Часть Четырнадцатая: Что бы ни случилось с...? (4-16 января 2011 года)

Вторник, 4 января 2011 г. Музей Создания Музыки Карлсбад, Калифорния Прекрасное механическое пианино было своего рода шедевром. И заботились о нём почти что с некой одержимостью. Кроме того, поскольку куратор музея был убеждён, что неиспользуемые для игры инструменты с возрастом портятся, играли на них регулярно. Однако даже зоркий глаз смотрителя не заметил одним поздним вечером череду гусениц, которые каким-то образом проникли в здание музея. Одна за другой, они медленно ползли вверх по корпусу инструмента, выбирая себе местечки, которые было не увидеть снаружи, и которые не мешали бы игре на пианино. Затем они прилепили себя к дереву и начали сбрасывать внешнюю оболочку, чтобы сформировать куколки.

<><>

Вечер субботы, 15 января 2011 г. Элит Элита разбудил звук смеха. И это был не обычный смех. Это был бесшабашный, заливистый хохот. Тот тип смеха, который издавал Убер, когда смотрел специальный выпуск Чарли Чаплина или, возможно, Лорел и Харди. Но почему он смеялся конкретно сейчас, Элит не имел понятия. С ворчанием он поднялся с кровати и, спотыкаясь, вышел в их главный гостиный зал. Компьютерное кресло стояло немного сбоку от клавиатуры, в то время как Убер валялся перед ним на полу, держась за рёбра и перекатываясь с боку на бок. Покачав головой, Элит подошёл ближе, вглядываясь в экран компьютера, чтобы посмотреть, что именно загрузил Убер на этот раз. К его удивлению, он увидел обычный городской пейзаж, в частности, вид на панораму Броктон-Бея. — Что за чёрт? — пробормотал он себе под нос. — Снитч, — сквозь смех выдавил Убер. — Снитч улетел наружу! И сказав это, снова начал ухохатываться, но теперь Элит хотя бы понимал возможные причины дикого веселья. Видео действительно было записано Снитчем, который прямо сейчас невинно сидел на своей стыковочной подзарядочной платформе, но отметка времени указывала на то, что видео было записано примерно в то же время как они возвращались с Капитанского Холма. Придвинув стул обратно к компьютеру, он сел и начал анализировать, как такое могло произойти. Несколько минут спустя ему показалось, что он нашёл ответ. В какой-то момент в системе произошёл скачок напряжения. Проверив логи, он сократил временные рамки возможного события. А в конце предположил, что это должно было произойти в течение пяти минут после того, как Птицу-Хрусталь можно было исключить из состава Девятки из-за удара молнии. Погодите-ка. Он не видел, куда ударила молния, но вызвать геологическую карту на экраны для сопоставления места было нетрудно. И-и-и вот оно — прямо в той зоне, где Птицу-Хрусталь поджарило молнией, шла линия электропередач, идя по склону Капитанского холма. И каковы шансы, что молния могла попасть именно в ту линию электропередачи, из которой мы крадём электричество? Он даже не потрудился высчитать, какова была вероятность. Оглядываясь назад, этот скачок напряжения не причинил их базе никакого вреда, но, по какому-то странному стечению обстоятельств, ему удалось сымитировать сигнал, который должен был сказать Снитчу включиться в автономный режим сбора данных. Совпадение, подумал он, или удача? Подозрительно взглянув на то место, где подзаряжались их Пушки, он ввёл команду, чтобы Снитч воспроизвёл всё, что записал. Может, тогда у него появится представление о том, почему Убер всё ещё смеялся как обожравшаяся крэком гиена. Поначалу казалось, что ничего не происходило. Снитч проделал извилистый путь через город, по всей видимости, оставшись всеми незамеченным. Но потом он зафиксировался на потрёпанном доме на колёсах, который как раз поднимался по эстакаде, расположенной рядом с железнодорожными станциями. Странно было то, подумал Убер, что он не слышал никакого шума от двигателя автомобиля, когда транспортное средство остановилось. Но любые размышления на тему того, почему так, с треском прекратились сами по себе, когда двери трейлера открылись, и из них вышел сам Джек-Остряк. Вместе с Ожог он направился к задней части автомобиля, где как раз поднимались вверх автоматизированные двери, чтобы их них вышел сначала Топорылый, а затем и Краулер. Снитч приблизился, когда вся группа резко напряглась, и тогда произошло это. Взрыв застал Элита врасплох, и он отпрянул от экрана назад, когда Джека-Остряка отбросило в одну сторону, а Ожог — в другую. Топорылый покатился вниз по эстакаде, в то время как его топор отлетел в сторону. Словно назло, Ожог откинуло за край эстакады. В последнюю секунду ей удалось ухватиться за поручень, но затем из ниоткуда прилетел топор и отрубил ей руку. В последний раз Элит увидел её, когда она упала на кучу мусора, которую провозил внизу мусоровоз. Из кучи мусора торчала рука, медленно погружаясь вниз. — Стоп, что это вообще было? — пробормотал Элит, когда других взрывов за этим не последовало. Неужели кто-то ещё решил разобраться с Девяткой, пока они ничего не видели? К его разочарованию, Джек оказался жив, хотя и сильно потрёпан. Когда Сибирь подняла Джека, Снитч потерял к нему всякий интерес и начал снимать другие ракурсы. Элит перемотал видео на момент, непосредственно перед взрывом, и внимательно за ним наблюдал. Именно на третьем повторе он определил, что это за странный громкий шум, раздающийся непосредственно перед взрывом, и это знание заставило его начать смеяться. Теперь, когда он знал, что произошло, он мог видеть, как огонь в руках Ожог воспламенил облако горючего газа, которое Краулер только что добавил в атмосферу. Было даже видно, что огонь распространялся в виде некоего огненного гриба. Он снова включил видео на повтор с момента, где Девятка выходит из трейлера, и на это раз начал смеяться, как только Краулер вышел из автодома. — Правило номер один! — воскликнул Убер. — Не поджигай пердёж Краулера! Именно на этом моменте Элит тоже упал со стула.

