Глава 2: Долгожданный выход, и тут же ЧП

POV Луис Неужели этот день настал? Я провёл в учебном отпуске две недели и мне не терпится, наконец, вернуться на службу, к своим друзьям. Погода за окном стоит отличная, сейчас конец сентября, но до сих пор по-летнему солнечно. Проснувшись раньше будильника, я бодро вскакиваю с кровати и направляюсь в душ. Выйдя из ванной комнаты, прохожу в гардеробную и выбираю для себя чёрные брюки чиносы, светло-серую приталенную рубашку и классические ботинки, не забыв при этом о своих любимых часах, подаренных когда-то моим отцом, ещё когда он был жив. Вышел я из дома за час до работы, чтобы не спеша добраться до штаб-квартиры бюро. Сажусь в свой шикарный спортивный автомобиль глубокого синего цвета, включаю музыку и в приподнятом настроении давлю на газ. Несмотря на то, что я выехал заранее, я собрал все пробки в центре по пути в бюро. И поэтому приехал на служебную парковку всего за пятнадцать минут до начала рабочего дня. Выскакиваю чуть ли не на ходу из своего авто и прямиком устремляюсь в наш с Клементиной кабинет. Как же я соскучился по этим янтарным глазам, по её ангельскому голосу… Бегу по коридору, и вдруг меня окрикивает Марлон: — Эй, Луис, куда так спешишь? Еще десять минут! — с искренней радостью прокричал он. — К ней! Ты же знаешь, Лони, я чертовски соскучился! — не хочу и на мгновение задерживаться я. — Когда уже ты признаешься ей в своих чувствах, чувак? — с небольшой издёвкой говорит мой друг, — Все уже знают о твоих страданиях по ней, кроме самой виновницы, конечно, — Лони доставляет удовольствие подтрунивать меня, — А, кстати, пока тебя не было, ей поставили в напарники Соффи! — ЧТО…? — с ужасом спрашиваю я, — Соффи, серьёзно? Она же кого угодно в могилу сведёт своим тупым нравом! Бедная Клементина... О чём Ли только думал? — А это и не он назначил Соффи! Это Лилли! — теперь мне стало ясно, та любит губить всё живое, — Я бы на твоём месте избегал Соффи хотя бы сегодня, она нам уже все уши о тебе прожужжала, пока ты был на учёбе. — Она всё никак не уймётся! — уже со злостью говорю я, — Сколько можно ей повторять, что между нами ничего быть не может? — Чувак, это же бабы! Они ни хрена ничего не понимают, — с язвой отвечает друг, — Им нужно знать своё место! — Марлон! Перестань! — завёлся я не на шутку, — Не все женщины одинаковые! — Чушь это! — засмеялся Лони, — Все они стервозные сучки и пора бы им уже об этом узнать! Я не стал дальше развивать эту тему, так как это совершенно бессмысленно. Лони был тем ещё женоненавистником, хотя сам по уши влюблён в Броди, но даже себе в этом не признаётся из-за своей тупой гордости. Я прошёл дальше по коридору, и вот ещё несколько футов — и я увижу свою напарницу. Подойдя к двери, я услышал голоса: — Соффи, серьёзно? Я же просила тебя поговорить с этим свидетелем ещё вчера! Почему он до сих пор не допрошен? — узнаю эти нотки ярости в голосе Клем, как я скучал по ним. — Клем, у меня были другие более важные дела! Я не могла пропустить свою запись в салоне Мишель, я добивалась её больше месяца! — Боже..., ну какая же Соффи поверхностная и пустая! — Соффи, мне иногда кажется, что ты бредишь! Я тебе говорю о свидетеле в деле об убийстве, а ты мне о какой-то укладке волос? — уже всерьёз разозлилась Клементина, — Мне что, написать докладную на тебя мистеру Эверетту? — Да пиши ты кому хочешь! То же мне возомнила из себя начальницу! Мне совершенно плевать, что ты будешь делать, у