Глава 15: Пустота… и белый свет…

Было раннее утро. За окном светило яркое солнце, совсем непохожее своей теплотой на осеннее солнце. Смуглая молодая девушка 26 лет с волнистыми шоколадными волосами стояла на кухне своего дома и готовила завтрак своему маленькому сыну. Мальчик, которого близкие называют, любя, растяпой, просто обожает блинчики с кремом и клубничным вареньем. А запивает он их всегда тёплым молоком, отчего над губой у мальчишки появлялись белые усы, а его мама с любовью их вытирала, нежно смеясь. — Эй-Джей, у тебя опять все губы в молоке, — шутливым голосом говорит девушка, — Давай я вытру, иди сюда скорей! Мальчонка весело сорвался с места и подбежал к своей маме, тем самым попадая в её крепкие любящие объятия. Они обнимаются так пару минут, затем девушка вытирает рукой молочные усы мальчика. — Вот так, теперь ты чистый, — говорит девушка сыну и ласково треплет его пышные волосы, — А теперь собирайся, нам пора в школу. — Хорошо, мамочка, уже бегу, — мальчик рванул в свою комнату за рюкзаком, а затем — во двор к машине матери. — Эй-Джей, не забудь сменную обувь, — кричит из дома девушка, — А то учительница опять будет ругаться. — Я всё взял, мама! Девушка выходит из дома, взяв сумку и ключи, и отправляется следом за своим сыном к машине. — Мамочка, а можно я сегодня поеду спереди, рядом с тобой? — умоляющим голосом просит мальчик и поджимает свою нижнюю губу. — Нет, милый, — спокойным голосом отвечает девушка, — Ты же знаешь, что дети должны сидеть сзади в специальном кресле, это для твоей безопасности. Вот когда подрастёшь, то сможешь ездить рядом со мной, договорились? — она взяла его рюкзак и положила на заднее сиденье. — Лааадно… — протяжным и грустным голоском отвечает мальчик, — Договорились. — Вот и славно! — сказала девушка и поцеловала своего сына в лоб, — А сейчас залезай в кресло, нам пора. Это была прекрасная история… Прекрасная история, которая когда-то в прошлом произошла с одной красивой молодой девушкой. Но кто эта девушка и что с ней сейчас? Никто не знает… Она не знает… В голове только шум и больше ничего! Пустота… *** — Клем!!! Клем, очнись! Боже, нет! Пожалуйста, Клем! POV Клементина Пустота… Белый свет… Казалось, что я не чувствую абсолютно ничего, ни своего тела, ни своего дыхания, ни биения своего сердца. Только шум… Пытаюсь открыть глаза, но ничего не выходит, неужели я умерла? Именно так чувствуют себя люди, когда уходят в другой мир? Именно об этом придумано столько книг и фильмов? И это всё? Я больше никогда не увижу своего сына, не смогу обнять его и потрепать по волосам? Больше никогда не смогу сказать Луису, что я люблю его? Это и правда конец? Я уже смирилась со своей участью и стала продвигаться ближе к белому свету, но внезапно меня что-то вытолкнуло назад. Это был голос! Такой знакомый мне голос, такой любимый: — Клем, пожалуйста очнись! Милая, я люблю тебя! Это был Луис… Я всё это время лежала на его руках, а он, целуя мои руки, мои губы, моё лицо, плакал, пытаясь привезти меня в чувство. — Луу… — открыв глаза, слабым голосом произношу я. — Боже, Клем, — Луис сквозь слёзы, теперь уже радости, начал обнимать меня и гладить руками по моей голове, — Ты жива! Я уже думал, что потерял тебя… — Всего на минутку… — улыбнувшись сквозь боль, говорю я, — Что произошло? — Наша машина взорвалась! — с сожалением отвечает Луис, — То послание, помнишь, на лобовом стекле? Кто-то подложил взрывчатку под капот. А ведь я слышал ночью какие-то подозрительные звуки, но не придал им значения. Какой же я