Часть 1

Стук собственного сердца разрывается в ушах. Холодный воздух обжигает горло и лёгкие, пока ноги наконец не запнуться. Не дав упасть, быстро заводит руку вокруг талии, и прижимает к себе спиной. Так жадно вдыхает твой запах. Прикрывает глаза, касаясь носом шеи. — Наконец поймал... Как змея, которой наступили на хвост, хочется укусить в ответ, но лишь беспомощно тянешь руку, чтобы ухватиться за дверь общего вагона. Это было бы слишком просто. Позвать на помощь, сделать хоть что-нибудь, но он тут же затыкает рот ладонью. Бесполезно. Хватка стальными тисками застыла на теле. Прямо как сверкающая в тусклом свете цепь. Так беспощадно обжигает уже покрасневшую кожу на запястьях, пока перед глазами монотонно тикает стрелка часов в архиве. Заходит тихо, несколько раз проверяет замок на двери. Мы же не хотим, чтобы нас услышали, верно котенок? Присаживается перед тобой, осторожно заправляет за ухо выбившиеся пряди волос, когда цепь наконец со звоном падает на пол. Руки немного затекли. Нежное, словно лепесток лотоса, касание губ на покрасневшей коже. Не хочется признавать, но стало легче. — Я скучал. Весь день только о тебе и думал... Глаза фокусируются на его лице. Хотелось расцарапать тонкие и изящные черты. Слишком невинный взгляд. Он не имеет права быть таким, только не после того, что сделал. Такая отвратительно-приторная улыбка. Плетет дорожку из невесомых поцелуев вдоль по руке, пока наконец не касается пересохших губ. Так трепетно и нежно. Прикрывает глаза, каждый раз наслаждаясь будто в первый. Хочется пропустить все через себя. Взять больше и больше, пока тела не сольются воедино. Если желать кого-то столь сильно - неправильно, почему же ты так отчаянно цепляешься за него сейчас?.. Пальцы все ещё немного дрожат, сжимая одежду. Словно захлебнувшись поцелуем, хватаешься за соломинку. Хочется вытащить из этой бездны хотя бы крупицу разума, пока он ещё трезв. Но погружаешься все глубже. Ты никогда не достигнешь дна, глубина слишком велика. Теряя последние пузырьки воздуха, беспомощно наблюдаешь как они поднимаются на поверхность. Туда, куда тебе больше никогда не добраться. "Знаешь, что чувствуют люди, когда они тонут?" Это был первый вопрос, который он задал тебе, двигаясь так нежно, как только умел. Вырисовывая узоры на коже тонкими пальцами, когда каждый твой стон рвал сердце на куски. Ты не ответила тогда. Да и откуда было знать? Но сейчас, ты понимаешь. Тонуть страшно. Беспомощность сковывает все мышцы. Ты держишь дыхание, пока голова не начнет раскалываться от давления, а когда наконец выдыхаешь, лёгкие будто горят, разрываясь изнутри. Но пройдет минута, и боль отступает. Нестерпимые пытки канут в затворах сознания, после чего наступает долгожданный покой. На контрасте, сравнимо с чем-то небесным. Небытие ощущается как вечный, блаженный сон. Теперь твои дни протекали только так. Вечный цикл. Даёт тебе утонуть, держит руки на горле до последнего, но как только сознание начнет покидать, ты просыпаешься, а его тень снова склоняется над тобой. Лёгкий поцелуй в лоб, и тарелка с завтраком. Своеобразное извинение за то, что нужно отлучиться, оставляя тебя одну в холодной постели. Каждый раз, изо дня в день, ты не помнишь как наступает ночь. Как мнутся простыни, как суетливы движения. Как прохлада туманом растекается по ногам, когда он уходит утром, лишь на щёлку приоткрывая дверь, будто дразнит. Знаешь, что скоро вернётся. Впадая в забвение, проводишь день за днём. Сколько прошло времени с тех пор, как твоя комната пустует? Помнит ли ещё кто-то о твоём существовании? Это дни или недели? Может годы. Все, что ты знаешь, так это то, что подушечки пальцев уже стёрты в кровь, уголками бумажных страниц архива. Не страшно. Он все залижет. Ненавидит твою боль. Чувствует, как свою собственную. Бережет от всего мира, взамен истязая душу. Он любит тебя. Любит. Любит. Любит. Любит. Так же, как и ты его. Верно? — Ну же... Повтори за мной, это ведь не сложно, правда, котенок?.. Под монотонный тик настенных часов, в голове тоже что-то громко щелкает. — Люблю...