Глава 7

***

Рейнира       Отец поручил Рейне и Джейсу отправиться с ней в зал Малого Совета, и они с энтузиазмом согласились, захватив с собой важные свитки и документы, которые должны были понадобиться ей на встрече. Отец сделал Джейса виночерпием Совета, чтобы он мог наблюдать, как это делала она в юности. Она позволяла Джейсу читать и просматривать каждый документ, переданный ей, будь то новое торговое предложение между двумя королевствами, просьба городской стражи об увеличении количества оружия и доспехов или ход строительства двух небольших зданий, которые она была намерена превратить в лечебные дома. Джейс станет королем после нее, и она хотела посветить его в проблемы, с которыми сталкивалась Корона, и о том, как правильно их решать. Он не столкнется с этим в одиночку, как она.       Рейна была ее маленьким писцом, она обычно писала письма красивым каллиграфическим почерком и использовала более доброжелательные слова, чем написаные ею самой, и это помогалоей вести переговоры и поддерживать хорошие отношения между Короной и ее лордами.       Первое, что она приказала сделать после того, как стала принцессой-регентом, — это проверка расходов Веры. Они постоянно просили о поддержке, но мало на что тратили деньги. Когда Верховный септон не смог предоставить надлежащий отчет о расходах, она немедленно прекратила их финансирование. Она так хотела привлечь Веру к ответственности за растрату и потребовать вернуть то, что они получали на протяжении многих лет и что должно было использоваться для простых людей, но не хотела ссориться с Верой в самом начале своего правления.       Деймон сказал Верховному септону, чтобы он был благодарен за то, что ему удалось сохранить голову, учитывая, насколько велико было его преступление. Верховный септон сначала рассердился, но угроза доложить о нем Благочестивейшему, который, скорее всего, захочет сместить его с должности, остановила его. Тем не менее за Верховным септоном велось тайное наблюдение. Все его сопровождающие были шпионами.       Рейнира создала Трастовый фонд королевы Эйммы и переправляла туда все монеты. Она купила большое поместье, принадлежавшее купцу, у которого настали плохие времена, и перевела туда всех сирот из трех разных приютов. Поручила Золотым плащам доставлять в приют уличных попрошаек и оборванцев, чтобы о них позаботились должным образом.       Три суповые кухни, которые построила королева Алиссана, были возрождены, и теперь они могли обеспечить людей двумя полноценными приемами пищи в день. Сейчас она готовила предложение о строительстве на холме Висеньи большого Дома Исцеления, где будут заниматься более серьезными случаями. Холм Висеньи был относительно пуст, она подумывала о расширении города, чтобы уменьшить плотность населения Блошиного Конца, но чтобы все правильно спланировать нужно больше золота и больше времени. Сейчас она хотела сосредоточиться на общем благосостоянии города. Королевская Гавань, как сказала Бейла, была отвратительна. Она собиралась создать группу людей, которые будут заниматься исключительно уборкой улиц. В основном это должны быть подметальщики и сборщики мусора. Поддержание чистоты в городе улучшало здоровье людей и повышало их производительность. К тому же это способствовало росту торговли.       Она уже получила отпор от всех, кроме лорда-командующего городской стражей и королевских гвардейцев. Десница, Магистр права, Мастер над кораблями и Великий мейстер уже говорили, что это лишнее. Лорда Бисбери беспокоила только стоимость.       Рейнира встала и смахнула воображаемые соринки со своего простого черного платья из легкого шелка с вышивкой в виде золотого дракона на лифе. Единственное, что было примечательно в ее платье, — это темный наплечник, закрывающий плечи. Кузнец выгравировал на нем узоры, в которые она вложила множество драгоценных камней, в основном рубины, желтые бриллианты и темное драконье стекло. Он соединял слои красных рукавов с ее платьем. Она уже много лет не носила более простого платья, и это заставляло ее кривиться, но оно должно было соответствовать тому, что она хотела сделать сегодня.       