Глава 4. Антиморфизм парадигмы

***

      Суетливый шум Лондона был похож на спутанный клубок из людских голосов, звуков проезжающих машин и воя далёких поездов. Клубок этот невозможно было распутать. Можно лишь взять одну из ниточек и как следует в неё вслушаться: приглушённый хлопок, тихий скрип открывающейся двери, звон колокольчиков фэншуй и последовавший за ними цокот каблуков. — Мадам, что будете заказывать? — спросил официант. — Чёрный кофе без сахара и шоколадный чизкейк, — ответил ему усталый женский голос.       За окном послышался дождь, усиливающийся с каждой секундой. Люди засуетились, спасаясь от подходящего ливня, а на стол поставили горячий напиток с небольшим десертом.       Минерва Макгонагалл любила эту обычную магловскую кафешку. Здесь было всегда тихо и уютно. Особенно в дождь, когда большие и всегда чистые окна надёжно защищали от промозглости Лондонских улиц. И всё это сделали без магии, просто руками и старанием. Волшебница заходила сюда отдохнуть, сделать передышку от своего образа строгого и всегда собранного профессора трансфигурации. Повспоминать былые деньки, подумать о грядущем, ну или просто попить горячительный напиток без единой мысли в голове. Сейчас, правда, мысли уходить не желали.       Учебный год был очень напряжённым, даже тяжелее предыдущего. Хоть времена сейчас и мирные, не так как в семидесятых. Но даже тогда, при разгуле пожирателей, в школе было относительно спокойно. Да, из года в год кто-то терял родных и знакомых, однако ученики были в безопасности, в школу ОН сунуться не решался. А что сейчас? Четверо учеников пробыли в магической коме почти полгода! Они прошли на волоске от смерти, чудом спасшись от прямого взгляда василиска. А за год до этого, трое её подопечных чуть не убились сначала об тролля, а потом об ловушки, часть которых Минерва сама же и расставила.       Грядущий тоже не предвещал ничего спокойного: сбежавший преступник и идиотское, по её мнению, решение министерства о дополнительной защите Хогвартса. Против защиты, как таковой, она ничего не имела, но дементоры — это перебор. Иногда она не понимала Альбуса. Что у него на уме? Насколько далеко простираются его планы? Ясно ей было только одно: многие из тех тайн, в которые он её посвятил, она не хотела бы знать.       Сделав последний глоток, волшебница расплатилась, вышла за дверь, накладывая на себя заклинание от дождя, и достала список. «Такс, кто там у нас следующий…. Рик Мозус Греймор, Майндфилд-авеню в Дартфорде», — прочла она строчку в списке тех маглорождённых первокурсников, сопровождение которых она взяла на себя. «Кажется это рядом с тем приятным парком», — всплыл фрагмент воспоминаний, когда Минерва уже завернула в неприметный закоулок, для того чтобы аппарировать.       Хороший частный дом, с небольшим участком и высоким забором, входная калитка которого предполагала, что гости могут пройти сразу к крыльцу усадьбы. Позвонив в дверь и прождав пару минут, волшебница достала палочку. — Homenum Revelio, — произнесла она заклинание, после которого пришло чёткое осознание, что в доме кто-то есть.       После более продолжительного второго звонка, послышались быстрые шажки. Дверь открыла голубоглазая девочка лет десяти с чёрными волосами. — Рик, ты что, ключи поте… рял, — запнулась девочка, поднимая глаза вверх. — Здравствуйте, юная леди, я профессор Макгонагалл из школы чародейства и волшебства Хогвартс, — формальным тоном сказала Минерва, — ваши родители дома? — Они… — Они скоро подойдут, — неожиданно раздался спокойный голос из-за спины, принадлежащий худому, но жилистому мальчику лет 12-ти 13-ти на вид. Он стоял рядом, на крыльце, с чуть заметной улыбкой и необъяснимым блеском в его больших серых глазах. И как он так тихо подошёл? — Добрый день профессор, меня зовут Рик Мозус Греймор, а это моя сестра, Виктория Греймор, — указал он на девочку рукой, — проходите, выпейте чаю. — Благодарю.       Расположившись в гостиной и приняв кружку, профессор отхлебнула один глоток ради приличия и поставила её на кофейный столик. — Мистер Греймор, вы же получили письмо? — О да, мэм, получил, — многозначительно протянул Рик, потирая левую кисть, — вот только настроен крайне скептически. — Понимаю, обычно мне подобное говорят родители, — сказала женщина, разводя руки в сторону Рика, — всем маглорождённым поначалу непонятно, я для этого и здесь, чтобы всё разъяснить.       