<><>

Ночной клуб Паланкин Трещина — Нашёл в чём дело, мэм, — сообщил электрик. Это был мужчина в возрасте, с уже наметившимся брюшком и редеющими волосами на макушке, но главное, на что смотрела Мелани, это то, что он хорошо справлялся со своей работой. — Во время того дождя, который шёл недавно, на крыше случилась протечка. Капай вода дюймом влево или вправо в сторону, и это не стало бы проблемой. Но вода начала литься прямо на то место, где что-то повредило проводку — скорее всего, это были крысы. Затем каким-то образом другой провод рядом зацепило, и всё замкнуло, из-за чего в здании отключился свет. Никогда раньше не видел, чтобы такое случалось. Но, в любом случае, всё это легко исправить. Мы всё починим меньше, чем за час. — Ох, хорошо, — с искренней улыбкой выдохнула она. Как человеку, ценившему в своих людях наличие у них интеллекта и компетентность, ей нравилось видеть эти черты в других, особенно в тех, кто на неё работал. Кроме того, если то, что он говорил, было правдой, то клуб сможет открыться вовремя, сохранив ей этим кучу денег. — Тогда позвольте положиться на вас в этом вопросе. — Так точно, мэм, — кивнул мужчина, и направился прочь из её кабинета. Она откинулась на спинку стула и вздохнула, чувствуя лёгкое раздражение. Такого рода события, даже если они не мешали бесперебойной работе клуба, всё равно выбивали из колеи её и её команду. Элли пострадала от этого больше всех — она очень плохо воспринимала резкие перемены в своём окружении. Как правило, в такие моменты проявлялась её сила, изменяя мир вокруг в соответствии с её психическим состоянием. Что ей также не нравилось, так это то, что Барыги могли воспользоваться ситуацией и начать разгуливать по территориям Паланкина в поисках тех, кому бы впарить свою дурь, пока здание погрязло во тьме, поэтому она отправила Грегора и Тритона прогуляться по округе вместе с Лабиринт. Это убивало сразу двух зайцев одним выстрелом — позволяло Элли сменить окружающую обстановку довольно безболезненным способом, и одновременно с этим сделать так, чтобы её сила не поспевала менять окружение вокруг девушки. Эмили решила вместо этого подремать, что также было совершенно нормальным, поскольку она, по крайней мере, в этом своём состоянии не могла причинить никому каких-либо неприятностей. Ноутбук Мелани всё ещё был заряжен, так что она могла поработать над счетами, пока электричество снова не заработает. Снова склонившись над компьютером, она загрузила его и начала просматривать электронные таблицы, сверяя данные с бумажными квитанциями, освещаемыми светом, проникающим через окно её офиса. Работа продвигалась медленно и была утомительной, но была необходима, и она гордилась тем, что смогла всё сделать правильно с первого раза. Примерно через 15 минут она услышала лёгкий гул, который почти подсознательно дал понять, что электричество снова заработало. Вздохнув, она откинулась на спинку офисного кресла, устремив взгляд на заставку, которая стояла на экране её ноутбука. Картинки появлялись одна за одной, когда камеры подключались к сети, показывая сначала помехи, а после заменяясь изображениями с камер наблюдения. Она тщательно присмотрелась к каждому изображению, выискивая маркеры, которые установила, чтобы убедиться в том, что картинка не была зациклена или заменена более ранними записями — это было маловероятно, но она не желала, чтобы её безопасность зависела от каких-либо «вероятностей». Она ничего не обнаружила, что было и ожидаемо, и приятно одновременно. Она ясно видела, как заканчивают свою работу электрики, поэтому поднялась со стула. Хотя она и ценила их мастерство и эффективность, она также хотела, чтобы они покинули её клуб, как только завершат свою работу. Однако как раз в тот момент, когда она собиралась обойти стол, её внимание привлекло движение на одной из камер слежения. Мгновение спустя она слегка расслабилась — это были просто Тритон, Грегор и Элли, возвращавшиеся с их обхода. И она должна была признать, что они вернулись к очень удачному времени. Или она забыла выключить вывеску на входе в клуб? И это стало сигналом о том, что всё заработало и можно возвращаться? Но затем она заметила кое-что ещё — в частности, безвольную фигуру, покоившуюся на сильных руках Грегора. Каким бы тучным Грегор ни казался, он был довольно силён для своего роста, и вес молодой женщины был для него совсем небольшим. Мелани нахмурилась — во что они успели вляпаться? Тритон мог время от времени проявлять безответственность, но флегматичный характер Грегора должен был служить хорошим осаждающим фактором. Мелани просто не могла представить себе, как они похищают какую-нибудь девушку с улицы потому что… ну, вообще-то, она в принципе не могла отыскать причин для того, чтобы такое сделать. Но вид левой руки женщины, отсутствующей до середины бицепса и с культёй, закрытой слизью Грегора, только делал ситуацию ещё более запутанной. Я должна докопаться до сути происходящего. Но сначала ей предстояло разобраться с электриками.

<><>

Грегор-улитка — Окей, ты устрой её поудобнее, а я пойду расскажу боссу, — сказал Тритон, обходя Грегора и позволяя тому уложить их невольную гостью на кровать в гостевой комнате. Элли наблюдала за всем происходящим со стороны, хотя Грегор понятия не имел, что могло скрываться за её отстранённым выражением лица. — И это звучит как хорошая идея, — сказала Трещина, прямо из-за спины Грегора. Судя по испуганному писку Тритона, он тоже не услышал, как она к ним подобралась. — Уверена — это очень интересная история. Не упустите ни одной подробности. Склонившись над кроватью, Грегор осторожно положил Ожог — Мими, как её называла Элли — на матрас. Он убедился в том, что на раненую руку ничто не давит, а затем проверил её пульс. Как и прежде, он был слабым, но устойчивым. Тритон позади него глубоко вздохнул. — Ну, в общем, мы пошли прогуляться, как ты нам и сказала. И это была хорошая идея. Элли наслаждалась прогулкой, как ни в чём ни бывало, и у неё, кажется, был действительно хороший день. На нас почти никто не пялился и даже не фотографировал. — Ясно, — голос Трещины звучал очень ровно. Когда он укрыл Мими одеялом по пояс, ему даже показалось, что он услышал, как Тритон сглотнул. — А теперь переходи к той части, в которой вы приносите бессознательную девушку в мой клуб. Грегор развернулся и посмотрел прямо в глаза Трещины. — Это было очень необычно, — сказал он, привлекая к себе внимание босса. — Мы гуляли с Элли, когда рядом с нами на светофоре остановился мусоровоз. Именно Элли была той, кто увидел руку, торчащую над бортами кузова. — Мусоровоз? — кажется, Трещина впервые растерялась. — Что она делала в мусоровозе? — она отступила в сторону, чтобы поглядеть на девушку, лежащую в постели. — Погоди минутку, это что, Ожог? — Её зовут Мими, — неожиданно подала голос Элли. Она сцепила руки перед собой, и казалось, смотрела на что-то, что не существовало в той же реальности, в которой находились и все остальные. Не то, чтобы это было чем-то необычным для её обычного состояния. — Она была со мной в сумасшедшем доме. Ей нравилось разговаривать со мной. Грегор заметил, как по потолку начали расползаться виноградные лозы. Крошечные бутоны цветов распускались то тут, то там, и хотя на этих лозах были и шипы, они были совсем маленькими и пока что незаметными. Насколько он мог судить, это означало, что Элли чувствовала себя в безопасности, словно ей ничего не угрожало, или, по крайней мере, также спокойно, как она чувствовала себя обычно. — Но в то время вы не могли знать, что это она, — сказала Трещина. — Вы не могли, — казалось, что она пыталась убедить в этом не только Элли, но и себя. — Я провела много часов, разглядывая её руки, — сказала Элли. — Мне не нравилось тогда смотреть на выражение её лица. Большую часть времени она была очень несчастной, — подойдя к кровати, она села на её край и взяла Мими за руку. — Тогда она мне не очень нравилась, но теперь я понимаю, о чём она размышляла. Тогда у неё не было друзей. Может, именно поэтому она сделала то, что сделала. Присоединилась к Бойне №9, понял Грегор. Он знал, каково это — быть одному в целом мире, к тому же не помня ничего о своей жизни, о своей семье. Для него это было бы совершенно чуждым — стать членом такой ужасной группы, но Мими, возможно, не видела другого выхода. — Она заставила Грегора перегородить дорогу мусоровозу, чтобы тот не уехал, пока я вытаскивал Спящую Красавицу из грузовика, — продолжил объяснения Тритон. К облегчению Грегора, он решил не упоминать о той незначительной детали, что Грегор приклеил шины грузовой машины к асфальту, когда грузовик всё равно попытался ехать дальше. Слизь ведь растворится… когда-нибудь. — Не знаю, как она потеряла руку, но по чистой случайности она упала так, что раненую руку прижало к матрасу, который кто-то выбросил в мусорку. Это остановило её кровотечение. Повезло ей, верно? — Нам повезло меньше, — категорично сказала Трещина. — В случае, если вы ещё не поняли, поясняю, что её присутствие здесь означает, что остальная Девятка тоже находится в городе. И они, скорее всего, придут её искать. И я очень сомневаюсь, что они будут так благодарны нам за спасение её жизни, что оставят нас в покое или в принципе решат оставить нас в живых. — Поэтому мы никому ничего не расскажем, — сказал Грегор, удивив этим даже самого себя. — Если мы не будем этого афишировать, то никто и не узнает, что она сейчас здесь. — Большой парень прав, — согласился Тритон. — И, эй, что если её состояние — результат разногласия с группой? Что, если они хотят её убить? Если мы просто вышвырнем её отсюда, она может умереть, или они специально придут к нам из-за того, что мы ей помогали.