меня свои заботы! — тряхнув своими длинными ярко-рыжими волосами, Соффи открыла дверь и вышла в коридор прямо навстречу мне. — Ой…, Лу… Любимый! Как я рада тебя видеть! — набрасывается она на меня с распростёртыми объятиями и поцелуями, но я пресекаю это, — Что такое, Луисик? Ты что, не рад меня видеть? — от её приторного голоса всегда начинало подташнивать. — Во-первых, Соффи, больше никогда не зови меня Луисик, а уж тем более, любимый! — рассерженно говорю я, — А во-вторых, я рад видеть абсолютно всех моих коллег, но обниматься и целоваться с ними я не лезу! — холодно и равнодушно добавил я. — Фу, как грубо! — обиженным детским голосом сказала Соффи и исчезла за поворотом. Наконец-то, наступила долгожданная тишина! От сюсюканий Соффи любой начнёт сходить с ума. Она как назойливая муха, которая противно жужжит над ухом, бррр… Я подошёл ближе к двери, которая была слегка приоткрыта, и заглянул в наш кабинет. Клементина сидит за своим столом и сосредоточенно перебирает бумаги по какому-то делу. Её выразительные брови слегка нахмурены, волнистые пряди обрамляют утончённые линии лица, пухлые розовые губы слегка поджаты в далеко не всеми уловимом напряжении, а пальцы рук отбивают по столу какой-то знакомый мотив. Даже не знаю, кто ещё может быть так прекрасен в нахмуренном виде, как моя напарница? Одета она в белую блузку с воротником-стоечкой и широкие чёрные брюки, а на ногах — изящные лодочки. Вдруг дверь слегка скрипнула, и Клементина подняла взгляд своих уставших янтарных очей на меня. — Луис!!! Ты здесь? Я так рада! — она бросила все свои документы и подошла ко мне, чтобы обнять. — Клементина! Да, я, наконец, завершил обучение и готов приступить к работе! — в ответ я обнимаю её ещё крепче, и так мы стоим минуты две, — Как ты? — слегка отстраняюсь, — Я слышал, что тебе досталась в напарники Соффи, мне так жаль… — Ах это? Да, с ней, конечно, непросто, но я справлюсь с чем угодно, — Клем искренне улыбнулась и после этого отошла к своему столу. — Я случайно услышал, что она не допросила каких-то свидетелей, давай я этим займусь, заодно войду в рабочий процесс. — Спасибо, Лу, файлы лежат на твоём столе. Только давай сначала выпьем кофе, — мне так не хватало её задорного голоса и этих ярких глаз. — Отличная идея, я заварю, — с радостью поддержал я её предложение, — Тебе капучино на кокосовом молоке без сахара? — всегда помнил её любимый вид кофе. — Да… Неужели ты помнишь это? — с волнением спрашивает Клем, — Это удивительно! — Ничего удивительного, просто наблюдательность! — игриво отвечаю я, подмигивая, — Через пару минут будет готово. Уже через несколько мгновений мы сидим каждый за своим столом и пьём мною заваренный кофе. В кабинете почему-то стоит слегка неловкая тишина, даже радио сегодня молчит, но эту тихую идиллию прерывает громкий звонок телефона на столе Клементины. Она включает громкую связь. — Клементина? Это Ли! Жду срочно у себя в кабинете через две минуты! — голос Ли был по-настоящему взволнованным, поэтому, переглянувшись с Клем, мы мигом вылетели из нашего кабинета и направились на десятый этаж. Подходя к кабинету Ли, мы увидели пугающую картину. Все сотрудники толпятся в коридоре и смотрят с ужасом в глазах на висящий под потолком телевизор. Не успели мы подойти вплотную, как Ли выглянул из своего кабинета и приказал всем старшим агентам пойти за ним. — Вы уже слышали, что произошло? — холодным, но громким голосом спрашивает Ли. — Никак