Мальчик в ответ нахмурился и вопросительно поднял бровь на слове «маглорождённым». Однако Макгонагалл не придала этому значение и продолжила. — Мистер Греймор, — выждала драматическую паузу профессор, — Вы волшебник…. …. — Что значит волшебник?       На что она только взмахнула палочкой, и вокруг неё закружились миниатюрные львы, сотканные из огня. Они попрыгали через огненные обручи и растворились после ещё одного взмаха. Направив выразительный взгляд на мальчика в стиле «Что и требовалось доказать», она увидела лишь вопросительное выражение лица. Не восхищённый взгляд или гримасу шока, как обычно бывает у маглорождённых семей, а незаданный вопрос: «Иии?». — Что… значит… волшебник? — медленно повторил вопрос мальчик, смотря куда-то ей за спину. — Кхм… Кхм…. Это значит, что вы обладаете магией, — прокашлялась Макгонагалл, — сможете творить такие же чудеса, если будете хорошо учиться в Хогвартсе. — Это-то понятно. В общем-то, даже очевидно. Вот только что вы подразумеваете под магией? И что значит «Homenum Revelio»? — как-то слишком серьёзно, и неестественно по-взрослому заговорил мальчик с каким-то изучающим взглядом, без детского удивления или трепета. — «Раскрываю человека», вроде бы так это переводится? — сфокусировал он на ней взгляд, — а вкупе с вашим маханием этой деревяшкой, что вызвало только что толи свет, толи глюки. Подозреваю, что слова эти не бессмысленны. Вы сделали что-то с нашим домом? Или с человеком, который там находился?       В воздухе повисло напряжение. Картинка детского восторга и озадаченных лиц родителей, которые она всегда видела, раскрывая маглам магию, разбилась вдребезги. Уступая место образу сообразительного мальчика, что уже не казался наивным одиннадцатилеткой. — К тому же, Минерва, не считайте моих родителей простофилями, — подавшись вперёд, сказал чуть тише Рик, внимательно смотря ей в глаза, — они может и не волшебники, но МАГлами точно не являются.       Макгонагалл замерла и задумалась на минуту, ведь она такого не ожидала. Да, взрослые не-маги, посвящённые в статут, бывает, задаются этим вопросом: «Почему это они маглы (muggle)? Термин очень прозрачно намекает, что они, в отличие от волшебников, полные увальни, простофили (mug)». Однако их дети, которые с одиннадцати лет начинают жить в магическом мире, об этом не задумываются и перенимают термин. Так когда-то сделала это и она, хоть отец её был из маглов. К тому же, мальчик намекает на то, что она наложила неизвестное заклинание на их дом. Понятно, что с порядками магического общества он не знаком, но попал в самую точку. Накладывать какие-либо свои заклинания на жилище волшебника без его разрешения — это как минимум неприлично, а как максимум — незаконно. Даже немного стыдно стало. — Извините мистер Греймор, вы могли меня не так понять. Слово «магл» давно потеряло тот смысл, что в него вкладывали когда-то в древности. Но если вам некомфортно, то есть ещё «не-маг», как говорят в США, — спокойным тоном пояснила Макгонагалл. — А слова, что я произнесла перед дверью — это заклинание обнаружения, которое может лишь раскрыть чьё-нибудь присутствие. Им невозможно навредить или что-нибудь испортить. — И вы меня извините, профессор, — сбрасывая напряжённость беседы и откидываясь обратно на спинку кресла, сказал Рик, — с моей точки зрения относиться к вам с подозрением было бы разумно. Так что давайте вы мне расскажете всё по порядку, с демонстрациями и исторической справкой, — улыбнулся он невинной улыбочкой.       Минерва взяла со стола кружку, сделала глоток и, наколдовав заклинание «tempus», после которого в воздухе засветился циферблат, тяжело вздохнула. — Так и быть, только дождёмся сначала ваших родителей, чтобы мне по два раза всё не объяснять.

***

      Сегодня в нашей уютной гостиной с большим диваном, тремя пышными креслами и кофейным столиком, за которым мы с сестрой частенько играли в настолки, витала какая-то необъяснимо эпическая атмосфера. Освещение вокруг поубавили и шум улицы немного приглушили. Как будто в этой комнате строился мировой заговор, или раскрывался страшный секрет.       Как оказалось, это и правда так, нас с семьёй в данный момент посвящали в тайну магического сообщества. И пока необычно одетая профессор Макгонагалл из той самой школы «волшбы и чароплётов» вела свой рассказ, я сидел и массировал переносицу. Ведь в голове у меня варилась каша. Очень густая и неприятная каша. Каша из мыслей, гипотез, воспоминаний и споров двух половинок моего сознания.       