идиот! Это и был тот человек, кто сделал это, — Лу виновато опустил глаза, — Прости, Клем! Всё это моя вина! Ты пострадала из-за меня… — О чём ты? — пытаюсь успокоить его, — Как ты можешь быть в этом виноват? Луис прижал меня к себе ещё сильнее, словно боялся, что если он выпустит меня из своих рук, я исчезну. — Ааа, — голосом, полным боли, выкрикнула я. — Ой, извини, родная, — Луис начал осматривать меня с тревогой в глазах, — Тебе больно! Где именно, покажи. — Даже не знаю, — простонала я, — Ощущение, что болит всё тело, но больше всего, рёбра, голова и левая нога. И это было неудивительно. Ведь взрывом меня отбросило на веранду дома прямо на подвесные качели, где мы сейчас и находимся с Лу. Его же отбросило на кусты, поэтому никаких повреждений, кроме пары царапин, он не получил. А я чувствовала, что у меня голова вся в крови, и этот липкий мерзкий запах железа так и вызывает у меня позывы к рвоте. А может это было из-за полученного сотрясения мозга. Рёбра зашиблены, но вроде как обошлось без переломов. Все руки и ноги в ссадинах, а левая щиколотка, по всей видимости, вывихнута. Я попыталась встать на ноги, но Лу остановил меня и подхватил лёгким движением за талию и поднял на руки. — Ты что, с ума сошла? — резко сказал Луис, — Ты себя видела? Тебе дышать надо осторожно, а она идти собирается. К месту взрыва уже сбегаются посетители и персонал отеля, ещё бы, такой грохот да ещё и в такую рань. Но Луис, не обращая на них никакого внимания, понёс меня обратно в дом. — Нужно тщательно осмотреть тебя! — заботливо говорит он, — Чтобы понять, что ещё может быть повреждено. Потерпи, милая. Зайдя в дом, Луис запер дверь, отнёс меня в спальню, аккуратно положил на кровать и помог снять мою ободранную куртку. Всё тело жутко ломит от боли, голова трещит по швам и от сотрясения, и от того оглушающего звука взрыва. — Я сейчас, Клем, — сказал Луис, — Я видел в ванной аптечку, нужно обработать твои раны, а ещё не помешал бы эластичный бинт, чтобы зафиксировать твою лодыжку. Я легонько кивнула, так как при каждом мимолётном движении по всему телу раздавались волны тянущей боли. Луис побежал в ванную и спустя пару минут вернулся в комнату с аптечкой. — Просто блеск! — радостно воскликнул он, — Здесь есть всё, что нужно! — затем голос Луиса погрустнел, — Родная, прости, но мне придётся вправить тебе вывих на лодыжке, — он замолчал на пару секунд, — Иначе никак… Я прекрасно понимаю, что без этого никак не обойтись, ведь я даже вступить не смогу на свою покалеченную ногу. Всему этому нас учили ещё во время подготовки к службе в ФБР. Я набрала воздуха в грудь, чтобы собраться с духом и сказала: — Давай! — Будет очень больно! — он погладил меня по щеке и поцеловал в губы. — Я выдержу… Луис подложил подушку под мою левую ногу, чтобы согнуть её в колене. — Клем, возьмись обеими руками за икроножную мышцу и тяни на себя, хорошо? А я сделаю всё остальное, готова? Я смогла только неуверенно кивнуть и сделала то, что он сказал. Затем Лу одной рукой взялся за мою больную лодыжку, а второй подхватил пятку снизу. — "На счёт три" выдохни… Раз.., два.., три! И Луис резко повернул стопу во внутрь, отчего раздался характерный щелчок, и выпрямил ногу. — ЧЁРТ!!! — кричу я, а из глаз текут слёзы. Всё тело от кончиков пальцев ног до макушки пробивает током, хруст стоит в моих ушах, а щиколотку зажгло адским пламенем. — Чшш… — Лу берёт меня за руку и целует каждый мой пальчик, — Самое страшное позади, теперь нужно только наложить эластичный бинт. Лодыжка тюкает