Рейнира вышла из солярия, миновала гостиную и направилась по коридору. Джоффри Аррен, ее Верный Щит, и сир Эррик Каргилл тенью следовали за ней, а двое королевских стражей и двое Безупречных замыкали тыл. Она кивала слугам, мимо которых проходила. Выйдя из крепости Мейгора, она встретила еще больше придворных и знатных людей, занятых своими делами. Она прошла мимо нескольких дам, сплетничавших в одном из садов, и они тут же встали и сделали реверанс, приглашая ее поесть вместе с ними. Она милостиво отказалась, сославшись на то, что ей предстояло заседание Малого Совета, и они кивнули.       Она слышала, как они хихикали, и, могла поклясться, что уловила, как они громко шептали имя Лариса. К Ларису Стронгу было приковано все внимание, потому что его не видели с той ночи, когда произошел инцидент с ногами. Его легко было убрать, подменив дозировку маковых семян, которые он принимал от боли в ноге. По словам сопровождающих, после слабой тошноты и рвоты он стал видеть галлюцинации о смерти отца и брата в огне. Она задавалась вопросом, как долго он протянет с таким количеством опиума в теле.       Но поскольку двор не видел Мастера над шептунами на публике, именно на королеву обрушилась вся тяжесть удара: поговаривали, что пьяный сир Рикард Торн проболтался, что королева действительно навещала короля каждую ночь в его покоях, начиная с ночи похорон покойной королевы Эйммы, и они впускали ее по указанию Десницы. Тщательно созданный Хайтауэрами образ королевы Алисенты рухнул. Хотя некоторые считали ее послушной, когда она повиновалась приказу короля выйти замуж за него, теперь же все знали, что она стала королевой благодаря тщательно спланированной и скрытой игре. Она скомпрометировала себя, так что у короля не было другого выбора, кроме как жениться на ней, даже если была более выгодная кандидатка. Пелена благочестия, которую она часто использовала для своих наговоров, рухнула. Он отклонил ее просьбу об аудиенции, и только золото Хайтауэров держало людей в узде, чтобы не устроить суд Веры для королевы.       Деймон велел служанкам распространить информацию о том, что Десница и королева специально избегали того, чтобы этот слух дошел до короля, держа его в изоляции даже от собственной семьи, что было несложно, учитывая, что король по-прежнему часто находился в постели. Не имело значения, знал ли король Визерис о предательстве своей королевы или нет. Он либо не поверит, либо придумает сценарий, чтобы оправдать данный поступок. Учитывая, что ее муж был рядом, когда это произошло, скорее всего, вина будет возложена на него. Визерис мог жить в своей стране заблуждений сколько угодно, ей было уже все равно. Рейнира и так отказалась от отца после того, как он раз за разом выбирал Хайтауэров вместо собственной семьи. Он был волен оставаться в своем мире, если захочет. Главное, чтобы все остальные знали, насколько двулична и развратна была королева. Каждая клевета, направленная на Рейниру и ее детей, была сделана для того, чтобы прикрыть ее собственную.       Все уже вошли внутрь, за исключением Мастера над шептунами, который все еще был не состоянии присутствовать, и Деймона. Все низко поклонились, кроме Отто, который отвесил ей неглубокий поклон. Она улыбнулась им всем. Она знала, что их все еще раздражало кланяться и демонстрировать полное послушание девушке, которая наполняла их чаши, но ей было все равно. Пока они выполняли свою работу должным образом, она ни на что не жаловалась. Но их сопротивление против предложенных ею проектов начинало действовать ей на нервы, и у нее уже не хватало терпения спорить с ними.       — Милорды, не устраивайтесь поудобнее на своих местах, сегодня мы отправляемся на прогулку, — сказала она, выходя за дверь. Она была уже у дальнего конца коридора, когда они догнали ее.       Джейс мгновенно оказался рядом с ней, и Рейнира взяла его галантно предложенную руку. Она проинформировала его и Рейну о том, что от них сегодня ожидалось. Джейс будет сопровождать ее, а Рейна останется в Малом зале Совета, готовя все материалы, которые должны понадобиться в дальнейшем.       — Принцесса, это крайне неуместно, — предсказуемо протестовал Десница. — Заседания Малого Совета очень важны… Вы можете отправиться на свою… прогулку в другое время.       — Вы можете остаться, сир Отто. Но то, куда мы отправимся сейчас, станет темой более официальной встречи, которая состоится сегодня, — сказала она. Она услышала, как они перешептывались между собой, и улыбнулась тому, что застала этих напыщенных мужчин врасплох.       Деймон уже находился на Внешнем дворе с четырьмя десятками Золотых Плащей, готовых сопровождать их в Королевскую Гавань. Поначалу он не хотел показываться на глазах, потому что считал, чтобы его присутствие омрачит ее первый публичный выход в Королевскую Гавань. Она посмеялась над ним и сказала, что он бредил, если думал, что сможет затмить ее хоть чем-то. Ее муж громко рассмеялся и согласился. Деймон был одет в свой обычный кожаный дублет с выдавленным знаком их дома на левой груди. Рядом с ним — Бейла в белой льняной тунике и черном кожаном платье без рукавов с разрезами по обеим сторонам, что давало ей достаточно маневра для движений. На ней были надеты удобные бриджи и кожаные сапоги до колена. Она заказала Тише много кожаных платьев, а то, что она носила сейчас, имело кожаные боди, которые зашнуровывались спереди, так что она могла легко сделать это сама. Еще она заказала юбки из плотного шелка — что-то девичье и одновременно удобное, чтобы она не чувствовала себя не в своей тарелке, если окажется в обществе дам. Она была так счастлива, что крепко обняла ее. Она могла использовать эти платья, чтобы ухаживать за Лунной плясуньей когда захочет.       Золотые плащи вывели процессию на улицу, обеспечивая их защиту. Они спустились на Улицу Семян, где находились самые крупные лавки трав и аптеки. Здесь же расположились цветочные лавки и лавки торговцев семенами, где можно было увидеть больше растительных диковинок.       Через пятнадцать минут ходьбы она остановилась перед одной из самых больших лавок. Мужчина, одетый в коричневую тунику и серый фартук, с опаской смотрел на них. Она остановилась перед ним, и он тут же упал на колени.       — Встаньте, пожалуйста, — сказала она и улыбнулась мужчине средних лет, который с опаской смотрел на нее. — Как вас зовут, мой добрый человек?       — Олдрик, принцесса, — ответил мужчина.       — Вы здесь работаете?       — Да, принцесса. Лавка принадлежит моему отцу, и он передал ее мне.       — А вы передадите своему ребенку?       — Я бы надеялся на это, принцесса, но мой сын предпочитает служить в городской страже, а не помогать в лавке, — сказал он с горечью.       На это она рассмеялась.       — Мы можем только направлять своих детей, но чаще всего они будут гораздо счастливее, если будут делать то, что им действительно хочется, — сказав это, она оглянулась на Бейлу, стоявшую рядом с Деймоном, который держал руку на кинжале у нее на боку. Мужчина понимающе улыбнулся ей. — Прошло несколько месяцев с тех пор, как король назначил меня принцессой-регентом. Я пыталась предложить проекты для города, но мой Совет сказал, что большинство из них не нужны, — она посмотрела на стоящих за ее спиной членов Совета, которые выглядели неловко. — Поэтому сегодня мы решили пораньше встретиться с народом и спросить, что именно должны сделать.       Она заметила, как Олдрик бросил взгляд на членов Совета, и услышала сердитый шепот людей, которые собрались вокруг, пока они разговаривали.       — Ну, принцесса… больше всего меня беспокоит лесная ведьма, которая живет за стенами Города, в Королевском лесу. Она прописывает и дает людям тоники и лекарства, но большинство ее снадобий приносят больше вреда, чем пользы, — ответил он.       — Это потому, что вы требуете чертовски большие деньги за свои тоники! — крикнул один из людей сзади.       — Вы думаете, у нищенки из Блошиного Конца найдется серебряная монета на одну из ваших склянок?! — сказала другая.       Олдрик встревоженно посмотрел на нее и сказал, что ингредиенты становятся все дороже, особенно те, что они должны покупать в других портовых городах, поскольку пиратство в Ступенях стало проблемой. Она кивнула ему.       — Как вы думаете, лорд Уайлд, должен ли быть принят новый закон о том, кто может выписывать лекарства? — спросила Рейнира и посмотрела на обычно мрачного мужчину. Он удивился ее вопросу, но ответил тем же скучным и мрачным тоном.       — Этот вопрос мы еще рассмотрим, принцесса, — он не ответил на ее вопрос.       Она улыбнулась ему и попрощалась с Олдриком. Они еще поговорили с травниками и цветочниками. Деймон заказал цветы в замок для нее и близняшек, Джейс обиделся, что его не включили в число тех, кто получал цветы, но сказал, что он мужчина, поэтому цветы ему и не нужны. Она рассмеялась и крепко обняла его за плечи. Затем они повернулись, чтобы идти к Блошиному Концу. Члены Совета пытались протестовать, и она сказала, что они могут вернуться, но на улицах уже скопилось множество людей, выглядывающих из окон окрестных заведений.       — Иди домой, красавчик Ланнистер! — крикнул кто-то, что вызвало много смеха. Она увидела, как Тайланд Ланнистер покраснел от гнева, но выпрямился и поднял подбородок. За весь день он больше ни разу не пожаловался.       Как только они вошли в Блошиный Конец, то словно перенеслись в совершенно другое место. Улицы Блошиного Конца были узкие, извилистые и кишели людьми и животными, которые ютились вместе и рядом друг с другом. Здесь были открытые канализационные трубы, застойные воды и кучи мусора, создающие антисанитарные условия. Здания обрушились и обветшали, фасады обвалились, крыши покосились. Люди жили в перенаселенных помещениях или во временных лачугах, построенных из подручных материалов — дерева, металла и ткани.       Рейнира видела, как члены Совета морщили носы от зловония застоявшейся воды и нечистот. Она чуть не задохнулась, когда почувствовала едкий привкус человеческих отходов, смешавшихся с запахом разлагающейся органики.       Золотые плащи закричали, когда маленькому ребенку удалось проскользнуть мимо них и пронестись прямо к ней. Джейс успел перехватить его и подхватил на руки.       — Эй, ну разве ты не шустрый? — произнес он, покачивая мальчика на руках. Мальчику было, наверное, около четырех-пяти именин, он был очень худой и одет только в испачканные серые штаны, а сам был голый от пояса.       — Нам очень жаль, принцесса, — сказал Золотой Плащ, пытавшийся остановить ребенка. Она улыбнулась и помахала ему рукой.       — Как тебя зовут, малыш? — спросила она.       — Тими! — ответил он и протянул ей веточку с тремя листочками. Она грациозно взяла ее и поблагодарила мальчика. Женщина в оборванном платье подошла к мальчику и взяла его на руки, извиняясь. Она поговорила с ней несколько минут, выяснив, что отец Тими — рыбак на Рыбной площади, а сама мать иногда убирала в одном из борделей, чтобы заработать лишнюю монету. Она незаметно прижала золотого дракона к руке женщины, прежде чем они ушли.       Они встретили еще больше худых и истощенных детей с выпирающими скулами и бледной кожей, чьи руки и лица были испачканы грязью, а одежда — жиром, грязью и другими пятнами, полученными на улицах. Большинство людей были одеты в выцветшие и изодранные ткани, швы на которых были распороты, а стежки наспех заделаны.       