Всего четыре года назад Тим Бернерсом-Ли изобрёл всемирную паутину, Алан Эмтейджем запустил первую в истории поисковую систему «Арчи». А в начале прошлого года канадский астроном Дейл Фрей совместно с поляком Александром Вольщаном открыли первые планеты-пульсары, находящиеся за пределами солнечной системы. Статья была громкой и очень обсуждаемой, среди астрономов и писателей фантастов, конечно же.       Хронология научных открытий и новых технологий идёт тютелька в тютельку. В следующем году компания IBM должна разработать первый в мире смартфон, а Эндрю Уайлс докажет последнюю теорему Ферма. Наблюдая за ходом истории, что была идентична моему миру, я убеждал себя, что эксперименты с S-фактором — это не случайная мутация, а просто ещё не открытый феномен, что существовал и в моём исходнике. Да, я знал, что отличия между вселенными должны быть, но не знал какие. Как я могу утверждать, что новые открытия — это следствие других фундаментальных законов, а не неполнота моих знаний? Быть может, там тоже кто-то столкнулся с феноменом S-фактора, но не изучил его или не придал огласке?       В любом случае, до сегодняшнего дня я полагался на свои сакральные знания будущего, ведь с моей точки зрения, я просто переместился на полвека назад, в почти идентичный мир, совпадающий в ключевых точках, но незначительно отличающийся своим наполнением.       А что теперь? Теперь мне рассказывают о том, что на протяжении всей человеческой истории существовали маги: пророк Иосиф и некоторые из фараонов в древнем Египте, архимаги в цивилизации шумеров, греческие жрецы и китайские шаманы, древнерусские волхвы и польские ведьмы. А английские волшебники Мерлин и Моргана — это не персонажи из легенд о короле Артуре, а когда-то существовавшие английские архимаги, деяния которых превратились в сказочки и мифы. Хотите сказать, что это тоже имело место быть в моей вселенной? Только я об этом не знал, потому что не был магом? «Не верю», — запротестовал Моз, материализовавшись рядом со мной как призрак, которого вижу только я. «А может ты просто не можешь это принять?», — спросил я сам себя в виде другой ипостаси, — «ведь тогда придётся признать, что в прошлой жизни ты был просто круглым дураком — обычным маглом». «Зачем вообще об этом думать?!», — резко всплеснул он потрескавшимися руками, агрессивно вопросительно уставившись на Рика, стоявшего неподалёку в виде призрачно-мысленной проекции. — «Зачем вспоминать возможное будущее, что превратилось в моё прошлое? Я теперь никак не связан с тем миром, зачем гадать, что там было, а что нет?» «Но как же…» «Нет, это уже не имеет значения», — пресёк Мозус бессмысленную дискуссию, — «Я здесь и сейчас, в этой реальности. Она работает точно так же, и её история абсолютно такая же, если исключить магию». «Картина мира не рушится, а лишь дополняется, да?», — согласился Рик, изрекая фразу, достойную цитирования на каких-нибудь глупых форумах.       Причина незаметности таких кардинальных отличий была в том, что в конце 17-го века на саммите международной конфедерации магов (МКМ) был принят всемирный статут о секретности, вследствие которого весь магический мир ушёл в подполье. Причём ушёл он очень глубоко, сжигая почти все мосты с «магловской» общественностью. Так, к примеру, в соединённых штатах закон Раппапорт о запрете любой близкородственной связи с не-магом был отменён всего лишь 28 лет назад! «Вопрос о том, зачем маги так сделали и почему — очень интересный», — облокотившись на спинку кресла позади рассказывающей Макгонагалл, задумчиво повертел рукой мой внутренний Рик. — «Так, навскидку, могу лишь предположить, что причиной принятия статута стали гонения на ведьм в 15-м, 16-м и 17-м веках, а как следствие — научно-техническая революция 17-го и 18-го века». «Звучит правдоподобно: религиозное обострение в средневековье, как смена авторитета волшебников на церковь, и эпидемии чумы, ответственность за которые, скорее всего, свалили на магов», — кивнул я сам себе в виде мысленного Мозуса, стоявшего, как ни в чём не бывало, на потолке. «А после исчезновения всех магических чудес, люди стали думать, как им улучшить свою жизнь. Получаем революцию», — хлопнул в ладоши странноволосый, отходя от рассказывающей волшебницы к окну. — «Конечно, для выяснения истины придётся хорошенько покопаться как в магической истории, так и в обычных документах, но….», — смотря куда-то в сгущающуюся темноту вечера, прервался он. «Но это сейчас не самое интересное», — закончил за него другой, постепенно исчезая, ведь фокус моего внимания переключился с размышлений о магической истории на демонстрацию, которую профессор решила провести для родителей.

