четырнадцатый. дешевые люди.

никто ни о чем не задумался,

хотя, наверное, это сделать обоим стоило.

вокруг — пустота бесшумная,

ей прибавит громкость дешевое пойло.

дешевые драмы, дешевые люди,

я заперта среди них, к сожалению.

я сама заперла себя. думайте,

перед тем, как дешевым людям открыться.

я провожу лезвием по татуировке

с датой моей самой худшей ошибки.

я заперла себя с самым страшным из вас:

самым дешевым, холодным, неискренним.

снова ты о себе... услышь меня, закройся.

спасибо за комплименты, правда,

но твой характер — холодная поздняя осень;

или глубокий темный февраль,

окруживший колючим горьким морозом;

или палящее знойное солнце,

под которым никогда не вырастут розы.

я сожгла бы мосты, сожгла бы каждый.

ушла бы, осталась бы тенью в твоем сознании;

для тебя это все тревожно неважно,

для меня ты — заживший шрам на запястье.

я исчезну, оставлю тебя с твоими мыслями.

будешь ли за меня переживать?

переживаешь ли? плачешь? искренне?

ты продолжаешь себя скрывать.

закурить бы. крепко, до потери памяти,

так же крепко тебя обнять, схватить за руку,

увести куда-то. целовать, разбивать

на осколки, вновь увидеть тебя настоящего

и не забывать.

эту искренность прочно запечатать в памяти,

сохранить каждую мелочь, каждый фрагмент.

запомнить все навсегда.

но тебя больше нет

в моей жизни.

в этом поезде больше нет лишних мест.

я не удержала. я не смогла,

не смогу согреться в эту метель.

холод, буран, метель — в мае,

но каким же теплым был апрель.

луна — свидетель всех ночных сообщений,

каждого слова, что ты мне написал.

луна — свидетель того, как искренне,

как сильно я была в тебя влюблена.