Часть 2. Начало конца

Сола Наберри нервно ходила из угла в угол по комнате полицейского участка. Она не знала, что делать. Флаер младшей сестры кто-то взорвал, как и вход в дом. Где сама Падме и что с ней неизвестно. Родители сестер Наберри улетели в отпуск. Пуджа и Рио напуганы, а её саму подозревают в убийстве сестры! Ну зачем ей смерть Падме?! Сола любила сестру. — Ну, милочка, может признаемся? — в очередной раз спросил у Солы следователь. — Я не желала, не желаю и не буду желать Падме смерти! — Возможно. Но Вы, миссис Наберри, пригласили Вашу сестру сюда! — Я могу позвонить? — спросила Сола. Она хотела связаться с Энакином. По словам Падме, он был правой рукой самого Дарта Вейдера! — Только по голосвязи и в моём присутствии, — грубо ответил мужчина. По закону подозреваемая имела на это право. Он протянул ей датапад. — Спасибо, — улыбнулась Сола. Она по памяти набрала личный номер Энакина. Несколько минут никто не отвечал. Следователь хотел уже забрать датапад и сбросить вызов. Но кому бы не звонила Сола, женщину услышали. — Спасибо, что ответил, — Наберри посмотрела в глаза мужчине. — Привет, Сола. Что-то случилось? — следователю показалось, что этот человек, кем бы он не был, не рад звонку Солы. Он ответил ей как-то отстраненно-холодно. Сола же, зная мужа младшей сестры долго, слышала крик души Энакина: «Что у вас, крифф раздери, случилось?!» — Меня обвиняют в убийстве сестры. — Ничего никому не говори. Мы возьмем расследование в свои руки. Голограмма погасла, а следователь поспешил выйти из камеры. Ему необходимо было все обдумать. Он где-то слышал тот голос. Только где, мужчина не мог вспомнить. Откуда подозреваемая знала его. Может быть сообщник? Сама создала себе алиби, а высокопоставленный друг всё устроил.

***

Энакин Скайуокер бежал по коридорам императорского дворца. Когда ночью он и близнецы почувствовали в Силе резкую вспышку боли, и до утра они так и не смогли уснуть. После звонка Солы, который окончательно убедил Эни в том, что всё ужасно, Скайуокер хотел рвануть на Набу сразу же. Но пришедший Мас Амедда немного испортил планы. — Ученик, — Сидиус понимающе грустно улыбнулся вошедшему Скайуокеру. Старый ситх когда-то тоже потерял жену. От Энакина веяло страхом потерять Падме навсегда. Император и сам хотел полететь на Набу, найти тех мерзавцев, похитивших его дочь, и покарать их. — Я говорил тебе, что у меня есть дочь? — Да, учитель, — выдавил из себя Энакин. Если честно, ему сейчас не до дочери Императора, тем более умершая много лет назад. Сейчас Скайуокера волновало только одно: жизнь своего Ангела. — Тогда ты помнишь, что я считал её мертвой? — Да, учитель, почти тридцать лет, — Энакин не понимал, к чему клонит Палпатин. Император должен был чувствовать желание Энакина поскорее улететь на Набу и найти Падме. — Замечательно, Эни! Я могу тебя обрадовать, наши с тобой отношения должны перейти на новый уровень! Реакция Энакина сильно удивила Палпатина. Сидиус знал о бесконечной верности Энакина к Падме. Младший ситх отшатнулся, побледнел, сильно покраснел. Его глаза приобрели слабый янтарный оттенок. Дарт Вейдер яростно посмотрел на Сидиуса. Для бывшего джедая мысли Энакина были слишком извращённые. Правда, учитывая его прошлое… — Ну и мысли у тебя, — фыркнул ситх. «Кто тебя развратил так?» — подумал Шив. — Всего-то хотел рассказать, что ты женат на моей дочери. — Падме? — зачем-то уточнил Энакин. Он поверхностно слушал учителя. Все мысли занимала Падме. Где она? Что с ней? Их связь почему-то была практически разорвана. Из-за этого он не мог никак ей помочь. От этого становилось только больнее. — Соображаешь, ученик! — похвалил его Сидиус. — Отправляйся в Тид и… Император хотел сказать что-то ещё, но Энакин, используя ученическую магию, уже исчез из его апартаментов.

