плака(ла)ты

Годжо открывает дверь, уже прекрасно зная, что нужно спросить. — Вставил? — Нет. — Тебе хоть понравилось? — Да, — отвечает Мегуми и поднимает на Сатору глаза, полные влаги. — Но я не этого хотела. Реветь она начинает где-то около слов «не» и «этого», но разобрать смысл всё равно получается.

***

— Короче говоря: он тебе отлизал, ты кончила, а потом сказала, что он тебе нравится, и он ничего не ответил? — Годжо запахивает развязавшийся халат посильнее, усаживаясь рядом. Мегуми кивает. — Ты же в курсе, что так бывает, когда спишь с человеком, не находясь при этом в отношениях? Сестра только закрывает опухшие от слёз глаза и забирается на диван с ногами. Она всё и сама знает, конечно, просто Сатору, прежде чем утешать, нужно обозначить ситуацию правильно на случай, если Мегуми начнёт искать причину отказа в себе. Хотя с другой стороны — почему сразу «отказа»? Какое-то время назад Годжо застала Сукуну, обнимающего Мегуми во сне, и не сказала бы, что с девушками, в которых не заинтересованы, парни такого типа остаются на ночь. В духе Сукуны Рёмена скорее подмигнуть, развязно улыбнуться и сказать: «до новых встреч на моём члене». А тут, видите ли, доставать его не захотел. — Дай ему время. И… — предлагает Сатору и видит, как удовлетворённый и, видимо, глухой Юджи выходит из спальни. Мегуми это замечает тоже, так что затаскивать его обратно уже поздно. — Он уже уходит. — Да, я… Увидимся завтра, — мельтешит Итадори, быстро застёгивая ширинку джинсов и со скоростью света надевая куртку. Сначала Юджи хочет подойти, чтобы поцеловать на прощание, но взмахом руки Годжо останавливается. Только бросает у порога неловкое: — Люблю тебя. Пока. — Я не помешала? — интересуется Мегуми, когда дверь за парнем захлопывается. — Мы давно закончили, так что просто валялись.

***

Рассказывать о произошедшем никому, кроме Сатору, больше не хотелось. Да и с ней Фушигуро поделилась только потому, что двоюродная сестра уже всё знала. И про чувства, и про будущую близость. Она была в курсе, наверное, ещё в тот день, когда пришла вернуть собак, и сегодня только убедилась, что всё сложилось так, как она и предполагала. Только вот Мегуми ничего не предполагала и не планировала. Она просто хотела получить удовольствие и не думать о том, что будет дальше. А дальше оказались, как выяснилось, чувства и эгоистичные желания. Сукуна понравился ей где-то между встречей на квесте и первым свиданием, если хорошенько подумать. А усилилась симпатия, логично, что после первой и единственной ночи вместе. И что из этого всего выходило: Мегуми его отпугнула. Мей Мей, конечно, не на это рассчитывала, но счастлива всё равно будет. — Останешься? А… — спросила Годжо, только потом вспомнив о собаках. Фушигуро понимающе улыбнулась, допивая чай. Плакать больше не хотелось.

***

Куро и Широ встретили как будто с пониманием. Недолго думая, Мегуми решила отправиться с ними на прогулку, даже не переодеваясь в удобную одежду — только накинула кофту, которую Годжо забывала забрать вот уже как месяц. На часах было три ночи, и стоило поблагодарить всех высших существ, что собаки вообще дотерпели. Платье развивалось из-за тёплого ветра, иногда задираясь особенно высоко, и если раньше Фушигуро бы это волновало, то сейчас — было абсолютно плевать. Появись какой маньяк из-за угла, она ему так и скажет: «меня отшил парень, в которого я влюбилась после его отвратительных подкатов. А ещё я слишком агрессивно пыталась ухватиться за его пенис. Считаешь, ты сможешь меня напугать?». Дойдя до собачьей площадки, Мегуми отпустила питомцев с поводков, закрыла за собой решётку и уселась на единственную заляпанную чем только можно скамейку. Руки в карманах кофты нащупали мятую пачку сигарет, и Мегуми рассмеялась из-за всей драматичности сегодняшнего дня. Случись хоть конец света — курить отвратительные сигареты Годжо с привкусом ванили она не станет.