***

      Вся семья встала дружным кружком вокруг кресла, молча разглядывая то, что секунду назад появилось на месте женщины, одетой в строгий наряд и остроконечную шляпу. — Это кот? — первым нарушил тишину Кевин. — Я думаю, что это всё-таки кошка, — поправила его Александра. — Это профессор Макгонагалл в виде кошки, — переправила всех Вика, начав по привычке тянуть к ней руки, чтобы погладить. — А может, это кошка, что притворялась профессором Макгонагалл? — бросил Рик вопрос в воздух, после которого все, включая кошку, недоумённо посмотрели в его сторону. — Ну а что, может она сверхразумная кошка? — Профессор, если это всё ещё вы, то мяукните один раз, — наклонился отец к кошке, но тут же отпрыгнул, так как она начала быстро увеличиваться, превращаясь обратно в волшебницу. — Мяу, — невозмутимо сказала Минерва, немного улыбнувшись, — это было достаточно убедительно, мистер Греймор? — Д…да, конечно. Честно говоря, мы с женой вам поверили ещё тогда, когда вы показали эти ваши картинки в газетах и иллюзии замка, — проговорил отец, не замечая, что Макгонагалл обращалась не к нему. — Ладно, ладно. Превращаться в кошку, ненормально даже для меня, — поднял мальчик руки в сдающемся жесте, — А во что превращается одежда, в шерсть? Или она просто исчезает, а потом появляется? — Мистер Греймор, — угрожающе протянула волшебница, нахмурив брови. — А если кошке хвост отрезать то как это отразится на вас? Отобьёте копчик? — задумчиво уставившись в потолок, задавал он вопросы самому себе, однако заметив, что говорит это вслух, осёкся, — извините…. Это я так…. В научных интересах, — криво улыбнувшись, пожал Рик плечами. — Ничего…. — прикладывая руку ко лбу, закатила профессор глаза в стиле «за что мне всё это?» — Когтевран по вам плачет, мистер Греймор, — устало, весёлым тоном сказала она. — Ну ладно, — решительно встала Макгонагалл, — нам сегодня ещё в Косой переулок нужно зайти. Большинство магазинов уже закрыто, но банк ещё работает. К тому же, надо вам показать, где находится вход.       Вся семья ещё с минуту переглядывалась, сидя в немного неудобной тишине. Спорить со своими собственными глазами было трудновато, а необходимость учёбы в магической школе, чтобы взять дар под контроль была очевидна, если вспомнить все магические выбросы Виктории. Родители это понимали, но переварить ещё долго не смогут. Однако когда молчание слишком затянулось, кто-то пихнул Кевина в бок. — Дорогая, мы с Риком тогда пойдём там осмотримся, посмотрим цены и всё разузнаем, — засуетился отец, — Рик, одеваться, шагом марш! — указал он в сторону вешалок и сам направился туда с поднятой в указательном жесте рукой. — Большое спасибо, профессор. Надеюсь, мы вас не сильно задержали? — начав убирать кружки со стола, сказала Александра. — Не беспокойтесь, — снимая заклинание, ответила Минерва, — это моя работа. — Поедем на машине, или тут недалеко? — открывая дверь, спросил отец.       Попрощавшись, все вышли из дома и зашагали по тропинке к выходу с участка. — Тут и правда есть недалеко один старый вход, однако я хотела бы вам показать главный, в «Дырявом котле», — объяснила профессор, останавливаясь около калитки, — но автомобиль нам не потребуется, мы перенесёмся туда с помощью аппарации, — протянула она руку. — Аппа…. Что? — Аппарации, — повторила Макгонагалл, — возьмите меня за руку. — Ну ладно, — уже свыкнувшись с тем, что мало чего понимает, взялся за её предплечье Кевин, — давай Рик, у нас не так много времени. — Тык что это, если вкратце? — подходя ближе, невзначай спросил мальчик. — Мгновенный перенос из одного места в другое, — поучительно выдала волшебница, — пожалуйста, возьмите меня за руку и держитесь…. — Стоп! — отпрыгнул Рик в тот момент, когда волшебница уже хотела крутануться на месте, перенося всех ко входу в Косой переулок, — мгновенный перенос? Телепорт?! — После всего увиденного тебя это удивляет? — с насмешливым недоумением улыбнулся отец. — Дело не в том, удивлён я или нет, просто это слишком опасно! Минерва удивлённо подняла брови, однако после слов про опасность, уважительно закачала головой. — Ваши же опасения, да в уши шестикурсникам Гриффиндора, — удручающе вспомнила какой-то случай из прошлого Макгонагалл, на что Кевин медленно повернул голову в её сторону и с опаской отдёрнул руку. — Вы правы мистер Греймор. Аппарация опасна для неопытных пользователей, однако могу нескромно вас заверить, что я мастер в этом деле и переживать вам не о чём.       Кевин, облегчённо выдохнув, снова взялся за предплечье волшебницы. — В вашем мастерстве я почти не сомневаюсь, профессор, — отошёл ещё на полшага назад Рик, — однако не могли бы вы сначала пояснить механизм работы этого вашего «телепорта»? — Ваша любознательность похвальна, но вы сможете изучить это подробно в школе, — снисходительно сказала Минерва, — или прочитать об этом в книгах. — Ага, и с изумлением потом обнаружить, что уже успел пару раз умереть, — саркастично развёл руки мальчик, — круто! — О чём это вы? — непонимающе уставилась на него волшебница, пока Кевин снова недоверчиво оттягивал свою руку подальше от неё, делая вид, что просто хочет почесать затылок. — О парадоксе телепортации, или как вы её называете «аппарации», которая в одном из вариантов своего устройства, будет неизбежно приводить к смерти переносимого. — Я аппарировала сотни раз, мистер Греймор, и до сих пор жива, — убедительно качнув головой, сказала профессор, показывая свою непоколебимую уверенность в том, что вокруг не загробный мир. — Это никак не противоречит тому, что вы сотни раз умирали, — широко раскрыв глаза, энергично жестикулировал Рик, — если конечно это работает по принципу квантовой запутанности, а не пространственного пузыря. … — Что? — приложила пальцы к виску Макгонагалл. — Да… эээ, что? — сначала поддакнул Кевин, но потом тоже повернулся к мальчику и выразил своё непонимание.       