<><>

Трещина Поскольку Мелани была их лидером, обычно она с лёгкой руки отдавала команде приказы, и те так же привычно выполнялись. Но иногда, когда они начинали сопротивляться её мнению, она знала, что это время, когда ей стоит отступить и позволить им получить то, что они хотят. И, кажется, сейчас наступил именно такой момент. Почему они намеревались спасти Ожог, ей ещё было не до конца понятно, но, похоже, ей оставалось с этим только смириться. — Хорошо, — сказала она. — Ладно. Она может остаться. Но кто-то должен будет всё время за ней присматривать. Я имею в виду, двадцать четыре на семь. И как только она проснётся, если она начнёт дебоширить, мы с этим разберёмся. Последнее, чего я хочу, так это чтобы это место потонуло в огне. Элли никак на это не прореагировала, но Грегор кивнул. — Спасибо, — поблагодарил он. — Конечно, босс, так и сделаем! — добавил Тритон. — Я пойду расскажу об этом Эмили, чтобы она не удивлялась произошедшему. — Рада знать, что хоть кому-то здесь оказывают подобную любезность, — сухо заметила Мелани. — Я собирался прийти к тебе и всё рассказать! — запротестовал Тритон. — Мы просто хотели сначала её устроить тут. Мелани приподняла бровь (для этого выражения лица ей потребовались часы практики перед зеркалом, но эффект того стоил). — Просто чтобы прояснить вопрос — просить прощения не проще, чем просить разрешения. Только не в этом месте. У тебя был телефон и ты мог бы позвонить мне. Но ты этого не сделал. Если она начнёт буянить, всё произошедшее будет на твоей совести. Понял? — Я понял, — пробормотал Тритон, выглядя так, будто уже получил своё наказание. Опустив голову, он тихо выскользнул за дверь. — Хорошо, тогда решено, — Мелани отряхнула костюм руками. — Грегор, поднимай её с кровати. Ей понадобятся какие-нибудь кроветворные и повязка для руки, как только эта твоя гадость распадётся. Кроме того, нам нужно осмотреть её на предмет других травм. И всё это будет сделать гораздо проще в лазарете, чем здесь, — Элли и Грегор уставились на неё. Трещина с энтузиазмом хлопнула в ладоши. — Ну же, пошевеливайся! Сама она себя не излечит. Снова ощутив себя хозяйкой положения, она направилась вниз, в лазарет. К счастью, у неё в привычке было содержать лекарства в достаточном запасе на случай подобных происшествий. Если не будет никаких осложнений, с которыми Мелани не сможет справиться, Ожог выживет и даже восстановится. А вот то, что случится потом, будет полностью зависеть от неё.

<><>

Дом Даллонов Эми — Ты не войдёшь в дом в таком виде, — твёрдо сказала Кэрол Даллон. Она оглядела цветастую фигуру Вики с ног до головы с выражением лёгкого недоверия. — Как это вообще произошло? Вики, стоящая на пороге дома Даллонов, куда капала медленно высыхающая краска, отвела взгляд с застенчивым выражением лица. Эми, которая чудом осталась чистой и стояла немного в стороне от своей сестры, прокашлялась, пытаясь сдержать смех. — Ну, там был мусорный контейнер. — Эймс, я сама справлюсь, — поспешно перебила её Вики. — Мам, я гуляла с Эми и мы случайно увидели, э-э-э, какого-то ребёнка, который пытался сдвинуть с места мусорку. Поэтому я подошла к нему и спросила, могу ли я ему помочь. Он сказал, что его собака застряла под контейнером, и я действительно услышала скулёж, так что… подняла контейнер. — Переходи к той части, где тебя обливают краской, — нетерпеливо отмахнулась Кэрол. Эми, которой теперь сдерживать смех стало ещё сложнее, подчинилась. — Ну, мы сразу не заметили, что эта мусорка стояла рядом с строительным магазином, где продавалось много краски. Поэтому, могу предположить, что они выбрасывают туда выставочные экземпляры, и не всегда следят за тем, чтобы крышки были плотно прикручены. Кэрол нахмурилась. — Такого не должно было произойти. Если я правильно всё помню, цветную краску намешивают только после того, как клиент выберет цвет. Если смешивают слишком много, то им приходится выбрасывать излишки в мусорные контейнеры, отмеченные знаком «токсичных отходов». У этого бака были такие отметины? Если нет, то мы сможем начать судебный процесс против них. — Я не уверена, — призналась Вики. — Меня немного отвлекло, э-э-э, собачье поскуливание. Я просто хотела вытащить пёсика из ловушки, знаешь? — Вики очень гладко всё рассказывала, но Эми ей обмануть не удалось. В то время было очевидно, что отвлекало Вики на самом деле. И всё же, она должна была поддержать сестру. — Думаю, что там вполне мог быть этот знак, но бак был весь разрисован символикой банд, — она пожала плечами. — Он вроде как действительно выглядел ярче, чем остальные баки, но я не подумала, что это может что-то значить. Кэрол, казалось, купилась на это. Покачав головой, она закрыла глаза, словно предчувствовала скорое наступление головной боли. — Я не могу оставить тебя одну ни на минуту, правда? — она перевела взгляд с ярко окрашенных волос и одежды Вики на Эми, заставив ту немедленно принять серьёзное выражение лица. — В любом случае, почему ты решила поднять контейнер над головой? Выражение лица Вики, не так давно одетой в то, что было модным топом с подходящей к нему юбкой, тут же приняло застенчивое выражение. — Рядом с ним стояло несколько других баков, а я не хотела их опрокидывать, так что подняла его наверх. Я убедилась, что его крышка была закрыта и всё такое! — Эми не была уверена, чем Вики раздражена больше — тем, что Эми всю дорогу домой смеялась над ней, или тем, что её наряд был полностью испорчен. — И вы по случайности не заметили, что мусорка была прямо рядом со строительным магазином? — Кэрол покачала головой и метнулась подозрительным взглядом на Эми, когда та закашлялась, пытаясь скрыть новый приступ смеха. Видимо, решив, что со стороны Эми не о чем беспокоиться, она снова перевела всё своё внимание на Вики. — Или подумать о том, что в контейнере может находиться что-нибудь жидкое? Зачем ты его вообще наклоняла? — Я не знала! — обиженно воскликнула Вики — Просто так его легче было поднимать! — она продемонстрировала, как держала бак, держа одну руку низко, а другую высоко. Естественно, когда она подняла в воздух эту воображаемую конструкцию, руки поменялись местами, и та, что была сверху, теперь оставалась внизу, на уровне головы, в то время как вторая взлетела вверх. — Так что я поняла это только когда меня начало заливать со всех сторон! — она показательно приподняла пряди своих некогда великолепных светлых волос, теперь превратившихся в спутанную липкую массу в красной, синей и пятнистой фиолетово-коричневой краске. Её одежда выглядела и того хуже — на самом деле, было трудно сказать, где был цвет изначального наряда, а где одежда искупалась в ванне с краской. — Ну, по крайней мере, ребёнок получил обратно свою собаку, — добавила Эми, больше не в силах сдерживаться. — Спасибо, Эми, но ты совсем не помогаешь, — проворчала Кэрол. — Разве у тебя нет других дел? Эми решила, что будет не лучшей идеей напоминать Кэрол, что это именно она держала её на пороге, ругая Вики, поэтому протиснулась мимо сестры и приёмной матери в дом. В любом случае, делать домашнюю работу, лёжа на кровати и слушая музыку, было намного приятнее, чем слушать то, как Кэрол отчитывает Вики. Особенно потому, что она могла хихикать, мысленно представляя лицо Вики, когда ту начала заливать краска. Вики была её сестрой, и она нежно любила её — может быть, даже сильнее, чем просто сестру — но фарс всё равно оставался фарсом.