электрическими импульсами, ощущения были похожи на покалывания от лёгких ударов электрошокера. Но затем боль начала затихать, растворяясь каким-то необычным теплом по всему телу. Луис аккуратно наложил эластичный бинт на мою щиколотку, и боль окончательно ушла. — Ну как ты, Клем? Тебе легче? — он нежно поглаживает мою больную ногу, — Прости, что сделал тебе больно. — Всё в порядке, Лу, — улыбнувшись, но тут же зажмурившись от боли в голове, сказала я, — Даже если мне и было больно, то сейчас это прошло. Спасибо, любимый. — Теперь давай обработаем твои раны. Луис достал из аптечки перекись водорода и ватные тампоны, чтобы обработать мои раны, но тут в дверь нашего домика громко и настойчиво постучали. — Вот дерьмо! — выругался Луис, — Как обычно, очень вовремя! Он положил всё, что было у него в руках, на тумбочку и вышел из спальни, чтобы узнать, что нужно настойчивым гостям. Разговор с ними я практически не слышала, так как выходя из комнаты, Луис закрыл дверь, чтобы никто не смог потревожить меня. Но я смогла уловить несколько фраз: — Я настойчиво прошу, — достаточно сурово говорил Луис, — Покинуть этот номер, мы агенты ФБР, здесь находимся на очень важном задании. То, что сейчас произошло, напрямую связано с нашей работой. — Но наш двор? — говорит нервным, почти срывающимся голосом мужчина, по всей видимости, менеджер отеля, — Как нам теперь сдавать домики нашим гостям? Здесь всё раскурочено! — Можете быть уверены, — уже спокойным голосом продолжает Лу, — ФБР разберётся с этим, и Вам следует успокоиться. А сейчас, — снова перешёл на грозный тон он, — Я прошу Вас уйти! Входная дверь громко захлопнулась, Луис снова запер её на замок и вернулся ко мне в комнату. — Что ж, продолжим? — подходя к кровати, сказал он, — Клем, как твоя голова? Столько крови… Тебя не тошнит? — Всё в порядке, только слегка кружится, но это нормально. Луис снова взял перекись, намочил ею ватный тампон и начал обрабатывать сначала мой лоб. Крови действительно очень много. Рана была чуть выше левого виска, ещё бы пара дюймов, и всё могло закончиться весьма печально. От перекиси рану начало сильно жечь. — Ааа, вот чёрт, — зашипев, говорю я. — Тише, Клем, — Луис начал дуть мне на рану, — Сейчас пройдёт. Рана не очень большая, это хорошо, пластыря будет достаточно. Закончив обрабатывать мою голову и заклеив рану, он переключился на мои руки. Рукава рубашки и она сама в целом были местами потрёпаны, скорей всего она разорвалась о доски той самой качели, когда меня откинуло на неё. Луис легко оторвал рукава по шву от плеча и обработал по очереди каждую царапину и ссадину на моих руках, а затем, коснувшись своими пальцами пуговиц моей рубашки, тихо спросил: — Можно? — Конечно… Луис медленно расстегнул мою рубашку и распахнул её, чтобы посмотреть, какие ещё повреждения были на моём теле. Увидев мой белый кружевной бюстгальтер, запачканный местами кровью, он взволнованно сглотнул, а кадык его дёрнулся. — Клем, — Лу практически невесомо поглаживает повреждённые участки кожи на моём теле, — Девочка моя, ты вся в ссадинах, а этот синяк… Это как раз тот синяк, который является причиной моей адской боли рёбер с той же левой стороны. Луис наклонился и нежно поцеловал мой бок, слегка поглаживая его своими аристократичными длинными пальцами. — Мне так жаль, Клем, — с грустью в глазах начал говорить Лу, — Рёбра будут очень долго болеть из-за этого, — так и поглаживая их, он добавил, — Почему меня не отбросило на эту проклятую качель? — Перестань, — прерываю его я, — Это не твоя