. Вдали от Скотти. Вдали от Майки. Как я смогу выжить?        Гарри собирался поехать со мной в Нью-Йорк, чтобы помочь мне распаковать вещи и все такое. Кроме того, он также был потрясен фильмом и хотел выяснить, с кем я буду жить. Я чувствовала себя более комфортно из-за того, что он ехал со мной. По крайней мере, это оттягивало наше расставание. Но всего на несколько дней.        — Я больше не хочу лететь. — Надулась я, когда мы направились к зоне безопасности аэропорта. Я пришла к выводу, что ужасно боюсь летать и не знаю, как часто буду это делать. Мы с Гарри обещали часто навещать друг друга, но для этого мне придется использовать самолет. Я не жду этого с нетерпением, но чувствую, что сделаю все, чтобы быть рядом с Гарри, включая перелеты.        — Все в порядке, детка. — Ответил он, неся свою коричневую кожаную сумку на плече, а также держа меня за руку и таща к парню с металлической палочкой-детектором.        — А если он разобьется? Или что-то пойдет не так, и он взорвется? Или его угонят?        — Ничего из этого не случится, я обещаю. — Был его быстрый ответ, который вернул меня к нашему предыдущему разговору во время моего первого полета на самолете.        — Гарри, ты не Рейвен Бакстер, не начинай это снова. — Рассмеялась я, и он нахмурился.        — Ты не знаешь историю моей жизни. — Защищался он, и я хихикнула, сжимая его руку, прежде чем отпустить, чтобы он мог пройти через охрану.        После того, как мы сняли весь металл с наших тел, и нас тщательно проверили на наличие оружия или любых других опасных предметов, мы направились к нашему самолету. Я очень нервничала, потому что мне совсем не хотелось лететь.        — Знаешь, мы должны вступить в mile high(*) клуб. — Прокомментировал Гарри, и у меня отвисла челюсть.        Я повернулась, чтобы увидеть его ухмылку, и мне было трудно не позволить легкой улыбке расползтись по моему лицу.        — Нет, конечно, не должны, извращенец.        Он усмехнулся, и я закатила глаза, снова хватая его за руку.        — Я просто шучу. Хотя я, наверное, не стал бы возражать, если бы ты этого хотела.        — Заткнись. — Пробормотала я, пытаясь сдержаться, чтобы не шлепнуть его по руке. Это плохая привычка, от которой мне нужно избавиться. На самом деле я очень жестокая. Хотя я сомневаюсь, что это причиняло ему боль.        — Хорошо, просто знай, что выбор за тобой. — Сказал он, и я мило ему улыбнулась.        — В твоих снах.        — Да, мне правда такое снилось. — Ответил он, и на этот раз я не удержалась и шлепнула его. Он поднял руки в знак капитуляции, и его фирменная ухмылка сияла на его губах, пока он сдерживал смех. — Шучу, шучу.        — Тупица. — Я покачала головой, тоже начиная смеяться.        — Ты не жаловалась на мою глупость прошлой ночью. — Он подмигнул мне, и мои глаза расширились, когда я ударила его еще сильнее.        — Все? Закончил? — Спросила я его, прекращая бить.        — Да. — Вздохнул он, и я рассмеялась, кивнув головой и следуя за ним в самолет.        Прошло около получаса, и вот мы пристегнулись к нашим сиденьям в самолете. Мое место было у окна, и мы готовились к взлету.        В этот момент я была на пике стресса, мне не нравилось взлетать так же, как и садиться, когда дело касалось полетов на самолете. Гарри пытался отвлечь меня, как и в предыдущие два раза, но на этот раз это не срабатывало. Если летать с Гарри так страшно, то как я переживу полет на самолете в одиночку?        Он взял меня за руку, а я сжала его, и наш самолет взлетел. Я закрыла глаза и начала мысленно петь алфавит. Не знаю зачем. Наверное, это меня отвлекало.        Когда я добралась до буквы «я», меня снова охватила паника. Поэтому я повторила алфавит заново.        Наконец я почувствовала, что самолет двигался в нормальном направлении, больше не устремляясь в небо, и я с облегчением выдохнула, открывая глаза и поворачиваясь к Гарри. На его лице играла веселая улыбка, и я закатила глаза, откинув голову назад и уставившись на сиденье передо мной.        — Не знаю, как я буду все время летать на самолете. — Пробормотала я.        — Ты сама решила поступать в Америку. — Ответил Гарри. и хотя я знала, то он просто шутит, мне был немного обидно.        — Ну, я все это спланировала, потому что у меня ничего нет в Англии. — Огрызнулась я и тут же почувствовала себя плохо, когда глаза Гарри расширились.        — У тебя много чего в Англии. — Нахмурился Гарри, и я почувствовала, как на глаза навернулись слезы, но тут же прогнала их. Я и так сегодня эмоциональна, а этот разговор не спасает. Хотя это была отчасти моя вина, что я заговорила об этом.        — У меня есть ты и Скотти. И Майки. Вот и все. -Ответила я. — А что еще? У меня нет других друзей, у меня нет родителей, бабушек и дедушек, братьев и сестер, домашних животных. У меня даже дома больше нет.        Я понимала, что это, вероятно, не лучший разговор за несколько дней до нашего расставания или в самолете, но ничего не могла с собой поделать. Я чувствовала, что, поскольку сейчас не самая приятная неделя месяца, это способствует тому, что выходит из моего рта в данный момент.        — А разве нас недостаточно? — Тихо спросил Гарри, и мне захотелось ударить себя за то грустное выражение, которое я вызвала на его лице. Я не хотела этого делать.        — Достаточно. Вы для меня все. Просто… Я смотрю вокруг этого самолета и вижу нормальные семьи с нормальными детьми, которые летят обычным рейсом в Нью-Йорк. Это то, чего я не могу понять. У меня была стервозная няня, в то время как мои родители жили в Лондоне практически всю мою жизнь. И когда я приняла это решение, я знала, что у меня нет ничего из этого. Так зачем же учиться в университете в Англии, где все напоминает мне о том, чего у меня не было? И я хочу сделать карьеру в издательстве, а какое место было бы для этого более идеальным, чем Нью-Йорк? А это то, о чем я мечтала всю свою жизнь. Уехать из Англии и отправиться в какое-нибудь новое место. Начать все сначала. Но теперь я нашла причину остаться, и это то, чего я хочу сейчас. Я не хочу уезжать в Нью-Йорк и оставлять тебя, Скотти или Майки. Я просто хочу провести остаток своей жизни с вами, ребята, а не в Нью-Йорке. — Я глубоко вздохнула после своего длинного монолога, а затем продолжила. — Но в том-то и проблема, что я застряла в Нью-Йорке. У меня гребаная стипендия, общежитие, соседка по комнате, и все это становится реальным, а я действительно больше не хочу этого. И я не знаю, что делать. — Слезы наполнили мои глаза, и одна из них вырвалась против моей воли. Гарри тут же смахнул ее, задвинул подлокотник между нами и притянул меня к себе.        — Тебе понравится Нью-Йорк, Рэнди. Не позволяй нам отрывать тебя от твоей мечты. — Прошептал он мне в волосы, оставляя поцелуй.        — Но сейчас я мечтаю жить в Англии, поступить там в университет и быть с вами. Я не хочу ехать в Нью-Йорк одна, Гарри. Ты знаешь, как это ужасно? Как я смогу завести друзей, если у меня их даже в Англии не было? Я там буду просто одиночкой. Мне так страшно. — Я уже всхлипывала и не понимала, как это у меня еще не кончились слезы. Я буквально проплакала всю прошлую ночь, а сегодня утром задумывалась, что у меня в организме кончилась вода. Но вот мы здесь.        — Твоя мечта — стать издателем. Ты не можешь позволить своим страхам сдерживать тебя. И все тебя полюбят, Рэнди, как тебя не любить? Ты невероятно остроумная и забавная, немного саркастичная, но как без этого? Ты одна из самых добрых людей, которых я знаю, хотя и пытаешься скрыть это за суровым личиком. Ты действительно понимаешь шутки и так же хорошо их выдаешь. Ты прекрасна. — Прошептал он, уткнувшись носом в мою щеку и оставив быстрый поцелуй. — Ты просто совершенство. Все ребята будут выстраиваться в очередь, чтобы подружиться с тобой. — Он отстранился, улыбаясь мне своей искренней улыбкой, и я не смогла сдержаться. Слезы перестали течь, и я обняла его.        — Я тебя люблю. — Прошептала я, вздыхая запах одеколона, которым он всегда пользовался, и уткнулась лицом ему в шею.        — Я люблю тебя больше. Ты прекрасно справишься. А что касается самолета, то тебе не придется летать, если не захочешь. Я буду навещать тебя все время, по выходным, на зимних и весенних каникулах, всегда, когда смогу. Я уверен, что и Скотти с Майки тоже будут прилетать. Тебе даже не нужно будет уезжать из Нью-Йорка. Все наладится, пожалуйста, не волнуйся.        В этот момент я уже практически сидела у него на коленях, и мне было наплевать на всех остальных в самолете. Я уверена, что мои рыдания привлекли внимание некоторых людей, но кого это волнует?        — Это просто страшно. До меня только начало доходить, что я переезжаю. Я всегда буду в 7 часах полета на самолете от тебя. Разве это не самая страшная мысль на свете? Если что-то случится, ты будешь в 7 часах. И не говоря уже о 5-часовой разнице во времени.        — Знаю, но все будет хорошо. У тебя появятся новые друзья, и ты, вероятно, даже не заметишь, что я так далеко. — Гарри грустно улыбнулся, и я посмотрела на него в шоке.        — Каждую секунду каждого дня я буду замечать это. — Заявила я, глядя на него так, словно у него выросла вторая голова. Или даже третья.        — Дело в том, что тебе будет так весело, что ты забудешь обо всех своих заботах и будешь счастлива, что поехала. Обещаю. — Он улыбнулся, и я вздохнула, положив голову ему на плечо. Теперь я устала в 10 раз больше, и все, чего я хотела — это спать.        — Не возражаешь, если я вздремну на тебе? — Тихо спросила я и почувствовала, как его грудь вздрогнула подо мной, когда он усмехнулся.        — Да, возражаю, слезь с меня. — С сарказмом ответил он, и я решила, что у меня даже нет сил, чтобы ударить его. Так что я притворилась, что сделала это в своей голове. Хорошая техника совладания, нужно будет использовать в будущем.        Как только мои глаза закрылись, я почувствовала, как засыпаю. Когда мир вокруг меня начал исчезать, я оказалась в другом. Видя сны о Гарри, Статуе Свободы и полете на самолете, который скоро разлучит нас.

***

       Я почувствовала, как кто-то трясет меня за плечо, прежде чем услышала, как кто-то заговорил.        — Рэнди, детка, проснись.        Я улыбнулась ласковому имени, зная, чей это голос, а также чья рука трясет меня, прежде чем неохотно открыть глаза. Несколько раз моргнув, я оглядела большой самолет, когда ко мне вернулось зрение, и увидела, что люди встают и выходят.        — О боже, я проспала всю посадку? — Да! Мне не пришлось терпеть ужаса от того, как шаткий самолет ударился о землю. Слава Господу.        — Весь полет, детка. Твой храп был таким неловким.        — О Господи, люди меня слышали? — Мои глаза расширились. Я не знала, что храплю.        — Да, ты даже разбудила какого-то спящего старика. После этого он уже не смог заснуть. И ребенок все время плакал из-за этого. Думаю, ты его напугала.        — О, Боже, это так неловко. — Ахнула я, закрыв лицо руками. — Мне жаль. — Он расхохотался, и только тогда я поняла, что это шутка. — Ух ты, Гарри, молодец. Ты должен быть комиком. — Сухо заявила я, сдерживаясь, чтобы не закатить глаза.        — К сожалению, ты не храпишь. Или к счастью. Все зависит от того, как на это посмотреть.        — Ты идиот, напугал меня. — Выругалась я, вставая с кресла, чтобы выйти из этого ужасного самолета. Мне стыдно, что ему придется ехать домой одному.        — Прости. Хотя, согласись, это было довольно забавно. — Он усмехнулся, и на этот раз я все-таки не удержалась и закатила глаза.        — Повторюсь, ты должен быть комиком. — Саркастически сказала я ему, на что он самодовольно улыбнулся.        — Знаю.