Руки

Бледная рука ложится сидящему на диване студенту на плечи, тут же проскальзывая чуть ниже, заставляя того удивиться. Тайлер знает кто из соседей является хозяином этих рук, так как не запомнить их было бы страшным грехом для музыканта и эстета вроде него – в художественном смысле они были великолепнее всех произведений искусства. Какая улыбка Мона Лизы? Вот! Истинная красота это руки, которые одним своим видом способные забрать душу Тайлера и разорвать её на мелкие трепыхающиеся из последних сил куски, но не делают этого, а вместо жестокости лишь нежно оглаживают её, заставляя таять. Руки Лололошки. Испещрённые множеством шрамов, бледных и красных, больших и маленьких, тонких и широких, но такие…чудесные. Если бы мог, он бы прошёлся поцелуями по каждому из них, навечно выжигая в своей памяти рельеф, словно это не руки простого смертного человека, а протянутые конечности небесного посланника, ангела, что спустился сверху лишь для одного него. Муза, которой хотелось посвящать всю свою музыку, что он, творец, когда-либо напишет, каждый миг его обыкновенной студенческой жизни, переставшей быть таковой после появления в ней шебутного, но молчаливого первокурсника, хотелось отдать парню в клетчатом шарфе и его невероятным рукам. –Lololowka? Что-то случилось? Тайлер берёт чужую ладонь в свою, чуть отвлекаясь от устроенного им кофепития, в то время как со спины к нему прижимается его дорогая муза, который, правда, пока об этом не знает, думая, что их "дружеские по дружеской дружбе" отношения – действительно дружба без примеси чего-то другого, к примеру, обожания со стороны их обоих. –Нет, ничего такого, Тайлер. Ты же не возражаешь? Музыкант, тем временем, ничего не отвечает, лишь кратко улыбаясь, что, естественно, не было видно со стороны Лололошки, так что тот нахмурился, собираясь убрать руки и пойти донимать кого-то другого из соседей, но был перехвачен Тайлером как только поднял ладони. –Я не против, Lololowka. Не против. Если хочешь, можешь присоединиться. К величайшему сожалению для старшекурсника, Лололошка всё же убрал свои руки, легко выскользнув из его некрепкой хватки. Тайлер уж было подумал, что его милая муза сейчас уйдёт, но, на его счастье, этого "муза" не планировала. Вместо этого Лололошка, покачнувшись, плюхнулся на стул рядом. Конечно, он мог бы сейчас пойти выполнять задания, или, может, докопаться до Дилана, а может и вовсе съездить в волонтёрскую организацию и вновь помочь бабушкам или уборщикам...но взаимодействовать с Тайлером было куда интереснее всего этого. Лололошка не знал почему так, но наблюдать за реакцией этого конкретного парня было куда более занимательным делом, нежели его любимые пробежки по всему острову. Интереснее Тайлера могли быть, разве что, тайны университета? И Лололошка очень надеялся, что эти две интересные вещи никогда не пересекутся, ведь тогда он мог бы лишиться одной из самых интересных интересностей! А такого допускать не хотелось...