Часть 4

Следующим утром блондинка сидела за столом, довольно улыбаясь. На шее повязка, скрывающая следы от питься крови, на груди закрытая кофточка, но, Чон похоже, радости от проведенной ночи не разделял. Кружил в руке бокал с «вином» рассматривая, как капли стекают по стенке бокала. — Что так смотришь? — спрашивает Чон Хосок на то, что Бона гипнотизирует кашу. На столе фрукты, сок в графине, какие-то печеньки и чайнички с чаем. Она чувствовала, что он видит ее такой, какой она есть в действительности. Снова мотает головой, говоря таким образом «ничего». Берется за ложку и набирает немного, посмотрев на хозяина этого дома, да и уже ее жизни. Опустила взгляд снова в тарелку и, пока жевала, глянула на юбку и на свои бедра, прокручивая в голове дурацкую фразу «ноги пошире». Ее к такому не готовили, если быть честным, но в ее внутренних диалогах уже родилась решимость не дать ему себя столько, сколько это будет возможным. — Успеешь подготовиться… — произнес тот, словно понимая, о чем она думает, — А если не переносишь кашу, просто скажи. Приготовят что-то другое. Бона снова мотает головой и продолжает есть. Каша как каша. Такой она ещё не ела, конечно. Эта приготовлена, так сказать, с душой, а не просто на грязной воде без соли. Шатенка снова одергивает юбку вниз и вздыхает. Уже не маленькая, должна понимать, что в этом мире так будет работать всю ее оставшуюся жизнь. Кому-то тело, кровь, а ей кров и еду. — Черён… — говорит хозяин. — Да? — спрашивает брюнетка, поднимая взгляд со стола. — Отвези их в торговый центр… Пусть прикупят новых нарядов. Развеются. — Поняла господин. Это как-то связано с вашим гостем? — Лучше будет, если никто не будет слышать наших разговоров. И отвлекать его от дела тоже… Бона так любопытно было, о чем же могут беседовать вампиры. Но ясно было, что никто не расскажет. Уже спустя полчаса девушки бродили по торговому центру. Ни для кого не было странным наличие оравы в одинаковой форме. Здесь все такие. Они зашли в один магазин. Две другие рвали с полок наряды, словно голодные звери, заполняя корзины и вешая одежду на себя прямо в магазине. Бона же спокойно рассматривала каждый наряд, впитывая в себя его красоту, а потом, видя ценник, безжалостно вешала его обратно на место. Как же так спокойно девицы могут горами такие дорогие вещи носить в примерочные? Даже стыдно не будет? Расточительство. — Просто выбери, то, что нравится, — подошла к ней Черён, — Пусть платит. В конце концов, на кону твоя кровь, а может и жизнь. Человеческий век короток. Они, — кивает она в сторону подружек, — Живут одним днем. Видели, как выводят таких же… Когда они становятся неинтересны. Иногда ногами вперед… — Хорошо… выберу что-нибудь, — согласилась она. Выбор Бона пал на легкое платье. Тоже обтягивающее, но по размеру, а не потому, что такое досталось. Легкий шифон молочного цвета и пастельного оттенка цветы в разброс по нему. Оно было на тонких лямках. Также ее взгляд упал на лодочки на каблуке светло-коричневого цвета, с открытым носком и завязками по щиколотку, кожаные шнурочки. Хоть что-то на выход. Размер прикинула и обратила взгляд на кассу. Туда уже ринулись другие, ожидая оплаты своих покупок. Решив не терять времени, Сон быстрым шагом направилась к кассе, уверенная в своем выборе. — Только одно? — спрашивает Черён, окинув девушку взглядом, она кивнула на пару тройку вещей нейтральных цветов и обувь. — Взяла на свой вкус, чтобы был что надеть. Так и знала, что поскромничаешь. — Для чего столько? — спрашивает Бона шепотом, — Мы же все сидим в своих комнатах. Это странно, разве нет? Деньги можно и пустить на другое дело. — Вы не всегда будете сидеть в комнатах. А если взять такой день как сегодня? Или придется куда-то сопровождать господина, пойдешь в этом? — спрашивает она, окинув ее взглядом. — Его просто засмеют, если будешь являться в людные места в одном и том же. — Все ходят куда-то с господином? Он всех сразу берет? — удивленно спрашивает Сон, отдавая вещи кассиру. — И что за день сегодня? — Сегодня к нему приедет давний друг. Если не задержится… То застанем его к возвращению. Нужно показать, как он хорошо о вас заботится, чтобы… этот друг не доложил, куда не следует о том, что господин дозволяет себе лишнего. Бона кивает головой, забирая пакет. Всего один, а не пять, как у остальных. Когда Чёрен вышла с магазина, а за ней поплелась младшая из двух других девушек, она заговорила с ней: — Лучше молчать? Глупый всё-таки вопрос. Лучше молчать, — ответила она сама себе. — Лучше не задавай слишком много вопросов Черён. И много с ней не делись. Она обо всем докладывает господину Чону… — посоветовала та ей, — Вообще обо всем. Вплоть до того, сколько раз и как ты сходила в туалет.