***

На все вопросы Урауме Сукуна отвечал так: — Ничего не было. Значит, очевидно, было, потому что когда у Рёмена что-то не складывается, он рассказывает об этом во всех подробностях. Во всех. Всё, что тогда остаётся делать Урауме — слушать и иногда поливать уши, чтобы не завяли. Ситуация с Мегуми же отличалась изначально. Сукуна заметил её не сразу — а когда всё же посмотрел, то рассмеялся и попросил у Чиэсы закурить. В тот момент Фушигуро как раз кричала Нобаре что-то про MARVEL и вибраторы, и Урауме тоже увлеклась представлением. Увлеклась и не заметила, что курит Рёмен редко, а слушает незнакомых девчонок у клубов, в которые приходит отдохнуть — вообще никогда. Потом Урауме спустила ему с рук стриптиз в приватной комнате, которую он каким-то образом успел забронировать через знакомого в управлении «Club69», затем — дала контакты парня Кугисаки, который и притащил Мегуми к ним на работу. Потом… Что? — Что было потом? — спрашивает Урауме, глядя на Нанами, как будто он точно знает ответ. Честно говоря, Кенто был осведомлён немного больше Чиэсы, но всё, что ему известно, девушка уже выпытала несколько дней назад. — Мей Мей всё испортила, как пить дать! — Его третируй, не меня, — отмахивается Нанами, когда Сукуна выходит из квест-комнаты в сопровождении молоденьких студенток. Урауме давит в себе желание рвать и метать, улыбается и самым вежливым на свете образом уведомляет, когда оживлённая компания подходит ближе к стойке, отреставрированной под классический ресепшен в офисе для погружения в атмосферу: — У него есть девушка, дамы. Веселье студенток вместе с довольством Сукуны как рукой снимает. — Не понял, — начал Рёмен, переходя на повышенный тон, когда посетительницы, неловко извинившись и попрощавшись, вышли за дверь. — Мей Мей — истоптанная и кривая дорожка, не считаешь? — Зубы мне не заговаривай. По глазам вижу, ты сегодня к ней поедешь, потому что ничего тебе больше не остаётся, раз упустил свой шанс! — Урауме же решает перейти сразу на крик, потому что сил, как и надежды, у неё просто не остаётся. — Нравится тебе трахать всё красивое, что под руку попадается, а потом в одиночестве засыпать? — Не жалуюсь, — чеканит Сукуна, откидывая накладные рога на пол, и хлопает дверью подсобки. — Мог и не снимать, всё равно упрямый как козёл, — резюмирует Нанами, протягивая сдерживающей слёзы Урауме несколько салфеток.

***

«Во сколько будешь?» «?» «Может, ты ответишь?» Сукуна пролистывает переписку, зависая над строкой ввода, и ничего не отправляет. Мей Мей ещё раз сюда не явится — гордость не позволит, но закидывать сообщениями, утешая себя тем, что Рёмен первый ей вчера написал, точно будет. «Я не приеду» улетает в отправленные ровно в тот момент, когда дверь скрипит, уведомляя, что Нанами тоже пришёл прочистить ему мозги. — Поговорим? — начинает друг, и Рёмен кивает. Отшутиться или послать вслед за Урауме возможность всегда представится, но, учитывая, что Нанами очень редко вмешивается в его жизнь, Сукуне даже интересно, что тот скажет. А говорит он следующее: — Страшно, да? Хотел на одну ночь и по-быстрому, а совесть не позволила. Не знал, что у тебя она есть. Приятное открытие. — Сам в шоке, — соглашается Сукуна. — Сигареты есть? — Есть. Так что будешь с этим делать? У Нанами всегда был очень неприятный взгляд, как считал сам Рёмен, а Урауме обычно называла его «глазами умного человека». В людях он разбирался сходу, как и в их проблемах, но никогда не лез, даже не предлагал совет, если не просили помощи напрямую. Сукуна вот никогда не просил. А Нанами всё равно, видите ли, влез.