нет! — практически хором ответили мы с Клем, другие же закивали на заданный вопрос. — На Центральной станции вокзала прогремел жуткий взрыв! — наши взгляды с Клем встретились, и я увидел панику в её глазах, — Это произошло в час-пик, поэтому жертв будет много! Я уже отправил туда Марлона и Броди, но им понадобится подмога! Луис, Клем, берите с собой Вайолет и мигом на станцию! Я поеду сразу за вами. Не дослушав до конца, мы выбежали из кабинета, а нам навстречу уже бежала Вайолет со своим чемоданом криминалиста. Мы спустились на парковку и сели в мой автомобиль. Доехать до места происшествия оказалось не так уж просто. В городе были жуткие пробки из-за этих событий, люди сеяли вокруг панику. Пока мы ехали, на телефон Вайолет раздался звонок. — Вай, поставь громкую! — попросил я, на что она кивнула, а затем приняла вызов. — Вайолет, ты меня слышишь? Это Соффи, — её голос непривычно обеспокоен, — Минни… Она была на вокзале во время взрыва, покупала билеты, чтобы съездить к нашим родителям в Техас, а сейчас я не могу до неё дозвониться, её телефон выключен! Пожалуйста, найди её! В салоне повисла тишина… Вайолет начала быстро дышать, ведь Минерва была ей очень близка. Мы с Клем переглянулись, я кивнул ей, и она сказала: — Вайолет, всё будет хорошо! Мы найдём её! Скорей всего телефон она выронила, а сейчас помогает раненым, это же Минни, — Клем старалась говорить успокаивающим голосом, чтобы Вайолет начала приходить в себя, и это сработало. — Да, конечно, я знаю Минни! Она справится! Через десять минут мы добрались до места. Картина, мягко говоря, была просто ужасной. Вокруг огонь, люди в крови, паника, крики, плач. Мы выходим из машины и идём в самый эпицентр событий. Я сказал девушкам идти позади меня, мне хотелось первому разведать обстановку. Приближаясь к очередной машине скорой помощи, я увидел безжизненное тело девушки с рыжими волосами… Нет, Минни… Я попросил девушек отправиться в другую сторону и допросить сотрудников охраны вокзала, а сам пошёл к машине скорой помощи, чтобы самолично убедиться, что это Минни. Мне не хотелось, чтобы Клем и Вай увидели эту ужасную картину, лучше потом я им сам осторожно скажу об этом. Уже практически подойдя к скорой, меня хватает за плечо Марлон: — Луис! Вы здесь? Мы приехали с Броди полчаса назад, на данный момент уже насчитывается более ста погибших, — голос Марлона был очень напряжённым, стало ясно, что дело плохо! — Сапёры работают вместе с собаками, чтобы убедиться, что на станции больше нет взрывчатки, эпицентр взрыва был рядом с терминалами, где больше всего людей. Погибли дети!!! — Лони, мне нужна твоя помощь! — я отвожу его в более укромное место, — Там у машины скорой помощи я видел тело рыжеволосой девушки, я предполагаю, что это может быть Минни, — в этот момент Марлон всерьёз напрягся, — Пойдём со мной, нужно убедиться в том, кто эта девушка! Я не хочу, чтобы Клем, Вайолет и Броди видели это! Ни к чему это нашим девчонкам… Здесь и так кошмар! — Да, Луис, ты прав! Пойдём скорей! И вот мы уже у машины скорой помощи, я смотрю на чёрный мешок, который лежит недалеко от бригады врачей. Подхожу к одному из них, достаю корочки агента ФБР и прошу показать мне тело в мешке. Молодой врач кивает мне, и мы подходим к трупу. Я открываю молнию, виднеются рыжие пряди волос… Всё лицо девушки в крови, тело изуродовано. Тут я понимаю, что… я не знаю её! Это не Минни!!! — Минни? НЕТ!!! — этот голос знаком мне, как никакой другой.