Рик же сначала просто смотрел на обоих взрослых с надеждой, что смысл его слов их достигнет. Однако убедившись, что этому не бывать, тяжело вздохнул, слегка хлопнув себе ладошкой по лбу. — Ладно, буду краток. Вы утверждаете, что можете перемещаться на большие расстояния практически мгновенно, — развёл он руки в сторону профессора, — так? — Ну да. — Хорошо, — развернулся он и зашагал в сторону, продолжая говорить, — в вашем понимании, то есть в понимании магов, скорость света постоянна? Есть что-то быстрее, какая-нибудь особая «магическая материя»? — выделил Рик последние слова кавычками, ожидая ответа. — Скорость света? Как у света может быть скорость? — не поняла волшебница, — да и при чём тут это вообще? — Ну, скорость… Световая скорость… — остановившись около забора, обернулся на неё мальчик. — Три на десять в восьмой метров в секунду… Ладно, проехали. — Буду пока считать, что нет, — пошёл он в другую сторону, — так что у меня есть две гипотезы, как вообще может работать телепорт, — показал он Макгонагалл два пальца. — Первая, — остановился в трёх метрах от взрослых Рик, подняв указательный палец, — вы каким-то образом сжимаете пространство перед собой, превращая тысячи километров в пару сантиметров, а затем, проходя через эту сжатую область, возвращаете его в норму. — И вторая, — снова показывая два пальца, он медленно зашагал влево, — вы можете как-либо магически воздействовать на запутанные состояния элементарных частиц, передавая информацию о них частицам-парам, что когда-то были с ними связаны.       Снова встав возле забора и повернувшись к взрослым, мальчик сложил руки за спиной и продолжил. — В первом случае, объект, проходящий телепортацию, никак не искажается и не повреждается, он просто проходит через сжатый пузырь пространства, как по дорожке, — сказал Рик, проводя перед собой рукой, указывая на тропинку к дому. — А во втором, исходный объект уничтожается, создав на другом конце канала свою идентичную копию, — всплеснул мальчик руками, — может для стороннего наблюдателя это не очень-то и важно, ведь он не заметит подмены. Однако для того, кто переносится, это критично. Я, знаете ли, сторонник материального монизма. — Монизма? — вспомнил Кевин термин из прошлых «разговоров по душам» с сыном. Которые он сначала представлял в виде совместных игр или поучительных уроков отца, однако в итоге они вылились в дискуссии на тему философии, религии, метафизики и иногда политики. Конечно, в политике он разбирался куда лучше сына, чему был неизмеримо рад, ведь так он в полной мере становился именно отцом. Однако в остальных случаях Рик рассуждал куда быстрее и умелее. — Да, пап. Монизма, — кивнул мальчик, — суждения о том, что разнообразие нашего мира, в конечном счёте, сводится к чему-то одному, к духу, — повертел Рик рукой, как бы показывая, что не может с точностью определить что это, — материи, — постучал он по забору рядом с собой, — или чему-то третьему, — спародировал он взмахи палочкой.       Помолчав с минуту, Минерва открыла рот, чтобы что-то сказать, затем закрыла, затем снова открыла и подняла палец, но снова задумалась так ничего и не сказав. — Честно говоря, мистер Греймор, — наконец заговорила Макгонагалл, — я мало что поняла из ваших рассуждений. Волшебники аппарируют с помощью магии, они не использую никакие пузыри и, тем более, не создают свои отдельные копии, ведь душу скопировать нельзя. — Вы сказали «душу»? — Ну да, именно в душе заключена магическая сила, — сказала профессор так, как будто это что-то абсолютно очевидное, — магия это вам не магловские побрякушки. Она зиждится на упорстве, желаниях, таланте и мастерстве волшебника. — То есть как? — нахмурился в полном непринятии сказанного Рик. — Вот например, что бы совершить аппарацию, волшебник проходит через три шага, три «Н», — совсем позабыв, о том, что перед ней первокурсник, начала лекционным тоном рассказывать Минерва. — Ему необходимо чётко представить место прибытия (Нацеленность), сконцентрироваться на желании попасть туда (Настойчивость) и без суеты, спокойно крутануться на месте (Неспешность). При должном старании, этому может научиться любой, главное по настоящему желать и верить в это. — Любой волшебник, — добавила она, заметив как Греймор старший начал с закрытыми глазами выписывать круги на одной ноге, словно балерина. — Пойду машину заводить, — немного сконфуженно ответив, махнул рукой Кевин, и отправился к гаражу. — Бред какой-то, — под нос пробурчал Рик так, что бы Макгонагалл этого не услышала, — и что, это всё, что волшебники знают про аппарацию? — Нет, конечно, — сделала волшебница вид, что не имеет близкий к кошачьему слух, — есть ещё множество нюансов: парная аппарация, антиаппарационные барьеры, максимальные расстояния и тому подобное. — Да нет же, я не про исключения и следствия, — массируя переносицу с закрытыми газами, сказал мальчик, прислонившись спиной к забору, — а про основы, теоретическую модель. — Я и рассказала вам основы, мистер Греймор, — уже чуть раздражённо сказала профессор, — а теория магии тут вообще не причём. По-моему, это слишком туманный предмет без какой-либо конкретики.       Рик, открыв глаза и уставившись на собеседницу с выражением усталого шока, начал понимать. Начал понимать, что за люди эти маги. Он начал понимать, в чём их главная проблема и что они из себя представляют. У него даже появились догадки насчёт причин и предпосылок такого положения дел. Однако по одной волшебнице судить было нельзя. — И много ли магов думают так же, как и вы? — спросил Рик, — я имею в виду аппарацию. Ваше мнение на этот счёт, оно популярно? — Это общеизвестный факт. — И никто из волшебников не задумывался, почему этот «факт» именно такой? Почему он работает именно так, а не иначе? — показал он пальцами кавычки. — Сколько вообще волшебников в мире? Ни одного не нашлось? — Около трёх миллионов, наверное, — навскидку ответила Макгонагалл, пожав плечами. — Вот оно как — протянул Рик, — а сколько из не магических семей? — Не могу сказать наверняка, где-то один из восьми магов — маглорождённый. — Да уж, это многое объясняет, — с сарказмом, но и с долей правды, сказал Рик, — ну ладно, профессор. Эта дискуссия может затянуться надолго, а время у нас не резиновое, — оттолкнувшись от забора, встал он в вертикальное положение. — И, так как аппарировать сейчас я точно не соглашусь, давайте поедем на машине, — указал он рукой в сторону авто, которую отец уже успел завести и выкатить из гаража.