<><>

База Неформалов Брайан всё ещё посмеивался, когда вернулся в лофт. Брут тянул поводок, стремясь вернуться наверх, на знакомую территорию, и Брайан наклонился, чтобы отстегнуть поводок от ошейника. Он поднимался по винтовой лестнице, ступенька за ступенькой, идя вслед за царапающими звуками взбиравшейся по лестнице собаки и её лаем, но его это не отвлекало. Рейчел ждала наверху, прислонившись к стене. Она всё ещё ворчала из-за вывихнутой лодыжки — результат того, что она наступила на мыло в душе — но судя по тому, как ровно она шагала, скоро пойдёт на поправку. Если повезёт, травма уже не будет напоминать о себе, когда они в понедельник отправятся обкрадывать казино Лунга. — Что с ним случилось? — спросила Рейчел, опускаясь на колени, чтобы погладить счастливо дышащего пса. — От него воняет! Ага, посмотрим, предложу ли я ещё раз свою кандидатуру на прогулку с собакой, когда ты не сможешь это сделать, чуть не сказал он вслух. Сделав глубокий вздох, он успокоился. — Он вёл себя хорошо, поэтому я спустил его с поводка, — сказал Брайан. — Но потом он увидел крысу и рванул за ней. И застрял под мусорным контейнером. Я пытался отодвинуть бак, но тот стоял на месте как влитой. Лиза вышла из кухни, бросила на него один взгляд, и её глаза внезапно расширились. Она тут же села на диван рядом с Алеком, который не обращал внимания ни на что, кроме своего персонажа на экране. — Продолжай, — попросила она. — Ты не поверишь, но тут появилась Слава и ещё одна девушка, думаю, это была Панацея, — продолжил рассказывать Брайан. Понять, что это за блондинка, было легко, но лицо Панацеи было скрыто, когда та работала в костюме. Тем не менее, Лиза уже начала подхихикивать. Рейчел выглядела озадаченной. Алек слегка повернул голову в его сторону, когда услышал упоминание супергеройских имён. — Они были в штатском, но когда Слава услышала скулёж Брута, она убрала мусорный контейнер с места так, словно это была картонная коробка, — тут Брайана снова начало пробивать на смех. Лиза, каким-то образом угадав, что он собирается сказать дальше, засмеялась вместе с ним. — Это было за строительным магазином. На дне контейнера было несколько выброшенных банок с краской. Она начала хвастаться тем, какая она сильная, когда из контейнера начала выливаться краска, — он сделал эффектную паузу. — И вся она полилась прямо на неё. Глаза Рейчел расширились, и она разразилась коротким, лающим смехом. Даже обычно бесстрастный Алек коротко захихикал, прежде чем вернуться к игре. Лиза, не в силах справиться со смехом, обессиленно растянулась на другом конце дивана. Брайан уселся в одно из кресел и покачал головой. — Выражение её лица было просто восхитительным. Даже Панацея не смогла удержаться от смеха. И знаешь, что самое лучшее? Думаю, Слава хотела попросить у меня номер телефона. Очередной взрыв смеха, и Лиза буквально свалилась с дивана.

