Пролог

— У меня так не выходит, потому что я младше, — с досадой смотрю, как очередная брошенная в озеро галька с бульканьем уходит ко дну, оставляя после себя круги. И как Тэхён это делает? Запущенный им камень проскакивает по поверхности минимум раз пять. — Смотри, — наклонившись, друг поднимает с земли будущий снаряд и, вложив его в мою ладонь, встает позади. — Отводишь руку назад… вот так… колени согни. Постарайся бросить его параллельно воде. Управляя моей кистью, он сам запускает камень в полет и впервые за часовую тренировку, это случается: он трижды задевает водную гладь, прежде чем похоронить себя в озере. — Йеееее!!!!! — от радости я начинаю пританцовывать на месте в сопровождении молчаливой улыбки Тэхёна. — Крутая я, да? Но, конечно, вряд ли бы у меня получилось, если ты не помог! — Я помог совсем немного. Потренируешься и будем устраивать между собой соревнования. — Вряд ли я смогу тебя победить. Мне десять, а тебе тринадцать, — сощурив глаза, я оценивающе осматриваю фигуру друга. — Правда, ты очень худой. Почему так? Ты мало ешь? Обычно Тэхёна не смущают бестактные вопросы, которые я задаю ему в больших количествах. Он лишь пожимает плечами: — Я нормально ем. Может быть, мой папа был худым. Тэхён сын нашей домработницы, Чахён, которую мама наняла чуть больше года назад. У нее длинные темные волосы, и она мало разговаривает. Мне и родителям она всегда улыбается, а на Тэхёна кричит. Я бы хотела запретить ей его обижать, но для этого я еще слишком маленькая. — Искупаемся? —Тэхён кивает головой в сторону озера и начинает стаскивать с себя футболку. У него худые руки, а на ключицах выпирают кости, но, несмотря на это, он кажется мне очень красивым. Особенно меня восхищают его темно-зеленые глаза и рот. Губы у Тэхёна полные и ярко-розовые, и я часто думаю, что хотела бы себе такие же. — А откуда у тебя такая родинка? — протянув руку, я касаюсь светло-коричневого пятна на его кончике носа. — Не знаю. — Она очень красивая. Тэхён переступает через снятые джинсы и морщится словно ему неприятно или стыдно. — Просто… она такая…некрасивая. — Неправда, — наклонившись, я поднимаю с земли его одежду и аккуратно складываю. Мама с четырёх лет приучила меня к чистоте и порядку. — Она красивая. И ты тоже красивый, хотя у тебя волосы вьются как у девчонки. Тэхён снова начинает улыбаться, демонстрируя ровные белые зубы. Повезло ему. Мама на прошлой неделе водила меня к дантисту, и он сказал, что мне необходимо поставить брекеты. Я сильно расстроилась, потому что видела эти страшные железки во рту у Ли Ынби: в школе над ней издеваются и называют Роботом, а Джексон Ван вообще запретил одноклассникам с ней общаться. К счастью, папа заверил, что мои брекеты будут очень дорогими и красивыми, и все, наоборот, будут мне завидовать. — Так ты пойдешь купаться? — скрестив руки на голой груди, Тэхён вопросительно смотрит на меня. — Почему не раздеваешься? Я и сама не могу понять, что со мной произошло за последние две недели. Если раньше, чтобы поплавать, я могла свободно раздеться перед Тэхёном до трусиков, то сейчас стала испытывать сильное смущение. — Нет. Ты иди, а я посмотрю. У меня купальника нет. Тэхён непонимающе хмурит темные брови, однако, мою внезапную стыдливость никак не комментирует, и вместо этого предлагает: — Ты можешь плавать в рубашке. — Нет, не могу. Мама купила мне ее совсем недавно. Это из последней коллекции… — я морщу лоб, пытаясь дословно воспроизвести фразу мамы, сказанную тете, но сложное название бренда, как назло, на ум совсем не идет. — В общем, рубашка очень дорогая, и я не могу ее испортить. Понятия не имею, для чего я говорю это Тэхёну, для которого совсем не имеет значение, во что я одета и какую сумму родители выложили за мою одежду. Возможно, так я хочу произвести на него впечатление. Потому что он красивее, чем я, старше, умнее и спокойнее, и мне хочется хотя бы в чем-то одержать над ним верх. Тем более, если мама с подругами любят рассказывать друг другу, сколько стоят их вещи, значит, в этом есть какой-то смысл. — Ну тогда постой на берегу. Я не буду плавать