***

      Фонари, пробегая перед лобовым стеклом, контрастно освещали улицу одного из спальных районов Дартфорда. Частные дома и редкие прохожие мелькали за окном. Начался небольшой дождь, мерно постукивая по крыше автомобиля, в салоне которого молча сидели три человека: мужчина за рулём, мальчик на заднем сиденье и волшебница в остроконечной шляпе на переднем. — Вот здесь направо, — подала она голос, на что водитель просто молча свернул.       Вскоре впереди показался парк, который и был пунктом назначения. Доехав до указанного женщиной места, все вышли из машины и, не теряя времени, пошли в его глубь. — Запоминайте дорогу, — не оборачиваясь, сказала профессор, уверенно шагая по дорожке, посыпанной гравием, — нам нужен второй по счёту перекрёсток.       Дойдя до нужного поворота, Макгонагалл остановилась возле одинокого фонаря, стоявшего вплотную к листве деревьев. Внимательно на него посмотрев, как будто что-то вспоминая, она подошла ближе и сдвинула зелёный полог листьев, за которым показалась небольшая тропка. — Мистер Греймор, возьмите своего отца за руку и следуйте за мной, — сказала Минерва, ступая на тропинку.       Грейморы лишь пожали плечами, взялись за руки и точно таким же образом прошли внутрь леса. После трёх минут ходьбы в достаточно тёмном лесу, освещаемом лишь палочкой профессора, Кевин стал спотыкаться и всё время уходить правее, словно его туда что-то толкало. — Когда будете идти этим путём самостоятельно, то всегда поворачивайте налево, иначе просто пройдёте подлесок насквозь, — махнула соответствующей рукой Макгонагалл, — и не отпускайте отца, на этой тропинке стоят довольно мощные маглоотталкивающие чары.       Дальше все шли в молчании, сосредоточенно вглядываясь в темноту деревьев. Вскоре Рик заметил, что они ходят кругами, а точнее по спирали, постепенно приближаясь к центру. Однако до центра они так и не дошли. Пробившись через очередной куст, перегораживающий проход, они с отцом вышли на аккуратно подстриженный газон, какого не могло быть в лесу. И хоть это было неожиданно, они тут же об этом забыли, так как уши наполнились людскими голосами, в нос ударил запах ветхой мостовой, а перед глазами раскинулся узенький закоулок, стены которого были сплошь и рядом обклеены плакатами розыска некоего Дэйва Маккорти, Рэя Утакаты, Роберта Каркарова и Сириуса Блэка. — Ээээ…. — в унисон протянули отец с сыном, — профессор, кажется, мы заблудились, — пошутил старший, крутя головой. — Только не говорите, что это был платяной шкаф, — пробурчал Рик, отодвигая куст из которого они вышли, обнаруживая за ним всё ту же лесную тропинку. — Шкаф? — Хехехе, — хохотнул Кевин, тоже замечая сходство, — осталось дождаться мистера Тумнуса, — перевёл он взгляд на профессора, ожидая, что сейчас до неё дойдёт, — нет?       Махнув рукой, Минерва повела всех к светлой части закоулка, где тот выходил на более широкую улицу. — Пап, думаю, среди магов Клайв Льюис не популярен, — подметил мальчик, подходя к повороту, — у них же тут… — не договорив фразу, он так и остался стоять с открытым ртом.       Улица, освещённая сине-золотым светом, вмещала в себя множество магазинчиков, лавок и ларьков, построенных в совершенно не подходящих друг другу стилях. Большое, скособоченное белое здание на углу соседствовало с небольшим готическим замком; типичный лондонский домик прятался в тени китайского храма; неподалёку стоял индейский шалаш, а на другой стороне улицы громоздился отпиленный кусок сталинской пятиэтажки! Как она вообще сюда попала?       Всюду сновали совы, бегали живые сундуки и порхали нестройным роем сине-голубые песчинки, плавно обтекая прохожих, одетых один страннее другого. Мужчина в сюртуке века так 16-го гордо шагал под руку с женщиной в платье викторианской эпохи. Мальчишка, одетый в нечто среднее между китайским ханьфу и русским сарафаном, тянул за собой мать, облачённую в кимоно. А прямо перед носом возникла бабушка с чучелом бобра на голове. Кроме того, среди волшебников, отмечался слишком большой процент карликов. Причём, эти карлики заметно разделялись на несколько сортов. Одни были взрослому человеку по локоть — широкоплечие и основательные, но, в целом, такие же на вид. Другие же были примерно по пояс, с крючковатыми носами и зеленоватой кожей.       