Она говорила им то же самое, что и владельцам магазинов на улице Семян. Большинству детей нужна была только еда и, возможно, игрушки и одежда. Все матери жаловались на грязное окружение, говорили, что чаще всего спали рядом с кучами гниющего мусора, засоряющего улицы. Она сообщила всем, что должна убедить Совет одобрить ее проект, и в городе появятся уборщики улиц и сборщики мусора, а также строители, которые помогут с ремонтом зданий.       Мужчины и женщины недоверчиво смотрели на членов Совета. Пока Бейла и Джейс играли с детьми, лорд Бисбери разговаривал с пожилым мужчиной, который хвастался раной на ноге, полученной им во времена Мейгора.       Они отправились в столовую, принадлежащую Вере и выстроились в очередь за едой. Отто попытался протестовать и сказал, что есть здесь небезопасно, но она напомнила ему, что именно он сказал ей, что ситуация с продовольствием в Королевской Гавани не вызывала опасений, поэтому то, что здесь подавалось, будет достаточно вкусным для всего Совета. Бейла и Джейс ели только черствый хлеб, она попыталась съесть миску с коричневой похлебкой, но, проглотив ложку, тут же захотела выплюнуть ее, а Деймон доел миску до конца. Члены ее Совета скривились, но без лишних жалоб съели и коричневую жижу в миске, и черствый хлеб. Лорд Бисбери вспомнил о кампании против мирийцев во время правления короля Джейхейриса и сказал, что коричневый хлеб на самом деле вкуснее. Джейс спросил, что входило в состав, и дети выкрикнули: собаки, кошки, голуби, а кто-то даже назвал мышей. Она подумала, что великий мейстер Меллос упадет в обморок от ужаса.       Затем они отправились на Шелковую улицу. Женщины хотели большей защиты, они говорили, что одного патруля Золотых плащей недостаточно, чтобы отбить охоту у пьяных мужчин распускать руки. Они говорили, что аптекари брали с них безумные деньги за лунный чай, и они едва могли позволить себе, чтобы мейстеры осматривали их всякий раз, когда им попадались грубые клиенты. Она похвасталась, что с ней находился самый высокопоставленный мейстер в стране, и Великого мейстера обступили девушки с просьбами осмотреть их. Она закатывала глаза, глядя на то, как лорд Тайланд и лорд Джаспер принимали заигрывания, в то время как Десница и Великий Мейстер выглядели так, будто ели лимоны. Лорд Лиман добродушно флиртовал с девушками. Как ни странно, Деймон крепко держал Джейса рядом с собой, отговаривая девушек флиртовать с ее юным сыном. Бейла все это время держала ее за руку.       Они вернулись назад и отправились в доки, где все жаловались на высокие цены на товары с Востока. Купцы были обеспокоены тем, что снова происходило на Ступенях, один из жителей Штормовых земель сказал, что в прошлый раз пираты забрали людей оттуда и продали их в рабство, и он опасался, что это могло повториться. Об этом не знали даже лорд Тайланд, лорд Джаспер и лорд Лиман. Последний допрашивал Десницу, почему Совет и даже король не были проинформированы. Он все еще допрашивал его, когда подъехала карета, за которой Деймон послал, чтобы доставить их обратно в Красный замок. Мастер над монетой затащил Десницу в одну из карет и продолжил допрос, а дети, она и Деймон разместились в королевской карете. Она прижалась к широкой груди мужа, а он громко смеялся над кислым лицом Отто.       Когда они добрались до Красного замка, солнце уже садилось. Она отпустила Бейлу и Джейса, которые почти ничего не ели за весь день и явно устали. Оба расцеловали их в щеки и без протестов отправились со своими компаньонами.       Советникам же она велела поесть, освежиться и через час явиться в Малый зал Совета. Внутри их ждал Люк, выступающий в роли виночерпия, Рейна — в роли секретаря и писца, а также три помощника архимейстера. Они подготовили и разложили книги с ее предложениями, чтобы каждый из членов Совета мог с ними ознакомиться.