долго, — получив в ответ мой одобрительный кивок, Тэхён с разбегу ныряет в воду. Он не появляется над поверхностью так долго, что я начинаю паниковать. А что, если он ударился головой о дно? Захлебнулся? У него остановилось сердце? А если он умрет, то я никогда не увижу, как он прыгает с самодельной тарзанки, мы не сможем запускать гальку в воду, и не исполнится моя мечта учиться с ним в одной школе. Правда, папа говорил, что у Чахён никогда не будет столько денег, чтобы перевести Тэхёна в «Ёнсан». Когда Тэхён, наконец, выныривает и машет мне рукой, вместе с сошедшей волной паники я чувствую прилив злости. Дурак! Заставил меня так нервничать. — Вода супер тёплая, Лиса! Зря ты отказалась поплавать! — Ты придурок, Тэхён! Ты пробыл под водой больше минуты!! Если ты сейчас же не вылезешь, я выброшу твои джинсы в озеро! Свою угрозу я в жизнь, разумеется, приводить не собираюсь, потому что тогда Чахён будет снова его ругать за мокрую одежду, а я этого не хочу. Но в присутствии Тэхёна мне нравится быть эгоистичной и капризной, наверное, потому что он почти всегда мне в этом потакает. Вот и сейчас вместо того, чтобы плавать дальше, он разворачивается и гребет к берегу. — Твои волосы совсем прямые, когда мокрые, — замечаю я, когда он выходит из выходит из воды. — Может быть, тебе стоит их чаще мочить. — С ними уже ничего не сделаешь — они такие от природы, — смахнув с лица налипшую темную прядь, Тэхён поднимает с земли футболку и начинает натягивать ее на себя. — Для чего ты кричала? Я же сказал, что не буду плавать долго. — Потому что нам надо возвращаться обратно, — уловкой скрадываю свой недавний страх за него. — Твоя мама снова будет ругаться. Тэхён, как обычно, не спорит. Надевает джинсы и, подняв с земли мой рюкзак, закидывает его себе на плечо. — А у тебя вообще есть друзья, кроме меня? — спрашиваю его по дороге к дому, которая проходит через небольшую рощу, густо усаженную деревьями. Я люблю по ней гулять из-за тенистой прохлады, спасающей от летнего зноя, и из-за отсутствия людей. Можно ходить часами туда и обратно, и не встретить ни одного человека. — Мне не нужно много друзей. Достаточно одного, если он настоящий. Все-таки, Тэхён совсем не похож на моих приятелей по школе и тех, кто бывает у нас дома. Они все стараются друг другу понравится, потому что так принято. Думаю, так правильнее. — А мне кажется, что чем больше друзей, тем лучше. Разве может не нравится, когда тебя все любят? — А откуда ты знаешь, что они тебя любят, а не притворяются? Пока я раздумываю над этим непростым вопросом, из-за деревьев доносятся голоса. Тэхён заметно напрягается и, взяв меня за руку, ускоряет шаг. От такой реакции меня охватывает паника, которая усиливается с приближением шума разговора, но резко отпускает, когда я вижу его источник. К счастью, с появившимися подростками я хорошо знакома: это Джексон и его приятель Бэмбэм. Их родители дружны с моими, и они часто бывают у нас дома. Я выдергиваю руку из горячей ладони Тэхёна, мысленно злясь на него за то, что по его вине я снова испугалась. — Привет, Лиса, — с широкой улыбкой на лице Джексон шагает ко мне и целует в щеку, отчего я мгновенно краснею. Джексону тринадцать, и он самый популярный ученик в Ёнсан. Однажды директор Ким вызывал родителей Наны и ее подруги Соли за то, что они чуть не подрались из-за него на перемене. Неудивительно, ведь Джексон похож на популярного айдола: у него коричневые глаза и каштановые волосы, всегда уложенные в стильную прическу. И несмотря на то, что они с Тэхёном ровесники, он гораздо плечистее его и выглядит старше. — А кто это с тобой, Лиса? — из приветливого голос Джексона становится вкрадчивым, когда он переключает свое внимание на моего спутника. — Что за тощую подружку ты себе нашла? Я растерянно наблюдаю, как он встает перед Тэхёном и смеривает его насмешливым взглядом. Пальцы друга, стискивающие лямки моего рюкзака, белеют, так же, как и его лицо, но он продолжает молчать, никак не реагируя на брошенное оскорбление. — Сейчас делают операции по смене пола, ты слышал, как тебя там зовут? Я правда считаю, что тебе нужно