Кто-то спешил по делам, кто-то просто прогуливался, рассматривая витрины, кто-то занимался чем-то подозрительным, однако никто из них не обращал внимания на то, что так привлекло Рика. То, за что, скорее всего, Косую аллею и прозвали именно «Косой». Она смещалась и заворачивалась во всех трёх плоскостях. Если посмотреть вдаль, то можно заметить, как она загибается влево и уходит вниз, петляя там из стороны в сторону. Но всё бы ничего, если бы она с расстоянием не поворачивалась вокруг своей оси. Люди, находящиеся далеко впереди — ходили по полу, как по стене. Для них это был обычный переулок, с немного кривыми зданиями, однако для наблюдателя с большой дистанции их горизонт был сильно завален, превращаясь в вертикаль. Наверное, если пройти достаточно далеко, то окажешься в итоге на потолке. — Добро пожаловать на Косую Аллею, — торжественно сказала Макгонагалл и немного улыбнулась, видя детское изумление у Кевина, и прищуренные в замешательстве глаза у Рика.       У них не нашлось что сказать, поэтому Минерва повела всех в одной ей известном направлении, сказав: «Заблудиться тут сложно, если, конечно, не сворачивать с главной улицы».       Рик шёл молча, разглядывая прохожих и магазинчики, иногда бурча что-то себе под нос. Пока он размышлял о том, как из разных мест переулка может выглядеть солнце, Кевин с Макгонагалл где-то на фоне завели диалог. — Профессор, — протянул Греймор старший, — а как в магическом обществе обстоят дела с наркотиками? «А что будет, если посмотреть на эту странную улицу с высоты? Она же вроде бы в Лондоне, а не в пустоте, должна же быть какая-нибудь связь», — думал мальчик. — Наркотиками? — переспросила Макгонагалл, вспоминая, что давным-давно слышала об этом от своего коллеги Квиринуса Квиррелла, который до своей злополучной кругосветки и должности ЗОТИ работал профессором магловедения. — Ну да, есть ли они вообще? Просто если это вот, — обвёл он всё вокруг руками, — волшебники видят в обыкновении, то боюсь представить, что бывает во время прихода. «Либо здесь перекручено пространство, либо очень хитро преломляется свет. Скорее всего, второе, ведь провернуть это проще…. Хотя, хрен знает, что эти маги умеют», — варились у мальчика мысли в котелке. — Не могу сказать, мистер Греймор, так как не очень хорошо представляю, кто такие наркотики, — спустя пару минут, сказала волшебница. — Значит нет, — кивнул сам себе Кевин, — иначе бы вы точно об этом слышали. «Такс, для проверки гипотез понадобится самый простенький лазер, пару изоляторов и…», — рассуждал его внутренний Мозус. — «Хотя нет, для начала стоит взобраться куда-нибудь повыше, посмотреть, погулять по аллее днём, поспрашивать у магов и почитать об этом месте в библиотеке, если она тут имеется». — Вот здесь лучше покупать учебники, — остановилась и повернулась к первокурснику Минерва, указывая на богато выглядящее здание под вывеской «Флориш и Блоттс». «Интересно, а время на этой улице течёт также как и в Лондоне? Всё же общая теория относительности — это тебе не шутки. Да и вектор гравитации тут слишком быстро меняет своё направление….» — Мистер Греймор, — стала она дозываться, видя, что тот погружён в свои мысли и не реагирует, — я к вам обращаюсь, — безрезультатно пыталась профессор. «А с чего я решил, что это вообще односвязная область? Может Косой переулок не от мира сего?» — Рик! — прикрикнул Кевин, зная, что когда сын в таком состоянии, то дозваться его непросто. — А?…. Да, что? — Это ма-га-зин, где кни-ги по-ку-пать бу-дем, — нарочито по слогам повторил отец. — Ээ…. Да, хорошо… Дальше профессор стала показывать нужные лавки и заведения, где можно купить школьные принадлежности. Продвигаясь дальше, стало заметно, что хоть Косая Аллея и имела порой очень странные сочетания, однако в среднем выдерживала определённый стиль. Большинство домов были вытянутыми, каменно-деревянными, с большими окнами и витражами, все они немного косились, в основном потому, что сама улица закручивалась. Точно так же, маги в большинстве своём одевались либо как Макгонагалл — в чёрные мантии и остроконечные шляпы, либо в подобие деловых не-магических костюмов.       Вскоре они дошли до неказистого, но статного белого здания, расположенного на углу. Над его вестибюлем было выгравировано: «Банк Гринготтс». Убедившись, что он уже закрыт, они всей компанией свернули к арке, вход которой тут же превратился в обычную кирпичную стену, как только они через него прошли. — Это «Дырявый котёл», — сказала профессор Макгонагалл, выходя из кирпичного тупика через дверь напротив. — И это парадный вход? — удивился Кевин, — средневековый тёмный паб? — Не совсем, это главный проход для маглов и тех, кто не может аппарировать или перенестись камином. — Камином? — Да, камином. Только давайте сейчас не будем об этом мистер Греймор, — подняла она руки, останавливая возможный расспрос с пристрастием, — уже довольно поздно. ... — Здравствуйте, — подошёл к ним сутулый старик, чья изборождённая морщинами лысина напоминала грецкий орех. — Здравствуй Том, — поприветствовала его Минерва, — это бармен и по совместительству хозяин паба. А это юный первокурсник Рик Греймор и его отец, — представила она их друг другу.       