Глава 32: Есть шанс...

POV Клементина Ненавижу себя за свою трусость… Я была уверена, что совершенно спокойно смогу встретиться с Лилли лицом к лицу и даже посмеюсь ей прямо в глаза после того, как увижу её за решёткой. Она абсолютно точно заслужила находиться там и, более того, она заслуживает именно одиночную камеру, так как совершённые ею деяния лишают Лилли права находиться в обществе людей. Она не достойна их! Она должна всю жизнь гнить в гордом одиночестве, ну или сойти с ума от нахождения себя с собой же… Мне так хотелось взглянуть на эту мерзкую женщину и увидеть её в состоянии загнанности и безысходности, позлорадствовать ей, хоть мне это и абсолютно не свойственно. Но, когда наступил момент отправляться к ней в камеру, меня охватил дикий страх. Вероятней всего, этот страх изначально присутствовал во мне, но я не признавалась в нём даже самой себе. Снова чувство этой чёртовой беспомощности… В последнее время оно так крепко прицепилось ко мне, что я не уверена, смогу ли я в дальнейшем избавиться от него и побороть все свои страхи. Страхи, которые сотнями острых кинжалов калечат меня изнутри, истощают мой организм, словно высасывая из него жизнь. Вот и сейчас, стоя на ступеньках и слушая ядовитые слова Лилли в мой адрес, я вспоминаю всё, что она делала со мной так детально и так красочно, что меня снова начинает окутывать чувство паники. Воздух отказывается проникать в лёгкие, а мышцы всего тела столбенеют, превращая меня в хрупкую фарфоровую куколку, которая вот-вот разобьётся на тысячи мелких осколков, и собрать их воедино будет уже невозможно. Единственное, на что я сейчас способна, так это смириться со своим отчаянным положением и принять тот факт, что я слаба и бессильна перед этой бездушной женщиной… Удивительно, но как только я впустила в себя всё это и перестала так рьяно сопротивляться, состояние паники начало отпускать меня. Воздух снова стал наполнять мой организм кислородом, и я почувствовала в полной мере своё тело. Поэтому я с облегчением выдохнула всё накопившееся напряжение и спустилась из фургона, чтобы выйти на улицу. Я поняла, что не желаю больше слушать голос Лилли и погружаться в те болезненные воспоминания, уничтожающие меня всё больше и больше. Я ходила по заднему двору из стороны в сторону минут пятнадцать. Так как день сегодня выдался хоть и солнечным, но холодным, такие телодвижения помогали мне согреться, ну и, заодно, отвлечься от происходящей в фургоне беседы. Я понимаю, что самолично выбрала не подслушивать её, но меня всё равно распирает чрезмерное любопытство. Я буквально горю от нетерпения узнать, что же Лилли рассказала Ли и Луису. Ещё через десять минут первым из фургона выходит Лу. Я, совсем забыв про не до конца зашившую лодыжку, вприпрыжку кинулась к нему с вопросами. — Луис! — кричу я и шиплю от нахлынувшей боли в щиколотке, — Ну что там? Лилли что-нибудь сказала? — Ты что, с ума сошла? — перехватывает он уже хромающую меня, — Куда ты так бежишь? Забыла про свою травму? — Чёрт с ней!!! — машу я рукой куда-то в воздух, — Рассказывай! — А ты разве не слушала? — с тревогой смотрит он мне в глаза. — Я… Я не смогла… — стыдливо опускаю я взгляд в землю, — Оказалось, я не так уж и сильна, как всегда думала… — Милая… — притягивая меня к себе, говорит Луис, — Ты и не обязана быть сильной после того, что пережила, — поглаживая мою спину, продолжает он, — И в слабости нет ничего страшного. Тебе нечего стыдиться. — Это не так… — прижимаясь к его широкой груди, отвечаю я, — Мне не дозволено быть слабой ни по должности, ни по положению, — сделав паузу, я поднимаю на него свой взгляд и продолжаю, — Я всё-таки мать, и мне нужно всегда быть сильной для своего сына, иначе никак! — Так было раньше, родная, — говорит Лу и поглаживает тыльной стороной своей ладони меня по лицу, — Теперь ты не одна… Я люблю тебя и Эй-Джея, тебе не нужно больше постоянно быть сильной. Позволь себе проявлять слабость, по крайней мере, когда я рядом… Никогда в своей жизни я не слышала ничего более милого и успокаивающего. От