пришить себе сиськи. Ты же вылитая девчонка: спишь на бигудях. Бэмбэм, наблюдающий за монологом друга начинает громко хохотать, а я совершенно не понимаю, как мне быть. Мне нравится Тэхён и нравится Джексон. По-разному, конечно. Тэхён ко мне добр и мне с ним спокойно. А Джексон… с ним все хотят дружить, и я не исключение. — У него нет денег на сиськи, бро, — заходится в приступе смеха Бэмбэм. — Может просто купить себе лифчик и набить его ватой. — Лиса, для чего ты водишься с ним? — оторвав взгляд от бледного Тэхёна, Джексон смотрит на меня, вопросительно изогнув бровь. — Вряд ли в школе кому-то понравится, если я расскажу, что ты общаешься с гермафродитом. Я понятия не имею, что означает слово «гермафродит», но перспектива стать изгоем как Робот Ынби меня сильно пугает. Я хочу дружить со своими сверстниками и нравиться им. Папа любит подчеркивать, что связи важны в жизни и нужно уметь их поддерживать. Бэмбэм продолжает хохотать, вызывая желание крикнуть ему заткнуться. Он нравится мне гораздо меньше, чем Джексон, и сейчас сильно раздражает. Сглотнув, я перевожу глаза на Тэхёна: он натянут как струна, шея напряжена, а грудь быстро и коротко вздымается. Почему он не может прекратить эту публичную порку? Почему ставит меня в неловкую ситуацию? Почему из-за него я должна выбирать? — Девчонка… — завывает Бэмбэм. Мои мысли лихорадочно мечутся. Я будто балансирую на краю обрыва, не понимая куда сделать шаг. Вправо или влево? С одной стороны находится мой лучший друг, а с другой — все, что кажется мне важным: имидж, популярность, признание сверстников. В последствии я очень часто буду жалеть, что в этот погожий день выбрала неправильную сторону. Так многое в будущем могло произойти по-другому, поступи я иначе: будь я смелее, а мои представления о счастливом будущем не такими уродливыми. Единственное мое оправдание — мне всего девять. — Он и правда похож на девчонку, — мой голос звенит звонко, на лице сияет фальшивая улыбка. Губы Джексона расплывается в удовлетворенном оскале, смех Бэмбэма оглушает и своей продолжительностью начинает походить на истерику. Ноги едва меня держат, руки дрожат, и все, о чем я могу думать, это о том, чтобы не смотреть на Тэхёна. Но я не выдерживаю и смотрю. Он по-прежнему стоит, глядя перед собой, только теперь его лицо покрыто багровыми пятнами. Мне мгновенно хочется забрать свои слова обратно, схватить его за руку и молить о прощении за то, что выдала его тайну, но я никак не могу решиться. Мой рюкзак с глухим звуком валится на землю и в эту же секунду происходит неожиданное: Тэхён резко подается головой вперед. Раздается мерзкий хруст и отчаянное завывание Джексона, который обеими ладонями зажимает окровавленный нос. Бэмбэм, наконец, перестает смеяться и теперь ошалело глазеет на друга. — Убью тебя, — мычит Джексон, склонившись над землей, на которую через его пальцы сочится темно-красная жидкость. — Убью тебя, нищеброд… — Беги, — пытаюсь крикнуть Тэхёну, который, застыв разглядывает корчащуюся фигуру обидчика, однако, из легких выходит лишь слабый свист. — Пожалуйста, беги, — сиплю чуть громче. Не взглянув на меня, Тэхён ловко уворачивается от Бэмбэма, который, очнувшись, шагает к нему с явным намерением отомстить за приятеля, и срывается с места. — Я превращу твою жизнь в ад, — продолжает сыпать угрозами Джексон вслед его быстро удаляющейся спине. — Поймаю и наголо обрею. Его угрозам не суждено было сбыться. В этот же день мама, вернувшаяся из салона красоты, обнаружила возле бассейна трех моих коллекционных кукол, купленных ею на аукционе. Их фарфоровые головы были разбиты вдребезги, а тела плавали в воде. Виновником вопиющего акта вандализма был признан Тэхён, который сам это подтвердил. Его мать была уволена без выплаты месячного жалования, и в тот же вечер они от нас съехали. Я проплакала неделю, несмотря на уверения родителей, что они обязательно купят мне новых кукол. Если бы в моих силах было повернуть время вспять, я это сделала. Но, увы, машину времени до сих пор не изобрели, а потому я буду проживать свою будущую историю согласно ошибкам прошлого.