Каждое утро

Час пик. Все спешат на работу. Он стоит в самом конце троллейбуса и смотрит в огни города. Так скажет любой стоящий рядом человек, но на самом дели, он вглядывается в отражение, чтобы увидеть её. Она почти всегда путешествует стоя, в одном и том же месте. Она всегда одета в зелёную зимнюю куртку, что в прочем не удивительно зимой, белую шапку-ушанку и чёрный шарф, в который она, то дело утыкалась носом и смотрела в пол. Ему всегда было интересно, о чём она думает, когда так делает. Она достала перчатки и надела их на свои руки, после чего покрепче схватилась за поручень, продолжая в другой руке держать рюкзак. Он замечал, что она почти постоянно в перчатках, что те 2 месяца назад, что сейчас. Даже наблюдая с далека он видел, что её руки быстро становились пунцовыми на морозе, и ему всегда хотелось подойти и отогреть их в своих руках. Но если он так сделает, то не отпустит её. Предпоследняя остановка, люди выходят из транспорта. И она решает присесть на только, что освободившееся место. Он продолжал стоять на месте, только уже более открыто смотреть на неё. Она взяла в руки телефон и принялсь читать. Она улыбалась. Он всё также стоит в стороне, как бы ему хотелось, чтобы она также улыбалась ему. Он прекрасно помнит её улыбку, хоть и наблюдал из-за её спины. Она часто приходит ему во снах, садится рядом, он кладёт свою голову ей на колени. А она читает ему, что-то из разряда "Страдания юного Вертера" или "Над пропастью во ржи". Именно с этими книгами, он замечал её в обеденные перерывы, когда шёл с коллегами в кафе напротив. Он любил вглядываться в чужие окна. Ему нравится, осознание того факта, что в одном из окон, наверное, есть человек испытывающий такие чувства, а если и нет... то он будет первым. Последняя остановка. Она встаёт и направляется к выходу. Он тоже должен идти, но отчего-то стоит. Позже мозг вернул контроль над ногами и он тоже направился на выход из транспрта.