вина! Да и к тому же, всё в целом обошлось, я в порядке, а эти раны… — пожала я плечами, — Это ерунда! Жить буду! — Я люблю тебя, родная, — сказал Лу и поцеловал меня в губы, — Давай продезинфицируем оставшиеся ссадины. Луис с особой нежностью начал обрабатывать раны на моём теле, подувая на них, чтобы минимизировать болевые ощущения. Я смотрела на него с любовью в глазах и не могла поверить своему счастью… Самый лучший парень в мире так сильно любит меня, любит ИМЕННО меня… Только за одно это я благодарна судьбе и Богу, ведь в моей жизни теперь есть ОН! — Я тоже люблю тебя, Лу! Закончив обрабатывать мои раны, Луис убрал все медикаменты в аптечку, но не стал уносить её обратно в ванную. — Они нам могут ещё пригодиться, так что возьмём их с собой, — Лу направился к двери, — Я пойду проверю, осталось ли что-то целое из наших вещей, нужно бы переодеться. Он вышел из нашего домика и через пару минут вернулся с тремя сумками. — Машина в хлам, но кое в чём нам всё-таки повезло, — Лу радостно вертит в воздухе уцелевшими сумками, — Они не пострадали, уже хоть что-то. — Лу, — растерянно начала я, — Кто подложил бомбу в нашу машину? — Я так полагаю, что это были люди Гейба, — почесав затылок, ответил Луис. — Но как он узнал, где мы? — мой голос едва не переходит на панику, — Получается нас снова кто-то сдал? — помолчав пару секунд, я добавила, — Но ведь кроме Броди никто не знал о том, где мы… По всему виду Луиса было очевидно, что он тоже думал об этом. — Я не верю! — крикнула я, — Она не могла! Только не она! Нет… — Я тоже не могу поверить в это, — Луис подходит ближе и садится рядом со мной на кровати, — Но, Клем, Броди единственная, кто знал о нашем местоположении… — Чёрт…! — я опустила голову и закрыла руками своё лицо, — Получается, что и в тот раз она сдала нас Гейбу, и именно по её вине мой ребёнок сейчас неизвестно где! — Мы не знаем этого на сто процентов, — Луис коснулся своей рукой моих ладоней, тем самым заставив меня открыть лицо, — И нам всё равно нужно будет проверить версию про Милуоки, других вариантов у нас просто нет. Но нам придётся быть ещё более осторожными. Гейб знает, где мы находимся, а значит, может отследить и дальше наши передвижения. — Но наша машина… — уже немного успокоившись, говорю я, — Как нам теперь добраться до Милуоки? Придётся снова раздобыть новую тачку? — после моих слов Луис задумался, — Так? — Я тут подумал… Мы можем отправиться на поезде в какой-нибудь другой город по соседству. Так мы сможем затеряться, ведь пробивать будут только пассажиров, отправляющихся из Траверс-Сити в Милуоки. — Неплохая идея, — воодушевилась я, но тут же поняла, что это невозможно, — Но, Лу, погоди! Как мы купим билеты? Мы же не можем пользоваться своими настоящими данными, так нас можно отследить за две секунды! — Предоставь это мне, Клем — голос Луиса стал как никогда уверенным, — У меня есть одна идея, но я расскажу тебе об этом позднее, хорошо? — Хорошо, — нежно кивнув, ответила я, — Давай собираться! — Я помогу тебе, любимая, — Луис встаёт с кровати и, подхватив меня за талию, помогает мне подняться. Тело пробивает нарастающей волной боли. — Ааа… Блин! — прохрипела я, — Чувствую себя побитой собакой. — Прости, родная, тебе больно… — Лу погладил меня по волосам и нежно поцеловал, — Давай я поставлю сумку на кровать, и ты выберешь себе одежду, а потом я помогу тебе переодеться. Порывшись в сумке пару минут, я достала широкие трикотажные джогеры серого цвета, белую водолазку и такого же цвета толстовку. В этих вещах мне должно