***

Падме очнулась в тёмном помещении. Дышать было тяжело. Шею что-то сдавливало. Дотянувшись до неё, женщина с ужасом осознала, что на ней одет ошейник. Стало холодно. На пленников ошейники обычно не одевают, если только не… Думать о своей дальнейшей судьбе становилось страшнее с каждой мыслью, которая появлялась в голове. Она видела, что делают с разумными существами в ошейниках. Их используют используют качестве прислуги, а иногда даже и сексуальных игрушек. Хотя Падме не была чувствительный к Силе, исчезновение Связи, которую Энакин медленно создавал с самого начала их отношений, она заметила. Не заметить отсутствие тонкой волшебной нити, которая сначала была светлой и тёмной, потом, оставаясь тёплой, металась из стороны в сторону, и ставшей тёплой тёмной, было невозможно. А по собственной воли Эни никогда бы Связь не разорвал… Дверь со скрипом открылась, вырывая Падме из раздумий. Тусклый свет проник в комнату. Она увидела, как в темноте блеснула заколка в форме какого-то насекомого, и всё поняла. Это подвал дома, расположенного на Альдераане. А принадлежал этот дом семье Наберри. — Ну здравствуй, ситское отродье! — мерзко улыбнулась вошедшая Джобал. — Мама, я не понимаю, — скорее всего она сейчас выглядит жалко. Но ей было все равно. Ножа в спину Падме если и ожидала, то только не от родителей. Но почему они назвали её так? — Что здесь не понятного? — огрызнулась Джобал. — Ты дочь Сидиуса, дура! — Милая, отойди, пожалуйста, — попросил супругу Руви. В руке у него блеснуло лезвие. Он наклонился к Падме и приставил к её щеке нож. — Можешь не ждать своего мужа, дорогуша. Его уже известили о твоей смерти! — Не недооценивай третьего человека в Империи, — ответила Падме. Нож её не пугал. Если бы они хотели убить её, ошейника бы не было. — Он будет меня искать! — Может и будет, — согласился Руви. — Поищет пару месяцев и успокоится. «Не успокоится», — подумала Амидала. Энакин не тот человек, который отступит от своей цели. Он найдет её даже перевернув галактику. Видимо мистер и миссис Наберри приняли молчание Падме, как согласие. Решив не марать о неё руки, они вышли из подвала. На Набу была традиция, гласившая: «Девушка, выходя замуж, должна слушаться своего мужа». Наверное, мужа-джедая слушаться нужно обязательно. Энакин слишком часто оказывается прав. А Падме, наивная, думала, что ведения Силы не сбудутся и сейчас. Десять лет назад они оказались ложными. Почему сейчас должны сбыться? Правда, она ещё жива…

***

— Можно я хотя бы Рекса и Коди с тобой отправлю? Энакин широкими военными шагами преодолел расстояние, разделяющее их. Голубые глаза, как тогда на Мустафаре, моляще смотрели прямо в душу. За двенадцать лет она научилась сопротивляться этому взгляду. — Эни, я знаю, что они с меня глаз не спустят, — хрупкая маленькая ладошка легла ему на грудь. — Но на Набу никто не будет на меня покушаться. Энакин был с ней не согласен, но ничего не сказал. Он притянул её к себе и страстно поцеловал. Падме ответила на поцелуй, запустив одну руку в его светлые немного волнистые волосы. — Всё будет хорошо, Эни, — она легко толкнула мужа в грудь, направившись к трапу. Энакин склонил голову, сжав протез в кулак. Он явно был недоволен сложившейся ситуацией. Но раз Падме решила, отговаривать её бесполезно. Скайуокер — это диагноз… Грустные голубые глаза проводили улетающий флаер.

***

«Почему я не послушала тебя?!» Первый раз Падме дала волю слезам вне дома. Она хотела закрыть глаза и открыть… Где угодно, но не здесь! Убежать от этой холодной, пугающей темноты. Оказаться рядом с Энакином. Рядом с ним было тепло, спокойно и безопасно. Какое-то время спустя за дверью вновь раздались шаги. Новые знакомые голоса воткнули второй нож в спину. Мон и Бейл пришли точно не просто так. За что её предают?! Они же вместе делали всё, чтобы война быстрее закончилась. Да и Империя оказалась гораздо лучше Республики, не будем врать… Перед глазами пролетел плазменный выстрел. Кажется, вся жизнь пролетела перед глазами. Она подняла глаза и увидела Бейла, прислонившегося к дверному косяку. В руке мужчина держал бластер альдераанского производства. — Боишься потерять контроль на Избранным? — чандрилианка присела перед ней. Взяв её за подбородок, Мотма повернула голову Падме к себе. — Отвечай, ситская подстилка! — Ч-что? — Когда мы расскажем Энакину о том, что ты спала с Палпатином… «Он проткнёт вас насквозь!» — подумала Падме. Но у сенатора сектора Бормея были другие планы: — …он бросит и Империю, и тебя, — женщина провела пальцем по щеке бывшей подруги. — Но тут появлюсь я и Альянс Повстанцев, которые заменят ему всё! — А дети? — Падме поинтересовалась чисто из интереса. Что ожидает Люка и Лею в неосуществимых мечтах Мон Мотмы. — Им всего десять, дорогуша, — улыбнулась женщина. — Успеем перевоспитать! Мотма встала во весь рост и каблуком наступила ей на лицо. Металлическая подошва надавила на висок. В глазах стало темно, по телу прошла волна электрического тока.