этих слов чувства любви, заботы и защищённости растеклись тёплой негой по всем клеточкам моего тела, согревая меня быстрее, чем любое пуховое одеяло. Я нежно улыбнулась Луису и прижалась к нему, зарываясь носом в белый воротник его пальто. Его крепкие руки сцепились в замок на моей спине, а свой подбородок он легонько опустил на мою макушку. — Я тоже тебя люблю, Лу, — прошептала я ему в грудь, — Спасибо тебе. Я, и правда, чувствую, что рядом с тобой я могу позволить себе быть хрупкой и даже беззащитной. Только с тобой… В ответ он только ещё крепче сжал мою спину в своих объятиях и поцеловал меня в макушку. Как же приятно вот так стоять со своих любимым, ощущать его тепло, его заботу, его любовь… И взамен отдавать ему тоже самое, а может, и больше. Только с Луисом я поняла, что такое истинная любовь. Что значит любить и быть любимой, без каких-либо компромиссов, требований и условий. Любить с большой буквы этого слова! — Вы здесь? — прервал нашу идиллию Ли, спускаясь из фургона, и мы нехотя отлипли друг от друга, — Пойдёмте внутрь здания и поговорим, а то на улице холодно. Мы с Лу медленно направились за Ли в сторону входа. Моя неуместная пробежка сказалась на больной щиколотке серьёзнее, чем я думала, и теперь заживать ей придётся намного дольше. — Вот чёрт! — зашипев от боли, произнесла я. — Снова болит? — посмотрев на меня, спрашивает Луис. — Нет, всё нормально, — соврала я, — Просто неудачно вступила. — Опять врёшь? — с ехидной улыбкой спрашивает он, — Сейчас поищем в здании аптечку, наверняка в ней будет эластичный бинт. Наложим его, и ноге станет легче. Договорились? — Да, милый, — не стала препираться я. Мы зашли внутрь и прошли в тот же кабинет, где впервые встретили Ли. Он уже ждал нас. Лу помог мне сесть на стул. — Ли, расскажешь Клементине всё? — обращается к нему Луис, — А я пока поищу здесь аптечку, нужно зафиксировать Клем вывихнутую лодыжку. — Да, конечно, — ответил ему Ли, — Вроде бы я видел аптечку в уборной на втором этаже, там табличка на двери, не пропустишь! Улыбнувшись мне, Луис вышел из помещения, а я перевела взгляд на Ли в ожидании. — Я внимательно слушаю, рассказывай скорей, — нервно забарабанила я пальцами по столу, рядом с которым сидела. — Ты что-нибудь слышала? — осторожно спросил он. — Только то, что Лилли язвительно говорила обо мне, а потом я не смогла оставаться там и вышла из фургона, — быстро ответила я. — Мне очень жаль, что тебе пришлось услышать это… — опустив глаза, сказал Ли, — Но зато, немного посопротивлявшись, Лилли потом рассказала нам, куда Гейб увёз Эй-Джея. — Не томи! — заёрзала я на стуле, — Говори, ну же! — Она сказала, что Гейб изначально не собирался направляться сюда. Когда он заехал в то место, ну помнишь, где ещё была остановка на десять минут, он взял своего сына и уехал с ним на другой машине, а Лилли, которая всё это время следила за мальчиком, на его пикапе поехала сюда. В тот момент, когда я услышала, что Лилли следила за Эй-Джеем, меня опять чуть не поглотила знакомая паника. Эта сумасшедшая, напрочь конченая женщина была рядом с моим сыном… А вдруг она прикасалась к нему? Вдруг она сделала ему больно? Затуманенным взглядом я посмотрела на Ли… — Она… — с трудом связывая буквы в слова, начинаю говорить я, — Она… Была рядом с… — Спокойно, Клем, — заметив мой страх, перебивает меня Ли, — Она ему ничего не сделала, с мальчиком всё в порядке! — Откуда ты это знаешь? — заикаясь, спрашиваю я. — Лилли боится Гейба, она бы никогда ничего не сделала Эй-Джею! — Надеюсь, что ты прав… — немного успокоившись, отвечаю я, — Так куда он увёз его? — Гейб давным-давно спланировал всё это! Он купил загородный дом в Нью Тауне на берегу реки Миссури, чтобы жить там с сыном вдвоём. Конечно же, оформил он всё не на своё настоящее имя. — Ну естественно… — с громким выдохом сказала я. — Теперь их зовут Даниэль и Элфи Каррера. — Как мило… — ухмыльнулась я, — Гейб не забыл о своих испанских корнях. — Да, я тоже обратил на это внимание. — Нью Таун… — с грустью говорю я, — Это больше трёхсот