быть не так больно, ведь всё мое тело жутко ломило от ссадин и ушибов. На ноги отлично подойдут серые кеды, они не будут давить мне на вывихнутую лодыжку. Луис помог мне аккуратно переодеться и затем сам взял свою сумку, чтобы сменить грязную и порванную одежду. Он так же надел спортивный прикид, а именно чёрные свободные джогеры, белую футболку, серую толстовку и белые кроссовки. Посмотрев друг на друга, мы чуть ли ни хором проговорили, засмеявшись: — А мы неплохо смотримся вместе в таком виде! — Лу, нам нужно на чём-то добраться до вокзала. — Да, я пойду договорюсь с менеджером, чтобы он одолжил нам одну из машин отеля, а ты подожди пока здесь и немного полежи. Твоей ноге нужен покой. — Да, хорошо, — соглашаюсь я, — Только не задерживайся пожалуйста, иначе я буду волноваться за тебя. Луис поцеловал меня в губы и быстро направился к выходу из домика. Не было его уже около получаса. За это время я успела обдумать всё, что произошло сегодня утром. Неужели Броди предала нас? Зачем ей это нужно? Что мотивировало её так поступить? Так поступить со мной, с моим сыном… Должна же быть какая-то причина? Но я даже понятия не имею, какая именно… Ещё через полчаса я уже начала всерьёз волноваться. Луис до сих пор не вернулся, и поэтому я решила отправиться на его поиски. Аккуратно опустив ноги на пол, я стала пытаться опереться на больную ногу. Один шаг… — и адская боль, пробегающая мурашками по всему телу. Второй шаг… — и я практически лечу на пол, но тут сильные руки Лу подхватывают меня. — Клем…! — сердито кричит Луис, — Я что сказал тебе делать? Отдыхать! — его голос становится мягче, — Ну ты прям как маленькая… Перечишь и делаешь всё наоборот. — Куда ты пропал, Луис? — обидчиво спрашиваю я, — Я же просила тебя не задерживаться, я переживала за тебя и поэтому хотела отыскать. Луис бережно подхватывает меня на руки и направляется к выходу. — Я договорился с менеджером о машине, но это было непросто! — спокойным голосом начал объяснять Лу, — Он упёрся как баран, пришлось потратить на это кучу времени, но я добился своего. Поехали! — Прости меня, что я сорвалась, — уткнулась я ему в шею, — Этот взрыв чертовски напугал меня, я боялась, что потеряю тебя. — Этого не будет, милая, — Лу целует мою руку, — Теперь я от тебя никуда не денусь, вот увидишь, — засмеявшись, добавил он. Луис посадил меня в чёрный седан, который любезно одолжил нам менеджер, и вернулся в дом за нашими сумками. Положив их в багажник, он сел за руль и завёл двигатель. — Через двадцать минут будем на вокзале, Клем, если нам повезёт, то уже сегодняшним поездом мы отправимся по направлению к Милуоки. — Что ж… — задумчиво проговорила я, — Вперёд! В скором времени мы снова были на железнодорожной станции. Я понятия не имела, как Луис планировал раздобыть нам билеты. Оставив меня сидеть в машине, чтобы лишний раз не беспокоить мою лодыжку, он отправился в здание. И снова ожидание. Снова его нет уже почти час. Я так с ума сойду от переживаний за своего любимого. А самое ужасное то, что я даже помочь ему сейчас не в состоянии. Со своей ногой я и пяти футов пройти не смогу, как же я ненавижу ощущать себя беспомощной. Посмотрев в окно, я увидела, что Луис выходит из здания с широкой улыбкой на лице. Я открыла дверь и чуть было не вывалилась из машины, напрочь забыв о своей травме. — Эй, дорогая, полегче! — подскочил ко мне Луис, — Ты решила себе ещё и сломать что-нибудь для полной картины? — Рассказывай скорей! — сев обратно на сиденье, с нетерпением сказала я, — У тебя получилось? — А