Бабах!

      Раздался громкий стук обо что-то твёрдое. Мисс Блуми обернулась, услышав громкий стук, за которым последовал грохот. Блуми широко раскрыла глаза, смотря на пол. Двое из учителей уже подбежали к лежавшей на полу мисс Сёркл. На её лбу выступает огромное покраснение, а глаза еле держаться открытыми. Блуми оттолкнула учителей, столпившихся рядом с ней. Единственное, что она смогла сейчас сделать — подложить под тяжёлую голову свою руку, спрятав вторую за спину, боясь повредить острым лезвием коллегу.       Мисс Тавел рядом не было. Она, вроде, побежала дальше, игнорируя шум сзади неё. Сейчас Блуми боится почувствовать кровь. Вроде бы ничего, кроме огромного покраснения на лбу от удара ничего нет.       — Да позовите вы уже кого-нибудь, в конце концов! — учительница начала кричать на стоявших других учителей, пока те не сдвинулись с места. Сёркл ничего не говорила. Она лишь положила голову на бок, закрыв глаза. — Не смей вырубаться, слышишь?! Не смей вырубаться прямо сейчас!       Учитель математики уже не слышала посторонних голосов. Они отдавались странным эхом, отдача которого сильно пищала в ушах. Хотелось закрыть уши, но руки не слушались, как и всё тело. И что теперь? Там и лежать на полу? ***       Голова дико болела. Казалось, что сейчас она расколется на несколько частей и будет медленно и болезненно откалываться от основного куска черепа. Под головой уже не рука коллеги, а подушка. Это кушетка лазарета медпункта, куда Сёркл попадала очень редко. Белые стены, белые потолок с белыми лампами. Здесь сделали ремонт. Есть много кушеток, которые закрывались друг от друга с помощью штор. Таблица для проверки зрения перевесили напротив окна, чтобы буквы были хорошо видны. Один большой белый шкаф и несколько со стеклянными дверками, где лежали различные колбочки, таблетки, бумажки, градусники и палочки.       Стол медицинской сестры находился прямо возле окна. Точнее, наполовину с окном. На подоконнике лежало несколько книжек и тетрадей. Монитор компьютера включён. У него был неяркий свет, а по экрану летал курсор. За ним сидела девушка. Её волосы были длинными. Они уложены в аккуратный пучок с длинной заколкой в виде цветка с множеством мелких лепестков. У неё большие глаза. Это мисс Сёркл увидела сразу, как только девушка повернула голову в бок. Она одета в белые широкие брюки, которые не скрывали белые кроссовки с чёрными звёздами. На самом теле у неё длинная рубашка, которая приятно шуршала от действий девушки. Она что-то усердно писала в своей тетрадке.       Мисс Сёркл посмотрела на настенные часы. У неё уже как десять минут идёт урок. Женщина, опираясь на свой циркуль, попыталась сесть, но услышала строгое «нельзя» со стороны девушки. Сёркл с недоразумением смотрела на девушку, прищурив глаза. Свет слепил её глаза, из-за чего закружилась голова. Издав тяжёлый вздох, женщина снова попыталась принять сидячее положение.       — Успокойтесь, — девушка закрыла свою тетрадь, встав со стула. Он надела на свою шею стетоскоп с блестящей головкой, — секунду, — незнакомка поправила чёлку, пойдя к учительнице. Теперь её было лучше видно. У рубашки был нагрудный карман, из которого торчала ручка и какая-то непонятная жёлтая ручка, но она была больше по сравнению с обычной, — как вы?       Мисс Сёркл её никогда не видела. Её голос был мягким, слегка хрипловатым, но приятным на слух. Она смотрела мисс Сёркл в глаза, после чего чёрные глаза перешли на синяк на лбу. Девушка подошла ближе, осторожно прогладив место ушиба.       — Сильно болит? — незнакомка была без перчаток. Они ей попросту не нужны. Нежнее её руки не было ни у кого. Сёркл просто кивнула. Было очень тихо. Прерывать тишину не хотелось. — Тогда я наложу пластырь. Если вдруг плохо станет, то до конца не молчите. У вас сотрясение.       — Как? — вопрос, который волновал учителя прямо сейчас. Она не помнила последние секунды сознания и причину своего отключения.       — У нас же в учреждении идёт капитальный ремонт, — девушка открыла шкафчик со стеклянной дверцей, — рабочие переносили шкаф. Ученик, который бежал от вас успел проскользнуть, развернувшись назад. Вы хотели повернуться туда, но перед этим ваша голова повернулась вперёд. Вы сильно ударились об этот шкаф. — Незнакомка взяла квадратный пластырь. В её руках моментально оказалась и маленькая синяя подушечка-компрессор со льдом. Она подошла к учителю, положив всё своё «добро» на стол, — после такого удара лучше ещё полежать. Я приложу снова компрессор. Ушиб довольно сильный. Думаю, вам не помешает ещё один раз подержать на нём что-то холодное.       Доброты и нежность у неё не занимать. Она говорила спокойно и не быстро. Информация спокойно укладывалась в голове. Сильная боль ушиба отдавалась в голову. Болело довольно сильно. Лёд в мешочке облегчил ситуацию.       — Голова кружиться? Тошнит? — незнакомка достала ручку из кармана и карманный блокнот из кармана брюк. Она щёлкнула ручкой, приложив её к листу бумаги.       — Голова раскалывается.       — Мг, — ручка быстро что-то записала, — полежите ещё пару минут, а может и час. Там уже как пойдёт.       Незнакомка посмотрела ещё раз на уставшее лицо Сёркл. Она не могла заснуть из-за головной боли. Ей явно тяжело. Это видно не только по лицу — это слышно по дыханию. Тяжёлое, хриплое и довольно громкое. Старается заглотнуть больше воздуха.       — Я могу помочь вам лечь рядом с окном, — девушка подошла ближе, дабы её голос был слышен, — только не пытайтесь долго опираться на свой циркуль.       Мисс Сёркл с трудом села. Как такая кроха собирается помочь такой большой женщине, как мисс Сёркл? На этот вопрос и сама учительница не знала ответ. Девушка освободила свои руки от рукавов. Чёрные лапы заменили её мягкие белые руки. Она помогла Сёркл встать, создав опоры на своё тело.       — Вот так, — Сёркл не успела что-то сделать и даже осознать, что уже лежит на кушетке возле окна. Эта кушетка специально расположена возле стола медсестры и окном. Девушка опустила рукава на свои белые ручки. Её лапы мгновенно исчезли. — Окно приоткрыто, но если будет сквозить, то скажите мне. Я пока что-нибудь вам от головы дам.       Зазвенели стеклянные бутылочки и зашуршали рукава незнакомки. Она спокойно нашла нужную упаковку таблеток. Вода стояла в кулере. Набрав стаканчик воды и одну таблетку, девушка протянула это учителю. Пришлось выпить, не смотря на острую боль. Голова Сёркл упала на кушетку, где лежала та же подушка. Заклацали клавиши…       — Тебя как зовут? — мисс Сёркл посмотрела на книгу, лежавшую на подоконнике.       — Маргарет, — этого имени среди учеников или учителей, да и персонала вообще мисс Сёркл ещё не слышала.       — Как долго ты тут работаешь?       — Две недели, как только мама помогла пристроиться.       — «Мама»?       — Мисс Тавел. Ваша коллега.       — Погоди, так, сколько тебе тогда лет? Тавел, если я не ошибаюсь, уже тридцать семь…       — Всё правильно. Маме тридцать семь, а мне девятнадцать, — Маргарет продолжила что-то печатать, перемещая пальцы по клавиатуре быстро и умело. Она изредка отрывалась на несколько секунд от компьютера, что-то пишет в тетради, снова клацает клавиши. — Всё нормально, можете спокойно отдыхать.