Том пожал обоим посетителям руку и улыбнулся беззубой улыбкой. — Всегда добро пожаловать, у меня всегда можно переночевать и отобедать. Даже маглам, — сказал он так, будто это какая-то эксклюзивная возможность.       На что Грейморы немного постояли, переглянулись, мысленно выражая одну и ту же мысль: «Даже?! Маглам?», после чего молча кивнули Тому в унисон и ожидающе уставились на профессора. — Так, ну ладно. На этом будем прощаться мистер Греймор, — сказала она, и протянула листок бумаги, — это билет на Хогвартс-экспресс. Отправление 1-го сентября, в 11 часов с платформы девять и три четверти вокзала Кингс-Кросс, не опаздывайте. А если всё же опоздаете, не пытайтесь в случае чего добраться до Хогвартса самостоятельно, лучше пошлите сову. — Почему? — Потому что Хогвартс очень защищённое место, просто так в него не попасть, — с небольшой гордостью сказала волшебница, — особенно в этом году, — добавила она уже с большим беспокойством. — А что, были случаи? — поинтересовался Рик. — Да есть у нас два балбеса…. — ответила она, состроив измученную мину, — но не важно, просто не пытайтесь, понятно? — выразительно строго посмотрела Минерва на мальчика. — Да, — коротко ответил вместо него отец, отвлекаясь на убранство бара. — Не совсем… — вопреки ожиданиям профессора сказал мальчик, внимательно разглядывая билет. — Что же здесь непонятного? Просто напишите письмо на моё имя и… — Да нет же. С этим как раз всё прозрачно, — перебил её Рик, — просто…. Девять и три четверти?       Макгонагалл с минуту просто стояла и молчала. — Ах, это, — наконец дошло до неё, — да, конечно. Что бы на неё попасть, нужно пройти сквозь разделительный барьер в колонне между платформами девять и десять, — пояснила женщина, — седьмая от лестницы опора, если поворачивать налево, — достала она палочку. — Думаю, что учебники и принадлежности вы и сами сможете купить, да? — сказала на, смотря на только что наколдованные иллюзорные часы, — благо нужные лавки я вам показала. — Да, спасибо, — ответил Рик, постучав по блокноту, куда Кевин записывал все названия магазинов, — профессор, есть какие-нибудь советы напоследок? — Советы?.. Хм…. — ненадолго задумалась Макгонагалл, — Излишек книг лучше не покупать, так как в Хогвартсе есть очень обширная библиотека, в которой, скорее всего, вы сможете найти такие же, хоть и немного потрёпанные. В Лютный переулок лучше не ходить, там может быть не безопасно, особенно маглам. И последнее, Рик, — посмотрела волшебница на мальчика, чуть наклонившись, — попытайтесь понять, что магический мир сильно отличается от привычного вам, в нём другие правила и понятия. Он, быть может, даже пугает вас, но уверяю, его удивительность и красота куда выше. — Да? — наигранно удивлённо протянул первокурсник, — а достаточно ли хорошо вы, профессор, знаете обычный мир, что бы вот так вот их сравнивать? — Наверное нет, — опустила взгляд профессор и вздохнула, понимая, что просто так его не переубедить. Такое частенько бывает с детьми из магловских семей: они поначалу плохо вживаются и не понимают окружение. Однако в итоге все привыкают. — Ну что ж, мне уже пора, — выпрямилась Макгонагалл, расправляя рукава мантии, — встретимся первого сентября. — До свидания. — До свидания, мистер Греймор.       Сказав это, она вышла через дверь, ведущую в кирпичный тупик, поправила шляпу и с не очень громким хлопком исчезла. — Мдаа… — растянул возглас мальчик, смотря вслед исчезнувшей волшебнице, — а говорит, что аппарация работает просто на «магии», — выделил он последние слово в кавычки, — тут же всё с первого взгляда очевидно, ты так не считаешь? — посмотрел он на бармена Тома, стоящего слева, ожидая увидеть своего отца. — Ээээ… Хотите чаю? — быстро поморгав, предложил он, не понимая, о чём говорит этот первокурсник. — Нет, спасибо, — закатил Рик глаза, — где мой отец, не знаете? — Эээ… А, он пошёл к магловскому входу, вон туда, — указал он крючковатой рукой на дверь с другой стороны зала.       На что мальчик развернулся и быстрым шагом пошёл к ней.

***