ты во мне сомневалась, любимая? — достав два билета из кармана, с ухмылкой отвечает Луис. — Как...??? — ошеломлённо спросила я, — Это невозможно! — Ты меня обижаешь, малышка, для меня нет ничего невозможного! — я таю от такой его уверенности. — Но я не представляю как! Расскажи мне пожалуйста… — Помнишь мисс Харпер? — я кивнула, — Так вот… Когда мы с тобой вчера выходили из комнаты персонала, я заметил, что она как-то странно смотрела на нас. Сначала я подумал, что она тоже может работать на Гейба, но потом я понял, что этот взгляд означал нечто другое, совсем противоположное. — Что же? — Это был взгляд сожаления… — продолжает Луис, — Сожаления, что она не может помочь нам из-за придуманных кем-то правил. Я решил, что можно попытаться попросить её помочь нам как-то по-другому, и она согласилась! — И как же она смогла помочь? — Она уговорила одну пару пенсионеров продать мне за наличные их билеты, чтобы мы могли воспользоваться ими и попасть в поезд под чужими именами. А также она попросила того мужчину Алекса сделать так, чтобы при проверке наших билетов на посадке нас пропустили, несмотря на то, что мы совершенно другие люди. — Но… — растерянно перебила его я, — Зачем ей это? Ведь мы для неё абсолютно чужие люди! — Я вкратце рассказал ей нашу историю, после чего она очень растрогалась. Даже заплакала… Она сказала, что у неё тоже есть маленький сын, и что на нашем месте она делала бы тоже самое, чтобы вернуть его. Поэтому она и согласилась помочь, хотя, вероятней всего, она очень рисковала. — Какая она добрая! — испытывая стыд, произношу я, — Мне не по себе, что вчера я злилась на неё… — Всё в порядке, Клем, она не сердится! Она же помогла нам. — Куда мы едем, Лу? — повеселев, спросила я. — В Кудаи, — быстро ответил Луис, — это примерно в пятнадцати минутах на машине от Милуоки. И нам нужно поспешить, поезд отправляется через полчаса. — Тогда бежим! — Ну тебе бегать ещё рано, Клем, — Луис показывает на мою лодыжку, — Так что сейчас я возьму наши сумки из багажника, отнесу их к поезду, а потом вернусь за тобой, договорились? — он подмигнул мне. — Так точно, милый! — смеясь, ответила я. Посмеявшись на мой ответ, Луис взял сумки и исчез за поворотом здания. Через пять минут он вернулся за мной. — Позвольте, миледи… — Лу наклоняется в машину и, как всегда, с лёгкостью подхватывает меня на руки, — Ваш персональный транспорт к вашим услугам! — Чем же я заслужила такой прекрасный и очень харизматичный транспорт? — засмеявшись, спрашиваю я, подыгрывая Луису. — Твоя красота и твоя безграничная доброта покорили меня, — глаза Лу светятся от нежности, — Я готов всю жизнь носить тебя на руках, если потребуется! Услышав это, моя грудь наполнилась успокаивающей теплотой. Одними своими нежными словами Луис может и утешить меня, и развеселить, и завести… Что он делает со мной? Иногда мне кажется, что я перестаю себе принадлежать… Что я словно поднимаюсь над своим телом и наблюдаю за нами со стороны. Никогда раньше не испытывала такого… Никогда! Он перевернул мою жизнь, перевернул в лучшую сторону. За своими мыслями я не заметила, что мы уже подошли к поезду. Как и сказал Лу, на посадке у нас не возникло никаких проблем. Проводник любезно проводил нас в наше купе, дотащив наш багаж. Купе было очень большим: по обе стороны стояли широкие диваны, посередине — стол и два кресла, также с правой стороны была дверь в личный санузел, что немаловажно в длительной поездке, а нам ехать почти сутки. Ещё сутки, и мы, наконец, приблизимся к моему мальчику…