<><>

Дом Даллонов (немного позже сцены на пороге) Эми Эми как раз перепроверяла ответы на домашнее задание, когда Вики ворвалась в её комнату в плотно подпоясанном халате, вытирая розовые, влажные, жёсткие, но чистые волосы. — Хороша подруга, — раздражённо буркнула блондинка. — Что-то я не видела, чтобы ты мне помогала, — отодвинув стул от компьютерного стола Эми, она села на него боком, положив скрещенные руки на его спинку и положив на них подбородок. — Я действительно пыталась тебя защитить, — запротестовала Эми, изо всех сил стараясь удерживать невозмутимое выражение лица, даже когда хихиканье грозилось вот-вот вырваться наружу. — Я сказала ей, что ребёнок получил обратно свою собаку. И не стала уточнять, что «ребёнку» было около восемнадцати, и у него был такой пресс, за который можно подержаться и умереть счастливой. Или что это была даже не его собака, и что он выгуливал её по просьбе друга. Или что ты испортила всё сама, когда решила выпендриться перед ним, — она должна была признать, что подбросить мусорный контейнер в воздух и поймать его за один конец было впечатляюще. Что было ещё более впечатляющим, так это поток краски, обрушившийся на Вики примерно через полсекунды после того, как та поймала мусорный контейнер на ладони прямо над головой. После такой подставы мусорный контейнер улетел в другой конец переулка. И это было ещё одной деталью, о которой они не собирались ничего рассказывать Кэрол. Вики пренебрежительно закатила глаза. — Это всё сестринские штучки. Мы должны делать это на автомате. И я всё ещё не понимаю, почему ты не можешь заставить краску просто… просто высохнуть и слезть с меня, или что-то типа того. Ты же убрала её с моих рук перед тем, как мы пошли домой, — она бросила на Эми обвиняющий взгляд. — Или ты это сделала, чтобы у тебя был повод посмеяться надо мной? — Я же говорила тебе, — терпеливо напомнила Эми. — Я так просто смогла снять краску у тебя с рук, потому что никто не заметит, если на них не будет волос. Но если бы я придумала что-то, что могло бы снять с тебя краску, и твои волосы, и твоя одежда бы точно пострадали. — К чёрту одежду! — отмахнулась Вики. — В любом случае, невелика потеря. И разве мама не разозлилась на меня из-за этого? Эми вздохнула и закатила глаза. — А что бы она сделала, если бы ты заявилась домой в одной только краске, потому что твои волосы и одежда оказались уничтожены жучками, которых я создала? Ой, подожди, краски ведь тоже на тебе бы не осталось, — она обвиняюще ткнула пальцем в сторону Вики. — Так что тот вариант, который ты использовала, был лучшей идеей в этой ситуации вообще. Плюс, Эми не любила использовать свои способности так, чтобы они выходили за рамки «исцеления людей» на тот случай, если у публики может возникнуть (правильное) представление о том, что её способности гораздо более универсальны, чем она это показывала. — Растворитель краски из сарая с садовыми принадлежностями, — кисло сказала Вики. — Он страшно воняет и обжёг мне немного кожу головы. Пришлось три раза промывать волосы с шампунем и кондиционером, а они всё равно ещё немного липкие на ощупь, — она провела рукой по волосам и скорчила гримасу, — Они всё равно наверняка выпадут из-за того, как я зверски с ними сегодня обошлась. Внезапно на лице Виктории появилось задумчивое выражение лица, и она вскочила на ноги. Не говоря ни слова, она выбежала из комнаты. — Ну, дерьмо случается, — пробормотала Эми себе под нос и вернулась к проверке домашнего задания. Сосредоточиться на этом ей не удалось, потому что Вики вернулась обратно меньше, чем через минуту, с парой ножниц для кройки ткани в руках. Эми не пришлось долго гадать, зачем сестра их притащила, потому что Вики немедленно это продемонстрировала, схватив большой пучок волос и отрезав его ножницами. Большие и острые, они были предназначены специально для резки ткани, но хорошо справлялись и с волосами. Пучок за пучком волосы падали под неумелыми, но полными энтузиазма попытками Вики себя обкорнать. — Что ты, чёрт возьми, делаешь?! — крикнула Эми, резко садясь на кровати. Она восхищалась многими чертами Виктории, но волосы сестры были на первом месте черт, которые ей больше всего нравились в сестре. Длинные, золотистые, с подпрыгивавшими крупными кудрями на концах, они были такими, какие хотела бы иметь и Эми. — А что, не видно? — сказала Вики, наклонив голову для очередного состригания клока волос. — Если я отрежу всё, а ты отрастишь их для меня, мне не придётся беспокоиться о том, чтобы ходить словно невеста Франкенштейна в течение следующих нескольких дней. Эми яростно замотала головой. — Я не собираюсь отращивать тебе новую шевелюру только потому, что ты не можешь пару дней обойтись без вьющихся волос! Господи Иисусе! — раньше она жалела, что так много смеялась с Вики из-за всей этой ситуации. Теперь ей хотелось затолкать своё сочувствие куда подальше. — Что? Но ты должна отрастить мне их заново! — Вики остановилась, и ножницы отрезали половину той пряди волос, которую она сейчас держала в руках. Виктория была похожа на полуостриженную овцу, только более грязную. Выражение её лица было поражённым. — Я не могу идти в школу в таком виде! Дверь спальни открылась, и в комнату вошла Кэрол. — Что это за кри… ВИКТОРИЯ ДАЛЛОН! Что, во имя всех святых, ты делаешь?! — она с открытым ртом уставилась туда, куда упали остриженные Вики золотистые локоны, а в руке девушка продолжала держать уличающие её поступок ножницы. — Что ты сделала со своими волосами? — Она отстригает волосы, чтобы я отрастила для неё новые, — сухо сказала Эми. В этот раз она безжалостно бросила Вики на растерзание волкам. — Не посоветовавшись об этом сначала со мной. Последовавший за этим спор был коротким, резким и не обошёлся без случайной активации ауры Вики. Эми не нужно было говорить ни слова, так как Кэрол взяла на себя всю самую тяжёлую работу. Она отчитала Вики, особенно настойчиво вбивая в голову дочери то, что сила Эми была не игрушкой, и что стричь свои волосы без разрешения, и тем более так неосмотрительно, было безответственно, опасно и совершенно незрело. — Но что мне тогда делать? — запричитала Вики, теперь выглядя гораздо менее уверенно. Она указала на полуостриженную голову, с которой свисали случайные пряди, мешаясь с короткостриженными. Честно сказать, по мнению Эми, Виктория сейчас больше походила на злого персонажа из фильма ужасов, чем на жизнерадостного подростка-супергероя и любимицу города. — Я не могу выйти на улицу в таком виде! Что обо мне подумают люди? Это была первая умная вещь, которую Вики сказала за всё это время, решила Эми. Хотя сестра сказала это скорее из-за жалости к себе, Кэрол всё равно задумчиво сощурилась. — Определённо, для имиджа Новой Волны будет нехорошо, если ты появишься на улице в таком виде, или вообще перестанешь там появляться, — вслух проговорила она. — Эми, можешь привести её волосы в порядок? Сделать так, чтобы это выглядело не так страшно, и чтобы вскоре волосы могли отрасти сами по себе? Эми отложила в сторону домашние задания. — Конечно, — сказала она. — Вики, дай сюда руку, — свесив ноги с кровати, она повернулась к сестре. — А ты не можешь просто, ну, вырастить их до прежней длины? — умоляюще попросила Вики. — Мне потребовались годы, чтобы отрастить их до этой длины. — Нет, — даже не думая отрезала Эми. С удивлением она поняла, что Кэрол сказала то же самое с ней в унисон. Она вскинула взгляд, посмотрев на приёмную мать, удивляясь, что им действительно удалось сойтись во взглядах хоть в чём-то. — Если мама говорит нет, это значит нет, — взяв Вики за руку, она сосредоточилась. — Мне нужно, чтобы ты повернула голову, чтобы я видела, что я делаю. Это был небыстрый процесс, и Вики пришлось повертеть головой, чтобы волосы достигли примерно одинаковой длины. Время от времени она немного жульничала, обращая процесс вспять и укорачивая более длинные пучки волос, пока они все не стали примерно одинаковой длины в виде кудрявой короткой стрижки. — Это лучшее, что я могу сделать, — решила наконец она, отпуская руку Вики. — И понадобятся услуги парикмахера, чтобы привести всё это в порядок, — наклонив голову, Эми критически оглядела результат своей работы и, в конце концов, решила, что для первой попытки выглядит совсем неплохо. По крайней мере, Вики теперь не выглядела так, будто на неё напал сумасшедший подстригатель овец или кто-то в этом роде. Кажется, Кэрол думала точно так же. — Сойдёт, — неохотно согласилась она. — В понедельник днём, Виктория, ты идёшь в парикмахерскую, которую я знаю. Чтобы тебе там придали правильную форму волосам и подстригли. А пока продолжай их промывать и расчёсывать, — она повелевающим жестом ткнула пальцем в сторону дочери. — И больше никогда не делай ничего настолько же глупого, как это, — затем она ткнула пальцем в пол, где повсюду были раскиданы золотистые пряди, доказывающие неосмотрительность Вики. — И убери всё это. — Нет, мам, — вздохнула Вики. — Да, мам, — она подождала, пока дверь за матерью закроется, чтобы с сарказмом добавить вполголоса. — Как прикажешь, мам, — и впервые на памяти Эми, она показала грубый жест в сторону закрывшейся двери. — Ну, отчасти ты виновата в этом сама, — заметила Эми, откидываясь на кровать. — Тебе следовало начала поговорить со мной, прежде чем начать резать на себе волосы, — она подавила смешок, когда Вики сморщила нос. — Если бы ты просто не упрямилась и отрастила их до прежней длины, — начала было сестра, но затем передумала, когда увидела, как решительно Эми качает головой. — Ладно, ладно. В понедельник днём, после парикмахерской, мы отправимся за покупками. Рядом с галереей Форсберг есть один магазинчик, где представлено немного новинок моды, — она ткнула пальцем в сторону Эми. — И ты идёшь со мной по магазинам и покупаешь себе там хотя бы один наряд. — Не-а. Ни за что, — Эми снова помотала головой, и её вьющиеся, каштановые кудри подпрыгнули вверх. — Ты не можешь заставить меня тратить мои деньги. Я их, к твоему сведению, коплю на более важные вещи, — сейчас у неё было не так уж и много сбережений, но к тому времени, когда она достигнет студенческого возраста, она собиралась переехать и начать жить самостоятельно. Ну, Вики может переехать с ней, если вдруг захочет. — Ладно, хорошо, — быстро сдала назад Вики. — Но ты примеришь хотя бы один наряд, — в качестве компромисса предложила она. — А потом мы отправимся в новое кафе с палео меню, о котором я недавно услышала, на обед. — Палео. Точно, — Эми совсем не была в восторге от этой идеи, но если это отвлечёт Вики от мысли заставить Эми купить себе новые шмотки, в которых она не нуждалась и которые вряд ли куда-нибудь наденет, то она могла бы с этим смириться. — Эй, это здоровая еда, — Вики снова уселась на компьютерном кресле, подкатилась поближе к Эми и пихнула её кулаком в плечо. — Уверена, ты справишься с небольшим количеством здоровой пищи. И ты платишь. Считай это компенсацией за то, что я не получила номер того парня после всей этой истории с краской. И за то, что ты втянула меня в эти неприятности с мамой. Учитывая, что обе ситуации (по мнению Эми) возникли по вине сестры, Эми совсем не чувствовала себя очень уж виноватой. В любом случае, у неё было… не столько возражение, сколько вопрос. — Зачем тебе вообще нужен был номер телефона симпатичного незнакомца? Я думала, ты встречаешься с Дином? — Дин? — Вики надменно фыркнула и пренебрежительно отмахнулась рукой. — Дин — это старая история. Он отстойный. Я с ним больше не разговариваю. …что означало, что у них случилась очередная ссора. Эми вздохнула. Пусть и пресс того парня был действительно довольно впечатляющим (хотя Эми больше заинтересовалась тем, как он смог сделать свою причёску из косичек такой аккуратной), наверное, попросить у него номер было плохой идеей. Дин и Вики, как бы сильно порой Эми ни надеялась на обратное, всегда сходятся вместе. Эми потеряла счёт количеству их расставаний и ссор, через которые они прошли с тех пор, как впервые начали встречаться. — Да, да, — фыркнув, сказала Эми. — Как скажешь. В любом случае, — она показательно обвела рукой пол. — Разве тебе не нужно тут кое-что убрать? На этот раз Вики показала грубый жест ей.