***

      Потребовалось пять дней напряженных обсуждений. Несмотря на то, что зеленые на собственном опыте убедились, насколько важно улучшить жизнь горожан, они все равно упирались. Лорда Лимана беспокоила только сумма, в которую обойдутся такие крупные проекты. Она поручила помощникам написать и вывесить на городской площади обновленную информацию о ходе обсуждения, а те, кто умел читать, громко декламировали ее, чтобы все слышали. Люди знали, какие проекты предлагались, и кто именно выступал против.       На третий день лорд Джаспер пришел с синяком под глазом, разбитой губой и поцарапанными костяшками пальцев. От Джейса она узнала, что Магистр права вчера вечером напился и громко жаловался на то, что их обсуждение затягивалось из-за каких-то ненужных планов, и люди, которые его слышали, пришли в ярость. Группа рыбаков напала на него и его людей. В дело вступили Золотые плащи, и им пришлось задержать рыбаков. Через три дня их отпустят, так как серьезных повреждений не было. Это громко обсуждалось на тренировочной площадке, где Джейс проводил утренние тренировки с сиром Лютором.       Знали ли члены Совета об этом или нет, но городские жители понимали, что они — единственная помеха на пути тех улучшений, которые она хотела внедрить в городе. Их действия будут иметь последствия, и никто не должен был недооценивать гнев ста тысяч простых людей. Деймон уже получал сообщения о вражде между простыми народом и теми, кто носил знаки Хайтауэров и Ланнистеров. В итоге единственное, что могло помешать Отто воплотить ее предложения в жизнь, — это отсутствие средств. Строительство Целительного дома, общественных туалетов и бань, обслуживание канализации, оплата труда рабочих, следящих за чистотой в городе, — все это были дорогостоящие проекты. Именно лорд Лиман решил их проблемы.       — Приданное принцессы до сих пор лежит нетронутым на Драконьем Камне, — начал он. Она посмотрела на Деймона, который лишь подмигнул ей. — Только оно составляет пять миллионов золотых драконов, не считая драгоценных камней и украшений, тканей, произведений искусства, десяти торговых кораблей и шахты железной руды в Долине. Если принц и принцесса согласятся, мы можем использовать часть ее приданого для финансирования этих проектов. По моим подсчетам, нам нужен миллион золотых драконов, чтобы завершить все проекты, предложенные принцессой.       Она захихикала, увидев, как побледнел Десница. Все было одобрено Советом в течение часа. Тайланд Ланнистер даже хотел расширить гавань, он хотел заменить деревянные доки каменными и построить волнорезы для защиты судов от волн, течений и штормов. Лорд Джаспер также упомянул о расширения финансирования городской стражи.       Рейнира попросила лорда Лимана подсчитать, во сколько обойдется расширение канализации и строительство жилого квартала на холме Висеньи. Пожилой мужчина кивнул и прошептал, что он должен поговорить с Королевскими строителями, яростно царапая пером в небольшой книге.       На следующий день она собрала всех на городской площади и объявила, что, по совету лорда Лимана Бисбери и с разрешения принца Деймона, на часть от ее приданого они построят на холме Висеньи Целительный центр, где будут оказывать помощь больным. Они расширят канализационную систему, построят общественные туалеты и бани, чтобы улучшить здоровье населения и санитарные условия. Она сообщила им, что они должны будут найти работников, поскольку это долгосрочная и постоянная работа. Она попросила их о сотрудничестве и терпении, пока город переживает большие перемены.       Рейнира не ожидала такого одобрительного рева со стороны жителей. Казалось, они действительно были довольны теми изменениями, которые она хотела осуществить. Они болели за нее не потому, что она была принцессой, а потому, что она давала им надежду на лучшее будущее.