миль… Снова мы не приблизились к моему сыну… — из глаз начинают течь слёзы, — Когда же это всё закончится? Положив локти на стол, я прислонилась лбом к своим ладоням и горько расплакалась. Ли подошёл ближе ко мне и обнял меня за плечи. — Клементина, да, Эй-Джей сейчас находится далеко отсюда, — начал он утешать меня, — Но теперь мы знаем, где они, и мы сможем вернуть мальчика домой. — А вдруг Гейб узнал всё, что произошло здесь? Вдруг он снова уехал в другое место? — Это исключено! — уверенно отвечает Ли, — Прежде чем перехватить здесь всех, мы взломали их сервер и позаботились о том, чтобы Гейб не смог увидеть нас, даже если он следил за этой точкой. — Но он очень умён и хитёр! — продолжаю я, — Мы не можем быть уверены в этом наверняка. — Но мы будем! — резко сказал он и тихонько сжал мои плечи, а я в ответ кивнула. — Я так полагаю, что ты рассказал ей всё? — появился на пороге Луис. — Да, — убрав руки с моих плеч, ответил Ли, — Я оставлю вас вдвоём, а сам пойду поговорю с патрульными у главного входа. Присоединяйтесь, как будете готовы, — уже в дверях добавил он. Я проводила взглядом Ли, а затем повернулась в сторону Луиса. Он тревожно смотрит на меня и молчит. Я неловко улыбнулась сквозь ещё капающие слёзы и пожала плечами. — Милая, как ты? — подходит он ближе и садится на корточки передо мной. — Не знаю… — ещё раз пожимаю плечами я. — Всё будет хорошо, родная! — вытирая мои слёзы, говорит Лу, — Ведь мы теперь знаем, где Гейб и Эй-Джей. Знаем их фальшивые имена. А значит, мы на шаг впереди… — Да, ты прав, Луис, но… — снова поток горьких слёз, — Я так устала…! — Я знаю, любимая, — сказал он и обнял меня, прижимая к себе. — Я так боюсь за своего сына! — буквально выкрикнула я и уткнулась носом ему в шею, — Я БОЛЬШЕ НЕ МОГУ! — Поплачь, родная… — гладит он мою спину, — Выплесни эмоции… Тебе станет легче. И я разрыдалась во весь голос… Как будто бы плотину, всё это время преграждающую путь горному потоку моих слёз, кто-то взорвал, и эти самые слёзы полились, наконец, с полной силой из моих глаз, смывая всё на своём пути. Мышцы моего тела судорожно затряслись, пальцы рук и ног кололо миллиардами микроскопических игл, а звук моего голоса больше напоминал рёв турбин военного истребителя. Мне кажется, что этот звук был слышен даже в том самом Нью Тауне, куда подонок Гейб увёз моего сына. Я стараюсь кричать в пальто Луиса, тем самым приглушая свой громкий и отвратительный голос, чтобы окончательно не напугать своего возлюбленного, который наверняка и так не ожидал столь неадекватного поведения от меня. Но мне, и правда, становится намного легче. Крики немного затихают, судороги тела практически сошли на нет… Я глубоко вздохнула воздух грудью и медленно выдохнула его, полностью успокаиваясь. — Вот так… — выпустив меня из своих объятий, проговорил Луис и посмотрел в мои красные от слёз глаза, — Тебе легче? — Кажется, да, — ответила я и виновато улыбнулась, — Прости меня… — Ничего страшного не произошло, родная, — поглаживая мои плечи, говорит он, — Ты эмоционально и физически очень истощена, тебе нужно было выпустить из себя эту усталость, чтобы начать ясно мыслить. Плюс, мы практически не спали последние несколько дней, и это сказывается на нашем состоянии. — Это уж точно! — прислонившись лбом к его лбу, согласилась я. — Тебе нужно поспать, иначе, станет только хуже! — Нет, нам срочно нужно ехать! — резко отпрянула я. — До Нью Тауна ехать больше пяти часов, ты спокойно выспишься в дороге. — А как же ты, Луис? Ты устал ни чуть не меньше! Я не могу спать, зная, что ты отдуваешься за нас двоих! — Я в полном порядке! — отвечает он, и мне совершенно очевидно, что это ложь, так как я вижу в его глазах усталость, — Давай перевяжем твою лодыжку, но только постарайся больше не прыгать как пасхальный зайчик, — дотронувшись до кончика моего носа, сказал Луис, тем самым сменив тему. — Хорошо… Я вытянула перед собой левую ногу и потянулась вниз, чтобы закатать свои джинсы, но Лу опередил меня. — Давай я сам, мне приятно заботиться о тебе. Улыбнувшись