<><>

Воскресное утро, 16 января 2011 г. Бойня №9 Джек-Остряк — Ауч, — Джек попытался пошевелиться, забыв о своих травмах, и пожалел об этом. Снова. — Ауч. Хотя он и чувствовал себя намного лучше, чем накануне вечером, но его самоощущения были весьма относительными. То, как он чувствовал себя на самом деле, больше походило на ощущения плохо прожаренного бифштекса. Или как будто он оказался в эпицентре взрыва биологически опасного вещества, разлившегося по воздуху. Настолько биологически опасного, насколько вообще можно было назвать что-то, произведённое Краулером, биологическим. — Не двигайся, — отругала его Ампутация. — Твои сломанные кости всё ещё срастаются, и я слежу за тем, чтобы кожные трансплантаты срастались так, как нужно. Тебе всего-то нужно ещё денёк или около того полежать спокойно, но потом ты будешь в порядке. — Птица-Хрусталь уже объявлялась? — спросил Джек. — Или Ожог? Эти двое были не самыми сильными членами из группы, и их всегда можно было заменить кем-то другим. Впрочем, это касалось всех членов Девятки, кроме самого Джека — они были расходным материалом, но их способности были очень полезны для того, чтобы творить хаос. К тому же, кроме него у Девятки теперь не было Стрелков. — Мы не видели их, — сказала Ампутация, осматривая Джека. — Никто не знает, где может быть Птица-Хрусталь, и если Ожог была в отключке, когда упала в мусоровоз, то она должна была истечь кровью до того, как пришла бы в сознание. По телевизору тоже ничего про них не говорилось. — Ладно, — это больше походило на ворчание, чем на что-либо ещё. — Нам нужно разведать обстановку в городе. Разделимся на две команды по двое человек. Ты останешься здесь. Краулер пойдёт с Сибирью, Манекен с Топорылым. Действуем по молоту и наковальне. Он не потрудился объяснить, почему он разделил их именно на такие пары. Манекен был Технарём, так что его не должно было сильно беспокоить близкое присутствие рядом Топорылого. С другой стороны, Краулер и Сибирь ближе всего из того, что он видел, подходили под описание неодолимых сил. В Броктон-Бей не было ничего, что могло бы противостоять им в затяжном бою. «Молот и наковальня» была одной из их разработанных тактик. Они вчетвером должны были двигаться по неровному квадрату, партнёры в каждой паре должны были держать друг друга в поле зрения. Когда они находили потенциальную жертву, они загоняли её в середину своего квадрата. В результате бой должен был быть чрезвычайно коротким и жестоким. — Ох, отличненько! — Ампутация подскочила на ноги и захлопала в ладоши. — Я прослежу, чтобы они привели к нам всех кейпов, которых найдут. Прошла целая вечность с тех пор, как мне было с кем поиграть, — Джек знал, что это означало разобрать человека и изучить секреты их способностей изнутри, а затем создать ещё одно гибридное чудовище из того, что останется от жертв. — Вот моя девочка, — Джек изобразил на лице гордую улыбку и даже выдавил из себя слезу. Дети так быстро взрослеют. — Я пойду и сейчас же им сообщу! — всё ещё полная радостного возбуждения, Ампутация выскочила из фургона, туда, где её ждали остальные. Насколько он мог судить, машина сейчас находилась на каком-то складе. Как бы то ни было, это явно подходило под укрытие до тех пор, пока не придёт время по-настоящему обрушиться на Броктон-Бей и избавиться от ноющего чувства страха, которое он до сих пор испытывал в глубине души. На мгновение его мысли вернулись к зловещему сообщению, которое он получил по радио… Не-а. Я почти уверен, что мне это послышалось. Засыпая, ему показалось, что он слышит смех, доносящийся откуда-то издалека. И невольно вздрогнул.