***

— Пойдёшь в боулинг? — спрашивает Кугисаки, сжимая губы в тонкую полоску, потому что уверена, что Мегуми на неё не смотрит. — Зови Тодо, я пас, — коротко отмахивается Фушигуро, отрезая кусочек скотча от общей катушки и с особой аккуратностью наклеивая его на угол нового плаката. — Уверена? — Абсолютно. — Ладно, — вздыхает Нобара, уже не скрывая своё волнение. В последнее время Мегуми никуда с ней не ходит. В кафе её получилось затащить только под предлогом дня рождения Тодо, и всё равно потом она ушла раньше всех. Расспрашивать, что конкретно произошло, у Нобары духу не хватает, да и всё равно Фушигуро не ответит. Спасибо ей уже за то, что не игнорирует, ведь это Нобара во всём виновата. От грузных мыслей или же по велению судьбы, кружка с соком выскальзывает из пальцев, тут же разлетаясь осколками по паркету. Мегуми оборачивается на звук разбитого стекла, перестав гипнотизировать слегка помятое изображение Человека-паука — плакат криво висел на стене и в некоторых местах шёл волной, а при попытке поправить и вовсе порвался с краю. — Прости меня, — всхлипывает Кугисаки, опускаясь на корточки. Это не первый раз, когда она плачет из-за того, что натворила, и далеко не последний, если Мегуми продолжит вести себя так, будто всё в полном порядке. — Я куплю тебе новую. — Купи мне лучше новый плакат. Этот я испортила, — предлагает Фушигуро с лёгкой улыбкой, но, когда подруга начинает откровенно рыдать, хватая её за плечи, добавляет: — Так что там с боулингом?

***

Идут они далеко не в боулинг — понимает Фушигуро практически сразу, потому что узнает места, но, учитывая всё, что она пережила за последний месяц — никак не обозначает то, что раскусила Кугисаки. Ей уже просто интересно, что же будет дальше. Новый парень, который предложит станцевать стриптиз уже ему? Как знать. Ничуть не изменившаяся розовая вывеска светится так же ярко, как и в прошлый раз, когда Мегуми рассматривала её с особым пренебрежением. Сейчас же что негативных, что позитивных эмоций не было вообще. Фушигуро задумчиво переместила взгляд на людей, курящих около входа в клуб, и никого не узнала. — Я всё понимаю, но… — начинает Мегуми, поворачиваясь к подруге. А её рядом не оказывается. Зато — оказывается Урауме. — Привычка, значит, всё-таки выработалась? — лукаво интересуется девушка. Фушигуро ничего не говорит, даже не проверяет мобильник — Кугисаки всё равно не ответит, даже если написать. Молчание Урауме нисколько не смущает, только заставляет понимающе улыбнуться. А потом она спрашивает: — А там случайно не твоя подруга? Мегуми оборачивается, уже понимая, что не обознается. Потому что Сукуна Рёмен с букетом лилий вряд ли похож на Кугисаки, даже если наденет парик.

***

На трезвую голову Рёмену тяжело вот так взять и разделить с кем-то постель, оставшись при этом в одежде, но Мегуми натягивает гигантскую футболку и хлопает по свободной стороне кровати. Действие скорее по-домашнему тёплое, чем будоражащее кровь, но Сукуна, стягивая джинсы, всё равно ведётся, как будто сейчас получит огромное вознаграждение. — Не слышу лая, — усаживаясь поудобнее, он осматривается. — Где те страшные махины? — Отвожу их к сестре на ночь, если не знаю, во сколько вернусь домой, — просто отвечает Фушигуро, принимая полусидячее положение тоже. — Чем займёмся? — «Мстители: Эра Альтрона»? — предлагает Сукуна, оборачиваясь к спинке кровати. Он заметил плакаты ещё в прошлый раз, но возможность их хорошенько рассмотреть представилась только сейчас. — Лучше «Война бесконечности». «Альтрона» я пересматривала на днях, — отмахивается Фушигуро, беря с прикроватной тумбочки ноутбук. — Тогда уж лучше сразу «Финал». Первую часть я пересматривал неделю назад. Мегуми, вводившая пароль, в раздражении застывает. Так они никогда не договорятся, понимает Сукуна, и решает пойти ва-банк: — А может, всё-таки куни? И покажи свой вибратор, мне нужно узнать, какого он цвета.