ему, я подняла корпус и прислонилась к спинке стула. Луис аккуратно снял с моей ноги обувь, носок и закатал штанину моих джинс. Щиколотка, конечно же, снова распухла, бегать и прыгать с такой травмой было по-настоящему глупо. Зафиксировав её эластичным бинтом, Лу нежно погладил мою голень и вернул ткань джинс на место. — Спасибо, милый, — с умилением и любовью я смотрю на него, — Дальше я могу сама. — Клем, ну я же сказал, что мне приятно заботиться о тебе! Давай сюда ножку. И он осторожно, чтобы не сделать мне больно, надел обратно и носок, и ботинок. — Пойдём к Ли, — поднялся он, протягивая мне руку. — Да, идём. Я приняла его помощь и мы пошли на улицу. Нужно было всё обсудить с Ли. Без чётко обдуманного плана нельзя врываться в дом к Гейбу. Нужно всё тщательно продумать. — Как твоя нога, Клем? — когда мы спускались по ступенькам главного входа, спросил Луис. — С бинтом намного лучше, совсем не больно! Спасибо тебе. — Я всегда к твоим услугам, милая. — О, вы здесь! — заметив нас, крикнул Ли, — Мы тут с ребятами обдумали план наших действий. — Это замечательно! — обрадовалась я, — И каков же план? — Мы поедем туда на двух машинах, — начал говорить Ли, — Но к самому дому подъедете только вы с Луисом и будете отвлекать его. — А Эй-Джей? — Мы вместе с Джеймсом проникнем в дом, пока вы будете говорить с Гейбом, и тихо выведем оттуда мальчика. Естественно, сначала мы разведаем обстановку, чтобы не попасть впросак. — План неплох! — первым сказал Луис, — Но вдруг Гейб не поведётся на этот отвлекающий манёвр? Он может догадаться, что мы не одни. — Да, но хорошенько всё обдумав, — продолжает Ли, — Мы поняли, что этот план лучший! Садитесь в свою машину, а мы с Джеймсом и Колином, это ещё один офицер, поедем на этой патрульной машине, — показав рукой на рядом стоящий автомобиль, сказал он. — Стой, Ли, — прервала его я, — Пусть за рулём нашей машины поедет кто-нибудь из офицеров. — Зачем? — с подозрением посмотрев на меня, спрашивает Луис. — А затем, Лу, что ты очень устал и тебе нужно поспать! — быстро отвечаю я. — Я в порядке! — возразил Луис. — Нет, Луис! Клементина права! — согласился со мной Ли, — Джеймс сядет за руль вашей машины, а у вас будет пять часов, чтобы набраться сил. Мы поедем следом за вами. — Но…? — вновь пытается возразить Луис. — ЭТО ПРИКАЗ! Я кивнула в сторону Ли, поблагодарив его за поддержку, и повернулась к Луису. — Ах ты, маленькая хитрюга…! — ехидно говорит он и начинает легонько щекотать мои рёбра. — Ай, Луис! — не могу удержать смех я, — Щекотно же! — отскакиваю на шаг назад, а он сразу поднимает руки ладонями вверх, как бы сдаваясь, и я приближаюсь к нему снова, — Так-то лучше! — ещё шаг ближе, — Да и вообще, знаешь... — встав на носочки и поцеловав его в губы, добавляю я, — Мне тоже приятно заботиться о тебе… Луис улыбнулся, прижал меня к себе и легонько потрепал мои волосы, будто бы я маленький ребёнок, который только что напроказничал, а его поймали на месте преступления. Затем мы вместе с офицером направились к нашей машине, и, когда Лу открыл мне заднюю дверь, нас всех окрикнул Ли: — Джеймс, остановимся примерно за пару миль до пункта назначения, хорошо? Нужно будет, во-первых, понаблюдать за домом, а во-вторых, Клем и Луис должны будут остаться в машине вдвоём. — Так точно, ответил Джеймс. — А что Лилли? — спрашиваю я. — Её уже повезли в Атланту! За неё можешь не переживать! Ну хоть одной проблемой меньше… Только бы она сказала правду, что Гейб с Эй-Джеем вдвоём, иначе, наш план полетит к чёрту. Я залезла в машину, а Луис сел рядом со мной. — Хочу быть с тобой рядом, милая, — усаживаясь поудобнее и притягивая меня к себе в объятия, сказал он. — И я очень этому рада, любимый, — прижимаюсь я к нему со всей силы, — Я бы всё равно не уснула без тебя… — Ребят, вы готовы? — спросил нас Джеймс. — Да, — отвечает Луис, — Стартуй! Джеймс завёл двигатель, и машина тронулась с фабрики в сторону Нью Тауна. Почувствовав тепло своего любимого мужчины, я сладко зевнула и в ту же секунду провалилась в крепкий сон.