<><>

Империя 88 (или её остатки) Крестоносец — Я всё ещё не понимаю, почему мы должны встречаться у меня дома, — проворчал Джастин. И он считал, что его претензии были обоснованны — в то время как его зарплата в Империи 88 за парачеловеческую работу была весьма впечатляющей (ключевое слово «была»), сам он решил жить в обычной квартирке и большую часть дохода откладывать на чёрный день. Если он иногда покупал на отложенные деньги шикарную машину или мотоцикл, то это были своего рода поощрения для самого себя. И как бы ни была хороша его квартира, она не была рассчитана более чем одного или двух жителей. Так что двое взрослых, двое детей и младенец, собравшиеся у него дома в гостиной, не сулили ему ничего хорошего, как и лишали возможности уединения. — СКП каким-то образом получили телефон Макса и конфисковали все его активы, включая Медхолл, — сказала Кейден. — Они почти наверняка следят за моей квартирой, потому что я была замужем за Максом. Даже если мне не угрожает арест, они захотят, чтобы я дала против него показания. В худшем случае они попытаются отобрать у меня Астер, — Джастин знал, что последнее будет очень плохой идеей. Кейден была кем-то типа мамы-медведицы, и этот режим у неё включился где-то лет с одиннадцати. — Родители Руны могли нас сдать, если бы мы заявились к ней. Алебастр жил в здании Медхолла из-за своей выделяющейся внешности. Тео больше некуда идти. Криг уехал из города, и я почти уверена, что Виктора и Оталу арестовали в их домах. Просто радуйся, что Ночь и Туман решили остановиться в Бостоне. И Джастин определённо был этому рад. Как бы ни были полезны способности Джефф и Дороти в битвах, они были чертовски жуткими, когда дело доходило до повседневного общения. Дело было не в том, что они были необщительными — скорее, они каким-то образом обучились общению по одной книге, и применяли примеры оттуда по порядковым номерам. Он мог поклясться, что несколько раз слышал между ними один и тот же диалог, вплоть до интонаций, слов и жестов. — Так какой у нас план? — он не видел никакого смысла затягивать разговоры. — Мы спасаем Макса, Брэда и остальных? Создаём новую версию Империи? Хватаем манатки и растворяемся в ночи? Или что? Кейден сделала глубокий вдох. — Мы собираемся стать героями. Джастину потребовалось довольно много времени, чтобы осознать то, что только что сказала Кейден. И когда до него окончательно дошёл смысл фразы, он уставился на неё недоверчивым взглядом. — Что? Я серьёзно, что? Ты шутишь. Пожалуйста, скажи мне, что ты шутишь. Вздохнув, Кейден устало провела руками по лицу. — Хотела бы я, чтобы это было так. Ты должен меня выслушать, — она перевела взгляд на Тео, меняющего подгузники Астер. — Захват Макса поставил под угрозу всех нас, но меня больше, чем остальных. Если СКП решат, что у них набралось достаточно доказательств того, что я Чистота, Астер окажется под их прицелом. Я уже некоторое время стараюсь действовать в одиночку в качестве героя, но СКП относится ко мне так, будто я всё ещё остаюсь злодейкой, хотя сейчас и занимаюсь только преступниками. Я думаю, что может, если мы объявимся все вместе и объявим во всеуслышание, что мы переклассифицируемся в героев, они вытащат головы из задниц и позволят нам быть героями вместо того, чтобы продолжать настаивать на том, что мы всё равно остаёмся злодеями. — Пф-ф, как будто это сработает, — усмехнулся Пол. — Они хотят, чтобы их герои были чисты, как снег, но не в хорошем смысле, — намекая на то, что он имел ввиду, Пол взмахнул рукой с неестественно бледной кожей. — И даже если они позволят нам стать героями, они будут следить за нами, как ебучие ястребы… — Следи за языком! — рявкнула на него Чистота, кивая в сторону своего ребёнка. — Меня не волнует, как ты ругаешься в своё свободное время, но не смей делать этого при Астер. Пол закатил глаза, хотя эффект был несколько смазан из-за того, что его глаза были чисто белыми без какого-либо намёка на зрачок или радужку. — Ладно, ладно. Они будут следить за нами, как пучеглазые ястребы, и если мы дадим им хоть малейший повод, обрушатся на нас с критикой, как грузовик кирпичей, — скрестив руки на груди, он прислонился спиной к стене. Джастин не очень хорошо разбирался в языке тела, но значение этого жеста он знал хорошо — хера с два вы меня переубедите. — Ты действительно думаешь, что нам позволят быть героями? — спросила Кэсси, играясь прямо сейчас своей силой и заставляя солонку и перечницу с кухни Джастина вращаться вокруг своей головы. — Обычно они довольно жёстко относятся к таким вещам. Я имею в виду, если бы я действительно хотела сделать что-то такое. Джастин мог догадаться, что она пыталась казаться «крутой и резкой», но для него это всё больше походило на действия «нерешительного подростка». — Это лучше, чем пытаться защищать территорию Империи от АПП и всех тех, кто попытается на неё претендовать, — сказала Кейден. Из её слов Джастин понял, что мысленно она уже не причисляет себя к Империи. — Может, у АПП и мало кейпов, но Лунга и Они Ли будет слишком сложно продавить. — Я уже дрался с Они Ли, — хвастливо заметил Пол. — И он не казался таким уж крутым. Джастин окинул его взглядом с ног до головы. — Способность исцелить любой урон, который он тебе успевал нанести — это не то же самое, что победить его. Я понимаю, к чему клонит Кейден. Если мы останемся такими, какие мы есть сейчас, нас все будут считать Империей. Четыре кейпа против СКП, Новой волны, других банд, копов. Мы будем в меньшинстве, и, к сожалению, большинство из нас легко могут превзойти по силам другие. За исключением Кейден, конечно, — он видел пару раз, как Кейден выходила из себя. Даже здания между тобой и ней не могли служить защитой против её гнева, когда она действительно была зла. — Ох, да ладно, ты, должно быть, шутишь, — голос Пола был полон отвращения. — Ты тоже с этим согласен? Признать поражение? Мы — Империя, — он покачал головой. — Мы не отступаем. Мы заставляем отступать других. Первым делом вызволим остальных из камер. Затем удвоим ставки и… — Нет. Мы этого не сделаем, — решительно перебила его Кейден. — Когда в одном только Броктон-Бей у Империи было более дюжины кейпов, мы могли диктовать всем свои условия, и все остальные старались обходить нас стороной. Но сейчас? Всё именно так, как сказал Джастин. Мы в меньшинстве. У нас даже нет ресурсов, чтобы разработать эффективный план побега из тюрьмы. Но если нам позволят стать героями, то номинально на нашей стороне будут и СКП, и Новая волна. Нам больше не нужно будет держать территорию. И это позволит нам ударить АПП по слабым точкам вместо того, чтобы просто пытаться защищаться от их вторжений. Пол оглядел всех присутствующих. — Я не могу поверить, что мы вот так просто сдадимся. Как насчёт наших иногородних членов? Мы могли бы позвать их сюда, чтобы освободить Макса и остальных. — Я пыталась с ними связаться, — сказала Кейден низким голосом. — И единственными, кто откликнулся, были Джефф и Дороти. Все остальные находили оправдания. И прежде, чем вы спросите, насколько они хороши как кейпы, я отвечу, что хороши, но не так, чтобы очень. Они не смогут заменить Макса, Брэда, Джессику, Нессу и всех остальных. Вот почему я не просила их присоединиться к нам. Они просто не подходят на роль героев. — Нет, ты не пригласила их присоединиться к тебе, потому что знала, что они даже не подумают согласиться с этими пораженческми планами, — огрызнулся Пол. — Джастин, Кэсси. Вы же знаете, что Макс бы никогда не стал мириться с подобным дерьмом. Империя никогда не переворачивается на спину и не подставляет под чужие руки голый живот. Мы не отступаем, мы всегда шагаем вперёд. — Тебе-то легко об этом говорить, — заметил Джастин, чувствуя себя немного раздражённым из-за того, что их гиперальбиносный товарищ стоял на своём. — Даже когда среди нас была Отала нам приходилось беспокоиться о том, чтобы не умереть до тех пор, пока мы не получим от неё помощь. А если ты не заметил, то сейчас у нас нет Оталы. Для тебя это не составит никакой проблемы, независимо от того, с кем тебе придётся столкнуться в бою. — Ах вот как? — Пол набычился и угрожающе выдвинулся вперёд. Его рука потянулась к пистолету, висящему у него на бедре. — Так может быть в этой ситуации нужно найти сильного лидера, который не будет ныть о том, что мы ничего не можем сделать? Ты собираешься представить мне такого, или мне нужно показать тебе, кто здесь главный? Ситуация быстро накалялась, что совершенно не нравилось Джастину. Он позволил призрачным копиям вырваться из своего тела, и они бросились вперёд, повалив Пола на пол. Они не могли прикасаться к его оружию, но зато они могли сделать так, чтобы тот не смог до него дотянуться. Алебастр отбивался от превосходящего числа бойцов, против семи или восьми копий. К несчастью для него, он не мог причинить вреда призракам, и хоть он был сильнее любого из них и не чувствовал боли, на их стороне была численность и тактика, а также сплочённость, ведь всеми ими командовал один разум. Драка, какой бы неожиданной она бы ни была, закончилась так быстро, что Астер даже не успела разволноваться. Пол лежал вниз лицом в пол, обе его руки были заломлены мужчине за спину. Джастин не беспокоился о том, что мог нанести какой-либо непоправимый ущерб здоровью Пола, и старался, чтобы его голос звучал достаточно профессионально. Не было смысла злорадствовать и давать Полу ещё больше причин не любить его. — Пол, брось это. Я согласен с Кейден и её планом действий. Империи в Броктон-Бей пришёл конец. Мы попытаемся защищать город как герои, если нам позволит это сделать СКП. Мы не будем преследовать тебя или других рядовых членов империи, но если ты будешь нападать на нас, мы дадим отпор. И, знаешь, можем сдать тебя властям. — Иди на хуй! — крикнул Пол. Кейден раздражённо зашипела, но Полу, похоже, было уже всё равно. — Вы все ёбаные трусы! Одна неудача — и вы превратились в жалких трусов! Руна, ты со мной? Мы покажем этим сраным хуесосам, что значит Империя! На самом деле, это была довольно воодушевляющая речь, несмотря на то, что её произнёс человек, чьё лицо было прижато к полу кучей полуматериальных призраков. В ней были и огонь, и дух, и пугающий энтузиазмом призыв к действиям. Поменяв решение насчёт того, чтобы оставить Полу возможность говорить, Джастин заставил одну из своих призрачных копий зажать ему рот. — Эм, — Кесси и выглядела, и звучала нерешительно. Джастин знал её как истинно верующую в идеалы Империи, из-за чего они с Алебастром довольно хорошо ладили. Однако за последние несколько дней многое для Империи шло не так, и она должна была понимать, что поддержки, которой она обычно пользовалась, больше не было. Она была полезна в качестве их транспорта и стрелка с дальних дистанций, но без сильных бойцов ближнего боя, которые могли отвлечь от неё врага, она превращалась в, как это называл Джастин, бойца одного удара. Джастин подозревал, что Алебастр как отвлекающий манёвр был не слишком силён. — Кэсси, милая, — это заговорила Кейден, шагнувшая вперёд с поднятыми руками. Она не начала светиться, что, как все знали, было признаком того, что она готовиться на вас напасть. — Ты меня знаешь. Я десять лет работала под рукой Макса. Я не отступаю от своих целей так легко. Но тут… тут всё слишком сложно для нас. Мы не можем очистить город от всякой швали, будучи злодеями. Не тогда, когда нас так мало. Но мы можем сделать это как герои, — слегка понизив голос, женщина ободряюще и несколько приторно улыбнулась Кэсси. — Всё, что нам нужно сделать, это выбрать для атаки правильные цели. Даже зная Кейден так же хорошо, как знал её он, Джастин, он не был уверен, говорила ли она искренне, или говорила то, что Кэсси нужно было услышать. Может быть, тут было немного и того, и другого. Скорее всего, Кейден научилась этому у Макса — бывший лидер И88 был хорош в подобного рода манипуляциях. — Хах, — Кэсси слегка склонила голову на бок, а затем перевела взгляд с Кейден на Джастина и обратно. — Думаю, ты права. И держу пари, из меня бы вышел потрясающий герой, — она посмотрела вниз, на Пола. — Что ты собираешься с ним делать? Я имею в виду, даже если мы станем героями, это же не значит, что мы так просто передадим его властям, верно? Это же будет какой-то идиотизм. — Это и не входило в мои намерения, — Кейден присела на корточки рядом с головой Алебастра. — Пол. Послушай меня. Если мы тебя отпустим, ты готов просто уйти? Мы не хотим драться с тобой, но мы сделаем это, если придётся. Пол какие-то секунды боролся, прежде чем Джастин заставил призрака убрать руку с его рта. — Идите вы все нахуй, сраные неудачники! — выклюнул он. — И иди ты нахуй, Чистота! — горячечность тона превратила это имя в ругательство. — Я думал, ты сильная. Я думал, ты искренне веришь в наши идеи. Но ты не кто иная, как предательница нашего правого дела! — Я верю, — печально сказала она. — Но мы верим в разные идеи. Ты не собираешься всё это просто так оставлять, да? — О чём ты, блять, думаешь, сучка? — ругался он, тщетно пытаясь вырваться из призрачной хватки. — Я знаю, что ты пытаешься меня запугать, но ты кое-чего не понимаешь. Меня нельзя запугать. Что ты теперь собираешься со мной сделать? Убить меня? — он резко рассмеялся. — Ну, удачи тебе с этим! Кто только не пытался уже это сделать. Что бы ты со мной ни сделала, я всё равно вернусь с той стороны. И убью тебя! Я убью каждого из вас! А затем я заручусь поддержкой Ночи и Тумана, вытащу Макса из тюрьмы, и Империя восстанет вновь! Поднявшись с пола, Кейден повернула голову в сторону маленькой кухоньки. Джастин и Кэсси последовали за ней, и хотя расстояния было недостаточно для уединённой беседы, призрак Джастина закрыл Полу уши, чтобы тот не мог подслушать всё, что будет здесь сказано. — Ладно, — немного расстроено начала Кейден. — Я надеялась, что он поймёт наши причины, но он продолжает настаивать на своём. У кого-нибудь есть идеи на его счёт? Джастин поморщился. — Мы никогда с ним особо не общались, — признался он. — Но я не хочу его отдавать властям. И убивать его тоже не вариант. Но есть ли у нас какой-нибудь другой выход? Помимо этического и морального аспекта, Джастин не был уверен, что им удастся убить неубиваемого человека, и, к тому же, после того, как они потерпят неудачу, он будет в ещё большем бешенстве. — Он сейчас очень, очень зол, — Кэсси выглядела обеспокоенной. Солонка и перечница, как заметил Джастин, снова стояли на столе. — Раньше я считала его крутым и всё такое, но, воу, он реально слетел с катушек, да? — она переводила взгляд с одного взрослого на другого. — Что мы собираемся делать? Что мы можем сделать? — Ну, у нас есть четыре варианта, — Джастин сделал глубокий вдох, когда двое его собеседников обратили на него всё своё внимание. — Во-первых, мы можем его отпустить. Не идеальный вариант, поскольку он знает наши секреты, знает, где мы живём, и будет преследовать нас изо всех сил. Во-вторых, мы можем передать его СКП. Вариант ещё менее идеальный, в основном из-за тех же самых причин. Он сдаст нас всех в мгновение ока, лишь бы насолить. В-третьих, мы можем попытаться убить его, — он не удержался и скривил лицо. — И мне действительно не нравится этот вариант. Хладнокровно казнить товарища по оружию, пусть даже того, кто решил выступить против нас? Нет, я на такое не подписывался. — А что за четвёртый вариант? — Кейден выглянула с кухни в гостиную, где Пол всё ещё валялся на полу, сдерживаемый призраками Джастина. Джастин пожал плечами. — Мы держим его в плену до тех пор, пока у нас не появится план получше, — звучало не очень хорошо, но это был лучший вариант из всех, что им сейчас были доступны. — Другими словами, мы ничего не делаем и надеемся на то, что подвернётся вариант получше, — Кэсси звучала совсем не вдохновляюще. — Ага. — Вот же дерьмо. — Ага, — вздохнул Джастин.

<><>

Галерея Форсберг Полдюжины антикварных пианино были привезены на выставку старинных искусств и ремёсел, кульминацией которой стали девять наковален, покинувших здание через окно. Несмотря на это происшествие (или, возможно, благодаря ему), выставка имела большой успех, но теперь интерес к ней начал постепенно убывать. Однако он всё ещё не оказался полностью потерян. Толпы людей, приходивших поглазеть на выставку, восхищались одним из наиболее величественных её экспонатов — подлинной антикварной пианолой, привезённой на грузовике из штата Калифорния. Его безупречный внешний вид, однако, скрывал тайну — внутри его полированных деревянных внутренностей было спрятано одиннадцать куколок. Двенадцатая была пуста, ведь её обитательница уже вырвалась на свободу пару дней назад, и отправилась в неизвестность, ожидая того времени, когда и её собратья вылупятся из своих коконов и выпустят в мир славных нелегальных пассажиров этого пианино. Это время уже практически настало.